Оккультная Романтическая Комедия | Сцена После Титров 1
Над главой работала команда
WSL и Hoodlum's shelter
Сцена после титров 1. Медовый месяц в Вуд-Ривере
Едва появились первые свидетельства о встрече с этим загадочным существом, оно тут же взорвало интернет, став объектом горячих обсуждений.
Среди бесконечного потока теорий, безумных слухов, мемов и откровенных насмешек можно было выделить несколько действительно значимых точек зрения на феномен Пожирателя дронов. Вот некоторые из них:
Четыре года назад на трассе, ведущей в захолустный городок Вуд-Ривер, штат Небраска, студент колледжа, назовем его «Б», вместе с другом отправился в автомобильное путешествие. Ребята были полны амбиций снять документальный фильм о своей поездке.
Где-то на бесконечной двухполосной дороге, прорезающей бескрайние кукурузные поля, «Б» запустил квадрокоптер. План был прост: снять эффектные кадры с воздуха, запечатлев, как они мчатся на кабриолете навстречу горизонту.
Спустя минут десять после начала съёмки, «Б», следивший за трансляцией на экране пульта, вдруг обернулся. В объектив дрона попало нечто необъяснимое — какая-то тварь бежала прямо за летящим аппаратом.
Поскольку дело близилось к закату, в сгущающихся сумерках студент сначала принял тёмный силуэт за мотоцикл или, в крайнем случае, крупное дикое животное. Однако это «нечто» гналось за дроном на стабильной скорости около десяти миль, а затем совершило невероятный прыжок и сбило аппарат. В панике «Б» и его друг ударили по тормозам, но как только существо ринулось в сторону их машины, они, даже не попытавшись подобрать сломанную технику, вдавив педаль газа в пол и умчались прочь.
Когда видео попало в социальные сети, интернет взорвался. Посыпались самые разные версии: от открытия нового вида криптидов до вирусного маркетинга грядущего хоррора.
После цветокоррекции и раскадровки внешность и движения «этого» никак не укладывались в рамки человеческой анатомии или повадок известных науке животных.
Размером с десятилетнего ребёнка, с огромными перепончатыми лапами (передними конечностями? крыльями?), волочащимися по земле длиннющими ушами и тёмно-коричневым телом, передвигающимся на четырёх конечностях. На стоп-кадрах во время прыжка отчётливо виднелись зияющие чёрные провалы глаз. Плюс ко всему, тварь умудрялась поддерживать постоянную скорость в двадцать миль в час, преследуя дрон. Ни одна деталь на видео не выглядела нормальной.
Видео завирусилось с космической скоростью, и пользователи сети быстро окрестили загадочное создание «Пожирателем дронов». Подогретые подробным и эмоциональным рассказом студента «Б», толпы искателей паранормального ринулись в Вуд-Ривер на поиски следов монстра.
Около года Пожиратель дронов не сходил с полос таблоидов, имея все шансы стать новым культовым криптидом Америки. Но затем один эксперт по видеомонтажу доказал, что запись — искусная подделка. Как по команде, все крупные телеканалы, до этого с упоением муссировавшие тему монстра, мгновенно переключились на другие сплетни.
Любое адекватное СМИ поступило бы точно так же.
Знаменитый оккультный блог Non-Occultum тоже не остался в стороне (ибо адекватным СМИ его назвать было сложно). Как всегда, редакция направила свою фирменную бульдожью хватку на расследование в совершенно неожиданное русло. Статья, начинавшаяся с Пожирателя дронов, плавно перетекла в анализ серии странных исчезновений.
Журналисты Non-Occultum раскопали, что в архивах числится несколько нераскрытых дел о пропавших без вести, и объединяло их одно: в последний раз этих людей видели именно на той самой трассе. Учитывая, что это была единственная дорога, ведущая в крошечный городок, деталь казалась весьма интригующей. Блог осторожно намекнул на возможный криминальный след, признав, правда, что пока опирается лишь на косвенные улики, и пообещал держать читателей в курсе.
Однако Вуд-Ривер со всех сторон окружали бескрайние кукурузные поля, и парочка заявлений о пропаже, размазанных на длительный срок, не вызвала особого резонанса. К тому же, репутация Non-Occultum как ярых скептиков играла против них. Аудитория массово возмущалась: вместо того чтобы исследовать тайну пугающего криптида, блог опять всё портит своими унылыми криминальными теориями.
Обещанное продолжение расследования разочаровало фанатов ещё больше. Третья статья спецпроекта и вовсе скатилась в унылое поливание грязью криптозоологов, которых уличили в мошенничестве. Учитывая, что даже студент «Б» наотрез отказался давать новые интервью, оккультное сообщество резонно рассудило: редакции просто нечем заполнить эфир.
И вот, спустя четыре года, немногочисленные преданные читатели Non-Occultum сошлись во мнении: этот спецпроект — очередной провал.
— Тут даже если сам Иисус спустится с небес, он не поможет.
Тимоти, меланхолично наблюдавший за бесконечной стеной кукурузы за окном машины, вздрогнул и резко обернулся. Язвительная реплика ворвалась в его размышления с идеальным таймингом, сбив с мысли о классификации теорий.
Джонатан Макстарс — мастер едких комментариев, сегодняшний водитель и по совместительству парень Тимоти — слегка сдвинул солнцезащитные очки. Пара золотистых прядей выбилась из причёски, ловя яркие лучи солнца Среднего Запада. На его ослепительно красивом лице застыло выражение крайнего недовольства.
— Эта педаль газа, — процедил Джонатан. — Каждый раз, когда я на неё нажимаю, она издаёт такой жуткий скрежет, что я даже разогнаться нормально не могу. Это просто невыносимо.
Какое облегчение! Тимоти едва не ляпнул что-то в духе: «И почему ты вечно такой токсичный?». Хорошо, что сдержался. Иначе пришлось бы признаться, что он прослушал всё, что говорил Джонатан, измученный долгой дорогой.
— Ты ведь меня вообще не слушал, да?
Дело о пропавших в Вуд-Ривере и Пожирателе дронов отразилось на жизни Тимоти двояко.
С профессиональной точки зрения оно стало тем самым «провалом, который не исправит даже Иисус», и пятном на репутации команды Non-Occultum.
Полёт из Лос-Анджелеса, обдираловка в агентстве по прокату автомобилей, абсолютно непробиваемые свидетели и поток язвительных комментариев от оккультистов под каждой с таким трудом написанной статьёй — всё это было ярким доказательством фиаско. Дошло до того, что даже сам Тимоти начал сомневаться: а стоит ли вообще продолжать копаться в этом деле?
С личной же точки зрения всё было куда сложнее.
Во-первых, именно из-за этой темы он впервые столкнулся с Джонатаном и оказался втянут в водоворот безумных событий. Во-вторых, когда в прошлом году Макстарс в последнюю минуту отменил их совместную поездку в Вуд-Ривер, Тимоти так яростно проклинал его про себя, что в итоге оказался одержим.
«Хотя, если так подумать, в личном плане всё сводится исключительно к Джонатану…»
В итоге, вспоминая Вуд-Ривер, репортёр невольно становился мрачным и донельзя серьёзным, как по работе, так и по личным причинам. До такой степени, что даже мелкие жалобы бойфренда пролетали мимо ушей.
Впрочем, Джонатан тоже давно перестал обижаться на такие мелочи. Чудеса, на которые способны восемь месяцев отношений.
— Если честно, Тим, я начинаю думать, что у тебя в этом Вуд-Ривере спрятан внебрачный ребёнок.
«Уж лучше бы ты обижался, как раньше». Тимоти с ошарашенным видом уставился на парня. Вся его журналистская серьёзность мгновенно улетучилась.
— Ну посуди сам. Ещё в прошлом году стало ясно, что из этой темы не выжать ни капли, а ты всё равно упрямо тащишься писать спецвыпуск.
— Ты сейчас нарываешься на ссору?
— Я высказываю обоснованную критику как преданный читатель Non-Occultum. Ты не представляешь, как я был разочарован, когда читал это в больнице.
— Оставь свою критику при себе и включи режим «заботливого парня».
— Я и говорю это, потому что мне больно смотреть, как ты мотаешься в такую даль, тратишь силы и возвращаешься ни с чем. Мне тебя жалко.
Тимоти прищурился. В контексте предыдущего заявления это прозвучало не так уж и мило.
Хотя Джонатан был абсолютно прав. Расследование исчезновений зашло в тупик, а всерьёз заниматься монстром журналист изначально не планировал. Высасывать сенсации из пальца было глупо.
Учитывая всё это, редакция приняла решение: в этом году спецвыпуск о Вуд-Ривере выходит в последний раз. Можно было бы просто тихо свернуть проект, и никто бы не заметил, но Тимоти настоял на том, чтобы поставить красивую точку. Поскольку других горящих дел не предвиделось, уговорить Макс оказалось несложно.
«Но Тим… Ладно, удачной поездки…»
Вспомнив полное жалости лицо начальницы, журналист тяжело вздохнул и положил локоть на край открытого окна. Безрезультатные поездки были для него не в новинку, да и от абсурдных слухов про криптидов он давно ничего не ждал. И всё же было чертовски обидно видеть, как несколько лет работы идут прахом.
Джонатан искоса взглянул на опечаленный профиль парня и приподнял бровь.
— Да расслабься ты. Я же обещал поехать с тобой ещё в прошлом году и собираюсь отработать этот долг по полной программе. Сервис будет на высшем уровне.
— Если отвечать в режиме «заботливого парня», то… как насчёт того, чтобы все три дня выглядеть сногсшибательно и исправно выполнять роль твоего идеального трофея?
«И перед кем мне хвастаться трофеем в виде агента тайного общества?» Но звучало это всё равно приятно. Тимоти хмыкнул и спросил с лёгким интересом:
— А в режиме «преданного читателя»?
— Предоставлю всё необходимое для расследования.
— Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить. А если я попрошу привести сюда самого босса M.C.E.E.?
Джонатан небрежно пожал плечами. Он ответил так легко и непринуждённо, что Тимоти едва не поверил ему. «Он ведь не натворит дел, правда?» — с внезапной тревогой подумал журналист и посмотрел на партнёра взглядом, кричащим: «Ты же шутишь, да?». Но Макстарс продолжал невозмутимо следить за дорогой.
— Ага, конечно. Вряд ли до этого дойдёт…
То, что Джонатан позволял себе такие дерзкие заявления, означало лишь одно: он очень хотел поднять Тимоти настроение. Научившись немного читать между строк и понимать скрытые мотивы своего парня, репортёр в конце концов фыркнул, сдерживая смех, и снова отвернулся к окну.
Узкая лента асфальта разрезала Кукурузный пояс Среднего Запада. Стройные ряды кукурузы, которые скоро вымахают намного выше самого Тимоти, лениво покачивались на горячем ветру. На обочине, прямо над приветственным щитом «Добро пожаловать в Вуд-Ривер!», ослепительно сверкала прикреплённая пару лет назад табличка: «Родина Пожирателя дронов!».
Идеальная декорация для безнадёжно дребезжащего арендованного автомобиля, везущего двоих искателей аномалий навстречу неизвестности.
— Тим, похоже, ты тут местная знаменитость.
Джонатан опустил сумку на коврик с принтом «Пожирателя дронов» и с любопытством огляделся. Его замечание относилось к тому чрезмерно бурному приему, который им только что оказал владелец отеля при виде Тимоти.
— Ещё чего, — буркнул Тимоти, брезгливо скидывая с кровати на свободный стул дешёвую плюшевую игрушку в виде пресловутого криптида.
— А что не так? Он чуть не расплакался, когда ты сказал, что в следующем году не приедешь.
— Да это просто… — журналист раздражённо отдёрнул занавески, разумеется, тоже украшенные всё тем же нелепым узором, и выглянул в окно. — Просто этот городок уже вышел в тираж как туристическое направление. Вот он и рад любому гостю.
Из окна отеля открывался потрясающий вид на заднюю аллею, где какой-то парень в ростовом костюме Пожирателя дронов сидел в развалку, сняв голову монстра, и нервно курил.
Как Тимоти и предполагал, с самого въезда в Вуд-Ривер и вплоть до номера отеля их преследовал этот треклятый криптид. Оно и понятно: для крошечного городка, где раньше количество туристов равнялось нулю, монстр стал настоящей золотой жилой, полностью изменившей местную экономику. Даже этот двухэтажный отель, по слухам, раньше был обычным местным пабом.
Как это часто бывает с американскими паранормальными явлениями, «открытие» неизвестного существа быстро превратилось в продукт и целую индустрию, кормящую кучу людей. Конечно, находились и те, кто искренне верил в существование монстра, но большинство приезжало сюда просто ради необычного маршрута или фоток в соцсетях. И, по правде говоря, именно последние приносили львиную долю дохода.
Однако, вернувшись в эту мекку Пожирателя дронов спустя год, Тимоти заметил странную, почти гнетущую атмосферу упадка. Да, после того как в сети появилось разоблачение фейкового видео, интерес к теме резко упал. Но даже для Тимоти было сюрпризом, насколько быстро остыл этот хайп.
«Я думал, их хотя бы лет на пять-десять хватит…»
Видимо, в наше время срок годности любого контента стремится к нулю.
Решив про себя впредь не вестись так легко на истории о криптидах, Тимоти отвернулся от окна и заметил, что Джонатан застыл, пристально разглядывая что-то на стене.
Журналист подошёл сзади, заглянул через плечо парня и, не договорив, резким движением сорвал рамку со стены. Это была распечатка той самой первой статьи из спецпроекта Non-Occultum. Макстарс лишь пожал плечами и обернулся.
— Какой смысл прятать? Я ведь её давно читал.
Да, статья всё ещё висела в открытом доступе в интернете, но одно дело — сеть, и совсем другое — когда твой самый грандиозный провал выставляют напоказ в позолоченной рамке, словно какую-то реликвию. Если бы Тимоти мог, он бы засудил хозяина отеля за нарушение авторских прав прямо сейчас.
— Ты же написал ещё две статьи после этой. Почему он повесил только первую? — искренне поинтересовался Джонатан.
— Сам не догадываешься? Потому что в остальных я писал о том, что видео — фейк, и разносил в пух и прах торгашей, наживающихся на монстре.
— М-да. Скандалы — это же лучший двигатель популярности. Совсем люди ничего не понимают в пиаре.
Непринуждённо поддержав Тимоти и мимоходом бросив камень в огород владельца, Джонатан не стал возвращать рамку на место, а просто плюхнулся на кровать. Он начал загибать пальцы, явно готовясь перевести тему.
— Воскресенье, понедельник, вторник… А какая у нас культурная программа?
— Я же здесь впервые. И, между прочим, очень ждал этой поездки.
Тимоти решил было, что парень снова над ним издевается, и ответил резко, но Джонатан смотрел на него снизу вверх абсолютно серьёзно, без тени улыбки. И правда, если уж «преданный читатель» Макстарс, не пропустивший ни одной статьи о Вуд-Ривере, потащился в такую глушь, вряд ли он сделал это только ради парочки совместных селфи.
В конце концов, финальная статья должна была стать чем-то вроде «Вуд-Ривер сегодня: как Пожиратель дронов изменил город». План состоял лишь в том, чтобы заново опросить старых знакомых и подвести итоги. Трёх дней командировки для этого было более чем достаточно. Так что, если он выделит немного времени и покажет Джонатану пару местных достопримечательностей, ничего страшного не случится.
«Я стал слишком мягким к нему, да?»
Впрочем, Тимоти уже давно привык к такому положению вещей, так что переживать об этом было поздно.
Они встречались уже почти год. Жить в одном номере с одной кроватью стало настолько обыденным делом, что журналист даже не придал этому значения при бронировании — опомнился только тогда, когда хозяин отеля с сомнением переспросил.
К тому же, Джонатан пожертвовал своими законными выходными ради его командировки. И, видимо, прекрасно понимая, что настроение у Тимоти сейчас не на высоте, вёл себя на удивление покладисто.
Поэтому Тимоти, который раньше бы непременно вспылил из-за «этих глупых туристических замашек», сейчас не мог не смягчиться. Да и, честно говоря, глаза Джонатана, блестящие от предвкушения, казались ему невероятно милыми.
