Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) 66 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Дейн! Ты в порядке? Что стряслось?
Стоило услышать голос Джошуа, как из груди Дейна вырвался тяжелый, протяжный вздох. Все напряжение последних часов навалилось разом. Он отбросил ставший бесполезным парашют и несколько часов брел по каменистой пустоши, пока не добрался до виллы. Там, перевернув всё вверх дном в поисках хоть какого-то средства связи, он, к своему удивлению, обнаружил стационарный телефон.
А когда взгляд упал на компьютер, который, судя по мигающим индикаторам, был подключен к интернету, Дейн почувствовал, как его покидают последние силы. От абсурдности ситуации хотелось не то смеяться, не то ругаться. «Столько мучений, а тут, оказывается, цивилизация», — мелькнуло в голове.
Впрочем, план действий был очевиден. Он набрал номер Джошуа. После череды долгих гудков в трубке наконец раздался знакомый голос. Поначалу Джош насторожился, увидев незнакомый номер, но, едва услышав характерный тембр друга, мгновенно сменил тон.
— Произошел несчастный случай… — хрипло проговорил Дейн, чувствуя, как пересохло в горле. — Прости, я потерял бдительность.
Голос звучал совершенно обессиленным. Джошуа тут же перебил его извинения:
— Забудь. Это я виноват, что скинул всё на тебя одного. Я же знал, что Грейсон — тот ещё фрукт, и с ним нужно держать ухо востро… — Джош замолчал на секунду, переводя дух. — Главное, ты цел. Я скоро за тобой приеду.
— Не нужно, — оборвал его Джошуа. — Я знаю, где ты.
Дейн нахмурился, не успев договорить.
— Знаешь? Откуда? — в его голосе проскользнуло подозрение.
Джошуа ответил без запинки, словно это было чем-то само собой разумеющимся:
Джошуа замялся, деликатно кашлянул в трубку, а затем выдал:
— Видишь ли… В тела всех членов семьи Миллер вживлены маячки.
Дейн застыл с открытым ртом. Что за бред? Он молчал, переваривая услышанное, а Джошуа поспешил объяснить:
— Если случается что-то непредвиденное, например, пропадает связь, как сейчас, их находят по этим трекерам. Они подключены к спутнику. Говорят, сигнал ловит, даже если они окажутся на дне океана.
«У богатых свои причуды. Вшивать в себя электронику — это уже перебор», — подумал он, невольно скривив губы в усмешке.
Хотя, если рассуждать прагматично, в данной ситуации эта богатая паранойя играла ему на руку. Дейн шумно выпустил воздух, расправляя плечи, и деловито спросил:
— Ладно. И сколько времени это займет?
— Я уже в процессе подготовки. Но скоро стемнеет, вылетать сейчас слишком рискованно. Потерпи один день. Как только рассветет, я сразу выдвигаюсь.
Перспектива провести ночь с Грейсоном Миллером не вызывала особого восторга, но выбора не было. Обменявшись парой дежурных фраз, Дейн нажал отбой.
Стоило выйти из комнаты, как его встретила тишина пустой гостиной. В этом безмолвии желудок предательски сжало — голод, забытый на время стресса, вдруг напомнил о себе острой резью. Дейн тут же приступил к обыску дома в поисках съестного.
Вилла, как и утверждал Грейсон, оказалась на удивление комфортной. Похоже, за ней регулярно следили: ни пылинки, ни затхлости. «Если бы позволяли обстоятельства, я бы даже не отказался провести здесь отпуск в тишине и покое», — мелькнула шальная мысль.
Впрочем, ключевым словом было «если бы».
Стоило распахнуть холодильник, как хрупкие иллюзии разбились о суровую реальность. На пустой полке сиротливо лежала одна-единственная булка, срок годности которой, вероятно, истек еще в прошлой эпохе. Дейн достал находку, повертел в руках и, надорвав упаковку, осторожно принюхался. Никакого запаха. Вообще.
Пока он с сомнением разглядывал этот кулинарный артефакт, за спиной послышались шаги. Грейсон, только что вышедший из душа, появился в гостиной в одном лишь небрежно наброшенном халате. Он шел, энергично вытирая полотенцем мокрые волосы, но, перехватив странный взгляд Дейна, замер.
Похоже, в глазах пожарного читалось что-то, что заставило альфу насторожиться. Дейн молча протянул ему булку. Грейсон перевел непонимающий взгляд с хлебобулочного изделия на невозмутимое лицо Дейна и обратно.
— Ешь, — коротко скомандовал Дейн.
— И почему я должен это есть? — Грейсон все еще не спешил брать подношение, глядя на Дейна с нескрываемым подозрением.
«Сам вечно всех дурит, вот и ждет подвоха от других, — цинично подумал Дейн, глядя на его реакцию. — Надо было жить честно, тогда бы не пришлось дергаться по пустякам».
— С виду она вроде ничего, но кто знает, что там внутри, — честно признался Дейн, не меняя тона. — Так что давай, пробуй ты.
Грейсон посмотрел на него так, словно у Дейна выросла вторая голова.
— Я тебе что, подопытная морская свинка?
На возмущение и сарказм в голосе миллиардера Дейн даже бровью не повел. Его прагматизм был непробиваем.
— Да брось, ты от такой мелочи не сдохнешь. Ешь давай, живо.
Грейсон устало приложил ладонь ко лбу и отвернулся, словно ища поддержки у невидимого зрителя. Он явно собирался разразиться гневной тирадой, логически обосновывая абсурдность просьбы, но, взглянув на Дейна, который всё так же настойчиво тыкал в него черствой булкой, вдруг сдулся. Какой смысл спорить?
