Проливной дождь (Новелла) | Пак Сокён, часть 3 | 3.4
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Слова Ли Джэхвы, прозвучавшие как гром среди ясного неба, стали главной темой для обсуждений в нашей команде на весь оставшийся день. Объявление, которое поручили распечатать Сэмми, было, по всей видимости, лишь предупреждением. Если бы его действительно собирались вешать, этим бы занимался отдел кадров, а не наш.
И Джин Ёвон хорош. Вручив деньги на мотель, он лишь усилил чувство вины Ли Джэхвы. Да ещё и провернул всё через Джэун-сонбэ, будучи в командировке. Хитро и расчётливо.
Ли Джэхва теперь будет сидеть как на иголках до самого возвращения директора. Впрочем, не он один.
Я тоже сидел, уставившись на молчащий телефон, и грыз ногти. «Ну когда ты уже позвонишь? Неужели не понимаешь, что мне самому звонить неловко?»
«Может, просто взять и набрать? Нет… а вдруг он скажет: „Что ты такой навязчивый?“, и мне будет обидно».
Я разложил распечатанный лист с цветом помады и начал вырезать лекала. Собрав их вместе, можно было примерно представить, как будет выглядеть готовое изделие.
От идеи с цветочным принтом я отказался и выбрал лаконичный, но броский металлизированный материал. Его главная особенность в том, что он не знает золотой середины: результат всегда либо откровенная дешёвка, либо подчёркнутая роскошь. Вульгарность и элегантность разделяла тонкая грань, поэтому блестящие материалы были палкой о двух концах.
Истинная красота обуви цвета металлик раскрывалась только тогда, когда глубина цвета и блеск металла находились в идеальной гармонии. Я начал склеивать вырезанные детали суперклеем.
По мере того, как туфля обретала форму, я понимал, что результат превосходит все мои ожидания. Острый нос и тонкий каблук создавали образ одновременно хрупкий и сильный. «Мягкость снаружи, сталь внутри — это оно?» — пробормотал я себе под нос и на стикере написал: «прошивка частая, плотная».
В начале этого года один зарубежный бренд выпустил туфли металлик, но провалился из-за неудачного оттенка. Я помню, как смотрел на них в журнале и думал: «Ну почему они выбрали такой безвкусный цвет?»
По сравнению с ними, туфли в моих руках, выражаясь словами Сэмми, обладали по-настоящему трендовым оттенком. Я осторожно протянул макет Квак Ильёну.
Он в этот момент закрашивал лист бумаги чёрным карандашом, словно ребёнок на сеансе арт-терапии. Почувствовав мой взгляд, он поднял голову и перевёл взгляд с моего лица на туфли и обратно.
— Милый мой, они совершенно очаровательны! — воскликнул он, забирая у меня макет.
— Я планирую использовать металлизированный материал. Может, посоветуете что-нибудь?
— Нет, здесь всё идеально. Сокён, это просто блестяще, давно у тебя такого не было.
Я вздохнул с облегчением. Никогда не угадаешь, сколько времени уйдёт на создание дизайна. Иногда идея вспыхивает в голове, как лампочка, и за час всё готово. А бывает, что мучаешься неделями. Само изготовление — дело быстрое, так что в конечном счёте дизайн обуви — это битва идей.
— Когда они выйдут, я обязательно их куплю.
— Ты что, не знал? Я же коллекционер обуви. Красивыми вещами нужно любоваться, а не пользоваться.
Услышав восторги Квак Ильёна, Ли Джэхва и Сэмми тоже повернулись к моему макету. Ли Джэхва, до этого пребывавший в прострации, посмотрел на туфли и забарабанил пальцами по столу.
— Может, отправим заказ на фабрику, чтобы показать президенту, когда он вернётся?
— Будь у меня девушка, я бы купил ей такие.
Хоть я и гей, я прекрасно понимаю, что именно привлекает мужчин-гетеро в женских туфлях. Во-первых, тонкий каблук. Во-вторых, иллюзия того, что стопа настолько маленькая, что её можно обхватить одной рукой. Говорят, от одного вида женской ножки в них просыпается инстинкт защитника.
— Кроме того… если вы их покажете, он вряд ли станет говорить что-то ещё... — добавил Ли Джэхва.
Он явно пытался использовать меня как щит. «И зачем же было заниматься сексом в офисе?.. Хотя, с другой стороны, кто знает, как сильно им приспичило».
Я сложил заранее подготовленные чертежи и убрал их в конверт. Собирался передать его курьеру, который забирал посылки в шесть вечера. Как раз к к тому времени, как Джин Ёвон вернётся из командировки, туфли, наверное, будут готовы.
Я заранее позвонил Ким Ёхану и предупредил, что завтра придёт посылка. Судя по его необычайно весёлому голосу, у них с Мирён всё шло хорошо.
«У вас, значит, весна, а у меня — сезон дождей. Джин Ёвон, ну позвони ты уже».
Я вертел в руках макет туфель. «А вдруг он там, в командировке, завёл интрижку?» Нет, представить себе, что Джин Ёвон изменяет, было просто невозможно.
Пусть он и язва, но он не из тех, кто будет делать что-то за спиной. Впрочем, как говорится, чужая душа — потёмки. Кто знает, может, он сейчас развлекается в каком-нибудь элитном клубе.
Странные мысли начали потихоньку заполнять мою голову. Хрусть! — бумажный макет смялся в моей руке. Я вздрогнул, разжал пальцы и расправил помятую бумагу.
Боясь снова повредить его, я поставил макет на колонку и подпёр подбородок рукой. «Как же хочется поскорее ему показать». Мне было до смерти интересно, что скажет Джин Ёвон, увидев готовое изделие.
Нет, на самом деле, к чёрту всё это… Я просто хотел увидеть его. Хотел обнять его, вдохнуть аромат его кожи и уснуть, уткнувшись в его грудь.