Журналист смиренно принял эту свою то ли привязанность, то ли одержимость. Для начала он запустил пальцы в волосы сидящего на кровати парня.
— М-м… ладно. И что конкретно ты хотел бы увидеть?
Джонатан явно ожидал именно такого исхода. Тихо рассмеявшись, он обвил рукой талию Тимоти и притянул его к себе. Оказавшись так близко, репортёр упёрся ладонью в плечо Макстарса, чтобы не потерять равновесие, но при этом не забыл нацепить на лицо строгое выражение.
«Эту его невыносимо самодовольную интонацию ничем не вытравить…» — мысленно вздохнул Тимоти.
Из его груди вырвался смешок пополам с обречённым вздохом, после чего он наклонился и поцеловал Джонатана.
Спустя полтора часа Тимоти мысленно ругал себя за проявленную слабость. Прямо сейчас Джонатан, одетый в стильную кожаную куртку и тёмные очки, водружал ему на голову нелепый ободок с длинными ушами Пожирателя дронов.
После долгих препирательств у крошечного сувенирного стенда в отеле они отправились в музей, как того и хотел Макстарс. Поддавшись на его уговоры в духе: «Ну Тим, я же так сильно-сильно этого ждал!», журналист даже оплатил экскурсию с гидом.
В группе, собравшейся перед самым закрытием музея в воскресенье, было всего три человека. Третьим оказался совсем юный парень, чьё лицо ещё «украшали» подростковые прыщи. В его глазах горел фанатичный блеск, выдававший энтузиазм, который нормальные люди вряд ли бы поняли. Опасаясь, что этот парень может оказаться читателем Non-Occultum, Тимоти старался держаться от него подальше на протяжении всей экскурсии.
— Странно, что гид тебя не узнал, — шепнул Джонатан прямо в фальшивое ухо на ободке Тимоти, то и дело поправляя его съезжающие кончики.
— Говорю сразу, чтобы ты не путался: это не мои настоящие уши, — огрызнулся репортёр.
— И вообще, какой-то он вялый.
Джонатан, проигнорировав недовольство партнёра, продолжал гнуть свою линию. Тимоти легко отмахнулся от его руки и перевёл взгляд на молодого гида, который бубнил текст, уткнувшись носом в информационную табличку.
И правда, местный экскурсовод, работавший здесь в прошлом году, сменился. Новый паренёк выглядел как старшеклассник, которого заставили отрабатывать часы за какую-то провинность в школе. В отличие от прежнего гида, который искренне любил свой город и с горящими глазами рассказывал о Пожирателе дронов, этот с трудом читал по слогам, явно не удосужившись даже просмотреть текст заранее.
Прямо сейчас на его лице крупными буквами было написано: «Хочу домой». Отвечать на въедливые вопросы юного криптозоолога было для него сущим наказанием.
— Э-э, перепончатые крылья? Говорят, что он, вроде как, с их помощью летает. Наверное…
— В таком случае, можем ли мы классифицировать его как млекопитающее отряда рукокрылых? — тут же встрял парень с прыщами.
— Однако, согласно исследованиям доктора Нотмека…
— Кого? — переспросил гид, хлопнув глазами.
— Доктора Нотмека, известного криптозоолога. В своих трудах он утверждает, что способность существа к дневному полёту, целенаправленному преследованию и предполагаемая скорость до 25 миль в час исключают его принадлежность к чистокровным рукокрылым. Скажите, проводились ли какие-либо исследования, опровергающие эту теорию?
— Ох… ну… знаете, там дальше зал с моделями, — гид неопределённо махнул рукой. — Там, наверное, есть подробности. Можете пойти посмотреть…
Тимоти слушал этот диалог и мысленно содрогался. Неужели в прошлом году, когда он засыпал беднягу-экскурсовода каверзными вопросами, он выглядел так же невыносимо? «А что, если он уволился из-за меня?»
Терзаемый чувством вины, журналист ухватил Джонатана за рукав, не дав ему последовать за воодушевлённым юнцом в зал с моделями. Оставим в стороне нытьё Тимоти о собственных страданиях, но идти туда сейчас не было никакого смысла. Если за год здесь ничего кардинально не изменилось, то в зале их ждали лишь убогие, слепленные из дешёвой глины фигурки, пытающиеся максимально уродливо воспроизвести монстра с размытого видео.
Как Джонатан воспринял этот жест заботы — неизвестно, но он лишь коротко кивнул и повернулся к гиду. Дождавшись, пока парень скроется в соседнем зале, Макстарс доверительно понизил голос.
— Тяжёлая у вас работа. Я тут краем уха слышал… ну, вы поняли, — он многозначительно покрутил пальцем у виска.
Как опытный оккультный репортёр и человек, давно изучивший повадки Джонатана, Тимоти сразу понял: это часть расследования. Классический приём — наладить контакт с человеком, которому плевать на всю эту паранормальщину, сыронизировав над поведением фанатиков.
Видимо, Макстарс хотел подготовить почву, чтобы Тимоти было проще задавать вопросы, но…
Тимоти заметил, как взгляд гида скользнул по его дурацкому ободку с ушами.
Пока журналист, стараясь выглядеть непринуждённо, стягивал ободок, гид снова переключил внимание на Джонатана и окинул его оценивающим взглядом. Макстарс в своей крутой куртке совершенно не походил ни на ботаника-криптозоолога, лихорадочно конспектирующего лекцию, ни на инфантильного туриста, нацепившего сувенирные уши ради забавы. На фоне остальных посетителей он выглядел самым адекватным и солидным взрослым. Это явно успокоило юного экскурсовода, и он заметно расслабился.
— Да уж, чудиков тут хватает. И ладно бы этот был последним, так ведь нет.
— Бедолага. Вы, кажется, ещё учитесь, а уже познали все прелести работы с людьми.
— Ну, это всё равно лучше, чем париться в костюме ростовой куклы на улице. К тому же, это место освободилось только потому, что мистер Смит внезапно уволился.
Смит. Тот самый гид, который в прошлом году мужественно терпел допросы Тимоти. Услышав это имя, журналист забыл о своём намерении молча наблюдать за допросом и поспешно вмешался:
— …А вы случайно не знаете причину?
— Ещё бы не знать. Если бы мне предложили должность тренера футбольной команды в Линкольне, я бы тоже свалил из этой дыры не задумываясь.
Студент небрежно крутанул в руке микрофон и кивнул своим мыслям. По его словам, мистер Смит, который больше всех радел за процветание Вуд-Ривера, недавно получил предложение стать тренером футбольной команды государственного университета в столице штата и тут же собрал чемоданы. Учитывая, что его семья поколениями жила в Вуд-Ривере, вопрос о сумме предложенного контракта стал самой горячей темой для сплетен среди местных жителей.
По мере рассказа лицо Тимоти становилось всё более сложным.
«Он ведь так радовался, что Вуд-Ривер наконец-то прославится…»
Этот человек часами бродил с камерой по округе в свободное время, свято веря, что ещё парочка видео — и их захолустье превратится в процветающий город. Да, принять такое предложение было абсолютно разумным решением, но осадок всё равно остался. Тимоти не мог избавиться от чувства вины: ведь это именно его скептическая статья пробила первую брешь в мечтах мистера Смита.
Джонатан легонько толкнул Тимоти локтем в бок.
— Надо будет добавить в свой список желаний: покататься на «Линкольне» по Линкольну.
Выдав этот плоский каламбур, объединивший название престижной марки авто и столицы штата Небраска, Макстарс повернулся к репортёру. На его лице сияла донельзя довольная улыбка, словно он ждал оваций за свою искромётную шутку. Вырванный из раздумий Тимоти с секундным опозданием понял, что парень просто пытается его отвлечь, и подавил смешок.
— Это оценка за юмор? Из тридцати?
Благодаря этой дурацкой шутке Тимоти удалось сохранить хорошее настроение, даже когда в зале с моделями они наткнулись на новую, отвратительно слепленную композицию — «Семья Пожирателей дронов (предположительно)».
Размеры сувенирного магазина на выходе из музея не шли ни в какое сравнение с жалким стендом в отеле. Выйдя оттуда с целой горой пакетов, они устроились за столиком у окна в ближайшем ресторанчике. Тимоти, даже не взглянув в меню, заказал первое попавшееся блюдо и смерил недовольным взглядом гору покупок на соседнем стуле.
— Только попробуй не налепить это на холодильник.
Речь шла о магнитиках с Пожирателем дронов, которые Джонатан сгребал с полок с таким энтузиазмом, что Тимоти быстро оставил попытки его остановить.
— Я купил и для тебя. Зачем бы мне иначе брать по два одинаковых? Это парные вещи, — пояснил Джонатан, заметив недовольный взгляд журналиста.
— Кто вообще покупает такую нелепицу как «парные вещи»? А, точно, мне же надо разобрать свой холодильник. Я его, кажется, недели две не открывал.
— Может, нам уже пора съехаться?
Тимоти пробурчал отказ скорее по привычке. На самом деле они и так уже практически жили вместе. Когда Джонатан, часто бывавший в разъездах, возвращался в Лос-Анджелес, репортёр почти всё время проводил у него. Макстарс прекрасно это понимал, поэтому ничуть не обиделся и невозмутимо продолжил:
— И почему же? В прошлый раз ты чуть ли не плакал, говоря, что не хочешь возвращаться в свою тесную грязную конуру.
— То есть ты отрицаешь только слёзы? Как-то даже неловко за тебя.
— К чему такая спешка? Сразу предупреждаю: я не смогу оплачивать половину аренды за твою квартиру.
— Ты правда думаешь, я зову тебя переехать, потому что мне не хватает денег на квартплату? Серьёзно, Тим, почему ты так упираешься? Это начинает раздражать.
— Дело не в том, что я упираюсь, просто…
Тимоти замялся и опустил глаза. Он не пытался уйти от ответа, просто подбирал правильные слова.
— Мне нравится… ездить к тебе. Нравится это чувство лёгкого волнения, когда я остаюсь один в твоей квартире, пока тебя нет. Это странное ощущение чужого пространства… Оно освежает. Мне это нравится.
— А-а. То есть наш Тим просто хочет подольше наслаждаться трепетной романтикой конфетно-букетного периода?
Наверняка существовала более солидная и взрослая формулировка для его чувств. Но, глядя на наглую, сияющую улыбку Джонатана, Тимоти моментально растерял всякое желание её искать.
Как раз в этот момент подошла официантка и сгрузила на середину стола гигантское ведро с «Маргаритой». Из коктейля торчали две изогнутые в форме сердец трубочки длиной с ладонь.
Прежде чем ошарашенный журналист успел попросить меню, чтобы проверить, что именно он заказал, на стол подали еду. На тарелках красовались два куска стейка, уложенные так, чтобы напоминать чёрные глазницы. Вокруг них из слегка подгоревшего томатного пюре был вырисован контур головы Пожирателя дронов, а гарнир по бокам имитировал его длинные уши.
Тимоти бывал в Вуд-Ривере не раз, но в классическое туристическое заведение зашёл впервые. Из его груди вырвался растерянный вздох:
Как вообще можно «недоразуметь» бадью с алкоголем размером с человеческую голову? И что это за еда, отбивающая всякий аппетит? Но Джонатан, даже не пытаясь изобразить удивление, спокойно заговорил:
— M.C.E.E. не поручали мне никого здесь устранять. Я не заказывал этот мерзкий парный коктейль, чтобы поиздеваться над тобой демонстрацией чувств. И, просто чтобы ты не пугался: я не просил прятать кольцо в десерт.
Тимоти уставился на него с ещё большим недоумением. Конечно, он помнил, что «Маргарита» была ключевым элементом в деле «Пиллингмена» (казалось, это было года три назад, хотя на самом деле прошло чуть больше года). И да, эти вопиюще романтичные трубочки его напрягали.
Но при чём тут кольцо в торте?! Разве они не договорились временно притормозить с шутками про свадьбу? Журналист понимал, почему Джонатан внезапно начал оправдываться, но всё же…
— Это был риторический вопрос, — Тимоти примирительно поднял руки, пытаясь остановить поток откровений, иначе Макстарс, чего доброго, выдал бы ему пин-код от своей банковской карты. — К тому же, этот сет заказал я сам. Просто не ожидал, что порция будет настолько огромной…
Только тогда Джонатан расплылся в довольной ухмылке.
— …Ты ведь с самого начала всё знал и просто придуривался, да?
— Я просто демонстрирую свои благие намерения, Тим. Показываю, что готов безропотно уступить место твоей любимой «Тайне» — то бишь Пожирателю дронов и Вуд-Риверу.
Ах, вот оно что. На этот раз Джонатан действительно намеревался всячески помогать ему с расследованием, без каких-либо скрытых мотивов и тайных планов. И хотя он, видимо, физически не мог произнести это прямым текстом без издевки, его намерения всё равно заслуживали похвалы.
Тимоти опустил руки и взялся за нож для стейка. Джонатан тоже послушно замолчал, так что какое-то время они могли наслаждаться относительно спокойным ужином.
Пока они ели, на улице стемнело, и город опустел. Медленно жуя стейк, который оказался на удивление вкусным, Тимоти перевёл взгляд на окно.
Атмосфера определённо изменилась по сравнению с прошлым годом. Даже с учётом того, что сегодня вечер воскресенья, разница была налицо: год назад в это же время улицы кишели разношёрстной толпой, слоняющейся в поисках открытых баров. Возможно, эта вычурная подача блюд и чрезмерно старательный сервис были лишь отчаянной попыткой ресторана привлечь хоть каких-то клиентов.
«В прошлом году ведь не было никаких новых исчезновений».
Единственным значимым событием в округе за весь прошедший год были выборы. Вуд-Ривер всегда был тихим местечком, и вполне логично, что с исчезновением Пожирателя дронов он быстро вернулся к своему привычному ритму жизни.
«И всё-таки, хайп утих слишком быстро».
Интересно, если бы Бигфута или Сасквотча открыли в наши дни, они бы тоже не выдержали конкуренции и быстро затерялись в бесконечном потоке коротких видео? Мир меняется так стремительно… Может, и ему стоит всерьёз задуматься о том, чтобы съехаться с Джонатаном?
— У тебя опять странные мысли.
Джонатан многозначительно покосился на замершую руку журналиста. Пока Тимоти колебался, стоит ли признаваться, что он размышлял о совместной жизни, Макстарс продолжил:
— Очень тебя прошу, не накручивай себя и не натвори делов. Помнишь, после того случая на заводе по переработке сточных вод ты обещал мне больше так не делать?
— …Слышать это от тебя чертовски обидно.
— Сначала поджог, потом затопление… Что дальше? Призовёшь ураган?
Слышать о том, что Джонатан готов к сотрудничеству, было приятно, но Тимоти оказался совершенно не готов к тому, что они поменяются ролями. Возмущённый до глубины души, журналист бросился в словесную атаку. Оставшуюся часть вечера они увлечённо спорили, кто из них хуже, обменивались колкостями, тут же извинялись за них и потягивали «Маргариту» из общего ведра.
А когда принесли десерт, Тимоти всё-таки не удержался и осторожно поковырял вилкой бисквит — так, на всякий случай.
Сегодняшний будний день у Тимоти был расписан по минутам: его ждала настоящая командировка. В первую очередь нужно было завершить спецпроект, а значит, настало время лично встретиться со всеми, кто когда-либо фигурировал в его статьях. Журналист планировал расспросить местную газету и шерифа о продвижении дел с исчезновениями людей, а жителей Вуд-Ривера — о том, как преобразился городок после появления Пожирателя дронов.
Хотя, если так подумать, неладное почуялось ещё на этапе планирования интервью. Несколько человек отказались под предлогом переезда, смены работы или просто бросив в трубку: «Ох, как же вы надоели». В отказах не было ничего из ряда вон выходящего — обычные издержки профессии, — поэтому тогда Тимоти не придал этому значения. Однако теперь, воочию наблюдая унылое запустение города, он понял: все эти отговорки сливались в одну пугающе логичную картину.
«Такое чувство, будто они просто придираются, лишь бы не участвовать в спецвыпуске...» — подумал он.
Пока Тимоти, разложив ноутбук на столике для завтраков, терзался сомнениями в собственной профессиональной интуиции, Джонатан невозмутимо изучал гостиничные брошюры. Именно тогда агент, попивая утренний кофе с кристально чистым, не обременённым ни единой заботой лицом, выдал совершенно нелепую идею.
