Оближи меня, если сможешь | Глава 80
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Свисток к началу матча уже прозвучал, но Кои так и не смог настроиться на игру. Перед глазами всё стояло недовольное лицо Эл, стремительно уходящей прочь. Вице-капитан тут же бросилась вдогонку, на ходу махнув остальным девчонкам — мол, без паники, всё под контролем. Кои тяжело вздохнул. Решив, что лезть в чужие драмы и путаться под ногами сейчас точно не стоит, он остался на скамейке вместе с командой поддержки.
И хотя ему хотелось смотреть на лед, чтобы не пропустить ни секунды игры Эшли, взгляд то и дело тревожно метался в ту сторону, куда скрылись капитан и её подруга. Впрочем, девочки из команды вели себя точно так же.
— Как же Эш разочаровывает, — зашушукались они неподалеку.
— И не говори. А я-то думала, они после матча вместе пойдут на Хоумкаминг.
— Он ведь и вчера торчал в коридоре, ждал её.
— Просто жалок в своей навязчивости. Но нет значит нет, Эл к нему не вернется.
От этой безжалостной категоричности у Кои болезненно сжалось сердце.
«Эш ведь наверняка собирался сегодня предложить Эл снова быть вместе…»
От одной лишь мысли о том, что девушка может снова его отвергнуть, Кои охватила дрожь. Насколько же сильно будет раздавлен Эшли?
Тяжёлое чувство вины заставило Кои еще глубже вжать голову в плечи.
«Нет, так больше невыносимо. Нужно куда-нибудь спрятаться. Слиться со стеной, лишь бы не мозолить никому глаза».
С этой мыслью он начал отворачиваться от площадки, как вдруг трибуны за спиной взорвались диким ревом. Кои на секунду решил, что «Баффало» забили гол, но жестоко ошибся.
— О боже, там драка! — пронзительно взвизгнул кто-то из чирлидерш.
Кои рефлекторно обернулся к катку, и его глаза в ужасе расширились. Прямо посреди льда Эшли с размаху впечатывал кулак в лицо игрока из команды противника.
Весь матч Эшли был сам не свой. Чертова сцена, разыгравшаяся буквально перед выходом на лед, намертво выжглась в памяти, раз за разом прокручиваясь перед глазами. Какой, к черту, хоккей, когда в голове стоял образ Кои — как тот старательно задирает ноги, неуклюже пытаясь повторить хореографию девчонок! Эш прекрасно понимал, что устроил отвратительную сцену. Повел себя как полный придурок. Но разве можно было сохранить хладнокровие после такого?
Кои танцевал, выставив свои потрясающие стройные ноги на всеобщее обозрение. Перед всей школой, мать их!
Память уже изрядно исказила факты, но сейчас Эшли было плевать на объективную реальность. Выражение «ослепнуть от ярости» вдруг обрело для него буквальный смысл. Из-за этой пелены гнева он допустил пару мелких оплошностей, которые мгновенно обернулись катастрофической потерей очков. Череда нелепых ошибок не укрылась от команды. Парни всё чаще обменивались тревожными взглядами, несясь за шайбой. Движения их капитана были резкими, рваными, совершенно не похожими на его идеальную игру в первом периоде, и эта нервозность передалась остальным игрокам «Баффало».
В конце концов Билл не выдержал. Резко затормозив рядом, он окликнул капитана:
— Эш, какого хрена? — в его голосе сквозило неприкрытое беспокойство. — Ты заболел, что ли?
Эшли даже не удостоил его взглядом.
— Всё нормально. Играй давай, — огрызнулся он, выплевывая слова сквозь стиснутые зубы.
Билл осекся и, не решившись спорить, отъехал в сторону.
«Соберись, Эшли Доминик Миллер. Ты, мать твою, на льду».
Он понимал, что сорвался на Билле совершенно зря. Но эмоции бурлили, грозя вырваться из-под контроля и сжигая его изнутри. Бешено рванув за мелькнувшей перед глазами шайбой, Эшли с силой взмахнул клюшкой — и именно в этот момент совершил фатальную ошибку, открыв защиту. Противник такого шанса не упустил. Мгновенный перехват, стремительный рывок к воротам — и шайба со свистом влетела в сетку.
Трибуны взорвались какофонией из восторженных воплей и возмущенного гула. Эшли тяжело выдохнул и выпрямился. В голове была полная каша. Глухо выругавшись, он резко развернулся, готовясь к новой атаке, как вдруг поравнялся с тем самым ублюдком, который только что забил им гол. Парень из команды противника пристроился рядом и, мерзко ухмыляясь, бросил Эшли насмешливую фразу.
— Слышь, а передача-то была просто шикарная. Рассчитываю на такое же плодотворное сотрудничество и впредь.
— Ах ты ж ублюдок… — собрался было вспылить Билл, услышав эти слова.
Он как раз разворачивался следом, но не успел даже отреагировать. Вдруг Эшли со злостью отшвырнул клюшку в сторону и с размаху впечатал кулак в лицо противника. Трибуны мгновенно взорвались диким ревом.
— Давай, врежь ему! Врежь как следует!
— Вперед, «Баффало», сделай его!
— Не отступай, бей прямо в челюсть!
Толпа бесновалась. Ни одна из забитых за весь матч шайб не вызывала такого оглушительного восторга, как эта яростная потасовка, где удары сыпались один за другим. В этом крылась жестокая и притягательная эстетика хоккея, но Кои, наблюдавшему за дракой, казалось, что его сердце заживо сгорает в груди.
«Какой ужас! Добром это точно не кончится!»
