Возжелай меня, если сможешь (Новелла) | 186 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Воздух с хрипом вырывался из легких, раздирая пересохшее горло. Грудь вздымалась так тяжело, будто каждый вдох стоил титанических усилий. Прямо перед глазами, сливаясь с ночным небом, черным монолитом нависала громада особняка. Ни единого проблеска света в окнах — дом казался вымершим.
Как он вообще здесь очутился? Дорога стерлась из памяти, выпала, как ненужный кадр; он гнал машину в состоянии аффекта, пока фары не уперлись в знакомые кованые ворота.
Дейн несколько секунд оцепенело смотрел на темный фасад, а затем, словно стряхивая морок, резко мотнул головой. Он взлетел на крыльцо и с силой обрушил кулаки на массивное дерево двери.
Ни шагов, ни скрипа половиц, ни малейшего шороха по ту сторону. Эта мертвая тишина оглушала сильнее любого шума.
«Почему никто не выходит? Не может быть, чтобы там никого не было...» — паника холодными иглами колола затылок.
— Грейсон! Грейсон Миллер! Открой!
Дейн сорвался на крик. Он продолжал исступленно колотить в дверь, не чувствуя боли в сбитых костяшках, и вдавливал кнопку звонка до упора, надеясь услышать хоть какой-то звук. Но его крики лишь глухим эхом отскакивали от стен и растворялись в ночном воздухе, не находя ответа.
Силы иссякли так же внезапно, как нахлынули. Ноги подкосились. Дейн вцепился пальцами в волосы, сползая вниз, и шумнО выдохнул, выпуская наружу скопившееся отчаяние.
Время потеряло счет. Дейн сидел на ледяных каменных ступенях, привалившись спиной к запертой двери, и прокручивал в голове одну и ту же мысль, словно заезженную пластинку. Ночь окончательно вступила в свои права; густая тьма поглотила всё вокруг, мир утонул в безмолвие, а он продолжал сидеть, раздавленный бессилием и собственными страхами.
Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором вспыхивал один и тот же образ — окровавленный Грейсон.
«Что же случилось? Как, черт возьми, всё обернулось таким кошмаром?»
Дейн снова и снова нажимал на вызов, пытаясь дозвониться до Джошуа, но тот не брал трубку. Лишь сейчас, с запоздалой ясностью, он осознал, что кроме Джошуа, ему больше не у кого спросить о состоянии Грейсона. Телефон его самого был выключен. Тугой ком тревоги в груди перекрывал кислород, и развязать его было нечем.
— Блядь... — сорвалось с губ хриплое ругаьельство.
Дейн сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, но физическая боль не могла заглушить ту, что разрывала его изнутри. Проклятая картина стояла перед глазами, выжженная на сетчатке: Грейсон, привязанный к стулу, лицо в ссадинах и кровоподтеках, одежда, пропитанная темной липкой кровью.
Это воспоминание — старый шрам, который вдруг снова начал кровоточить. Оно оживало, пульсировало, заставляя сердце колотиться где-то в горле, перекрывая кислород.
«Неужели те ублюдки вернулись? Неужели снова они?»
Те, кто похитил Грейсона в прошлый раз, были лишь жалкой горсткой отщепенцев, фанатиками-одиночками. Но сама организация, эта многоголовая гидра, никуда не исчезла. Они всё еще где-то там, в тени. Они по-прежнему опасны. Им ничего не стоило повторить сценарий: похитить, выстрелить... убить.
От одной этой мысли внутренности скрутило. Дейн судорожно сглотнул, пытаясь избавиться от горького привкуса желчи во рту. Но тут же рассудок, подстегнутый адреналином, метнулся в другую сторону.
«Нет. В одну воронку снаряд дважды не падает. Вряд ли это снова похищение. Но если не террористы, то кто?»
В памяти вспышкой возникло серьезное лицо Джошуа. И их недавний, тяжелый разговор.
<Если Грейсон будет разгуливать повсюду со своими извинениями, то может схлопотать пулю>, — звучал в голове голос Джошуа, и от этого пророчества по спине пробежал могильный холод.
«Неужели он встретился с Чейзом?»
