Возжелай меня, если сможешь (Новелла) 57 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
При этих словах глаза Джорджа округлились еще больше, да и Грейсон уставился на Дейна с нескрываемым изумлением. Дейн же, не сводя пристального взгляда с Джорджа, деловито поинтересовался:
— А кровать у тебя дома большая?
Джордж, словно только и ждал этого вопроса, просиял и возбужденно затараторил:
— Огромная, просто гигантская! Нам двоим места хватит с лихвой, чтобы вволю покувыркаться! Хо-хочешь сам посмотреть? Прямо сейчас и проверим! Мой дом тут совсем рядом, буквально за углом, вот там..!
Он так спешил и захлебывался словами, что Дейн перебил его спокойным, ровным тоном:
— Если маленькая — тоже плевать. Это даже лучше: смогу войти глубже.
Фраза прозвучала до неприличия откровенно, но Джордж ни капли не смутился. Напротив, он обрадовался так, словно получил лучший комплимент в жизни.
— А ванна у меня совсем крошечная... Слушай, а может, залезем туда вместе?
Дейн с той же невозмутимой легкостью согласился на предложение, от которого у Джорджа загорелись глаза. Окрыленный, парень судорожно вздохнул и пулей влетел в машину. От человека, который еще минуту назад едва волочил ноги, не осталось и следа. Глядя на это чудесное исцеление, Грейсон снова почувствовал, как дар речи покидает его.
— Ты что, сейчас поедешь спать с этим ублюдком? — спросил он в спину Дейну, который уже направлялся к водительской двери.
Дейн притормозил, обернулся и вопросительно выгнул бровь:
— А что еще? Или ты думаешь, я еду к нему, чтобы пыль протереть?
Грейсон отступил на шаг, но растерянность никуда не делась. Ситуация, разворачивающаяся перед его глазами, категорически не вписывалась в его картину мира.
Дейн ответил так, словно это было само собой разумеющимся, но Грейсона это лишь окончательно запутало.
— И при этом спишь с мужчиной?
В их мире однополый секс был нормой, если партнеры имели разные вторичные полы. Омега спит с бетой или альфой — это понятно. Но чтобы бета спал с бетой или альфа с альфой? Это звучало как нонсенс. Однако Дейна Страйкера, стоящего перед ним, подобные условности, похоже, совершенно не волновали.
— Захотел — переспал. Какая разница, какой вторичный пол? Не думал, что ты из тех, кто заморачивается такими мелочами, выбирая партнера.
Его слова недвусмысленно намекали: он не делает различий ни в поле, ни в статусе. Насколько же этот парень развратен?
Более того, Дейн подлил масла в огонь, выдав насмешливый совет:
— Надо любить всё человечество, приятель. Развивай в себе дух филантропии.
Грейсон лишь издал короткий смешок, полный неверия и абсурда.
— Нет. Видел его на пожаре, сегодня второй раз.
Теперь пазл не складывался совсем. Бетам не нужно сбрасывать феромоны, у них нет физиологической ломки. И при этом он собирается в постель к человеку, которого видит второй раз в жизни? Так просто, словно выпить стакан воды?
Вопросов была тьма, но Дейн явно не собирался тратить время на то, чтобы что-то объяснять. Что, впрочем, было вполне в его духе.
Грейсон уже догадывался, в чем дело, но не мог подавить жгучее любопытство. Оставалась только одна причина.
— Никогда бы не подумал, что этот парень в твоем вкусе. Надеюсь, ты не скажешь, что у тебя вообще нет никаких стандартов?
— Разумеется, у меня есть критерии выбора партнера, — бросил Дейн легкомысленным тоном.
Однако Грейсону этот ответ показался верхом абсурда. Он недоверчиво прищурился, пытаясь уловить хоть тень шутки, но лицо Дейна оставалось непроницаемым.
— Серьезно? Ты притащился в такую даль только ради того, чтобы перепихнуться с ним? С самого начала планировал?
Грейсон кивнул в сторону машины, где сидел Джордж.
Дейн лишь криво усмехнулся, услышав очередное нелепое прозвище, и вопросом на вопрос ответил:
— А ты думал, я поехал сюда просто ради обеда? Если у тебя есть голова на плечах, попробуй ею воспользоваться.
Он демонстративно постучал указательным пальцем по виску, глядя на Грейсона как на безнадежного идиота.
— Я приехал, чтобы «съесть» Джорджа, тупица.
У Грейсона перехватило дыхание. Он открыл рот, но слова застряли в горле. Впервые в жизни его так легко и непринужденно заткнули. Что вообще происходит? Куда катится этот сценарий?
Однако стоять соляным столбом было некогда. Заметив, что Дейн уже разворачивается, чтобы уйти, Грейсон, подгоняемый необъяснимым импульсом, окликнул его:
Дейн снова затормозил и медленно, с явной неохотой обернулся. Между бровей залегла глубокая складка раздражения: всем своим видом он показывал, что терпение его на исходе и это — последний шанс. Грейсон почувствовал, как внутри нарастает странная тревога. Слова вылетели из него быстрее, чем он успел их обдумать.
— А как насчет того, чтобы сделать это втроем?
