Обесчести меня, если сможешь | Глава 77
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм t.me/wsllover
Лицо маркиза, обращенное к Кассиану, оставалось абсолютно каменным.
Ещё бы. Кто в здравом уме мог ожидать, что на столь изысканном светском приеме, куда были приглашены лишь самые сливки общества, развернется подобный балаган?
А уж то, что виновником торжества станет эта сумасшедшая капибара…
Кассиан приехал сюда с извинениями, но в глубине души прекрасно понимал, что одними пустыми словами тут не обойдешься. Учитывая преклонный возраст маркиза Манона, оставалось лишь возносить хвалы небесам, что старика не хватил удар.
Тяжелая тишина давила на плечи. Кассиан, не решаясь заговорить первым, терпеливо ждал. Наконец маркиз сухо откашлялся. От этого звука, похожего на раскат грома перед бурей, Кассиан внутренне подобрался и выпрямил спину. Заметив его напряжение, старый аристократ соизволил нарушить молчание.
— Вчерашний инцидент… это было поистине шокирующе.
В ответ на эту вполне ожидаемую фразу Кассиан выдержал идеально выверенную паузу — не слишком короткую, чтобы не показаться суетливым, и не слишком длинную.
— Безусловно, ваша светлость. Я вас прекрасно понимаю.
Он уже собирался пустить в ход заранее заготовленную речь, как маркиз снова заговорил:
— Признаться, я был немало удивлен, узнав, что этот юноша — ваш партнер. Ваше имя столько лет оставалось безупречным, без единого пятнышка скандала… Откуда вы вообще взяли этого мальчишку?
Вопрос был ожидаемым, но Кассиан все равно на долю секунды замер. Он терзал себя этим всю дорогу, прокручивая в голове десятки вариантов, но так и не нашел безопасного ответа.
Что будет, если он просто возьмет и признается, что этот мальчишка — младший отпрыск семьи Миллер?
Естественно, маркиз округлит глаза от изумления и тут же потребует объяснений, как Кассиан умудрился связаться с ребенком из такого рода? И тогда он снова окажется в тупике.
Пересказывать события десятилетней давности было нелепо, а выворачивать наизнанку свое жалкое прошлое он категорически не желал. Но хуже всего было другое — даже если он выложит всю правду, как ему ответить на самый главный вопрос?
«Почему спустя целых десять лет Блисс Миллер вдруг заявился по мою душу?»
До этого момента Кассиан был слишком одержим идеей убрать Блисса с глаз долой, чтобы задумываться о его истинных мотивах. Ему казалось, что парень вот-вот исчезнет, так зачем забивать себе голову лишней информацией? Но так он рассуждал до того, как этот ходячий кошмар устроил катастрофу.
Теперь же любопытство просто сводило его с ума.
«Какого черта эта капибара вообще вылезла из своей норы и превратила мою жизнь в этот кромешный пиздец?»
Выудив из круговорота мыслей первоначальную, самую безопасную версию, он вежливо улыбнулся:
— Он дальний родственник одной моей… знакомой. Представился удачный случай, и я пригласил его составить мне компанию на вечере. Я никак не предполагал, что все обернется подобным образом…
Пришло время для извинений. И для предложений о компенсации, само собой. Вот только существовало ли в природе хоть что-то, способное умилостивить оскорбленного маркиза?
Пока Кассиан хмурился, мучительно подбирая слова, губы старика вдруг дрогнули, и на его морщинистом лице расцвела широкая улыбка. Лорд Херингер растерянно моргнул.
— Поразительный опыт, скажу я вам, — мягко произнес маркиз, блеснув весёлыми искорками в глазах. — Я как раз начал клевать носом от скуки — на этих приемах всегда все твердят одно и то же... А тут такое потрясение, сон как рукой сняло!
С этими словами старик заливисто и искренне расхохотался.
От столь внезапного поворота событий Кассиан совершенно потерял дар речи. Истинно британская многослойная ирония? Тонкая издевка? Или чистая правда? Даже он, проживший в Англии всю свою жизнь, не мог с уверенностью прочитать эту эмоцию.
«Он же смеется от души… Но ведь этого просто не может быть», — подумал он, не сводя глаз со старика.
— Я говорю совершенно серьезно, — словно прочитав его мысли, добавил маркиз.
Сбитый с толку Кассиан недоверчиво прищурился.
Повторив это, маркиз потянулся к изящному колокольчику на столе и легонько встряхнул его. Чистый перезвон эхом разнесся по комнате. Почти сразу в дверь постучали, и на пороге возник слуга, в сторону которого Маркиз тут же махнул рукой:
Судя по тому, с какой готовностью ответил слуга, приказ был отдан заранее. Поэтому он тут же скрылся за дверью.
Кассиан, все еще не до конца понимая, в какую игру его втягивают, напряженно вглядывался в лицо хозяина дома. Но тот лишь невозмутимо потягивал чай, не проронив больше ни слова. Оставалось лишь стиснуть зубы и ждать. Вскоре раздался новый стук, и слуга вернулся.
— Ваша Светлость, я привел молодого господина.
Слуга удалился, а ему на смену, словно в нелепой эстафете, в гостиную робко проскользнул молодой человек. Узнав вошедшего, Кассиан недовольно нахмурился. Маркиз же оставался спокоен:
— Вы ведь знакомы с моим внуком? Эдвард, иди сюда, присядь.
Эдвард сжался, неловко поклонился и опустился на краешек дивана рядом с дедом. При виде его съежившейся, пропитанной страхом фигуры складка между бровями Кассиана стала только глубже.
