Альфа травма (Новелла) 5 глава
Перевод выполнен командой WSL.
Мурашки пробежали по спине Уёна. Голос Дохёна звучал как обычно, но в нём было что-то неотвратимое, словно смертный приговор. Даже лёгкие, едва уловимые феромоны, исходящие от него, в сложившейся ситуации казались подавляющими.
— О, Ким Дохён здесь? Смотри-ка, никак не бросишь курить.
Дохён, не глядя на него, прошёл мимо, направляясь к Гарам. Его идеально сидящее чёрное пальто подчёркивало уверенность, а каждая деталь движения казалась продуманной. Он достал сигарету из кармана, поднёс к губам и, щёлкнув челюстью, бросил взгляд на Гарам.
— Ты ещё указываешь мне, мальчишка?
Ш-ш-ш! Зажигалка полетела по воздуху и, описав идеальную дугу, оказалась в руке Дохёна. Тот прикрыл ветер ладонью и зажёг сигарету.
— Почему ты здесь, а не в переулке?
Дохён выпустил струю дыма, и запах сигареты с феромонами задержался в воздухе. Уён наблюдал за этой сценой, удивляясь двум вещам: лёгкости, с которой Дохён курил, и тому, что сигарета была с феромонами.
— Здесь много людей. Мы что, должны собираться, как хулиганы?
— Здесь или там — разницы нет.
Наверное, он не курил в двадцать лет. Хотя… кто знает? Возможно, курил, а Уён просто не замечал. Неудивительно, ведь он даже не знал, что Дохён Альфа.
— Кажется, он не услышал? — прошептал Сон Гю, понизив голос.
Уён мгновение не понимал, о чём идёт речь, но потом вспомнил и кивнул.
Дохён, не обращая на них внимания, продолжал выпускать дым. В воздухе витал неприятный запах, который словно намеренно задерживался.
Я ничего не слышал. Совершенно ничего.
Едва заметная дрожь пробежала по губам Дохёна. Уён, стараясь быть как можно вежливее, задал вопрос. Но тот, подперев подбородок рукой, лишь покачал головой, словно это ничего не значило.
Если это не имеет значения, то зачем он продолжает? Эти слова застряли где-то на кончике языка Уёна, но произнести их вслух показалось слишком детским.
На редкость ранним пятничным утром Уён пришёл в школу раньше обычного и неожиданно столкнулся с Дохёном в пустом классе.
Вопрос звучал неоднозначно: то ли с удивлением, что Дохён может быть в этом месте, то ли с лёгким отрицанием, словно это не может быть правдой.
Глаза Дохёна на мгновение наполнились сочувствием. Ошибка в расписании, регистрация на занятия третьего курса в первый семестр — всё это напоминало грустную шутку.
Держись, — словно говорило его молчание.
На секунду Уёну захотелось расплакаться. Может, действительно стоит бросить учёбу? Эта мысль мелькнула, пока он разворачивался, собираясь уйти.
— А? О, просто хотел что-то попить.
Это была ложь. Ему просто не хотелось оставаться наедине с Дохёном.
Дохён невозмутимо поднялся. Его уверенные движения, узкие плечи и прямая осанка были настолько выразительными, что Уён на миг застыл. Дохён подошёл ближе и протянул что-то.
Это была кредитная карта. Обычная прямоугольная карта для оплаты.
— Купи мне маленький американо. И что-нибудь для себя.
Глаза Уёна расширились, а рот приоткрылся в удивлении. Прежде чем он успел что-либо ответить, его сумка уже оказалась в руках Дохёна, который, как ни в чём не бывало, дружелюбно улыбнулся.
— Если ты не знаешь дорогу, я покажу.
Но, в конечном итоге, Уён отправился в кафе один. Впервые в жизни кто-то попросил его купить напиток — и, к тому же, его же собственную сумку забрали в залог.
Дохён принял напитки с лёгкой улыбкой. Уён, поблагодарив, неловко взял сумку, которую оставил рядом Дохён, но тот тут же остановил его.
— Просто сядь. Здесь никого нет.
И действительно, никого не было. Пустой был не только стул рядом с ним, но и весь класс. Ситуация выглядела абсурдной, но Уён не смог найти причин для отказа.
Тишина затянулась. Десять минут. Для Уёна они показались вечностью. Неловкость стала настолько ощутимой, что его едва не стошнило. В отчаянной попытке отвлечься, он уткнулся в телефон, набирая сообщение: «Дэнни, как думаешь, стоит ли мне бросить учёбу?»
Его взгляд был направлен на клубничный смузи, который Уён принёс для себя, но так и не притронулся. Уён кивнул с неуверенностью, на что Дохён спокойно заметил:
— Всё там отвратительное. Кроме американо.
Уён отказался. Почему-то смузи совсем не напоминал вкус клубники, а его сладость казалась пустой. В этот момент он решил больше никогда не заходить в это кафе. Сообщение Дэнни было отправлено.
Имя прозвучало неожиданно и странно непривычно. Вздрогнув, он обернулся, двигаясь словно плохо смазанный робот. Дохён смотрел на него с лёгкой улыбкой.
Уён знал, что правильный ответ — да, но произнести это вслух не осмелился. Его молчание говорило само за себя, и Дохён, очевидно, понял.