Тяжелая, звенящая тишина рухнула на просторную парковку.
Дейн молчал, сверля Грейсона взглядом. Но его лицо красноречивее любых слов кричало о глубочайшем, физическом отвращении.
— Ты что за херню несешь? — рявкнул он, и голос его, обычно спокойный, взлетел на октаву выше от возмущения.
Грейсон и сам на мгновение опешил от собственной наглости. Но растерянность длилась недолго. В конце концов, идея возникла спонтанно, но разве она так уж плоха? Мозг тут же подкинул рациональное обоснование.
— Чупа-Чупс, конечно, не в моем вкусе, но ты — очень даже. Так почему бы нам не развлечься втроем? — Грейсон быстро вернул себе привычное высокомерное самообладание и лениво добавил: — К тому же мне пора сбросить феромоны.
Разумеется, последняя часть фразы касалась только его личных потребностей. Но, по мнению Грейсона, лучшего повода затащить кого-то в постель и придумать было нельзя.
Дейн, однако, придерживался иного мнения.
— Раз уж ты спросил о моих вкусах, так и быть, просвещу, — процедил он.
Его взгляд медленно, оценивающе прошелся по фигуре Грейсона — от макушки до ботинок — и остановился с выражением легкой брезгливости.
— Мне нравятся парни поменьше. А ты слишком здоровый. Тебя обхватывать неудобно.
Услышав этот аргумент, указывающий на его физическое превосходство как на недостаток, Грейсон лишь обрадованно расплылся в улыбке:
— О, так у нас вкусы совпадают! Мне тоже нравятся те, кто поменьше. Как раз такие, как ты.
Дейн рассмеялся — громко, раскатисто, картинно. Грейсон тем временем поднял руку над головой Дейна, а затем перенес ладонь к своему лбу, наглядно демонстрируя разницу в росте. В ответ на этот жест Дейн, всё еще ухмыляясь, молча вытянул средний палец прямо перед носом альфы и, не теряя больше ни секунды, нырнул в салон автомобиля.
Джордж, всё это время с тревогой наблюдавший за сценой с пассажирского сиденья, робко спросил:
— Мы правда вот так уедем? Просто бросим его здесь?
— Разберется сам, — бросил Дейн, заводя двигатель. — Больше всего на свете ненавижу лишний геморрой.
В этот момент Грейсон, стоявший столбом, словно очнулся от гипноза. Но было поздно: Дейн уже тронулся с места, увозя Джорджа в его машине. Грейсон остался один посреди пустой парковки — брошенный, застывший в немом изумлении.
Стоило Грейсону переступить порог пожарной части в одиночестве, как его коллеги, словно поджидавшие этот момент, разразились хохотом. Грейсон тут же скривил лицо, всем видом показывая неудовольствие, но это их не остановило. Напротив, они продолжали потешаться над ним.
— Миллер, ты хоть представляешь, сколько людей зовут Дейна якобы чтобы «отблагодарить» за спасение? Если он соглашается пойти — это значит только одно: он будет трахаться. А ты ни сном ни духом!
— Уехали втроем, а из такси вылез ты один! Клянусь, я в жизни не видел сцены печальнее и одиноче!
Выкрикивая это, пожарный буквально складывался пополам от смеха. Грейсон молча прислонился к стене, скрестив руки на груди. Он терпеливо ждал, пока истерика утихнет. Лишь спустя долгое время, когда гогот наконец стих, сменившись редкими смешками, он заговорил.
— Насмеялись? Тогда у меня есть вопрос.
Парни, едва переведшие дух, смотрели на него с остатками веселья на лицах. Смех удивительная штука — он расслабляет и притупляет бдительность, даже если перед тобой тот, кого ты еще недавно считал врагом . Грейсон, выждавший именно этот момент, мягко улыбнулся и спросил:
— В таких случаях... как быстро Дейн обычно возвращается?
— Ну, он тратит время только на сам «обед», так что... час? Максимум два?
Диандре ответил с широкой улыбкой, но лица остальных весельчаков вдруг окаменели — с секундной задержкой до них дошел смысл происходящего.
Зачем этот ублюдок спрашивает? Что он задумал?
Атмосфера мгновенно изменилась. Парни начали переглядываться, в их глазах читалась настороженность и страх. Грейсон, заметив эту перемену, картинно нахмурил брови:
— Ничего. Всё нормально. Ха-ха, ха-ха-ха...
Выдавливая из себя неестественный, ломкий смех, мужчины начали медленно пятиться. Один за другим они поспешили ретироваться из комнаты, пока Грейсон не остался в помещении совершенно один.
— Эй, да в чем дело-то? Что стряслось? — недоуменно спросил Диандре, которого буквально выволокли в коридор.
Эзра, глядя на своего бестолкового коллегу, который так и не уловил сути, едва не лопнул от досады:
— Ты чем думаешь? Зачем, по-твоему, он расспрашивает о Дейне? Забыл, что приказал капитан?
Эзра понизил голос, но в нем звенела паника:
— Нам велели держать их подальше друг от друга! Представь, что будет, если этот псих узнает, что Дейн уже дважды вырубал его ударом до отключки! Что мы тогда будем делать?!