Дейн дрожащими пальцами снова нажал на вызов. Длинные, монотонные гудки тянулись бесконечно, словно отсчитывали секунды до приговора. Никто не отвечал. Дурное предчувствие обрастало плотью, становясь единственной возможной реальностью. Чейз выстрелил в Грейсона. Это объясняло всё: и молчание Джошуа — ему сейчас явно не до телефона — и подтвержденные новости.
«А если… если с ним действительно что-то случилось? Если рана смертельная?»
Мир перед глазами поплыл, контуры особняка растворились в мутной пелене. Руки затряслись так сильно, что телефон выскользнул бы, если бы пальцы не свело судорогой. Дейн опустил голову, обхватил её руками и сжался в комок, будто пытаясь спрятаться от собственного сознания.
Неожиданный голос разорвал тишину. Дейн застыл, каждый мускул будто свело. Лишь через несколько секунд он шевельнулся и медленно, очень медленно поднял голову. Казалось, он боялся поверить своим ушам, боялся, что это лишь галлюцинация, и хотел продлить этот момент хотя бы чуть дольше.
Безжизненный вздох сорвался с губ, прежде чем Дейн успел осознать его.
Широко распахнутые глаза встретились с невероятно высокой фигурой, застывшей в нескольких шагах. Платиновые волосы мужчины, спадавшие мягкими волнами, тускло мерцали в призрачном свете луны, пробивавшемся сквозь ветви деревьев, а полы длинного тренча мягко колыхались от ночного ветра.
Он смотрел на него в ответ — такими же широко раскрытыми глазами, полными смятения. Лицо, обращённое к нему, было безупречным, без единого следа крови или ран, которых он так боялся увидеть.
Когда взгляд Дейна сфокусировался на этом лице — знакомом, но совсем не таком, каким он представлял его в своих кошмарах — слова застряли в горле. Все его страхи, все тревоги испарились, оставив лишь пустоту.
Он просто сидел, не в силах произнести хоть что-то.
Прохладный ночной ветер скользнул по щеке Дейна, не возвращая ясности. Он продолжал смотреть перед собой — всё тем же потерянным взглядом, не пытаясь понять, что именно читается в лице мужчины. Растерянность? Шок? Или отражение его собственного состояния?
— Э-э… — Грейсон, кажется, тоже не сразу нашёлся с ответом. Он неловко почесал затылок и, слабо моргнув, заговорил первым: — Что случилось? Почему ты здесь?..
Он звучал недоуменно, и Дейн почувствовал, как что-то внутри отозвалось на этот простой вопрос. Он и сам не до конца понимал, зачем оказался здесь. Почему так мчался, отчего дрожали руки. Всё это — потом.
— …Ты в порядке? — спросил он, с трудом поднимаясь на ноги. Голос прозвучал хрипло, будто сорвался где-то по дороге. — Ты… ты точно в порядке? Не ранен? Всё в порядке?
Грейсон, глядя на бледное лицо Дейна и слыша его настойчивые вопросы, окончательно растерялся. Его брови взлетели вверх, а руки беспомощно повисли вдоль тела.
— Э-э… да, я в порядке. Всё нормально…? — произнёс он, несколько раз моргнув. — Но что с тобой случилось? Почему ты такой?..
Он действительно не понимал, в чём дело. Увидев эту растерянность, Дейн почувствовал одновременно облегчение и стыд. Облегчение от того, что с Грейсоном всё в порядке. И стыд от осознания, что паника была напрасной.
— В новостях… — глухо начал Дейн после долгой паузы.. — Сказали, что в тебя… стреляли.
— В меня? — Грейсон нахмурился, склонив голову набок.
И только теперь до Грейсона дошло: он видел лишь фамилию «Миллер». Просто предположил…
«О, черт.» — Дейн растерянно выдохнул, но было уже слишком поздно. Грейсон, нахмурившись ещё сильнее, достал из кармана телефона и быстро нашёл что-то на экране.
— Ты случайно не это видел? — спросил он, протягивая телефон.
Дейн взглянул на экран, и его лицо тут же скривилось..