Вопрос не был настоящим. Скорее, это было вступление к следующей фразе.
— Потому что моя улыбка кажется фальшивой?
Уён громко закашлялся, резко отворачиваясь. Это выглядело так, будто он захлебнулся воздухом. Его лицо побледнело, а кашель звучал всё громче.
— Ох, не неудобно, а просто неприятно? — продолжил Дохён с прежним спокойствием, слегка похлопывая его по спине.
От этого прикосновения Уён моментально встал, сбивая руку Дохёна, но тот лишь пожал плечами.
Уён пытался скрыть неловкость, но горло всё ещё болело, будто по нему провели лезвием. Слёзы текли по щекам, и он изо всех сил пытался сдержать их.
Дохён наблюдал за ним с лёгкой улыбкой, в которой проскальзывало что-то почти насмешливое.
— Кажется тебе сложно выдерживать такие потрясения.
С трудом выдавив извинение, Уён вернулся на место. Пересесть он не мог — в класс начали заходить другие студенты. Если бы он привлёк к себе внимание, единственным выходом было бы бросить учёбу.
— Всё нормально. Это была просто шутка.
— Не смотри на меня так. Это была всего лишь шалость.
Что с ним случилось за эти четыре года? Тот Дохён, которого он знал, никогда бы не позволил себе столь детские выходки. И уж точно он не был человеком, говорящим намёками.
— Ты совершенно не умеешь скрывать свои эмоции.
Дохён, казалось, находил ситуацию весьма забавной. Смущение Уёна, его неспособность смотреть в глаза или находить нужные слова, словно развлекали его. Уён вспыхнул от раздражения.
— Тебе, наверное, часто говорят, что у тебя ужасный характер, да?
Едва произнеся это, он мельком взглянул на Дохёна и сделал глоток клубничного смузи, который на вкус оказался лишь слегка подслащённой ледяной водой с намёком на клубнику.
Глаза Дохёна на мгновение расширились, но затем на его губах появилась мягкая улыбка.
— Это впервые я слышу от младшего.
Он, кажется, был даже доволен этим замечанием. Его глаза слегка сузились, а губы сложились в идеальную дугу, на короткое мгновение обнажая белоснежные зубы. Это была искренняя улыбка, далёкая от натянутых или нарочито вежливых выражений.
— Должно быть, приятно слышать такое впервые.
Уён пробормотал это себе под нос и неловко коснулся мочки уха пальцами. Даже не видя своего отражения, он знал, что его лицо пылает. Не из-за учителя, а из-за стыда, вызванного собственной дерзостью. К счастью, жар постепенно начал спадать.
После этого Дохён больше не пытался завести разговор. Он не смотрел на Уёна с прежней настойчивостью и не издавал ненужных смешков. Просто раскрыл блокнот, покрутил в руках ручку и погрузился в свои мысли. Было ощущение, будто он дал Уёну задание и теперь терпеливо ждал его выполнения.
Уён запнулся, собираясь обратиться к Дохёну. Он проглотил слово «учитель» и быстро заменил его другим:
Ручка, которой Дохён небрежно играл, неожиданно выпала из его пальцев. Он спокойно поднял её и посмотрел на Уёна.
Его глубокий взгляд сосредоточился на собеседнике. Уён заметил, что лицо Дохёна без выражения кажется совсем другим — почти чужим.
— Если тебе неудобно говорить «сонбэ», просто зови меня Хён.
Когда-то давно Дохён настаивал на другом.
Эти слова он произнёс твёрдо, сдержанно, когда Уён ещё колебался, как к нему обращаться. В то время его голос был строгим, но обнадёживающим:
— Когда станешь студентом, можешь звать меня Хён.
И вот теперь Уён стал студентом и получил возможность звать его Хён. Но, несмотря на кажущуюся близость нового обращения, их отношения казались куда более отдалёнными, чем прежде.
— Так… ты хотел что-то сказать?
Уён задал этот вопрос осторожно. Дохён моргнул, выражая немую готовность выслушать его.
— В каком возрасте ты стал Альфой?
Для Уёна это было важным вопросом, его последней надеждой. Некоторые Альфы проявлялись позже, во взрослом возрасте. Уён хотел понять, был ли Дохён Альфой ещё во время их уроков или стал им после их расставания.
Дохён немного нахмурил брови, вспоминая, и его голос прозвучал мягче, чем ожидал Уён:
— Четырнадцать… Нет, скорее пятнадцать.
Уён не был удивлён. Он предполагал подобный ответ и потому не испытал сильного разочарования.
— Большинство становятся Альфами в подростковом возрасте. А ты?
Однако лёгкая грусть всё же поселилась в его душе. Воспоминания, которые он так берёг, вдруг показались излишне идеализированными. Энергия, которую он испытывал раньше, теперь медленно угасала.
Уён задумался, позабыв, что Дохён всё ещё рядом. Его глаза слегка опустились, и в этот момент Дохён тихо пробормотал:
Уён ответил автоматически, не особо вслушиваясь. Но Дохён не отводил глаз, внимательно изучая его лицо.
— Я думал, ты притворяешься, что не знаешь.
Притворяешься, что не знаешь? Вопрос звучал уклончиво, но на этот раз Дохён сказал это прямо:
Перейти к 6 Главе