Он молча уставился на Дейна тяжелым взглядом, затем резко, почти выхватил булку из его рук и, широко раскрыв рот, откусил сразу половину. Грейсон агрессивно прожевал сухой мякиш и, не проронив ни слова, сунул остаток обратно в руки Дейну.
Только убедившись, что альфа не упал замертво, Дейн поднес еду ко рту.
Едва сделав первый укус, он поморщился. Вкус был, мягко говоря, специфическим. Заметив его перекошенное лицо, Грейсон лишь равнодушно пожал плечами:
— Я и не говорил, что будет вкусно.
Дейн одарил его мрачным взглядом, но деваться было некуда. Скорчив гримасу, он через силу доел остатки.
Запоздалое раскаяние накрыло Дейна с головой, хотя причина этого чувства была ему предельно ясна. Он позволил обвести себя вокруг пальца, как последнего идиота. Повелся на дешевый спектакль этого ублюдка.
Глядя на наглое, ничуть не раскаивающееся лицо Грейсона, Дейн почувствовал, как внутри снова закипает раздражение.
В памяти вдруг всплыли слова Джошуа. В них, несомненно, кроулась уверенность в том, что уж кто-кто, а Дейн Страйкер не поддастся на уловки Грейсона. Уязвленный редким для него чувством собственной несостоятельности, Дейн решил перенаправить злость на истинного виновника.
— Не знал, что ты такой мастер изображать умирающего. Может, это тебе стоило идти в актеры, а не Чейзу Миллеру?
Дейн не смог сдержать ядовитой насмешки. Грейсон же, как ни в чем не бывало, ответил своей обычной расслабленной улыбкой.
— Мне говорили, что у меня есть талант, но даже я не умею менять цвет лица по команде. Мне просто немного… помогли.
Дейн нахмурился, и Грейсон охотно пояснил:
— Я принял таблетку. Особый препарат. Действует только на таких, как я.
Дейн моргнул, переваривая услышанное, и скептически переспросил:
— Ты специально пьешь дрянь, от которой тебе становится плохо?
— Именно. Стоит проглотить, и желудок мгновенно выворачивает наизнанку, ощущение — будто реально умираешь. Правда, эффект длится всего минут десять.
Грейсон снова рассмеялся — легко, звонко. И что тут смешного? Дейн смотрел на него с немым изумлением.
Доминантные альфы славились своей невосприимчивостью к лекарствам и алкоголю. Чтобы получить хоть какой-то эффект, им требовались лошадиные дозы, так что обычные яды были для них практически бесполезны. Но если существует препарат, способный вызвать такую реакцию у альфы… что он сделает с обычным человеком?
«Простым расстройством желудка тут явно не отделаешься», — мрачно подумал Дейн.
— И ты таскаешь эту отраву с собой?
— На случай неблагоприятных обстоятельств. Десять минут агонии — небольшая цена за результат.
Грейсон продолжал улыбаться, словно речь шла о погоде. Неблагоприятные обстоятельства. Он явно имел в виду ситуации вроде нынешней. Или похищения.
«Ты хоть знаешь, почему доминантные альфы вечно таскаются с охраной? Представления не имеешь, сколько преступных группировок охотится именно за такими ублюдками!»
В голове эхом отозвался голос капитана Уилкинса. Неужели этот препарат — страховка именно на такой случай? Способ заставить похитителей потерять бдительность?
Поскольку Дейн и сам попался на эту удочку, возразить ему было нечего. «Чертовски эффективная дрянь», — мысленно выругался он. И тут в голове мелькнула догадка.
— Так вот почему ты умеешь вскрывать наручники?
Дейн задал вопрос, не разжимая нахмуренных бровей. Уголок губ Грейсона пополз вверх.
— Я много чему научился. На всякий случай.
Дейн некоторое время молча обдумывал эти слова, сопоставляя факты, а затем с подозрением прищурился:
— Может, именно поэтому ты так ловко обращаешься с дубинкой?
— В точку. Папа лично натаскивал меня. — Грейсон с любопытством, граничащим с детским восторгом, склонил голову набок. — А ты откуда знаешь? Неужели Бейли разболтал?
Дейн замялся, чувствуя себя неловко, словно его поймали за сплетнями за спиной друга. Решив не углубляться, он резко сменил тему:
— А Эшли Миллер? Он тебя не бил?
Грейсон изобразил на лице преувеличенное, почти гротескное изумление. И тут Дейна осенило. Вот оно — то, что вызывало у него смутное чувство дискомфорта всё это время. Эмоции Грейсона. Иногда они казались… чрезмерными, словно выкрученными на максимум. Раньше это лишь царапало сознание, но теперь бросилось в глаза со всей очевидностью.
Он словно не чувствовал, а имитировал нормальные реакции, как старательный ученик, копирующий поведение людей по учебнику.
— Папа нас не бьет. Правда, когда я был совсем маленьким, он однажды меня придушил, но это было всего один раз, так что не считается.
Грейсон произнес это пугающе ровным, будничным тоном. Дейн застыл, вглядываясь в его лицо, пытаясь найти хоть тень шутки.
В ответ на тихий вопрос губы Грейсона растянулись в широкой, лучезарной улыбке.
«Ну конечно», — с горечью подумал Дейн, вслух выругавшись. Он почувствовал себя полным идиотом. Опять купился. Мало ему было попасть в эту дыру из-за чужого вранья, так он снова развесил уши перед этим психопатом.
Не желая больше слушать этот бред, он резко развернулся и ушел в спальню, оставив Грейсона одного. Стоило голове коснуться подушки, как навалилась свинцовая усталость. Этот бесконечный день наконец-то подошел к концу. Дейн глубоко вздохнул и провалился в сон с единственной мыслью: пусть хотя бы ночь пройдет спокойно, без сюрпризов.
Но той ночью случилось именно то, чего он ожидал меньше всего.