— Предлагаешь пойти на кукольный спектакль? Ты серьёзно? — переспросил Тимоти, вздёрнув бровь.
— А что, похоже на шутку? — Джонатан пожал плечами. — Говорят, там достоверно воссоздана сцена поедания человека Пожирателем дронов. Любопытно же.
— И что любопытного в том, как куклы жрут друг друга? Мы же не дети.
— Тим. — Джонатан усмехнулся. — Мы спали в одной постели, только держась за ручки, а ты хочешь, чтобы с тобой обращались как со взрослым?
Командировка командировкой, но когда этот самый Пожиратель дронов, призванный будоражить детское воображение, бесстыдно пялится на тебя с каждого угла — какое уж тут настроение?
Этот утренний спор в ресторане отеля был явно неуместен, и вот результат: пять часов вечера, а они сидят в абсолютно пустом зрительном зале.
Впрочем, у Тимоти просто не было времени в полной мере оплакивать этот факт. Устроившись на жёстком сиденье, он увлечённо систематизировал материалы интервью, на сбор которых ушло всё утро и половина дня. Никаких сенсационных новостей о пропавших без вести раздобыть не удалось, зато причины резкого упадка туристической индустрии Вуд-Ривера вырисовывались вполне чётко, пусть и в общих чертах.
Если верить шерифу, весь прошлый год городок сотрясали инциденты, спровоцированные туристами. Начиная с мелочей вроде пьяных дебошей и ночных воплей, и заканчивая серьёзными происшествиями — например, кто-то умудрился въехать в столб на машине, обесточив половину округа. В таких крошечных городках любая трата административных ресурсов бьёт по бюджету мгновенно, так что среди местных жителей, понёсших прямой или косвенный ущерб, зрело серьёзное недовольство.
Были и другие, более мелкие проблемы. Слишком незначительные для новостных сводок, но весьма ощутимые для горожан: то ли скандальная любовная интрижка, то ли управленческий хаос в «Комитете самоуправления жителей Вуд-Ривера по доказательству существования и оправданию Пожирателя дронов» (название было ещё длиннее и абсурднее). А ещё — новый харизматичный пастор в местной церкви, устроивший серию проповедей о недопустимости поклонения Сатане (читай: Пожирателю дронов).
На волне этих настроений на прошлогодних выборах победил кандидат в мэры, чья предвыборная кампания строилась на обещании сократить количество мероприятий, связанных с местным криптидом.
Действительно, у каждого краха есть свои причины.
— ...Звучит логично. Вполне логично, но...
Ощущение было таким же сбивающим с толку, как вчерашним вечером, когда Джонатан гладко стелил оправдания, о которых его даже не просили. Словно Вуд-Ривер, почуяв неладное, вдруг вскочил и затараторил: «Вот это логично потому-то, а вот то — поэтому!»
Тимоти, глубоко погружённый в свои мысли, рассеянно потирал нижнюю губу. Внезапно он вздрогнул и вскинул голову — Джонатан легонько похлопал его по плечу. Ах да, они же в театре. Репортёр торопливо захлопнул крышку ноутбука.
— Ой, извини. Не заметил, что уже началось.
— Ещё не началось. Просто ты так трёшь губу, что скоро до крови сотрёшь, — прошептал Джонатан с мягкой улыбкой, лениво откинувшись на подлокотник.
Он сопровождал Тимоти на всех интервью без перерыва и наверняка тоже чертовски устал, но в его голосе всё равно скользила эта кокетливая, игривая интонация.
— Давай немного проветримся. Я сам настоял на этой глупости, так что после ужина обещаю больше не докучать.
— Ну что ты такое говоришь. Я никогда не считал, что ты мне докучаешь.
— ...Ну, разве что самую малость.
Услышав это чистосердечное признание, Джонатан беззвучно рассмеялся.
Тимоти расслабил плечи, откинулся на спинку кресла и с неловким выражением лица уставился на сцену. Декорации ночного кукурузного поля были сделаны весьма искусно, чувствовалось, что создатели вложили в них душу, но сцена по-прежнему пустовала. К тому же свет в зрительном зале до сих пор не погас, хотя заявленное время начала спектакля давно прошло.
— Кто знает, — протянул Джонатан. — Может, увидели, что в зале всего два зрителя, и мотивация пропала?
— Не смеши. Профессионалы так не поступают.
Тимоти нахмурился, невольно вспомнив жалкое количество просмотров у своих статей. Джонатану же, похоже, было абсолютно плевать, провалится ли фильм с его участием в прокате — он лишь пожал плечами и перевёл тему:
— Господин профессионал, у меня вопрос.
— Ты говорил, что в этом спектакле будет сцена людоедства. Но откуда вообще взялся слух, что Пожиратель дронов ест людей? На видео он только дроны атаковал.
— А, это... из-за пропавших без вести.
Тимоти ожидал очередной дурацкой шутки, но вопрос оказался неожиданно метким. Репортёр инстинктивно выпрямился, собираясь с мыслями перед тем, как ответить.
Впервые о серии загадочных исчезновений в Вуд-Ривере написал Non-Occultum, посвятив этому вторую статью из спецвыпуска. Прямых доказательств причастности Пожирателя дронов найти не удалось, но публикация подстегнула энтузиастов копнуть глубже. Впрочем, никто из них, как и сам Тимоти, так и не смог раскопать ничего нового.
На данный момент было известно о четырёх пропавших. Всех их объединяло одно: их маршрут пролегал по определённому шоссе, проходящему через Вуд-Ривер, и сигнал автомобильных навигаторов, как и GPS на телефонах, обрывался аккурат неподалёку от города.
Что было самым странным — близкие пропавших не проявляли особого рвения в поисках. О двоих из них даже не заявляли в полицию. Если бы не болтливый владелец отеля, обожающий сплетни, Тимоти так бы ничего и не узнал.
— Первое подтверждённое исчезновение произошло одиннадцать лет назад, а последнее — всего пару лет назад. Думаю, можно смело считать, что это не конец.
— Хм. А мы точно уверены, что они просто не забрели в кукурузное поле?
— Как тут будешь уверен? К тому же, это не городские страшилки из шестидесятых: далеко не каждый, кто заходит в кукурузу, исчезает бесследно. В наши дни есть GPS, вертолёты для поисков...
Тимоти осёкся и понизил голос, хотя в зале по-прежнему никого не было. На сцену неспешно поднялся мужчина, судя по всему, местный сотрудник.
Его лицо, сплошь покрытое шрамами и густой щетиной, совершенно не вязалось с атмосферой детского кукольного театра. Мужчина выглядел измождённым. Он небрежно перенёс вес на одну ногу и, глядя на двух одиноких зрителей с явным равнодушием, хрипло произнёс:
— В целях безопасности сегодняшний спектакль отменяется. Деньги можете вернуть на кассе.
— А что за проблемы с безопасностью? — машинально выпалил Джонатан.
Сотрудник, видимо, не ожидавший такой прыти, с минуту сверлил их тяжёлым взглядом, а потом сухо бросил:
Джонатан, собаку съевший на том, чтобы выводить людей из себя, уже открыл рот, чтобы задать очередной провокационный вопрос, но Тимоти поспешно схватил его за руку. И вовсе не из жалости к пугающему сотруднику.
Тимоти был уверен: они уже встречались. И хотя репортёр не отличался феноменальной памятью, забыть ту странную встречу было попросту невозможно. Судить о том, к добру это или к худу, было пока рано, но, судя по всему, мужчина его не узнал.
Воспользовавшись заминкой Джонатана, сотрудник скрылся за кулисами. Зрителям ничего не оставалось, кроме как собрать вещи и подняться с мест. Тимоти, всё ещё прокручивая в голове лицо мужчины, задумчиво молчал. Джонатан тоже склонил голову набок.
— Тот парень... как будто из другого жанра сюда затесался. Подозрительно, — нарушил тишину агент.
— Ну, мы же вроде как на детском кукольном спектакле. А стоило ему появиться, как всё разом превратилось в декорации для детективного триллера.
Тимоти прекрасно понимал, что со стороны слова Джонатана звучат как его обычный бред. Но чутьё агента было особенным. Назвать это просто «чутьём» было бы преуменьшением — скорее, это была бессознательная статистика, собранная за годы работы на всевозможных оккультных происшествиях.
Доверившись этой интуиции, Тимоти решил поделиться своей историей.
Это случилось во время его одиночной поездки в Вуд-Ривер, когда их планы с Джонатаном сорвались.
Год назад Тимоти, ещё не зная, что в Джонатана вселился злой дух, сидел в придорожной закусочной и жевал сухой блинчик, мысленно проклиная весь свет. Было раннее утро, он возвращался в аэропорт. Тройные кукурузные блинчики, запрятанные в самый дальний угол меню, оказались редкостной дрянью.
— Вкусно? — раздался вдруг грубый голос.
Незнакомец заговорил резко, словно искал повода для ссоры. Тимоти, чьи мысли были заняты исключительно раздражением («И почему этот Джонатан вечно творит, что вздумается?!»), вскинул нахмуренные брови и буркнул в ответ:
— Нет. Спасибо хоть, что не четверные.
Тогда мужчина с суровым лицом бесцеремонно уселся прямо напротив него. Бросив быстрый взгляд на рюкзак, который Тимоти небрежно кинул на соседнее сиденье, он заговорил — и это явно был не светский трёп о погоде или пробках на дорогах.
— ...Да. Через двадцать минут. Серый Мустанг.
Для Тимоти ход этого диалога был совершенно непостижим. Пока он хмурился, пытаясь уловить суть, мужчина отказался от предложенного официанткой кофе и поднялся из-за стола.
— «Серый Мустанг»? — переспросил Джонатан, слушая рассказ Тимоти.
Они как раз вышли из здания театра, получив в кассе возврат за несостоявшийся спектакль. Тимоти коротко кивнул.
— Да, на парковке у закусочной и правда стояла такая машина. Тогда я решил, что он просто какой-то ненормальный, и не придал этому значения... К тому же, я был слишком расстроен, чтобы обращать внимание на подобные вещи.
— И почему же ты был расстроен?
— Ты стал задавать слишком много вопросов.
Тимоти молча зашагал в сторону театральной парковки. Джонатан, идущий следом и беззаботно напевающий себе под нос, вдруг поднял руку и указал куда-то в угол.
На парковочном месте для сотрудников стоял грязный серый Мустанг. Тимоти не помнил точный номерной знак, но машина была очень похожа на ту, что запечатлелась в его памяти. А это значило, что он не ошибся — это был тот самый человек.
Тимоти прищурился, внимательно разглядывая автомобиль. Голос разума твердил, что подозревать кого-то без веских причин рано, но слова, брошенные мужчиной год назад перед уходом из закусочной, упрямо всплывали в памяти:
«Не опаздывай. Я делаю это дерьмо в последний раз».
Если это был не просто бред параноидального бродяги, то что именно он делал «в последний раз»?
«Это как раз совпадает с тем временем, когда шумиха вокруг Пожирателя дронов начала резко спадать...»
Открыв пассажирскую дверь, Тимоти замер и долго сверлил Мустанг взглядом. Он настолько ушёл в свои мысли, что даже не заметил, как Джонатан, сидящий на водительском сиденье, не заводит мотор, а лишь легонько постукивает пальцами по рулю.
Наконец, так ничего и не сказав, Тимоти просто захлопнул дверь и направился прочь от машины. Джонатан тихо усмехнулся, с неподдельным интересом наблюдая за его решительной спиной.
Честное признание кассиру и парковщику в том, что он «никак не может выбросить из головы того мужчину, которого встретил лишь раз в прошлом году», оказалось весьма действенным. Впрочем, львиная доля успеха принадлежала Джонатану, который устроил рядом сцену жгучей ревности, достойную «Оскара».
Выяснилось, что мужчину зовут Дерек. Он появился в Вуд-Ривере около пятнадцати лет назад, но здесь не жил, да и постоянной работы не имел. Для большого города это было бы в порядке вещей, но в крошечном городке, где все знают подноготную друг друга, такая скрытность была редкостью.
Несмотря на это, Дерек никогда не привлекал к себе лишнего внимания и не делал ничего такого, за что местные могли бы на него ополчиться, поэтому отзывы о нём, которые услышал Тимоти, были в целом нейтральными. Точнее, отзывов как таковых вообще не было.
Проведя целый опрос и прихватив с собой сэндвичи на вынос, Тимоти и Джонатан вернулись в арендованную машину. Солнце уже село, но они всё ещё торчали на парковке театра — по диагонали от серого Мустанга. Едва сев в салон, репортёр тут же вперил взгляд в лобовое стекло, не сводя глаз с машины Дерека. В конце концов, Джонатан, не выдержав этого зрелища, сам развернул сэндвич и протянул его партнёру.
— Ешь и говори. У тебя маковой росинки во рту не было с самого завтрака.
— Пятнадцать лет, Джон! Пятнадцать лет! Мало того, что он ни с кем не завёл дружбу, так никто вообще ничего не знает о его связях, прошлом, увлечениях... Разве это нормально?
— Проблема в том, что я не могу понять, с чем связана тайна Дерека. С исчезновениями? С Пожирателем дронов? Или он просто типичный волк-одиночка?
— Твои слова становятся всё абсурднее.
— Да как сказать! Может, он вообще состоит в какой-нибудь тайной организации...
Распалившись от собственных теорий, Тимоти впервые с тех пор, как сел в машину, повернулся к Джонатану. Тот всё ещё держал протянутый сэндвич, а его прищуренные глаза изогнулись из-за красивой улыбки. Губы Тимоти, секунду назад увлечённо тараторившие, дрогнули и сжались.
Он так воодушевился мыслью о новой зацепке, что потерял бдительность. За ту долю секунды, что их взгляды встретились, Тимоти успел вспомнить как минимум пять своих недавних промахов. И самым ужасным из них было только что вырвавшееся упоминание о тайной организации. Он уже предвидел, какой арсенал саркастичных колкостей пустит в ход Джонатан, который до сих пор так блестяще поддерживал его «работу».
Удивительно, но в их бесконечных перепалках вина обычно делилась поровну. Но если косячил Тимоти, то всё всегда происходило именно так: он с головой уходил в дело, раз за разом испытывая терпение Джонатана на прочность. А ведь ему казалось, что в последнее время они нашли какой-никакой баланс...
Тимоти напрягся, готовый выпалить: «Прости! У меня нет фетиша на загадочных мужчин из тайных организаций, честно!» — как вдруг...
У стоящего напротив Мустанга зажглись фары.
Они синхронно нырнули вниз, прячась за приборной панелью. Скорость их реакции была быстрее любых слов. Лучи фар Мустанга мазнули прямо над их головами, пока они обменивались напряжёнными взглядами.
«Домой поехал? А что, если он узнал меня и решил смыться?»
Не успел Тимоти озвучить свои опасения, как почувствовал лёгкую вибрацию сиденья, к которому он буквально прилип. Джонатан, поднявшийся на секунду раньше, уже заводил двигатель.
Отлично сработано, Джон. Если бы не контекст ситуации, Тимоти бы уже трижды признался ему в искренней любви. Он резко выпрямился и пристегнул ремень безопасности. Заметив это краем глаза, агент коротко скомандовал:
— И не расслабляйся. Потом мы поругаемся.
Легко усмехнувшись этой разнице интонаций, Джонатан тронулся с места.
Следить за другой машиной ночью на глухой просёлочной дороге — задача не из лёгких. Особенно, когда преследуемый автомобиль уезжает всё дальше от более-менее освещённого центра города. Чем сильнее они отставали от Дерека, чтобы не выдать себя, тем меньше света оставалось вокруг. Тимоти, не моргая, следил за тем направлением, куда исчезла машина, и в замешательстве склонил голову.
— Похоже, он вообще уезжает из города...
— Разве вдоль этой дороги нет ничего, кроме кукурузных полей?
— Вот именно. Если у него не спрятана хижина в какой-нибудь глуши, зачем ему мотаться туда-сюда? Это очень странно.
— Выглядит он как раз как парень, который живёт в такой хижине с дробовиком на стене. Едем дальше?
