Оккультная Романтическая Комедия | Пролог
Над главой работала команда WSL и
Hoodlum's shelter
Наш телеграмм:
https://t.me/wsllover
https://t.me/GraznoeHuliganie
Пролог
Марк Смит был счастлив. Впрочем, «счастье» — слишком блёклое слово, чтобы описать его состояние. Марк трепетал всем телом, будто ему довелось почуять запах макушки самого Сатаны.
И пусть это была не залитая светом небесная площадь, где собираются герои, а тесное здание выставочного центра; пусть Марк уже добрых полчаса томился в очереди, зажатый в толчее, — никакие земные невзгоды не могли омрачить его восторг.
О, как несчастны были прошлые девятнадцать лет его жизни, проведённые под гнётом невежественных смертных!
Годы, когда никто вокруг не желал его понимать. Стоило Марку завести речь о магических потоках в изгибах садового газона или в рокоте морских волн, как окружающие тут же записывали его в чудаковатые подростки, которые просто жаждут внимания.
Своих единомышленников он нашёл благодаря иронии судьбы: через интернет — величайшее достижение человечества, отрёкшегося от магии. Там Марк встретил таких же фанатов оккультизма, выживающих в суровом и прагматичном двадцать первом веке.
С тех пор миновало три года — три года упорных тренировок начинающего мага. И вот, пройдя через этот период лишений, он наконец ступил на священную (а точнее, нечестивую) землю ежегодной конвенции оккультистов в Сан-Франциско.
«Сэокон» — крупнейшая в мире выставка подобного толка — отмечала своё четырнадцатилетие. Срок немалый: за это время новорождённый младенец успевает превратиться в колючего подростка. Глядя на масштаб мероприятия, сложно было поверить, что когда-то всё начиналось в чьём-то пыльном гараже.
Каждое 31 декабря «Сэокон» собирал под одной крышей все грани мистики — от древности до наших дней. А это значило, что здесь собрались толпы людей, подобных Марку.
Гадатели, коллекционирующие колоды Таро ради редких иллюстраций; парапсихологи, опубликовавшие горы непризнанных диссертаций; сатанисты, избегающие дневного света; приверженцы теорий заговора, которые (по их собственным словам) скрывались от спецслужб; контактеры, общающиеся с инопланетным разумом; маги, тренирующие взор в надежде открыть третий глаз… И многие другие.
По слухам, некоторых избранных здесь даже могли пригласить в жуткие секретные общества.
Марк стоял в очереди с гордо поднятой головой, чувствуя сопричастность к чему-то великому. Усталость в ногах казалась пустяком, ведь его окружали люди, относящиеся к оккультизму со всей серьёзностью. Здесь никто не посмеет оскорбить тайные знания глупыми…
— Лучше бы я сказал, что я вампир.
— Ты же о них ни черта не знаешь.
— Ну как же, это когда они с оборотнями из-за человека в любовном треугольнике собачатся, да?
— Всё мимо. От первого до последнего слова.
…Оскорбить тайные знания… не должны были. Но реальность распорядилась иначе.
Обзор Марку перекрывала не аура ада, а густые тени от двух высоких мужчин, стоявших впереди. Юноша, который и так был на две головы ниже среднего прохожего, задрал подбородок, разглядывая спорщиков.
— Тим, тебе разве не больше по душе вампиры? Они же блондины, как я.
— Что за чушь? В большинстве случаев они брюнеты.
— Значит, вампиры тебе не нравятся. Потому что они не блондины, как я.
— Я же спрашиваю: что за бред ты несёшь?
Казалось, в это место допускали только «особенных», но эти двое выглядели так, будто им самое место в мире по ту сторону дверей. Точнее, их рост и броская внешность наводили на мысли об очереди в магазин досок для сёрфинга. Впрочем, Марк никогда не бывал в таких магазинах, поэтому не мог знать, что подобные красавцы — редкость даже там.
Мужчины говорили почти шёпотом, но по мере спора их голоса становились всё громче. Судя по обрывкам фраз, речь шла о чём-то оккультном, но логика беседы явно хромала.
— И где теперь гримуар? Ты же его забирал.
— Ты всё прекрасно слышал. Сжёг я его.
— Тебе нужен слуховой аппарат? Я устроил поджог — всё, как ты любишь, Тим.
— Как ты мог его сжечь?! Мы же должны были вернуть его в библиотеку!
То, что блондин не имел понятия о вампирах, ещё можно было простить. Возможно, он был обывателем, которого притащил за собой черноволосый мужчина по имени Тим. Но возвращать гримуар в библиотеку?
Вопреки общественному мнению, большинство фанатов оккультизма не были идиотами, верящими, что стоит лишь приложить усилия, и из ладоней полетят ледяные стрелы. В каждой области мистики существовали свои правила и история. И в ушах Марка это «вернуть в библиотеку» прозвучало как издевательство над всем сокровенным.
Похоже, слова Тима разозлили не только Марка. Светловолосый мужчина скрестил руки на груди и огрызнулся:
— И кто мне советовал проследить историю французской магии аж до тринадцатого века? Если бы ты не разглагольствовал так увлечённо, мы бы вышли оттуда за минуту. Ты сам твердил, что времени навалом, так чего теперь на меня срываешься?