Внук маркиза, до сих пор не имеющий за душой ни единого титула. И не только потому, что его отец — прямой наследник — был еще жив и полон сил. В первую очередь это было связано с тем, что сам Эдвард так и не смог заслужить доверия своего влиятельного деда.
«Для чего он притащил сюда этого никчемного внука?»
Оставаясь в полнейшем неведении относительно происходящего, Кассиан молча наблюдал, как маркиз Манон, не обращая на гостя никакого внимания, сурово обратился к внуку:
Пока Кассиан силился понять, к чему клонит старик, Эдвард, до этого трусливо жавшийся к спинке дивана и затравленно бегающий глазами по комнате, наконец разомкнул дрожащие губы.
Маркиз рявкнул так, что в гостиной едва не зазвенел хрусталь. Этот громоподобный рык, вырвавшийся из груди на вид хрупкого старца, заставил вздрогнуть не только забитого Эдварда, но и самого Кассиана. Старик сверлил внука пылающим от гнева взглядом, и под этим невыносимым давлением молодой человек окончательно сдался. Зажмурившись, он отчаянно выпалил:
— П-простите меня, граф Херингер! Я совершил чудовищную бестактность!
Кассиан растерянно моргнул, совершенно сбитый с толку этим внезапным покаянием. Что, черт возьми, здесь происходит? Он перевел вопросительный взгляд на маркиза, безмолвно требуя объяснений, но тот лишь продолжил распекать внука.
— Болван! Какой толк в пустых извинениях? Сначала выложи всю правду, от начала и до конца!
— Д-да, дедушка… С-сейчас, я все расскажу, все…
Окончательно раздавленный, Эдвард суетливо забормотал невнятные оправдания, а затем развернулся к Кассиану. Слова полились из него бурным потоком, перемежаясь тяжелыми вздохами:
— Простите меня, граф Херингер. Вчера на приеме я и мои друзья… мы позволили себе крайне неуместную шутку в ваш адрес. Клянусь, это была всего лишь глупая шутка! Разумеется, у нас и в мыслях не было ничего подобного воплощать в жизнь… Но ваш партнер услышал наш разговор и всё не так понял, и поэтому… Ах, конечно, это вина всей нашей компании, и моя в первую очередь! Даже если это было недоразумение, мы вообще не должны были распускать языки. Мне очень жаль, я приношу свои глубочайшие извинения. И, умоляю, передайте вашему партнеру, чтобы он ни в коем случае не держал на нас зла…
Эдвард продолжал лепетать, по сути, повторяя одно и то же снова и снова. Когда Кассиану наскучило слушать эти жалкие извинения, он перевел взгляд на маркиза. Старик, до этого хранивший суровое молчание, плавно вступил в разговор:
— Ну как? Сможете ли вы простить этого дурака?
«Простить?» Кассиан едва заметно нахмурился. Распускать грязные сплетни за спиной — излюбленная забава высшего света. Обычно на такие вещи просто закрывают глаза, даже если слухи доходят до ушей. Но заставлять публично извиняться за пустую болтовню?
«Слухи о том, что маркиз Манон держит своих отпрысков в ежовых рукавицах, оказались чистой правдой,» — подумал он, делая мысленную пометку.
— Этого вполне достаточно, — ровным тоном ответил Кассиан. — Тем более, что и с нашей стороны реакция была… чрезмерной.
— Зачинщиками были мы, поэтому извиняться должна сторона, спровоцировавшая конфликт. Разве это не справедливо?
Маркиз вновь метнул на внука уничтожающий взгляд, от которого тот торопливо закивал головой:
— Да-да, конечно! Абсолютно справедливо!
Глядя на эту жалкую сцену, Кассиан задался логичным вопросом, насколько же мерзкими были эти слова, если Эдвард сейчас трясся как осиновый лист? Но следом всплыл и другой, куда более важный вопрос.
«Блисс устроил весь этот разгром только потому, что услышал, как меня оскорбляют? Но какого черта?»
Это не укладывалось в голове. Пока Кассиан пытался осмыслить абсурдность происходящего, маркиз сухо отдал приказ:
— Поблагодари графа за его безграничное великодушие и убирайся с глаз моих. И не смей отходить далеко, возможно, ты мне еще понадобишься.
— Да, дедушка. Я буду ждать в коридоре.
Судя по тому, с какой готовностью и обыденностью прозвучал ответ, Эдварду было не привыкать стоять за дверью в качестве наказания. Он неуклюже поклонился деду, затем Кассиану, и быстро ретировался. Как только тяжелые двери гостиной закрылись, отсекая их от внешнего мира, маркиз вновь обратился к гостю:
— Вы уверены? Этого точно достаточно?
— Более чем, — без колебаний ответил Кассиан, сохраняя на лице вежливую аристократичную маску. — Напротив, я искренне благодарен вам за то, что вы проявили такое снисхождение к вчерашнему инциденту. Однако меня все еще мучает вопрос, как мне возместить ущерб за сломанную трость, которая наверняка была вам дорога?
В ответ на эти изысканные манеры маркиз вдруг разразился добродушным раскатистым смехом.
— Если вы пришлете мне приглашение на вашу с ним свадьбу, этого будет вполне достаточно!
— Простите?.. — глупо переспросил Кассиан, опешив от столь неожиданного заявления и совсем забыв о приличиях.
Маркиз хитро прищурился, глядя на него так, словно видел насквозь.
— Да бросьте, я же всё понимаю. Вы и этот мальчик… вы ведь не просто «знакомые», не так ли?
«Что за бред он несет?» — подумал Кассиан, чувствуя, как начинает дергаться глаз.
Ему оставалось лишь сидеть с совершенно ошарашенным лицом, не в силах вымолвить ни слова под пристальным, всё понимающим взглядом старого аристократа.