Если существовал хотя бы малейший шанс, что Дерек опаснее, чем позволяет здравый смысл, то сейчас был самый подходящий момент нажать на тормоза. Изначально Тимоти планировал лишь случайную встречу с лёгким прощупыванием почвы, а не полноценную слежку. Если Дерек вдруг остановится посреди дороги, зажатой кукурузными полями, он даже представить не мог, как будет выкручиваться и изображать «случайность».
И всё же, отступать, когда они уже зашли так далеко, было обидно.
— Дальше по дороге должна быть закусочная. Доедем до неё и развернёмся.
Уловив в голосе Тимоти явное сожаление, Джонатан молча продолжил вести машину.
Они ехали уже около двадцати минут, надеясь, что машина Дерека притормозит у закусочной. Вокруг простиралась кромешная тьма двухполосного шоссе. Пейзаж с кукурузными полями, мелькающими по обе стороны, разительно отличался от того, что они видели днём.
«Закусочная должна быть уже где-то здесь...»
Возможно, из-за тёмной, пустынной дороги единственным ориентиром служили габаритные огни машины Дерека, едущей впереди. Но почему-то старой неоновой вывески, которая, как помнил Тимоти, должна была появиться вскоре после выезда из города, нигде не было видно. Туристов в Вуд-Ривере поубавилось, это факт, но основным контингентом заведения всегда были дальнобойщики. Вряд ли оно закрылось за какой-то год. Это было странно.
Тимоти судорожно вглядывался в окно, думая, не пропустили ли они вывеску из-за того, что она сломалась и погасла. Именно в этот момент Джонатан, всё это время молча сосредоточенный на преследовании, тихо произнёс...
— Тим, только без паники, — тихо произнёс Джонатан.
— Зачем? — непонимающе моргнул Тимоти.
«К чему эти многозначительные фразочки посреди тёмной трассы? Он всё ещё злится из-за моей недавней оплошности?» — пронеслось в голове репортёра.
Если вероятность этого была хоть каплю больше нуля, то сейчас лучше было не провоцировать агента. Тимоти молча откинул пластиковую крышку прямо над своими коленями и сунул туда руку. А в следующую секунду буквально подскочил на месте. И это не было преувеличением: если бы не натянувшийся ремень безопасности, он бы точно пробил макушкой крышу арендованного авто.
— Я же просил без паники, — невозмутимо отозвался тот.
— Это ещё что такое?! Ты её сюда положил? Когда успел?! Откуда она вообще взялась? Твоя?!
Вместо того чтобы отдёрнуть руку, Тимоти, наоборот, максимально вытянул её, пытаясь задвинуть жуткую находку как можно глубже в недра ниши. Ему совершенно не хотелось держать эту вещь рядом с собой. Но и просто бросить её, захлопнув крышку, было страшно: воображение тут же нарисовало миллион сценариев случайного выстрела.
Глядя на его неподдельный, искренний ужас, Джонатан издал задумчивое «хм» и опустил уголки губ. Видимо, до него дошло, что без внятных объяснений добиться от репортёра хоть какого-то сотрудничества не выйдет. Его голос зазвучал подчёркнуто спокойно:
— Мы же заезжали в супермаркет по пути сюда. Там и приобрёл.
— Чёртова Национальная стрелковая ассоциация! Погоди-ка, ты же сказал, что идёшь в туалет!
— Одно другому не мешает. Чувствую, этот разговор затянется, так что, может, для начала достанешь её? — Джонатан даже не повернул головы.
Тимоти просверлил гневным взглядом профиль своего парня, так и не поняв, пытается ли тот его успокоить или изощрённо издевается. Наконец, издав долгий, тяжёлый вздох, он вытащил руку из бардачка.
Репортёр брезгливо ухватил предмет двумя пальцами — большим и указательным, — словно выуживал грязную салфетку из мусорного ведра. В воздухе безвольно повисла тяжёлая чёрная пушка.
«Чтоб вы провалились, проклятая NRA», — с тоской подумал он.
— Стрелять умеешь? — поинтересовался агент.
— А сам-то как думаешь? — огрызнулся Тимоти.
Джонатан, всё это время не сводивший глаз с ночной дороги, конечно, кожей чувствовал, что возмущение партнёра уже пробило стратосферу. Тихо вздохнув, он пожал плечом:
— Неужели ты думал, что я всё это время расхаживал на задания с пустыми руками?
— Неужели нельзя было хотя бы предупредить меня перед покупкой?!
— Ты бы начал возмущаться. К тому же, я сказал сейчас, а это вполне себе «заранее».
Оружие. Пожалуй, самая острая и скандальная тема для споров во всей Америке. Но какими бы ни были личные политические взгляды Тимоти, сейчас его до белого каления доводило другое: Джонатан провернул всё это у него за спиной, даже не попытавшись посоветоваться.
Да, он ярый противник пушек. Но неужели агент считает его упёртым идиотом, который стал бы слепо протестовать против мер самообороны в их далеко не безопасной работе? И что хуже всего: даже сейчас, когда атмосфера в салоне накалилась до предела и грозила вылиться в грандиозный скандал, водитель упрямо смотрел только вперёд.
Чаша терпения переполнилась. Тимоти набрал в грудь побольше воздуха, готовясь сорваться на крик.
— Если ты устраиваешь этот цирк из-за моего недавнего косяка, то...!
Машина резко клюнула носом, и тело репортёра с силой швырнуло вперёд. Даже в этот момент он судорожно сжимал пистолет, отводя руку подальше, из-за чего повис на ремне безопасности в нелепой позе летящего Супермена.
«Ну это уже перебор. Он издевается?» — раздражённо подумал Тимоти.
Превозмогая тупую боль в сведённой шее, он с трудом повернул голову к водителю. Лицо Джонатана было напряжённым, а застывший взгляд буравил темноту впереди. Ни тени насмешки. Репортёр проследил за его взглядом и уставился в лобовое стекло.
За окном зияла непроглядная чернота. Красные габаритные огни Мустанга исчезли. Машины Дерека не было.
Да, последние пару минут они были слишком увлечены перепалкой. Но это прямая, как стрела, однополосная дорога! Здесь попросту негде затеряться. В ответ на панический зов партнёра Джонатан плавно поднял руку и приложил указательный палец к губам репортёра. Заставив его замолчать, агент медленно убрал ладонь и полностью заглушил двигатель.
В ту же секунду салон погрузился в абсолютную тишину. Замолкли голоса, стихло гудение мотора. В этом океане мрака слышался лишь жутковатый, шелестящий свист ветра, неистово треплющего сухие верхушки кукурузных стеблей. Этот звук просачивался даже сквозь плотно закрытые окна, пробирая до костей. Тимоти тревожно вглядывался в темноту, но хаотично колышущееся море посадок не давало никаких ответов.
Лишь когда реальность окончательно растворилась в вязкой черноте и безмолвии, Джонатан нарушил тишину.
— ...Кого? — выдохнул репортёр.
И ответ заставил разом забыть обо всём: об их ссоре, о безумной слежке, о странном Дереке и тайных организациях.
У Тимоти были другие репортажи, а у Джонатана — съёмки, поэтому затягивать командировку не представлялось возможным. И всё же, едва вернувшись в отель, журналист принялся настойчиво названивать Макс. Изначально они должны были покинуть Вуд-Ривер завтра рано утром. Тимоти хотел хотя бы отложить вылет на максимально поздний срок, чтобы выкроить ещё немного времени. Но для этого требовалось разрешение главного редактора — Макс.
Видеозвонок, на который Макс ответила лишь с пятой попытки, растянулся на долгие три часа и семнадцать минут. Несмотря на затянувшееся обсуждение и искреннее беспокойство босса («Тим, с головой всё в порядке?»), дело не сдвинулось с мёртвой точки. Главной проблемой было полное отсутствие доказательств того, что Джонатан действительно «видел Пожирателя дронов». Макс дала это понять предельно ясно.
— Слухов о том, что кто-то что-то видел, и так было предостаточно, — доносился её голос из динамиков.
— И что с того? Если Джон скажет, что видел Бога, ты и в это поверишь?
У Тимоти не было сил за одну ночь ввязываться сначала в споры о контроле над оружием, а затем ещё и в религиозные дебаты, но эти слова показались ему чертовски несправедливыми. В тоне Макс явно сквозил намёк: «Уж не растерял ли ты остатки объективности из-за своих отношений?»
Конечно, год назад Тимоти и сам бы согласился с Макс. Заявить, что некая чёрная тень, мелькнувшая посреди неосвещённого кукурузного поля глубокой ночью, и есть Пожиратель дронов — это звучало нелепо и притянуто за уши. И нельзя сказать, что за этот год его подход к работе кардинально изменился: услышь он подобную байку от кого-то другого, то наверняка бы отмахнулся, сочтя её пустой тратой времени.
Но сейчас перед ним был не кто иной, как Джонатан Макстарс.
— Разве можно найти более надёжный источник, чем Джонатан? Да если бы мы с ним не сцепились в тот момент, он бы точно успел сделать фото или видео. А то и вовсе бы поймал эту тварь и притащил сюда.
— Была бы премного благодарна... Кстати, раз уж зашла речь, почему Джон молчит? Неужто и правда пошёл ловить монстра?
Ноутбук стоял на маленьком столике в номере, поэтому Макс были видны лишь возмущённое лицо Тимоти и кусок потолка. Услышав вопрос босса, удивлённой непривычным молчанием агента, репортёр скосил глаза в сторону кровати.
Джонатан уже битый час сидел, прислонившись к изголовью, и копался в телефоне. Он прекрасно слышал, как Тимоти надрывается, защищая его честь, но даже ухом не повёл. Да, ситуация на дороге вышла скверная, но чтобы агент вот так в открытую его игнорировал — это было в новинку.
Выторговав у Макс отсрочку отъезда ровно на сутки, Тимоти захлопнул ноутбук и присел на край кровати Джонатана. Тот, наконец, оторвал взгляд от экрана.
Джонатан, возможно, подозревал подвох, но Тимоти подсел к нему вовсе не для того, чтобы завести разговор о Дереке или Пожирателе дронов. Ему просто хотелось хоть немного растопить лёд между ними. Проблема заключалась в том, что он понятия не имел, как это сделать деликатно. В конце концов, не так уж часто именно он становился главным виновником их ссор.
«Как Джонатан обычно ведёт себя в таких ситуациях? Незаметно подкрадывается, трётся рядом, а потом...»
Пытаясь поставить себя на место партнёра, Тимоти опустил взгляд на выглядывающую из-под одеяла лодыжку агента. «...а потом невзначай поглаживает щиколотку, выписывая круги, и бормочет что-то вроде 'Я был неправ'...»
Стоп. Если отбросить вопрос о том, кто именно был неправ в этот раз, действительно ли такие методы работают?
Если посмотреть на это с другой стороны (то есть, поставив себя на место самого себя, когда так делает Джонатан), то эти попытки замять конфликт лаской с вероятностью в 90% вызывали лишь ещё большее раздражение. С другой стороны, тот массаж плеч в прошлый раз сработал неплохо... Может, стоит пододвинуться поближе и...
— Хочешь что-то сказать? — спросил Джонатан.
— Ага... — хмыкнул Джонатан, застигнутый врасплох этим потоком сознания. Он коротко рассмеялся и склонил голову набок, явно раскусив нехитрую стратегию Тимоти.
Для любого нормального человека улыбка была бы хорошим знаком, но репортёр внутренне напрягся. Эта фирменная, до одури красивая улыбка Джонатана редко предвещала что-то доброе.
И, как по заказу, агент мягко протянул: «Тим...»
Он явно зарядил обойму язвительных комментариев и готовился нажать на курок, как вдруг раздался глухой стук в дверь.
Тимоти пулей слетел с кровати и распахнул дверь. На пороге стоял владелец отеля. Глубокие морщины на его лбу буквально кричали о крайней степени усталости, а в голосе звучало нескрываемое недовольство человека, чей сон прервали далеко за полночь.
— Имейте же совесть, господин журналист...
С этими словами он сунул Тимоти в руки жёлтый бумажный конверт и, не дожидаясь вопросов, развернулся и ушёл.
Закрыв дверь, Тимоти с недоумением уставился на тонкий конверт. С чего это хозяин решил, что именно он отправил его на ночные побегушки? Что это вообще такое?
На конверте не было ни единой надписи, да и на ощупь он казался совершенно пустым — было непонятно, лежит ли там хоть что-нибудь. «Неужели какой-то поехавший хейтер Non-Occultum выследил меня и решил устроить биотеракт?» — пронеслась в голове жуткая мысль. Как ни странно, именно эта катастрофическая вероятность пришла ему на ум первой.
Наблюдая за его терзаниями, Джонатан, то ли вздыхая, то ли посмеиваясь, свесил ноги с кровати.
— Благодарить не нужно. Но подожди секунду, мне нужно снять распаковку на видео.
— Это было одно из условий, так что ничего не поделаешь.
«О, только не говорите мне...»
В ту короткую секунду, пока Джонатан поднимал телефон, на Тимоти обрушилось осознание одной невероятной — и, к счастью, совершенно не катастрофической — догадки. Репортёр лихорадочно разорвал конверт. Пробежав глазами по первой же строчке, он замер и во весь голос завопил:
Агент, глядя на экран записывающего телефона, звонко расхохотался. И в этом смехе, в отличие от недавней опасной ухмылки, сквозило море искренней теплоты и привязанности.
Едва отойдя от двери, хозяин отеля услышал вопль Тимоти и вернулся, снова постучав («Имейте же совесть, бро...»). Но репортёр лишь сгреб всю мелочь с тумбочки, сунул ему в руки в качестве чаевых и мгновенно заперся. Сейчас правила приличия в общественных местах и шум в ночное время волновали его меньше всего на свете.
4. Краткий отчёт M.C.E.E. (Автор неизвестен, написано от руки на ресторанной салфетке)
Пожиратель дронов (0:18) опубликован в соцсетях. Спустя двое суток — 27 тыс. репостов. Намечается распространение через местные новости.
Результаты расследования длиной около года (Дальше шла жирная, неразборчивая черта.) ...расследовано.
Невозможно определить, H это или C, но признан крайне опасным фактором.
Паттерны исчезновений? Из этих искусственных(?) только один.
① Загрузка видео с разоблачением фейка F.O. -> Эффект минимален (0.2 тыс. просмотров).
② Массовое распространение очевидно сфабрикованных видео с «очевидцами».
③ С 20xx года внедрение подставных туристов для создания беспорядков.
④ Поддержка избирательной кампании кандидата в мэры I.
⑤ Перехват инвестиций в документальный фильм и его отмена.
⑥ Вербовка ключевых лиц Вуд-Ривера и первого свидетеля, «Студента Б».
⑦ DDoS-атаки на профильные медиа и манипуляции общественным мнением.
Предполагаемое снижение турпотока в этом году по сравнению с 20XX годом — 72%. Считаем возможным снять наблюдение через 2-3 года.
На дешёвой ресторанной салфетке виднелись пятна горчицы, а убористый почерк местами расплылся из-за чернил, отчего разобрать написанное было ещё сложнее. Но Тимоти, не обращая внимания на эти трудности, вчитывался в каждое слово с таким трепетом, словно это было предсмертное письмо любимой двоюродной бабушки.
Если бы у него было чуть больше времени на анализ, он наверняка смог бы расшифровать и непонятные аббревиатуры, и те фразы, что были зачёркнуты на полпути. Но время играло против него.
— А, нет! — вскрикнул Тимоти, вынырнув из глубокой задумчивости.
Он испуганно отшатнулся, прижимая к груди драгоценную салфетку. Краем глаза он заметил, как Джонатан, всё ещё снимая видео, потянулся к тумбочке и взял отельный коробок спичек. Репортёр интуитивно понял, к чему всё идёт. Агент, словно читая его мысли и выражая глубокое сочувствие, кивнул и шагнул навстречу.
— В инструкции сказано, что нужно снять процесс сожжения. Видео не должно превышать пяти минут. Понятия не имею, к чему этот спектакль. Мы что, в прошлом веке живём? Знаешь, как в кино, когда секретные послания сжигают над свечой, чтобы уничтожить улики...
— Пять минут! Нет, три минуты!
— Тим, а ты не можешь просто выучить это и переписать куда-нибудь? Само требование всё сжечь звучит абсурдно. Много ли людей в наше время носят с собой спички или зажигалки? Я, конечно, не эксперт, но разве нет более современных методов? Работайте усерднее, команда задротов. Поменять название организации на модное — это ещё не всё.