Если бы не этот высокомерный, сочащийся ядом тон, лицо блондины могло бы вызвать искреннее восхищение. Стоило бы ему мягко улыбнуться, и он казался бы самоё дружелюбность, но сейчас в каждой паузе между словами сквозила колючая, режущая насмешка.
Странно, но его облик казался Марку смутно знакомым. Впрочем, юноша не стал копаться в памяти. Если бы он действительно знал человека с такими точёными чертами, он бы его ни за что не забыл.
— А кто притворялся «очаровательным маленьким жаворонком»? Или «жаворонком-переростком»? Кто тут начал капризничать первым?
Мужчина по имени Тим, не уступавший оппоненту ни в росте, ни в язвительности, вписывался в обстановку чуть лучше. Его иссиня-чёрные волосы и очки в тонкой оправе напоминали типаж типичного книжного червя, каких здесь было немало.
Однако за стеклами очков горели ярко-зелёные глаза, отливавшие лазурью, а прямая линия носа и плотно сжатые губы придавали ему такую властность, какой не было ни у кого в этой толпе.
Пока Марк проникался к ним неприязнью, вспоминая школьных королей бала и капитанов футбольных команд, диалог окончательно свернул не туда.
— Конечно, мне неприятно. Тим, ты только ради этого со мной встречаешься? Мне уже осточертело, что тебя интересует только моё тело.
— Пожалуйста, не неси чепухи. Моё терпение лопнуло ещё тогда, когда я услышал, что ты собираешься вызвать этим гримуаром шестисотного монстра.
— Ну, я же решил проблему, предав всё огню.
— Да как ты мог?! Что я скажу в библиотеке? Где я возьму точно такую же книгу, если они потребуют замену?!
— К чему столько нервов… А-а-а. Прости, что помешал твоим играм с тентаклями.
Тим, чьё терпение, казалось, окончательно истощилось от отсутствия даже тени раскаяния у спутника, задохнулся от возмущения и прикусил губу. Блондин, мгновение назад явно желавший оппоненту скорейшего удара, едва заметно повёл бровью и протянул руку к лицу Тима.
Тот резко отшатнулся, не давая коснуться своих губ, и, развернувшись, стремительно покинул очередь. Марк проводил его взглядом, а затем моргнул, возвращаясь к реальности.
Юноша снова посмотрел на блондина. Тот и не думал догонять своего спутника, застыв на месте, но выражение его лица, когда он убрал руку, изменилось до неузнаваемости. Серые глаза, провожавшие удаляющуюся фигуру Тима, смотрели так холодно, будто в них застыла настоящая жажда крови.
«Раз они так ненавидят друг друга, зачем вообще припёрлись вместе?»
Это был дурной знак. Если на «Сэоконе» случится убийство, виноватыми снова выставят таких мирных фанатов, как он. Марк поёжился и поспешно отвел взгляд. Не стоит об этом думать. Эти двое его не касаются.
Главное — сама выставка. Только она имела значение.
В этом году конвенция была особенной, потому что в программе значилось «Будущее». Сивилла Бартоломью Риверс-Харди, Великая Пророчица, сошедшая в мир, чтобы нести пророчества, к которым больше никто не прислушивался, впервые должна была предстать перед публикой вне интернета.
Стенд Великой Пророчицы был оформлен в греческом стиле: две бутафорские белые колонны, между которыми висел занавес из тонкой ткани, расшитый фальшивыми самоцветами. Несмотря на очевидную дешевизну декораций, вера Марка оставалась непоколебимой.
Чтобы купить билет в эту палатку, ему пришлось вытрясти все сбережения, накопленные с осени. Даже когда неадекватные клиенты в магазине йогуртов закатывали скандалы на пустом месте, Марк терпел, списывая это на капризы невежественных смертных.
И вот этот долгожданный день настал. Он не позволит двум странным типам испортить себе момент.
Наконец подошла очередь блондина. Марк втайне надеялся, что тот уступит ему место, раз его напарник ушёл, но мужчина, не оборачиваясь, откинул занавес и скрылся внутри. Юноша уже собрался разочарованно вздохнуть, как вдруг…
Изнутри донёсся звонкий, почти детский вскрик, полный крайнего изумления.
Марк вздрогнул и сжал кулаки. Неужели этот опасный тип что-то сделал с его драгоценной Сивиллой? Мысль молнией пронзила мозг. Юноша перешагнул ограничительную черту и прижался к бутафорской колонне.
«Если что-то случится, я должен защитить пророчицу. Возможно, это и есть моё предназначение сегодня», — пафосная ответственность заставила его плечи одеревенеть. Он крепко обхватил руками шаткую колонну, стараясь не шевелиться, и прислушался к доносившимся из-за занавеса голосам.
Голос пророчицы оказался неожиданно детским — Марка поразило это чёткое, по-детски старательное произношение. Даже в такой момент он успел восхититься образом «юной провидицы».
— Почему вы меня об этом спрашиваете? Вы же предсказательница, вот и угадайте.