Под кричащим заголовком статьи красовалась короткая заметка: «Чейз Миллер, получивший главную роль в новом сериале «Справедливость во тьме», по сюжету чудом выживает после ранения и мстит секретной правительственной организации…»
— Ха-а… — Дейн глубоко вздохнул, чувствуя, как облегчение смешивается с горькой досадой. Он повёлся на эту желтушную статью с её нарочито провокационным заголовком. Из-за нескольких слов примчался сюда, как безумец, и устроил целую драму. Теперь всё казалось таким нелепым, что захотелось провалиться сквозь землю.
Он поднял руку, закрывая лицо ладонь. Полный идиот — вот кто он сейчас был.
Грейсон, до этого хранивший молчание, неожиданно нарушил тишину:
— Неужели ты подумал, что это про меня?
«Ну конечно, это же абсурд», — пронеслось в голове у Дейна, но он всё равно ответил, чувствуя, как жар подступает к щекам и ушам:
— Там было сказано только «Миллер»… — он говорил медленно, стараясь сохранить хоть каплю самообладания. — Если бы кого-то из семьи Миллер подстрелили, я бы, естественно, подумал на тебя.
Слова повисли в воздухе, и Грейсон, услышав их, широко распахнул глаза, словно не мог поверить в то, что услышал.
Дейн, стараясь избежать его взгляда, добавил чуть тише:
— Я думал… что такой день когда-нибудь настанет.
— …Ха, — снова выдохнул Грейсон, качая головой.
Между ними повисло неловкое молчание. Чтобы заполнить эту паузу, Дейн, словно оправдываясь, произнёс первое, что пришло в голову:
— Я слышал от Джошуа, что ты в последнее время… вроде как извиняешься перед всеми…
— Поэтому ты подумал, что кто-то мог в меня выстрелить?
Дейн молчал. Слово «да» застряло где-то в горле, отказываясь покидать его губы. Он просто смотрел на Грейсона, не находя сил признаться в своей ошибке.
— И вообще, если бы меня действительно подстрелили, почему я был бы здесь? — продолжил Грейсон, слегка наклонив голову. — Лежал бы в больнице.
«Ах, точно», — запоздало осознал Дейн. Но прежде, чем он успел окончательно утонуть в собственном стыде, Грейсон добавил с легкой усмешкой:
Он рассмеялся, будто сама идея показалась ему забавной.
Дейн, однако, не разделил его веселья.
Он побледнел, с лица сошли всякие краски. Просто смотрел на Грейсона, и в этом взгляде читались все те эмоции, которые он не мог выразить словами.
— Ха-ха… ха… — смех Грейсона медленно затих, растворяясь в ночной тишине.
Молчание между ними стало таким плотным, что его можно было потрогать руками. Они снова смотрели друг на друга, будто ожидая, что другой первым нарушит эту неловкую паузу.
Наконец, Дейн, не выдержав, заговорил первым:
— Так ты… только что вернулся с Восточного побережья?
Он связал слова Джошуа с внешним видом Грейсона: длинный тренч, изможденное лицо — всё указывало на долгую дорогу.
Разговор снова оборвался. Под слабым лунным светом Грейсон казался ещё более худым и измождённым. Бледность его лица была болезненной, а в глазах читалась глубокая усталость, которую он, казалось, не мог скрыть даже за смехом.
— Ты в порядке? — невольно вырвалось у Дейна. На этот раз вопрос прозвучал иначе. И Грейсон это почувствовал.
— Не в порядке, — ответил коротко, но его улыбка вернулась слишком быстро, чтобы казаться искренней.
Затем он неожиданно громко рассмеялся, и этот смех был совсем не похож на его прежний.
— Так что уходи сейчас, — сказал он, всё ещё улыбаясь, но в его голосе появилась странная твёрдость. — А то на этот раз я могу на тебя наброситься.
Дейн застыл в оцепенении. А Грейсон, помолчав секунду, добавил уже спокойнее:
— В следующий раз, даже если услышишь, что я умер, не приходи.
Дейн ничего не ответил. Он просто молча посмотрел на Грейсона, а затем развернулся и пошёл прочь, шаг за шагом удаляясь от особняка.
Пока он шёл к машине, небрежно припаркованной чуть поодаль, чувствовал спиной его взгляд. Этот взгляд преследовал его, даже когда он сел в машину, завёл двигатель и тронулся с места. Он чувствовал его, даже когда дом исчез из виду, растворившись в темноте.