Джонатан переключил камеру на фронтальную и озорно подмигнул в объектив. В этой тираде читалось не только искреннее недоумение, но и явное желание позлить руководство, которому предназначалось видео, а заодно — потянуть время для Тимоти.
Репортёр понимал, что спорить с протоколами M.C.E.E. бесполезно. Поэтому, пока Джонатан нёс в камеру всякую чушь, он с маниакальным упорством впечатывал текст с салфетки себе в память. Это было непросто: сердце колотилось так бешено, что буквы перед глазами плыли и расплывались. И неудивительно, ведь...
«Раз вмешалась M.C.E.E., значит, это правда! Вся эта история с Вуд-Ривером — не выдумка!»
Этот факт был куда важнее кривых, смазанных строчек на заляпанной горчицей бумажке.
На самом деле, как бы Тимоти ни пытался казаться равнодушным на публике, закрытие спецпроекта по Вуд-Риверу далось ему тяжело. В первую очередь — из-за грызущего чувства разочарования.
Ладно, допустим, он закончит статью выводом о том, что индустрия криптотуризма в Вуд-Ривере переживает спад.
Но что тогда представляла собой вся эта истерия вокруг Пожирателя дронов? Неужели исчезновения людей — лишь цепь трагических случайностей? А Дерек — просто чудаковатый, но безобидный местный житель? Разве можно ставить точку, когда столько вопросов повисло в воздухе? И чем заполнить пробелы? Очередной заезженной байкой про снежного человека?
Все эти вопросы не давали Тимоти покоя, и никакие придирки к мелочам или лихорадочные попытки выжать из темы хоть что-то не могли заглушить это недовольство. Джонатан наверняка всё это понимал, поэтому и был так необычно терпелив, а Тимоти, в свою очередь, возможно, слишком часто срывался на нём из-за своей фрустрации.
И тут — такое! Это было сродни волшебному озарению от M.C.E.E., от которых он уж точно ничего подобного не ждал. Тимоти был настолько взбудоражен, что даже не осознал комичности своего сравнения. Его энтузиазм не угас даже тогда, когда Джонатан наконец выудил у него салфетку и чиркнул спичкой. Маленький язычок пламени лизнул край бумаги, и агент заботливо опустил вспыхнувший секретный документ в металлическую мусорную корзину.
Первый тревожный звоночек прозвенел, когда Джонатан, дождавшись, пока бумага прогорит, плеснул в урну воды из бутылки. Тимоти заморгал, словно это его окатили ледяной водой, и позвал:
— Джон. По-моему, мы упускаем кое-что важное.
— Ты про пожарную сигнализацию? — невинно отозвался тот. — Слава богу, не сработала, но доверие к мерам безопасности в этом отеле определённо подорвано.
Слушать этот невозмутимый бред было невыносимо. Тревога Тимоти только усилилась.
— Ты прекрасно знаешь, что я не об этом.
— Как ты вообще раздобыл эту салфетку? M.C.E.E. — не та организация, которая рассылает секретные отчёты по первому требованию.
— А, ты об этом. Погоди секунду.
Джонатан, прекрасно видя перекошенное лицо Тимоти, как ни в чём не бывало уткнулся в экран телефона. Было очевидно, что он просто оттягивает разговор под предлогом отправки видео. Репортёр нахмурился ещё сильнее.
«Это же тот самый телефон для связи с M.C.E.E.? Может, просто выхватить его?»
Сгорая от нетерпения, Тимоти шагнул к Джонатану, который прислонился к столу рядом с урной. Как раз в этот момент агент выключил экран, поднял взгляд и тихонько хмыкнул. Наверное, Тимоти, надвигающийся на него с протянутой рукой, действительно выглядел забавно. Вместо того чтобы вдоволь поиздеваться, Джонатан безропотно вложил телефон ему в ладонь.
Тимоти сглотнул. Телефон был заботливо разблокирован.
Тимоти О’Рейли — человек, чья репутация в вопросах морали и здоровых отношений была кристально чиста (по крайней мере, так считал Макс, если не брать в расчёт профессию). Он и в страшном сне не мог представить, что когда-нибудь будет рыться в переписках своего парня.
Собраться с духом и нажать на иконку подозрительного приложения было полбеды. То, что последовало дальше, требовало куда большей выдержки. Джонатан, явно наслаждаясь замешательством Тимоти, который не знал, с чего начать, негромко протянул:
— Тимоти О’Рейли, доведённый до одержимости, проверяет мои сообщения...
Кажется, во время расследования дела NT в M.C.E.E. так вдохновились их методами, что решили разработать собственное приложение. То, что сейчас видел Тимоти, явно было плодом этих трудов. Похоже, сообщения удалялись автоматически по истечении таймера, причём довольно быстро: куда бы он ни нажал, открывались лишь пустые чаты. Разочарование сменилось раздражением, и пальцы Тимоти застучали по экрану с удвоенной силой.
— Я так и знал, ты слишком легко сдался.
— Какая несправедливость. Ты попросил — я отдал.
Джонатан невозмутимо отодвинул стул и сел, подперев подбородок рукой. Какими бы ни были его мотивы, он явно был доволен собой — на его лице играла самодовольная ухмылка человека, провернувшего удачный трюк.
— Ничего особенного, — бросил он. — Я просто сказал им, что если они не скинут мне материалы, я подговорю 'Ноно' уйти из M.C.E.E. вместе со мной, и мы станем величайшими злодеями в истории.
— О, и ещё добавил, что мы прихватим с собой Скотта и Лео, чтобы сколотить банду. Хотел ещё Джун позвать, но решил, что руководству будет неловко смотреть друг другу в глаза, поэтому промолчал. Видишь, какой я заботливый?
Тимоти, бессмысленно тыкавший в экран телефона, замер и уставился на Джонатана. Эта его расслабленная поза, эта улыбка, достойная обложки журнала... Что за чушь он несёт? «Сегодня я снова на высоте!» — как какой-то задира из детского сада?
Но не только наглая ложь Джонатана заставила шестерёнки в голове Тимоти со скрежетом остановиться.
Неужели M.C.E.E. и правда купилась на такой нелепый шантаж? Та самая безжалостная, хладнокровная M.C.E.E., которая славилась тем, что никогда не приходит на выручку своим агентам, попавшим в беду?
— А если бы они восприняли это всерьёз? А... а если бы они решили тебя устранить? Что бы ты тогда делал?
Джонатан несколько секунд внимательно разглядывал побледневшее лицо Тимоти. Затем его рука, подпиравшая щёку, безвольно опустилась, и он уткнулся лицом в стол. Из-под опущенной головы послышалось глухое хихиканье.
Только сейчас до Тимоти дошло, что он поверил в откровенную шутку. Сгорая от стыда, он шагнул вперёд и мстительно ткнул пальцем в затылок Джонатана. Агент, продолжая смеяться, лишь слегка повернул голову.
— Суть была примерно такой же. Разве что я добавил чуть больше ироничных ноток, чтобы всё звучало как шутка.
— Скажи спасибо, что у их начальства чувство юмора развито лучше, чем у тебя.
— Обязательно пошлю им открытку. В любом случае, можешь больше не переживать. Я договорился, что с сегодняшнего дня все инциденты, происходящие в Вуд-Ривере, переходят под мою личную юрисдикцию.
— Под твою? — Тимоти удивлённо вскинул брови. — И как ты собираешься мотаться сюда из Лос-Анджелеса по первому зову?
— Бывал я в командировках и подальше. Да и судя по отчёту, дело всё равно движется к закрытию. Вряд ли моё присутствие потребуется так уж часто.
Судя по всему, агенту пришлось изрядно надавить на руководство, проталкивая эту идею. Но раз уж ему не грозила внезапная смерть от рук собственных кровожадных боссов за дерзость — это уже огромный повод для радости. Окончательно успокоившись, репортёр с облегчением выдохнул и присел на край столешницы.
Взгляд Джонатана неотрывно следил за лицом партнёра, на котором только что пронеслась буря из паники и облегчения. В его серых глазах плясали лукавые искорки — он смотрел снизу вверх так преданно и ожидающе, словно щенок, выпрашивающий заслуженную похвалу. Это выглядело до того забавно, что Тимоти не удержался и легонько щёлкнул его по кончику носа.
— Ты и правда совершенно ненормальный... — с нежной улыбкой выдохнул он.
— Значит так: боялся поссориться и ходил на цыпочках — Тим. Срывался и психовал — тоже Тим. Пытался загладить вину, неуклюже подкатывая — Тим. Скакал от радости при виде секретных данных, а через секунду бился в истерике из-за моей безопасности... угадай кто? Правильно, Тим. — Джонатан плавно подался вперёд, его голос звучал вкрадчиво и бархатисто. — Так кто из нас тут не в своём уме?
«Этот несносный рот. Надо его заткнуть», — мстительно подумал репортёр.
Тимоти резко подался вперёд, низко склоняясь к лицу агента. Тот, наконец, послушно замолчал и приподнял подбородок навстречу. Из-за разницы в высоте удержать равновесие оказалось непросто: они несколько раз неловко столкнулись лбами и носами, что заставило Джонатана тихо рассмеяться прямо в губы партнёра. После череды коротких, невесомых касаний — лишь мимолётное тепло кожи о кожу — Тимоти опёрся руками о чужие плечи и выпрямился.
Поцелуи давно стали для них чем-то естественным, но слова, которые он собирался произнести сейчас, заставляли смущённо отводить взгляд. Журналист уставился куда-то в район ключиц мужчины.
— Ты прав. Последние два дня я вёл себя... так, что даже второе пришествие Христа меня бы не спасло.
— Ого. Я не планировал вгонять тебя в такую глубокую депрессию, — хмыкнул Джонатан.
— Да дослушай же ты. Я пытаюсь сказать «спасибо». Если бы не твоя помощь, я бы точно свихнулся или завалил дело.
Джонатан действительно отложил все свои дела и выкладывался на полную, помогая с этим дурацким расследованием в Вуд-Ривере. Если использовать его же терминологию, он великодушно «уступил место в партере» любителю мистики. Зная собственнический и эгоистичный характер агента, это была не просто уступка, а настоящий подвиг, от которого у того наверняка всё нутро сводило.
«А я, вместо того чтобы оценить это, устроил скандал из-за какого-то пистолета, который он спрятал просто ради нашей безопасности...»
«Хотя нет, пушка — это совсем другое... Ладно, сейчас не об этом!» — Тимоти мысленно отвесил хорошую оплеуху собственному внутреннему голосу, который, подобно язвительным комментариям Джонатана, вечно лез не вовремя и не к месту. Журналист медленно поднял голову. Ему было до одури любопытно, почему собеседник вдруг замолчал.
Встретиться взглядами им не удалось. Неизвестно в какой момент, но агент опустил глаза и теперь упорно сверлил пол. Он слегка нахмурился, а губы сжал в тонкую линию. Тимоти не верил собственным глазам: этот наглец совершенно точно смущался! Даже его длинные ресницы, которыми он обычно так картинно и трагично хлопал, изображая невинность, сейчас подрагивали быстро и хаотично, словно механизм дал сбой.
Репортёр замер, поражённый этим редчайшим зрелищем. Джонатан, человек, для которого понятия «стыд» или «неловкость» не существовали в природе, не мог поднять глаз из-за простого, искреннего «спасибо»! И хуже всего было то, что смущение оказалось чертовски заразным. Тимоти, который сам же и затеял этот разговор, вдруг почувствовал, как у него горят щёки, и неловко заёрзал на столе.
— Ты чего?.. — растерянно пробормотал он. — Что с тобой? Я что, настолько редко тебя благодарил раньше?
— ...Ничего. Всё нормально. Забей, — буркнул агент, опираясь локтями о стол и пряча нижнюю половину лица в ладонях.
Тон был колючим, но Джонатан явно осознавал, насколько жалко и нетипично выглядит сейчас его реакция. И от этого его ворчание казалось Тимоти не просто милым — оно пробуждало в нём непреодолимое желание подразнить партнёра ещё сильнее.
Невольно постигнув новые глубины психологии своего парня, журналист закашлялся, изо всех сил пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. В ответ на это тыльная сторона ладони Джонатана довольно чувствительно прилетела ему по бедру.
— Нашёл время хихикать? — проворчал мужчина, не отнимая рук от лица. — Мы вообще-то добыли секретную информацию. Иди работай, пока всё не забыл.
— О да, конечно. Иначе, если я не потороплюсь, ты тут просто растаешь от неловкости... лужицей станешь...
— Тим, ты абсолютно бездарен во флирте.
— ...или твоё лицо вообще взорвётся, как помидор... — продолжал подначивать Тимоти.
Пропустив мимо ушей эти совершенно неэффективные попытки огрызаться, репортёр легко спрыгнул со стола. Он притянул Джонатана к себе, ласково зарылся носом в его волосы на виске, оставил там долгий поцелуй и отстранился. И хотя на часах была глубокая ночь, внутри у Тимоти заклокотала кипучая энергия, прогоняя остатки усталости.
Билеты они перенесли на завтрашнее утро, так что даже с учётом позднего вылета в их распоряжении оставалось не больше двадцати четырёх часов в Вуд-Ривере. Тимоти твёрдо решил выжать из этого времени максимум.
А для этого ему нужно было не отходить от Джонатана ни на секунду.
— Сначала забудь про Деррика. Мне кажется, ключ кроется вот в этом «дуэте», о котором сказано в отчёте.
Над бескрайними кукурузными полями как раз поднималось солнце. Небо, до этого затянутое белесой дымкой, светлело на глазах, а под ним, переливаясь свежим золотом, колыхались молодые стебли кукурузы. Этот величественный пейзаж, полный красок и света, ничуть не нарушал уютную атмосферу сельской дороги.
Минувшей ночью Тимоти и Джонатан, так и не сомкнув глаз, вышли из отеля и до самого рассвета колесили по полям без какой-либо конкретной цели. Метод, конечно, топорный, но другого способа встретиться с Пожирателем дронов у них просто не было.
И хотя они вели машину по очереди, ехать, напряжённо вглядываясь в темноту и прислушиваясь к каждому шороху, оказалось задачей не из лёгких. С другой стороны, время поджимало, и сейчас было не до забот о здоровом сне. Лишь когда забрезжил рассвет, они сошлись на том, чтобы наконец припарковаться у обочины и перевести дух.
Ещё пару часов назад дорога казалась жутковатой, но теперь её облик менялся с каждой секундой. Тимоти задумчиво наблюдал за этой переменой, пока не заговорил о загадочном «дуэте».
— Как ни крути, M.C.E.E. не повелись бы на твои жалкие попытки договориться просто так. Они явно хотят извлечь из этого свою выгоду.
Бросив руль, Тимоти потянулся в тесном салоне, но на полуслове осёкся, заметив лёгкую улыбку на губах Джонатана.
— Подумал, что твои слова отлично дополняют этот прекрасный вид.
Решив проигнорировать справедливое замечание Джонатана, Тимоти принялся излагать всё, что успел обдумать:
— Судя по тому, что они изучали закономерности пропажи людей, M.C.E.E. тоже подозревают связь между исчезновениями и Пожирателем дронов. — Тут крылась главная загвоздка: какие именно закономерности? — Не знаю почему, но они, похоже, решили, что из пары пропадает только один человек. А агенты M.C.E.E., как ты прекрасно знаешь, предпочитают работать в одиночку. Если появление Пожирателя или исчезновения как-то связаны с тем, что людей должно быть двое, то их явно заинтересовало твоё предложение... или как там ты это назвал.
— То есть то, что я хочу работать в паре с тобой, Тим?
Если исходить из правил M.C.E.E., строго запрещающих работать в команде ради сохранения секретности, то докопаться до истины в этом деле им было бы действительно сложно. Чего только стоит фраза «Невозможно определить: H или C». По контексту это, скорее всего, аббревиатуры «Human» (человек) и «Cryptid» (криптид). А раз они даже в этом не уверены, как они вообще собирались проводить «ликвидацию»?
Это подтверждали и детали операции «Eat the Eater»: вместо того чтобы решать проблему в корне, они просто пытались замять скандал. (Да и вообще, если Пожиратель дронов — реальный монстр, я понятия не имею, как M.C.E.E. собираются его устранять).