Блондин оставался верен себе: хамил даже в священном месте. Непонятно, зачем срываться на ребёнке — великой пророчице! — из-за ссоры со своим дружком. Но пока Марк возмущался про себя, голос из палатки зазвучал вновь.
— Не думала, что бедствие, которое я видела, будет делом рук Тимоти.
Казалось, пророчица не на шутку испугалась. Её голос стал тихим и понурым. Марк буквально слился с колонной, затаив дыхание.
«Тимоти — это тот Тим? Пророчица увидела ужасное будущее, которое он принесёт? Ну точно, рожа у него была та ещё, хоть и смазливая».
Раз уж из уст провидицы вылетело слово «бедствие», стоило пересмотреть своё отношение к тому красавцу. Если он — причина катастрофы, то дело дрянь.
Марк сглотнул вязкую слюну. В палатке повисла тишина. Неужели второй красавчик тоже впал в отчаяние перед лицом апокалипсиса?..
— Похоже, Тим снова взялся за старое.
Раздался лёгкий смех, в котором не было ни грамма тревоги. За ним последовал комментарий, показавшийся Марку кощунственно беспечным.
Мужчина перебил её на полуслове. Марк изнывал от любопытства: пророчество о будущем было так близко! Неужели они перешли на шёпот? Юноша потянулся вперёд, вытягивая шею. Кончик его носа почти коснулся синего стекляруса на занавеске.
Шорох. Ткань резко отодвинулась.
Прямо перед Марком возникла фигура мужчины. Сквозь тонкую ткань рубашки угадывалось тело, которое было в разы крепче и мощнее, чем у самого юноши. «Всё, мне конец», — пронеслось в голове. Марк широко распахнул глаза и медленно поднял голову. Это была отчаянная смелость, порождённая надеждой, что на глазах у толпы его не станут проклинать магией вуду.
Но блондин, на которого он смотрел с замиранием сердца, улыбался.
То ли у него так быстро менялось настроение, то ли ещё что, но сейчас он выглядел по-настоящему довольным — совсем не так, как когда входил внутрь. Стекляшки занавеса качались, частично закрывая его лицо, но сияние его глаз было отчетливо видно. Если бы Марк не знал, какой он скандалист, он бы принял его за голливудского актёра из фильмов ужасов.
Мужчина изящно приложил указательный палец к своим губам.
— Тебе, наверное, очень хочется дослушать…
В его голосе звучало странное веселье. Он был пугающе ласков даже с незнакомым Марком. Мужчина тем же пальцем легонько ткнул юношу в плечо. Движение было непринужденным и лёгким, но Марк почувствовал неожиданную силу — плечо заныло. Юноша, неловко топнув, отшатнулся от колонны.
Словно забавляясь этой картиной, блондин коротко хмыкнул, опустил занавес и снова исчез в полумраке стенда. Марку оставалось только ошеломлённо смотреть на закрытую ткань. В голове роились вопросы.
«Да кто вы такие? Какое бедствие принесёт этот Тимоти? Что вы задумали здесь, в священном — нет, нечестивом — месте, на нашем "Сэоконе"?»
Но мало кто отважится высказать такие вопросы в лицо незнакомцу. Тем более такому подозрительному.
Насупившись, Марк выпятил губу и поплёлся обратно в начало очереди.
Грандиозный хаос в дальнем углу выставочного зала вспыхнул ровно через двадцать девять минут после того, как Марк закончил свой сеанс у пророчицы.
Люди, перепачканные чем-то красным, метались по тесному залу; из динамиков неслись надрывные призывы сохранять спокойствие и порядок; кто-то истошно вопил: «Он идёт! Он грядёт!»; с грохотом рушились стенды, рассыпались фальшивые кристаллы, слышались крики тех, кто на них поскользнулся… Пользуясь неразберихой, какие-то подозрительные личности из восточных сект уже пытались всучить перепуганным людям приглашения на курсы по управлению энергией «ци».
В самом центре этого безумного, оккультного и одновременно нелепого беспорядка Марк совершенно случайно снова увидел их. Довольный блондин и смертельно уставший черноволосый Тим стояли в стороне. Они выглядели на редкость опрятно, будто весь этот хаос не имел к ним ни малейшего отношения.
Тимоти с крайне недовольным видом — так смотрят люди, которые при наличии сил разнесли бы этот мир в щепки — недолго наблюдал за суматохой. Затем он тяжело вздохнул и внезапно схватил стоящего рядом блондина за руку.
«Так они ладят или нет?» — подумал Марк, но ответа не получил: Тимоти уже вёл спутника за собой, и они быстро отдалялись. На мгновение блондин склонил голову, вызвав у Марка недоумение, но когда он снова поднял лицо, стало ясно — он просто не смог сдержать смеха.
— Вот это я понимаю, удачный «Сэокон»! — крикнул кто-то, пробегая мимо, и со всей силы задел Марка плечом.
Когда юноша восстановил равновесие и обернулся, мужчин уже и след простыл.
Лишь секундой позже его прошило смутное предчувствие: этот кошмар как-то связан с ними.