Кулачные бои на льду во время матчей были делом привычным. И Эшли, и Билл, да и остальные парни из команды то и дело сцеплялись с соперниками, яростно пуская в ход кулаки.
Но сейчас для Кои существовал только Эшли. Дерись на льду кто угодно другой, он бы разве что испуганно ахнул, но уж точно не умирал бы от беспокойства. А сейчас каждый замах противника заставлял его сердце болезненно обрываться и падать куда-то в желудок. Хотелось броситься туда, помочь, заслонить собой, но он слишком хорошо осознавал суровую реальность: он станет лишь обузой. Поэтому ему оставалось лишь беспомощно топтаться у скамейки, до боли сжимая кулаки.
Разумеется, так реагировал только он. Даже чирлидерши, которые еще минуту назад закатывали глаза и поливали Эшли грязью, теперь азартно размахивали руками, подбадривая капитана с таким же диким визгом, как и вся толпа. Кои с замиранием сердца следил за происходящим. И тут противник внезапно выкинул руку вперед.
Не в силах на это смотреть, Кои крепко зажмурился, и ровно в этот момент трибуны взорвались оглушительным ревом. Почувствовав, что атмосфера на катке резко изменилась, он осторожно приоткрыл один глаз. Соперник скорчился на льду, жалко зажимая лицо руками.
— Роскошный хук! — звонко рассмеялась одна из чирлидерш, показывая большой палец.
Только тогда Кои смог выдохнуть и успокоить бешено колотящееся сердце. Судьи растащили игроков лишь после того, как на лед брызнула кровь из разбитого носа противника. В итоге Эшли получил пятиминутный штраф и был удален с площадки.
— До конца второго периода как раз пять минут, — разочарованно протянул кто-то.
Со всех сторон раздался недовольный гул, но правила есть правила. Эшли подобрал отброшенную клюшку и краги, после чего медленно покатился к скамейке. Настроение в команде после эффектной драки заметно поднялось, однако лицо капитана оставалось мрачным как туча. Игроки, как и девочки из группы поддержки, лишь опасливо косились на него, не решаясь проронить ни слова. Проигнорировав их всех, Эшли молча покинул зону видимости, уйдя в подтрибунные помещения.
Кои в нерешительности замер на месте.
«Что делать? Пойти за ним? Если всё так и продолжится, "Баффало" точно проиграют. И что тогда? Эш всё равно признается Эл?»
Кои не знал ответа. Где-то в самом темном уголке его души начало медленно поднимать голову мрачное эгоистичное искушение.
«Если они проиграют матч... Эш, возможно, не сможет снова сойтись с Эл...»
Сердце заколотилось так отчаянно, что стало страшно. Ладони покрылись липкой испариной, а перед глазами всё поплыло.
«Если... если это действительно случится...»
От одной только мысли о том, что Эшли и Эл снова будут вместе, грудь сдавливало так, что становилось физически больно. А если он увидит это своими глазами? Эта мысль приводила Кои в ужас.
Тихая злоба просочилась в сердце. Во рту пересохло, обнажив натянутые до предела нервы. Не в силах с этим справиться, Кои крепко зажмурился. Но даже так перед его внутренним взором до одури ярко вспыхнул образ: Эшли и Эл, смеющиеся, счастливые, стоящие рядом друг с другом.
«А если... это станет невозможным? Эш будет очень разочарован».
Кои медленно открыл глаза. Рев трибун теперь казался далеким, приглушенным, словно слуховая галлюцинация. Ноги стали невыносимо тяжёлыми... Но всё же он заставил себя развернуться.
Шаг за шагом Кои брел в ту сторону, куда ушел Эшли. И с каждым метром все мысли стирались из головы, оставляя лишь гулкую пустоту. Только стук собственного пульса тяжело отдавался в ушах.
Эшли сидел на скамейке в пустом коридоре, погруженном в тишину. Сюда не долетал ни шум толпы, ни даже звук чужого дыхания. Эшли наверняка слышал приближающиеся шаги, но даже не пошевелился. Он сидел, глубоко ссутулившись, уперев локти в колени и спрятав лицо в ладонях.
Наконец Кои остановился в паре шагов от него. Приоткрыл рот, но потребовалось еще несколько долгих секунд, чтобы выдавить из себя хоть звук.
Плечи Эшли едва заметно вздрогнули, и лишь мгновение спустя он медленно поднял голову. Кои никогда прежде не видел его таким — лицо Эшли выглядело абсолютно опустошенным и разбитым. От осознания того, в какое отчаяние погрузился этот всегда сильный, непоколебимый человек, в груди мучительно заныло.
— Чего тебе? — глухо бросил Эшли.
Только тогда Кои осознал, что всё это время просто стоял и молча пялился на него.
— Слушай... — хоть он и шел сюда с твердым намерением поддержать Эшли, слова застревали в горле. С трудом преодолев этот ком, Кои всё же выдавил: — Ты... не переживай так сильно. Вы обязательно выиграете этот матч. Точно выиграете.
Собственный дрожащий голос показался ему до тошноты жалким. Эшли в ответ лишь горько усмехнулся, и в этом жесте было столько самобичевания, что у Кои начисто пропало мужество. Разговор окончательно зашел в тупик.
Нужные слова вертелись на языке, но никак не хотели складываться во фразы. Кои замялся, но так и не смог ничего произнести. Вместо этого он приподнял подол чирлидерской юбки, пошарил в кармашке скрытых под ней спортивных шорт и, выудив оттуда кое-какую вещь, робко протянул Эшли.