Тимоти поджал губы и тихонько вздохнул.
— Если мы разберёмся, что здесь происходит на самом деле, M.C.E.E. смогут принять более адекватные меры. Всяко лучше, чем уничтожать целый туристический город.
— Хм. Он просто снова станет тем же маленьким, тихим городком, разве нет?
— Люди пропадали ещё до того, как поползли слухи о Пожирателе. Что будет, если Вуд-Ривер снова забудут, а исчезновения продолжатся? Как ты и сказал, городок маленький и тихий, об этом даже в новостях не напишут. Да и раньше не особо писали.
Тимоти поник. Пока пропадают люди — и пока есть риск, что это повторится, — он просто не мог закрыть глаза и позволить замять дело. Джонатан, до этого щёлкавший кнопкой стеклоподъёмника, склонил голову:
— Твоя теория о том, что M.C.E.E. слили мне инфу, чтобы выяснить правду о Пожирателе... это ведь только теория, Тим?
— Но звучит логично, согласись?
— А если нет? Напоминаю на всякий случай: если ты ошибаешься, то твоё копание в этом деле — прямое вмешательство в операцию M.C.E.E. Ты уверен, что хочешь рискнуть?
В голосе Джонатана, обычно таком насмешливом, не осталось и следа шутливости. Пусть Тимоти и относился к M.C.E.E. как к сборищу идиотов, сам Джонатан прекрасно осознавал, что работает на теневую правительственную организацию. И что если они захотят, то могут быть очень опасны.
Тимоти и сам не мог этого отрицать. Особенно учитывая пункты операции про DDoS-атаки на профильные ресурсы и манипулирование общественным мнением, которые его не на шутку напрягли. Неужели каждый раз, когда мы выпускали спецматериал, сайт Non-Occultum падал, а в комментариях начинался ад, из-за них?
«Мелочно... Какая же мелочность».
Вместо страха в Тимоти вспыхнула злость. Он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли:
— Плевать. Мы их партнёры, а не подчинённые.
— А вот я как раз подчинённый.
— ...Ну, если тебя уволят, я предложу взять тебя стажёром в Non-Occultum.
Коротко рассмеявшись, Джонатан поманил его пальцем, предлагая поменяться местами.
Пока Тимоти шёл вокруг машины, разминая затёкшую шею, одна мысль всё не давала ему покоя.
О том, что у пропавших людей, дела которых он изучал, были партнёры, он слышал впервые. Интересно, с чего M.C.E.E. вообще взяли, что они пропадали парами?
Может, у них есть доступ к незаконно добытым записям с видеорегистраторов или другим данным, скрытым от Тимоти? И если это так, то почему в ходе полицейского расследования не всплыло ни единой зацепки?
Взявшись за ручку пассажирской двери, Тимоти с тяжёлым сердцем уставился на кукурузное поле. Отвлёк его негромкий стук. Обернувшись, он увидел Джонатана — тот легко постучал по крыше машины и теперь усмехался, цокая языком. Ещё бы, Тимоти снова ушёл в себя на ровном месте.
— Слушай, давай сразу решим: кто из нас пропадёт первым?
— Наверное, худший парень на свете...
Будет ли слишком глупо признаться, что эти бесконечные шуточки странным образом его успокаивали? Тимоти, вторя Джонатану, выдохнул со смешком и сел в машину.
Та самая закусочная, которую они не смогли найти прошлой ночью, оказалась не плодом воображения Тимоти. Маленькое здание одиноко стояло у пустой дороги, а на потухшей неоновой вывеске красовалась надпись: «Открыто 24 часа». Как Тимоти умудрился проехать мимо, оставалось загадкой.
Им отчаянно требовался завтрак и ударная доза кофеина, так что Тимоти и Джонатан припарковались у закусочной. На всякий случай Тимоти оглядел стоянку, но машины Деррика нигде не было.
Пока Тимоти, сидя в кабинке, вливал в себя уже вторую чашку кофе, Джонатан, изучавший меню напротив, ткнул пальцем в «Тройные кукурузные блинчики». Именно их Тимоти заказывал здесь год назад.
— Не бери. Гадость редкостная.
— И как тебя вообще занесло в такую рань в подобное место в прошлом году? Сюда ведь только на машине можно добраться.
Тимоти пожал плечами и огляделся. Ему было сложно вспомнить, как закусочная выглядела в тот единственный раз, когда он здесь был, но, похоже, с тех пор мало что изменилось.
Картины на стенах покрывал толстый слой пыли, а пятна на столах, казалось, не взяла бы ни одна хлорка. В воздухе витал стойкий запах прогорклого масла — неизменный спутник любой маленькой закусочной, простоявшей на одном месте не меньше десяти лет.
Кроме них с Джонатаном, в зале был только один посетитель — водитель грузовика, сидевший за барной стойкой. Судя по всему, основными клиентами здесь были дальнобойщики, а не случайные туристы, так что официантка в грязном фартуке не выглядела так, будто её заведение находится на грани разорения.
— Наверное, тот парень — завсегдатай...
Тимоти осёкся, бросив взгляд на бородатого посетителя.
Может, раз это место работает так давно, кто-то здесь знает больше о Деррике? Как он вёл себя с официанткой? Похож ли был на постоянного клиента?
— Опять ты пялишься на других мужиков.
Джонатан не удержался от колкости и легонько поднял руку, подзывая официантку. Тимоти понимал, что это шутка, но всё равно нахмурился, слегка подался вперёд и быстро зашептал.
— Как думаешь, Деррик здесь частый гость? Вчера он ведь ехал в эту сторону.
— Опять мысли о других мужчинах? А, будьте добры, двойную порцию тройных кукурузных блинчиков и...
Улыбнувшись в ответ на свою же шутку, Джонатан начал делать заказ подошедшей официантке. Тимоти с неодобрением смотрел, как тот намеренно заказывает блюдо, о несъедобности которого его только что предупредили. Но на этом Джонатан не остановился.
— Вы знаете парня по имени Деррик? Выглядит так, будто сошёл со страниц лукбука для серийных убийц. А, кстати, вы вчера ночью не работали? Мы проезжали мимо, но вас не заметили... Нет, стоило начать с другого.
— Деррик случайно не заходил к вам вчера?
Ругательство едва не сорвалось с губ, но Тимоти по-взрослому сдержался. Вопрос Джонатана, пусть и прозвучал немного грубовато, по сути был тем самым, который хотел задать сам Тимоти. Утешаясь тем, что теперь ему не придётся выдумывать долгую и нудную ложь, он стал ждать ответа официантки. Он старался не питать особых иллюзий, понимая, что вероятность услышать «понятия не имею» крайне высока.
Оторвав взгляд от блокнота, куда записывала заказ, официантка в открытую уставилась на Джонатана. Громко щёлкнув жвачкой, которую жевала всё это время, она развернулась и скрылась на кухне.
Тимоти с искренним недоумением посмотрел на Джонатана, нахмурившись ещё сильнее. Тот не сводил глаз с кухонной двери, за которой исчезла официантка. Раз, два, три — его серые глаза размеренно моргали, поблескивая холодным, неживым светом.
Не дав Тимоти договорить, Джонатан схватил его за запястье и рывком поднял с места. Каким бы сильным ни был Джонатан, таскать за собой Тимоти, который был примерно его комплекции, ему было не по силам. Но Тимоти не стал сопротивляться, а подстроился под его быстрый шаг. Он доверял Джонатану и знал, что тот не стал бы вести себя так резко без веской причины.
«Причина должна быть по-настоящему веской...»
И всё же требовать от него не возмущаться даже мысленно — это уж слишком. В тот самый момент, когда Тимоти, проходя в двери, мысленно цокнул языком, раздался грохот.
Дверь на кухню с силой распахнулась. Тимоти рефлекторно попытался обернуться, но хватка Джонатана стала только крепче. Пересекая парковку, Джонатан распахнул дверцу со стороны водителя, буквально впихнул туда Тимоти, затем запрыгнул сам и завёл двигатель.
Несмотря на то что Тимоти оказался скрюченным в нелепой позе, наполовину навалившись на пассажирское сиденье, он даже не возмутился. Он пытался осмыслить то, что успел заметить краем глаза.
Ему показалось, что он увидел длинный, гладкий ствол охотничьего ружья в руках здоровяка, который как раз выходил из кухни.
— Голову! — скомандовал Джонатан.
Если бы Джонатан не предупредил его, с силой прижав затылок Тимоти одной рукой, тот бы точно инстинктивно поднял голову, чтобы рассмотреть всё получше.
Джонатан сдал назад. Он крутил руль с такой скоростью, что шины оглушительно завизжали по асфальту. Тимоти пригнулся как мог, стараясь не маячить в окне.
Джонатан погнал машину в сторону, противоположную Вуд-Риверу. Слава богу, вслед удаляющемуся от закусочной автомобилю не прозвучало ни одного выстрела.
Тимоти редко впадал в такой ступор, но сейчас его мысли надолго замерли. Они ехали в полном молчании. Закусочная давно скрылась из виду, бесконечные кукурузные поля закончились, и дорога влилась в шоссе, где то и дело мелькали другие машины. Тимоти, сидевший на пассажирском сидении и только моргавший, пришёл в себя лишь после того, как они проехали мимо трёх указателей с названием соседнего с Вуд-Ривером города.
Конечно, ему не впервые угрожали пистолетом (спасибо, Дэвид Вайнер!), но то, что произошло в закусочной, просто не укладывалось в голове. Кто бы мог подумать, что вопрос о каком-то парне и часах работы в маленькой кафешке в захолустье, прославившемся только благодаря монстру, может закончиться знакомством с охотничьим ружьём.
Но больше, чем эта нелепая ситуация, Тимоти напугала реакция Джонатана. То, как быстро и решительно он организовал их побег. Тимоти с силой потёр занывшие виски и, разомкнув пересохшие губы, спросил:
— У меня ведь хорошая интуиция.
— Я тоже. Но согласись, иногда полезно быть параноиком?
Вместо ответа Тимоти прислонился головой к стеклу и посмотрел на Джонатана. Он и так знал, что это не шутка. Всю дорогу Джонатан не сводил глаз с зеркала заднего вида, моментально сбрасывая или набирая скорость при появлении других машин. Даже сейчас, когда Тимоти заговорил, он не удостоил его и взглядом. Более явного сигнала о том, что они находятся в отчаянных бегах, и придумать было нельзя.
Взгляд Тимоти снова метнулся вперёд, но на этот раз замер на бардачке.
Если речь идёт об оружии, то и здесь...
Несдержанный вздох вырвался через нос. Ну да, откуда ещё у Джонатана взяться такой интуиции. Даже если отбросить всю эту оккультную чушь, он наверняка не раз бывал в подобных переделках один, так что его инстинкты обострились до предела. Тимоти стало немного стыдно от того, что, привыкнув работать с Джонатаном, он порой вёл себя так, словно забыл о его прошлом.
Пока Тимоти молчал, погружённый в тяжёлые мысли, машина свернула на заправку — последнюю перед выездом на автостраду. Странно, гнать как сумасшедшие, а потом вдруг остановиться перевести дух, — подумал Тимоти, но Джонатан проехал мимо колонок и направился к зданию в глубине.
Только тогда Тимоти заметил огромную вывеску: это была автоматическая автомойка.
Перехватив взгляд Тимоти, в котором читалось «И это ещё что?», Джонатан спокойно пояснил:
— Хочу немного сосредоточиться. Если мы просто где-нибудь встанем и начнём обсуждать это, ты будешь нервничать.
То ли он такой заботливый, то ли у него с головой не в порядке.
Оплатив мойку, Джонатан вернулся в машину. Он остановился перед рельсами огромного туннеля, переключил передачу и слегка повернулся к Тимоти. В этот момент салон залил неоново-розовый свет, сигнализирующий о начале мойки. В этом свете серые глаза Джонатана казались почти инопланетными.
— Взял самую дорогую программу, нам ведь хватит времени?
— Чтобы обсудить, что мы будем делать дальше.
Шшшш. На лобовое стекло обрушился поток мыльной воды.
Глаза Тимоти, до этого слегка затуманенные, замигали всё быстрее. Вскоре слова, которые он, казалось, даже не успел обдумать, полились из него потоком:
— В полицию обращаться бессмысленно. Они даже не стреляли, а если мы заявим, просто уйдут в отказ.
— Согласен. Вдобавок там может быть круговая порука.
— Зато эти ребята доказали, что Деррик — не просто обычный мирный житель. Только вот как это связано с Пожирателем дронов, я пока не понимаю.
— Придётся спросить об этом лично.
— Возвращаться в закусочную — самоубийство.
— А если устроить засаду на Деррика?
— Думаешь, ему ещё не позвонили?
Разговор, который не прерывался ни на секунду, пока машина, содрогаясь, продвигалась вперёд, ненадолго затих. Каждый раз, когда щётки с силой проходились по кузову, розовый свет мигал и гас. В этих вспышках Тимоти вдруг издал короткое «А!» и потянулся к заднему карману брюк.
Разблокировав экран телефона, он открыл контакт в адресной книге и показал его Джонатану. Это был номер студента-экскурсовода из музея Пожирателя дронов — того самого, которому было абсолютно плевать и на монстра, и на жизнь города. Тимоти сохранил его на случай, если понадобится взять интервью.
— Спрошу у него, стоит ли серый Мустанг у кинотеатра.
— Боже, кажется, я снова в тебя влюбился.
— Погоди с признаниями, послушай дальше.
Отложив телефон, Тимоти обеими руками крепко сжал руку Джонатана. Его сердце, казавшееся мёртвым до заезда на автомойку, теперь колотилось как сумасшедшее. Это чувство было сравнимо с тем моментом, когда он открыл конверт от M.C.E.E., а может, даже сильнее. Голос Тимоти дрожал от напряжения и предвкушения:
— Если Деррик уже уехал, шансы пересечься с ним снова стремятся к нулю, — на одном дыхании выпалил Тимоти. — Даже если нам крупно повезёт и этот тип всё ещё торчит в городе, вариантов после нашей встречи ровно два: либо станет чертовски опасно, либо не произойдёт ровным счётом ничего. Причём, пройдя через весь этот ад, мы можем с досадой выяснить, что его делишки никак не связаны ни с Пожирателем дронов, ни с пропавшими людьми!
И вообще, педаль газа в этой машине барахлит, ты замечал? Вполне вероятно, что наша колымага просто заглохнет на полпути, и на этом приключение бесславно закончится! А ещё мы так и не выселились из отеля — что теперь делать с багажом? Хотя нет, плевать на вещи. Джонатан!
— И даже зная всё это... ты по-прежнему готов вернуться со мной в Вуд-Ривер?
Мощные потоки воздуха, призванные сдуть с кузова последние капли влаги, с оглушительным рёвом заколотили по металлу со всех сторон, вынуждая Тимоти сорваться на крик. Розовое освещение ритмично замигало, оповещая о скором окончании мойки. И с каждой новой неоновой вспышкой было отчётливо видно, как уголки губ Джонатана медленно, но верно ползут вверх.
Режущий уши шум сушильных вентиляторов начал постепенно стихать, и сквозь этот затухающий гул пробился спокойный ответ:
— Я совершенно точно влюбился в тебя снова.
Сверкающий чистотой автомобиль наконец выкатился из грохочущего туннеля, подставив капот ослепительным лучам полуденного солнца.
На электронном табло у самого выезда вспыхнул зелёный свет с короткой надписью: «ВПЕРЁД».
На фотографии, присланной студентом-экскурсоводом, сиротливо красовался серый «Мустанг», припаркованный у здания кинотеатра. Тимоти радостно вскрикнул и с такой силой стиснул Джонатана в объятиях, что продавец подержанных авто, с которым они как раз торговались, аж подпрыгнул от неожиданности.
Идея сменить машину принадлежала Джонатану. Он рассудил так: раз в город ведёт всего одна дорога, и она пролегает прямо мимо той злополучной закусочной, лучше перестраховаться и поехать на неприметном авто. А чтобы разрядить обстановку, добавил шутку: если вдруг завяжется перестрелка, со своей машиной потом разбираться куда проще. Тимоти, который в любой другой день пришёл бы в ужас от идеи покупать машину из-за такой ерунды, сейчас даже не стал уточнять, шутка ли это, и просто кивнул.
И вот синий маслкар 1969 года выпуска, купленный без единой попытки сбить цену, снова мчался по дороге в Вуд-Ривер. С педалью газа у него проблем не было.
Как только они выехали на прямую, как стрела, дорогу между кукурузных полей, где не было ни единой встречной машины, Тимоти начал нервно, без всякой нужды, открывать и закрывать бардачок.
Чем меньше говорил Джонатан и чем быстрее ехала машина, тем сильнее Тимоти сковывало напряжение. Его взгляд был прикован к окну, откуда вот-вот должна была показаться закусочная.
Вдалеке у обочины замаячила неоновая вывеска. Из крошечной точки она стремительно превращалась в чёткую надпись, неумолимо приближаясь. Тимоти пригнулся, готовый в любой момент отреагировать на опасность, и приоткрыл бардачок. Рёв мотора, работающего на пределе возможностей, бил по ушам.
Они пронеслись мимо закусочной всего за пару секунд.
Тимоти немного выдохнул, когда не увидел на парковке толпы вооружённых бандитов, но всё равно был сжат, как пружина, готовая распрямиться в любой момент. Они пролетели так быстро, что рассмотреть что-либо внутри было нереально, но свет, кажется, не горел.
Лишь убедившись, что закусочная скрылась из виду, Тимоти безвольно сполз по сиденью. Ей-богу, таких впечатлений и одного раза на всю жизнь хватит.
Джонатан не стал сразу сбавлять скорость, но коротко хмыкнул, давая понять, что непосредственная угроза миновала.
— Ну, первый рубеж мы преодолели.
— Угу. Так перенервничал, аж плечи свело.
— Только не расслабляйся. Впереди второй рубеж.
— Точно. Сразу едем к кинотеатру и...
Тимоти, который так сполз по сиденью, что ещё немного, и оказался бы под приборной панелью, резко выпрямился и уставился на Джонатана. Тот бросил короткий взгляд на нелепую позу напарника и, когда их глаза встретились, весело подмигнул.
И почему у меня такое чувство, будто второй кризис уже наступил...
А всё потому, что он действительно наступил.
По мирным улицам Вуд-Ривера, где полуденный зной уже спадал, а по небу плыли сиреневые облака, брёл турист с самым несчастным лицом на свете. К счастью, часть этого горя скрывали солнцезащитные очки с линзами размером с кулак, сделанными в форме глазниц Пожирателя дронов.
В отличие от Тимоти, который рвался прямиком в кинотеатр на поиски Деррика, Джонатан настоял на маскировке. Поначалу Тимоти решил, что в словах человека, собаку съевшего на опасных операциях, есть смысл. Но когда они вернулись в отель и Джонатан начал рыться в пакетах с сувенирами, брошенными в лобби, Тимоти захотелось угнать машину и сбежать.
Сувениров Джонатан накупил просто неприличное количество. И расплатой за то, что Тимоти вовремя его не остановил, стало то, что теперь ему пришлось напялить на себя всё, что только можно было надеть. В ход пошёл ободок с ушами Пожирателя дронов (и, повторюсь, уши эти свисали до самых плеч), те самые очки, бейсболка, футболка, перчатки с крылышками, носки, рюкзак, ремень, значки, поясная сумка и прочая дребедень...
Тимоти, уныло плетущийся к кинотеатру, поймал на себе очередной, уже сбился со счёту какой, взгляд в стиле «Это что ещё за клоун?» и тяжело вздохнул.
— Мы собирались прикинуться туристами, а не двенадцатилетними детьми...
— Смирись, Тим. Так мы будем привлекать гораздо меньше внимания.
— От нас даже аниматор в ростовой кукле шарахнулся...!
Джонатан, нахлобучивший на себя голову от того самого костюма Пожирателя, непонимающе склонил её набок, будто впервые об этом слышал. Эта уродливая, дурацкая плюшевая морда так забавно наклонилась, что Тимоти отчаянно захотелось ей врезать.
Подойдя к безлюдному входу в кинотеатр, Тимоти сбавил шаг. Судя по расписанию, следующий сеанс начнётся меньше чем через полчаса. Сейчас сотрудники заняты больше всего, так что это идеальный момент для их плана.
Тимоти глубоко вздохнул, прокручивая в голове план, который они набросали по дороге в Вуд-Ривер. Как он и говорил Джонатану на автомойке, никто не знал, чем всё это закончится. Поэтому пафосные речи и нагнетание обстановки он предпочёл бы оставить для тех времён, когда они будут спасать мир от сил зла.
Сейчас достаточно просто посмотреть в глаза Джонатану, который согласился пойти с ним до конца, и кивнуть.
С этой мыслью Тимоти повернулся к Джонатану... и снова уткнулся взглядом в гигантскую плюшевую башку Пожирателя дронов. Нет, точно врежу.
И не врезал он только потому, что рассмеялся. Короткий смешок перерос в искренний смех, от которого у него слегка затряслись плечи. Как ни крути, а эта уродливая, нелепая кукла всё равно вызывала симпатию. И хотя он не мог видеть лица Джонатана, Тимоти был уверен, что тот тоже улыбается.
Выдохнув остатки смеха, Тимоти кивнул:
И вот главная звезда Вуд-Ривера — жуткий монстр — в компании своего преданного фаната-туриста бок о бок зашагали на парковку.
План по захвату Деррика был довольно прост.
Во-первых: Джонатан вскрывает замок серого «Мустанга», у которого он же до этого спустил шины. Во-вторых: они обыскивают салон на предмет оружия. В-третьих: Джонатан, не снимая головы монстра, под видом аниматора просит позвать Деррика. Ну и напоследок: Деррик и Тимоти мило беседуют.
То, что Джонатан хладнокровно и мастерски справился с порчей чужого имущества, было вполне ожидаемо. А вот когда под водительским сиденьем обнаружился компактный пистолет, по спине Тимоти пробежал холодок, хотя вместе с тем пришло и облегчение. Но когда Джонатан протянул это оружие ему, Тимоти пришлось закусить губу до боли.
— Он тебе вряд ли понадобится. Просто держи для острастки.
— В мире существует такой закон — «чеховское ружьё»...
Если в первом акте на стене висит ружьё, в последнем оно должно выстрелить. Эта зловещая литературная концепция не шла у Тимоти из головы. Но если он откажется, Джонатану придётся брать всю ответственность на себя. Зажмурившись и снова открыв глаза, Тимоти осторожно взял пистолет. В этот момент его мозг лихорадочно искал оправдания поступку, который шёл вразрез с его принципами.
Да ладно, «чеховское ружьё» — это всего лишь теория. В реальной жизни невыстрелившее оружие — лучший из возможных исходов. Мысли позитивно, Тимоти О'Рейли. Реальная жизнь плевать хотела на логику повествования. Гоняешься за Пожирателем дронов, ни разу его не видишь, зато вляпываешься в криминальные разборки — вот она, реальность оккультного репортёра.
— Тим, Тим. Опять у тебя такое кислое лицо.
— ...Да ну? Я сама позитивность. Хоть и понятия не имею, что из себя представляет эта реальность.
Отмахнувшись от переживаний Джонатана, Тимоти перебрался на заднее сиденье машины Деррика и пригнулся. Вскоре послышался хлопок закрывающейся двери — Джонатан отправился выполнять третью часть плана.
Сидя в засаде, Тимоти оставалось лишь полагаться на актёрский талант Джонатана и толику удачи. И, к счастью, прямо перед тем, как Тимоти, накрутивший себя мыслями о своём нелепом виде, уже готов был выскочить наружу, к машине торопливо приблизились чьи-то шаги.
Возможно, Деррик уже узнал о визите в закусочную, почуял неладное и решил сделать ноги. Что ж, идея проколоть шины была как нельзя кстати.
Дёрг. Деррик распахнул дверцу с такой силой, что машину слегка качнуло, и, тяжело дыша, плюхнулся на водительское сиденье. Пока он судорожно гремел ключами, пытаясь завести мотор, Тимоти упёрся руками в пол. Настал черёд заключительной части плана.
Тимоти боялся, что его голос дрогнет, но, видимо, благодаря мысленной подготовке, он прозвучал даже ниже и мрачнее, чем обычно. Тимоти видел, как незваный пассажир заставил Деррика подскочить на месте и судорожно пошарить рукой под рулём. Да, обыскать машину заранее тоже было отличным решением.
Чёрт, как же банально прозвучало. Тимоти мысленно дал себе подзатыльник, но эффект был потрясающим.
Деррик замер, медленно повернул голову и уставился на дуло собственного пистолета в руках Тимоти. Видимо, осознав, что резкие движения ни к чему хорошему не приведут, он медленно поднял руки. Его лицо, повёрнутое к незваному гостю, блестело от холодного пота. И когда он заговорил, голос его дрожал.
«Неужели он меня вспомнил?» — искренне поразился Тимоти феноменальной памяти Деррика, но тут же осознал: на нём всё ещё красуются те самые дурацкие солнцезащитные очки в виде глазниц Пожирателя дронов. То-то эта сцена показалась ему до абсурда похожей на дешёвый криминальный нуар.
Тимоти мысленно трижды, скороговоркой, выкрикнул имя Джонатана. Первый раз — проклиная его за этот нелепый маскарад, второй — с тревогой надеясь, что Деррик не успел прикончить напарника по пути к машине, и третий — в качестве быстрой психологической подготовки.
Видимо, аутотренинг сработал: Тимоти плавно стянул очки с лица и расплылся в улыбке, которая даже ему самому показалась пугающе естественной. Раз уж этот трюк когда-то прокатил с боссом целого синдиката вроде «NT», то и сейчас он был уверен в своей способности убедительно сыграть крутого парня.
— В точку. Кое-какие влиятельные люди очень тобой заинтересовались, так что я здесь, чтобы задать пару вопросов. Ответишь честно — и я уйду по-тихому. Обещаю.
— Я давно завязал с этими делами. Уже как год отошёл от дел.
Год. Тимоти столкнулся с Дерриком в закусочной ровно год назад. И тогда этот тип тоже клялся, что «проворачивает подобное в последний раз».
«Что могло прекратиться в Вуд-Ривере ровно год назад?..» — лихорадочно соображал репортёр.
На ум приходили только два варианта: либо Пожиратель дронов, либо массовые исчезновения людей. Все попытки сохранять холодный рассудок пошли прахом — в груди снова разгорелась надежда, что он вот-вот докопается до сути хотя бы одной из этих тайн, а может, и обеих разом.
От предвкушения Тимоти едва заметно ёрзнул на кожаном сидении. Учитывая вмешательство M.C.E.E. в историю с криптидом, вероятность того, что Деррик связан именно с пропажами, была куда выше, верно?
— Где сейчас те люди, которые исчезли? — чеканя каждое слово, спросил он.
«Джонатан!..» — Тимоти едва не завопил от радости, осознав, что попал точно в яблочко. Однако следующая фраза Деррика разом обрубила всё ликование.
— Я строго-настрого запретил им сообщать конечный пункт назначения кому бы то ни было, включая меня самого.
— Как раз на случай подобных непредвиденных обстоятельств.
«О чём он вообще несёт?» — Тимоти замер.
В зелёных глазах репортёра, до этого момента успешно излучавших ауру опасной самоуверенности, промелькнуло абсолютно искреннее непонимание. У него даже не нашлось времени мысленно ударить себя по лбу и признать: снять дурацкие очки было самой фатальной ошибкой во всём их безупречном плане.
— У пропавших была какая-то конечная цель? Не Вуд-Ривер? — вырвалось у него прежде, чем он успел прикусить язык.
— О чём ты бормочешь? Это всего лишь перевалочный пункт. Если бы чужаки вздумали осесть в такой дыре, слухи бы расползлись моментально...
И тут до Тимоти дошло: собеседник тоже перестал понимать происходящее. Лицо Деррика, до этого послушно отвечавшего на вопросы, внезапно исказилось. Встретившись с ним взглядом, Тимоти нутром почуял смертельную угрозу. Этот громила был не просто обладателем свирепой физиономии. Человек, ведущий дела с вооружёнными бандитами, явно имел за плечами тёмное прошлое и, как следствие, звериное чутьё на людей.
Проще говоря: Тимоти спалился. Деррик мгновенно раскусил, что парень на заднем сидении не имеет ни малейшего понятия о сути дела, а значит — совершенно не представляет из себя фигуры, которую стоит бояться.
Всплеск адреналина и страх за собственную жизнь замедлили время: следующее движение Деррика показалось Тимоти растянутым в рапиде. Мужчина дёрнулся, словно подброшенный пружиной. Его грубая, привыкшая к грязной работе рука рванулась прямо к дулу пистолета. Мозг пронзила паническая сирена: ещё секунда, и оружие вырвут. Эта тревога электрическим разрядом отдалась в кончиках пальцев, сжимавших рукоять.
«Он тебе вряд ли понадобится».
Джонатан жестоко ошибался. Чеховское ружьё просто обязано было выстрелить.
Тимоти уже готов был спустить ку...
Тук. ...рок, но палец так и не дёрнулся.
«Тук?» — пронеслось в голове репортёра.
Даже отдёрнув руку с пистолетом максимально назад и одновременно с этим с размаху выбрасывая левый кулак прямо в лицо Деррику, Тимоти всё равно успел озадаченно моргнуть. Память услужливо подкинула ассоциацию: точно такой же глухой звук удара по крыше машины он слышал сегодня утром на кукурузном поле.
Деррик, услышав этот стук, по-видимому, решил, что в него всё-таки выстрелили, и тоже замер, скованный фантомным шоком. Это промедление сыграло с ним злую шутку: левый кулак Тимоти, влекомый инерцией, с глухим хрустом впечатался точно в правую скулу бандита.
Мужчина повалился на руль, оглушённый ударом, от которого мозги буквально встряхнулись в черепе. Однако богатый опыт выживания, сделавший его самым крутым парнем в Вуд-Ривере, взял своё: скрипя зубами, он всё же заставил себя приподняться.
Черноволосый наглец, только что отправивший его в нокдаун, почему-то перестал обращать на него внимание. Прищурившись, парень немигающим взглядом смотрел в окно автомобиля. Деррик, с трудом фокусируя плывущее зрение, проследил за его взглядом и медленно повернул голову.
И столкнулся нос к носу с тем, чего ни один житель Вуд-Ривера в глаза не видел.
Всё окно целиком занимала гигантская, жуткая морда Пожирателя дронов. Два провала глаз, чернее самых безлунных летних ночей, обшаривали салон автомобиля, зияя абсолютной, первобытной пустотой, как врата в бездну.
Деррик от первобытного ужаса не смог выдавить даже жалкого стона. В следующую секунду к его виску прижалось что-то твёрдое и холодное. На этот раз оборачиваться не было нужды — он нутром чуял холодную сталь оружейного дула. Уверенность в том, что у этого зеленоглазого сопляка кишка тонка нажать на курок, испарилась без следа. Ещё бы: когда прямо перед тобой возникает тварь, которой в принципе не должно существовать в природе, поверишь в любую жестокость реальности.
Пока контуженный ударом Деррик пребывал в прострации, даже не в силах осознать, что перед ним всего лишь дурацкая плюшевая кукла, над самым его ухом раздался хрипловатый шёпот Тимоти:
И прозвучало это до дрожи воодушевлённо.
Деррик оказался своего рода «перевозчиком».
Обычно он помогал перебраться из штата в штат людям, которым требовалось исчезнуть и начать жизнь с чистого листа, причём не самым законным путём. Шестёрки, укравшие общак у банды, финансовые консультанты, не желающие нести ответственность за провальные инвестиции, сектанты, решившие порвать со своей подозрительной паствой — вот кто пользовался его услугами.
Естественно, те, кто активно разыскивал пропавших с подобной биографией, сами были не в ладах с законом, поэтому в полицию никто не заявлял. Клиенты Деррика буквально растворялись в воздухе.
Его бизнес, основанный на изготовлении и продаже фальшивых документов на тесной кухоньке неприметной закусочной, процветал больше десяти лет, пока не оказался под угрозой из-за шумихи вокруг Пожирателя дронов.
Изначально Деррик выбрал Вуд-Ривер именно потому, что это был крошечный, тихий городок, никому не интересный. Но стоило поползти этим нелепым слухам о криптиде, как сюда хлынули толпы туристов, увешанных камерами. До него даже доходили слухи, что какой-то чокнутый репортёр начал копать под исчезновения людей.
В итоге год назад Деррику пришлось приостановить свою деятельность. Его последний клиент правильно назвал пароль — «Тройные кукурузные блинчики, четверные кукурузные блинчики», — но в машину Деррика так и не сел. И без того находясь на взводе, Деррик не стал утруждать себя поисками пропавшего. В последнее время поток туристов в Вуд-Ривер пошёл на спад, и он было начал подумывать о возрождении бизнеса, но...
— Ты же только что отвел душу.
Закончив «интервью» с Дерриком, Тимоти, так и не снявший огромную плюшевую голову Пожирателя, вывел Джонатана с территории кинотеатра. Кое-как компенсировав накопившийся за сутки недосып и отсутствие нормальной еды, они без оглядки запрыгнули в подержанный маслкар Джонатана. На улице стояла глубокая ночь, и, если они хотели успеть на утренний рейс, времени рассиживаться не было.
Пока Тимоти пересказывал Джонатану суть дела, он ещё держался в образе крутого репортёра, блестяще распутавшего очередную тайну Вуд-Ривера. Но стоило им проехать мимо той самой закусочной, как его прорвало. Следующие двадцать минут он без умолку сыпал проклятиями и ругательствами.
И досталось не только Деррику с его шайкой.
— Да M.C.E.E. вообще разогнать надо! Вместо того чтобы спонсировать выборы мэра или вливать бабки в сомнительные документалки, лучше бы стипендиальный фонд открыли. Они же докопались до того, что люди пропадали парами! Так как они могли не заметить, что вторым всегда был Деррик?!
— Ага, а на сдачу попросим их оплатить эту тачку.
— И ты! Хватит уже молчать в тряпочку перед этими идиотами! Если уж посылают людей в горячие точки, пусть хоть страховку оформляют! У тебя же там наверняка уже куча знакомых, создайте профсоюз, в конце концов!
— Наверное, мне не стоило вмешиваться...
Тимоти от избытка чувств так отчаянно колотил по бедной дверце машины, что Джонатану оставалось только тихонько посмеиваться. Да, реакция была бурной, но он знал, что, выплеснув напряжение от раскрытой тайны, Тимоти скоро успокоится.
И действительно, вскоре Тимоти, окончательно выбившись из сил, опустил стекло и подставил лицо ночному ветру. Заметив, что гнев напарника сменился типичной меланхолией, Джонатан немного сбросил скорость, чтобы ветер в салоне не так сильно завывал.
В глубине души Тимоти понимал, что причин для грусти нет. Пропавшие без вести, чьи судьбы не давали ему покоя последние несколько лет, сами выбрали свой путь. Их не сожрал неведомый монстр, они не стали жертвами маньяка — скорее уж сами были не прочь совершить преступление. Единственной реальной проблемой оставалось то, как теперь преподнести эту правду в статье.
Так что хандра Тимоти была скорее естественной реакцией на завершение долгого пути.
Даже ветер, ставший благодаря Джонатану мягче, теперь лишь усиливал чувство одиночества. Глядя на колышущиеся в темноте стебли кукурузы, словно машущие ему на прощание, Тимоти тихо произнёс:
— Странно. Я сделал всё, что мог, так почему же на душе так паршиво?
— Пытаешься заставить меня ревновать? Прекращай, я больше помогать не буду.
— Ты что, ревнуешь к расследованию? Совсем ку-ку?
Тимоти слабо улыбнулся и повернул голову к напарнику. Джонатан, не отрывая взгляда от тёмной дороги, ответил с деланной обидой:
— Бесит, что ты возишься с ним дольше, чем со мной.
— Может, мне и правда заделаться злодеем, чтобы ты за мной так же одержимо бегал?
— Будешь гоняться только за мной.
От этих приторных словечек, словно сошедших со страниц какого-нибудь бульварного романа, который так обожали преданные читатели Non-Occultum, Тимоти рассмеялся так, что едва не поперхнулся. Пытаясь откашляться и обхватив себя руками, он вдруг почувствовал что-то неладное.
Опустив взгляд, он увидел плотно пристёгнутую к телу поясную сумку (разумеется, из лимитированной коллекции Пожирателя дронов). Смех и кашель оборвались разом. Лицо Тимоти побледнело.
— Я точно свихнулся. Я ел и спал с этой штукой.
— Рад, что она тебе так понравилась.
Тимоти с отвращением, словно скидывая с себя мерзкое насекомое, расстегнул пояс и дёрнул молнию. Внутри лежал тот самый компактный пистолет, которым он угрожал Деррику. Пусть он ни на секунду не снимал его с предохранителя, но сам факт того, что он забыл о нём... Похоже, у него и правда поехала крыша.
Джонатан, покосившись на суетящегося Тимоти, коротко бросил:
— ...Ты же в курсе, что с ним в самолёт не пустят?
— Хм, ну, раз уж у нас теперь есть машина, может, рванём до Лос-Анджелеса своим ходом?
Шутка была дурацкой, и Джонатан это знал. Тимоти закатил глаза, но пистолет всё-таки отдал.
Этот инцидент не пошатнул его принципов, а лишь обострил чувство опасности — одно неверное движение, и он мог бы убить человека. Но, с другой стороны, когда речь шла о безопасности Джонатана, Тимоти понимал, что им необходимо обсудить чёткие правила.
— Вообще-то, я категорически против хранения оружия в доме, где я живу.
— Но если ты окажешься в действительно опасной ситуации, то... Эй, ты что творишь?!
Попытка Тимоти завести серьёзный, конструктивный диалог с треском провалилась. Сразу после первой же реплики Джонатан опустил своё стекло и... вышвырнул пистолет Деррика в ночь. Пока Тимоти, откинувшись назад, потрясённо хватал ртом воздух, Джонатан невозмутимо достал из куртки собственную пушку и отправил её следом.
Тимоти вцепился Джонатану в плечо и начал неистово его трясти. Машина, виляя по пустой дороге, вскоре со скрипом остановилась. Тимоти, лишившись дара речи от возмущения, уставился на напарника округлившимися глазами.
Джонатан, только что выкинувший в окно не только стволы, но и остатки здравого смысла с законопослушанием, посмотрел на него с абсолютно невинным лицом.
Вуд-Ривер, верни мне моего адекватного Джонатана!
Какие бы проклятия ни сыпались в мыслях Тимоти, у которого от абсурдности ситуации уже болела голова, Джонатан явно не собирался двигаться с места, пока не получит ответ. Последние три дня, когда он был таким сговорчивым и понимающим, теперь казались сказкой. Да, для Джонатана три дня послушания — это уже рекорд, но не мог же он слететь с катушек так быстро!
— Пока не сдашь назад, даже не надейся.
Только после этого неуклюжего торга и суровых угроз на губах Джонатана снова заиграла улыбка. Видимо, такой компромисс его вполне устроил.
Лишь когда коробка передач щёлкнула, переключаясь на задний ход, Тимоти облегчённо выдохнул. Когда они сидели в закусочной Вуд-Ривера и Джонатан так небрежно обронил фразу о совместном проживании, это звучало как очередная шутка. Но, похоже, он хотел этого куда сильнее, чем показывал. Вздох Тимоти был полон смешанных чувств: радости от того, что он смог разгадать ещё одну тайну Джонатана, и вины за то, что не заметил этого раньше.
— Даже если ты не злодей, твои мысли — всё равно самая большая загадка для меня...
Тихо усмехнувшись, Тимоти высунулся в окно, чтобы проверить, куда упали пистолеты. Несмотря на солидный возраст машины, задние фары светили достаточно ярко, так что дополнительное освещение не требовалось. Он без труда разглядел один ствол, валявшийся на асфальте перед небольшой кочкой. Второй, должно быть, где-то рядом...
...Кочка? Мы вроде ни на что не наезжали.
Тимоти прищурился, вглядываясь в полумрак. Нечто, лежащее посреди дороги, неуклюже зашевелилось, напоминая пьяницу, укутанного в лохмотья.
Потом ему показалось, что это просто вязанка кукурузных стеблей, вывалившаяся на дорогу. Размером примерно с десятилетнего ребёнка.
Тимоти непроизвольно затаил дыхание. Сквозь шум ветра, гуляющего в кукурузном поле, пробился странный звук — мерзкий, царапающий металлический скрежет. И прежде чем Тимоти успел осознать, почему этот звук показался ему похожим на чавканье, кочка дёрнулась в сторону лежащего на асфальте пистолета. Ещё секунда, и она окажется в кроваво-красном свете задних фар.
Не в силах оторвать взгляд от того, что происходило позади, Тимоти замахал рукой, пытаясь нащупать Джонатана.
Несмотря на отчаянные жесты, ответа не последовало. Джонатан, который медленно сдавал назад в ожидании дальнейших указаний, бросил взгляд в зеркало заднего вида, затем обернулся, чтобы посмотреть в окно, и, наконец, схватил руку Тимоти, всё ещё слепо шарившую в воздухе, усаживая его на место.
И снова, не прошло и суток, как интуиция Джонатана забила тревогу.
Надо уносить отсюда ноги. Прямо сейчас.
Тимоти, которого Джонатан силой усадил в кресло, закричал и начал судорожно рыться в карманах. В это же мгновение Джонатан выкрутил руль, переключил передачу и вдавил педаль газа в пол.
Тимоти, с запозданием на секунду высунув руку с телефоном в окно, начал подстёгивать сам себя: «Видео! Снимай видео!», но Джонатан даже не подумал сбросить скорость. Нечто, отражавшееся в зеркале заднего вида, неслось за машиной с пугающей скоростью. Тёмно-багровый силуэт не приближался, но и не отставал.
Эта сюрреалистичная ночная погоня закончилась лишь тогда, когда показалась граница кукурузного поля, тянувшегося вдоль дороги. Тень, которая преследовала их, сохраняя настолько идеальную дистанцию, что казалась пятном грязи на заднем стекле, вдруг резко свернула и растворилась в зарослях кукурузы.
Тимоти, всё это время неотрывно снимавший погоню на телефон, наконец уселся ровно и посмотрел вперёд. Это означало, что опасность миновала, но Джонатан продолжал хранить молчание.
Ещё когда я увидел эту тварь в первый раз, я подумал: это стопроцентно тот самый криптид, которого все называют Пожирателем дронов.
Тут и глубокий анализ не нужен: существо как две капли воды похоже на то, что было запечатлено на самом первом видео — том самом, которое M.C.E.E. объявили дешёвой подделкой. Судя по тому, как эта тварь реагирует на дроны, машины и пистолеты, её явно привлекает металл. А раз она прекратила погоню ровно там, где закончилось кукурузное поле, можно предположить, что она не покидает пределы своего основного ареала обитания.
Вполне возможно, что упоминание «дуэта» в отчётах M.C.E.E. — это информация, полученная независимо от Деррика. В конце концов, оба раза, когда мы сталкивались с этой тварью лицом к лицу, мы были вместе. К тому же Деррик понятия не имел, куда девались люди, которых он перевозил. Никто не даст гарантии, что все пропавшие благополучно покинули Вуд-Ривер, так и не встретившись с Пожирателем дронов.
С другой стороны, нельзя полностью исключать, что совпадение с парами — это просто случайность. В таком случае неудивительно, что M.C.E.E. действовали так вяло.
Мысленно систематизировав всё, что нужно будет включить в отчёт для M.C.E.E., Джонатан в итоге пришёл к однозначному выводу:
Тимоти, усевшийся на место после окончания съёмки, уже несколько минут не подавал признаков жизни. Он даже не теребил губы — а ведь это была его постоянная привычка, когда он о чём-то напряжённо думал.
Джонатан прекрасно понимал, сколько времени, сил и нервов Тимоти вложил в дело Вуд-Ривера. Сам Тимоти, наверное, подобрал бы другое слово, но Джонатану это казалось чем-то сродни одержимой привязанности. И, честно говоря, его это раздражало настолько, что ему хотелось поймать этого чёртова Пожирателя дронов и утопить его где-нибудь в Тихом океане.
Но в то же время он искренне не хотел испортить Тимоти эту поездку в Вуд-Ривер, которая должна была стать последней. Будучи тем самым человеком, который в прошлом году не по своей воле сорвал их совместную поездку, Джонатан (Тимоти бы наверняка удивился, узнав об этом) всё-таки испытывал чувство вины.
И вот теперь... выходит, я снова сорвал ему съёмку Пожирателя дронов, и на этот раз уже по своей инициативе? Джонатан, конечно, не сомневался, что Тимоти любит его больше, чем какого-то криптида, но не чувствует ли он сейчас себя ребёнком, у которого прямо из-под носа увели зефирку?
Поэтому, когда окаменевший Тимоти наконец открыл рот, Джонатан мысленно приготовился к худшему. Если из-за этого уродливого монстра мы сейчас поссоримся, я клянусь, я выслежу его, поймаю живьём и лично утоплю в Тихом океане...
Голос Тимоти, звенящий от восторга, словно у ребёнка, только что сошедшего с американских горок, прервал мрачные размышления Джонатана.
— Джонатан, ты ведь тоже это видел?! Мне же не померещилось?!
Сбитый с толку такой неожиданной реакцией, Джонатан постарался сохранить хотя бы видимость невозмутимости. Тимоти, возбуждённо тараторя, то и дело зачёсывал волосы назад и протирал очки.
— Он же совсем не похож на обычное дикое животное, правда? Эх, жаль, что мы не увидели, как он прыгает, было бы вообще супер. Видео, конечно, темноватым вышло, но, может, если покрутить контрастность, что-нибудь получится вытянуть? Но вообще странно. На том видео с очевидцем был вечер, и глаза у него выглядели атрофированными, я думал, это просто косяк фейка. Получается, он изначально ночной хищник? Ты ведь тоже видел его ночью, да? Вчера... или это было позавчера?
Тимоти выглядел настолько счастливым, что даже не обратил внимания на равнодушный тон Джонатана. С одной стороны, это радовало, но с другой... Джонатану стоило больших усилий сдержаться, чтобы полушутя-полусерьёзно не спросить: «Ты его что, любишь больше, чем меня?»
«Сейчас он радуется, но стоит ему немного остыть, и он начнёт задвигать теории про то, что это, скорее всего, мутант, появившийся из-за загрязнения окружающей среды», — подумал Джонатан. И уж тем более было очевидно, что он будет раз за разом пересматривать криво снятое видео и разочарованно цокать языком.
Поэтому Джонатан, всегда умевший найти ложку дёгтя даже в бочке с мёдом, решил, что хотя бы сейчас позволит Тимоти насладиться моментом сполна.
В конце концов, несмотря на всю ту дичь, что с ними приключилась, всё закончилось благополучно. Дело Вуд-Ривера закрыто, и на этом можно поставить точку.
— А, прости. Я прослушал. Ты о чём?
Но Тимоти, к его огромному удивлению, всегда умел преподносить сюрпризы, выходящие за рамки простого «всё закончилось благополучно».
— Давай приедем сюда в следующем году.
В этих словах было столько шума и суеты, словно в них уместились сразу пять месяцев ожиданий и целый год надежд.
Джонатан беззвучно рассмеялся, осознав, как легко и изящно Тимоти разрушил его уверенность в том, что на этом история Вуд-Ривера подошла к концу. Услышав его смех и приняв его за согласие, Тимоти удовлетворённо хмыкнул и с наслаждением откинул голову на подголовник. Сквозь медленно опускающиеся веки блеснули зелёные глаза, всё ещё устремлённые в тёмное ночное небо.
Глядя на него, Джонатан вдруг почувствовал, что готов относиться к Вуд-Риверу и Пожирателю дронов с куда большей снисходительностью. Ему даже захотелось сообщить Тимоти, что его взгляды на этого монстра немного изменились.
И сделать это он хотел с любовью, как и подобает человеку, который стал причиной этих перемен... и, желательно, в стиле, подходящем для их странного дуэта.
— Тим, как думаешь, если Пожиратель дронов упадёт в воду, он утонет?
— ...Я что, задремал? Мы о чём вообще говорим?
Старый, синий и, будем считать, одолженный на время маслкар мчался вперёд, увозя с собой двух смеющихся парней.