Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) | 100 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Грейсон навис над ним и, глядя сверху вниз, добавил тоном, не терпящим возражений — так, словно озвучивал прописную истину:
— Вдруг я понадоблюсь тебе посреди ночи? Ты должен иметь возможность позвать меня сразу же.
У Дейна от такой незамутненной наглости буквально отвисла челюсть. Не успел его мозг переварить услышанное, как Грейсон добил его следующим аргументом:
— Или, может быть... ты сам захочешь прийти ко мне в спальню?
При этом он зарделся, как девица на выданье, и состроил застенчивую улыбку. Это зрелище было настолько нелепым, что граничило с фарсом. Дейн лишь хватал ртом воздух, глядя на него остекленевшим взглядом. Грейсон и раньше умел выбивать почву у него из-под ног, но сегодня превзошел сам себя, повышая градус абсурда с каждой минутой.
Почувствовав очередной приступ головокружения, Дейн прикрыл глаза, помассировал виски и сделал глубокий вдох. Спокойно. Орать и материться здесь бесполезно — все равно что говорить со стеной.
Немного придя в себя и вспомнив, как нужно обращаться с этим типом, он выставил руку вперед ладонью, словно дрессировщик, успокаивающий буйного пса:
— Красавчик, послушай. Я считаю, нам нужно установить некие границы.
— Любовникам границы ни к чему.
— Наоборот. Именно поэтому они необходимы.
Дейн отсек его возражение на корню. Стоило слову «любовники» слететь с губ, как по телу пробежала волна отторжения, словно от аллергии, но он заставил себя игнорировать этот фантомный зуд.
— Если будешь постоянно переходить черту, мы оба быстро выдохнемся. Ты и так уже перешел все мыслимые пределы. Не смей больше вторгаться на мою территорию без спроса, усек?
Дейн вперил в Грейсона тяжелый, предупреждающий взгляд. Вид у него был такой, словно сделай Грейсон еще шаг — и последствия будут необратимыми. Грейсон молча выдержал этот взгляд.
Повисла пауза. Наконец, спустя несколько секунд, Грейсон тихо вздохнул:
Заметив, как поникли плечи собеседника, Дейн едва не дрогнул, чувствуя укол совести, но вовремя одернул себя. Да, этот парень спас Дарлинга, и Дейн ему обязан, но даже у благодарности есть предел. Он и так позволил слишком много. Нужно четко обозначить, где заканчивается общее пространство и начинается личное.
— Ключ? — Грейсон склонил голову набок, изображая невинность.
Дейн требовательно протянул раскрытую ладонь:
— От этой двери. Я знаю, что он у тебя есть.
— Я, кажется, просил мне не врать.
Услышав стальные нотки в голосе Дейна, Грейсон обиженно надул губы, но все же развернулся и поплелся к комоду. Порывшись в маленьком ящичке, он достал ключ и небрежно швырнул его в сторону Дейна.
Дейн ловко поймал металл на лету.
— Замок работает в обе стороны, — буркнул Грейсон, наблюдая за ним. — Хотя я, конечно, запираться не собираюсь.
Последняя фраза прозвучала многозначительно — мол, моя дверь для тебя всегда открыта. Для Дейна это звучало как угроза, а не приглашение. И он тут же продемонстрировал свое отношение к подобному гостеприимству.
Решительно пройдя мимо Грейсона, Дейн вставил ключ в скважину соединительной двери и с силой повернул его.
Звук закрывающегося замка прозвучал в тишине как выстрел. Дейн дернул ручку, убедился, что дверь заперта намертво, а затем схватил Грейсона за руку и с громким стуком впечатал ключ обратно в его ладонь.
— Ну, сегодня все-таки первая ночь, тебе может быть страшно одному, так что я мог бы…
Дейн не стал дослушивать этот дешевый подкат до конца. Он решительно развернул Грейсона и, упершись ладонями в его широкую спину, просто вытолкал за дверь. Только когда замок щелкнул, отрезая его от назойливого хозяина дома, Дейн смог наконец выдохнуть и расслабить плечи.
«С этим парнем мой рассудок просто машет мне ручкой, честное слово», — подумал он, качая головой.
В тишине комнаты взгляд Дейна упал на кровать, и его пронзило чувство вины. Там стояла переноска. Черт, он совсем забыл про Дарлинга! Охваченный паникой, Дейн бросился к кровати и поспешно расстегнул молнию на дверце. Внутри, вжавшись в самый дальний угол, дрожал пушистый комок.
Дейн тут же выпустил немного успокаивающих феромонов, окутывая ими пространство. Кот дернул носом, принюхиваясь к знакомому безопасному запаху, и тихонько мяукнул: «Мяу...»
— Прости, Дарлинг. Натерпелся страху, да? — проворковал Дейн. Его голос, только что звучавший холодно и резко с Грейсоном, теперь сочился нежностью.
Он осторожно просунул руку внутрь и погладил кота по голове. Дарлинг потянулся навстречу, отчаянно бодая ладонь хозяина и ища ласки, но выходить из своего убежища наотрез отказался.
Заметив, что впитывающая пеленка на дне влажная, Дейн вздохнул. Он быстро распаковал сумку, достал чистую подстилку и, бережно вытащив упирающегося кота, ловко заменил грязную пеленку. Стоило ему вернуть Дарлинга обратно, как тот пулей метнулся в глубину переноски, словно там был единственный островок безопасности в этом огромном чужом мире.
Убедившись, что кот немного успокоился, Дейн занялся обустройством. Дел предстояло немало. Он расставил любимые вещи Дарлинга по углам, чтобы создать знакомую обстановку, наполнил миску кормом, насыпал свежий наполнитель в лоток. Все это он делал методично и сосредоточенно. Миску с едой он поставил прямо у входа в переноску, чтобы Дарлинг мог поесть, как только наберется смелости, не делая лишних шагов.
Только закончив с обязанностями «родителя», Дейн позволил себе подумать о собственном комфорте. Он направился в ванную.
Когда горячая вода обняла уставшее тело, Дейн почувствовал, как напряжение, скопившееся за этот безумный день, начинает растворяться. Он откинул голову на бортик ванны и уставился вверх.
Здесь, как и во всем доме, царил гигантизм: потолки были невероятно высокими, но самое впечатляющее — половина крыши была стеклянной. Прямо над ним, сквозь прозрачную преграду, сияло ночное небо. Днем эта комната, должно быть, залита солнечным светом. А если посмотреть на стену, там тоже была огромная стеклянная дверь, ведущая, вероятно, на террасу. При желании можно распахнуть её настежь и принимать ванну, наслаждаясь свежим ветром и фантастическим видом на город.
«Надо отдать должное — Грейсон не соврал, назвав эту комнату лучшей», — признал Дейн.
Глупо отрицать очевидное. Как бы его ни раздражал хозяин дома, само жилище вызывало у Дейна не просто симпатию, а искренний восторг.
Дейн выпустил еще один тяжелый вздох, и мысли его потекли в привычное русло. Если подумать, нынешняя ситуация до боли напоминала то, о чем он всегда мечтал. Жизнь, полная праздности, где можно валяться дома, не считая копейки, и наслаждаться комфортом.
Картинка выглядела идеально, если бы не одно «но»…
Проблема заключалась в том, что Грейсон Миллер, по сути, был безработным.
Его нынешняя должность пожарного — это так, блажь, временное развлечение. Он мог швырнуть заявление об уходе на стол завтра же, если ему надоест запах гари.
А в идеальном плане Дейна спонсор должен быть занятым человеком. Он должен уходить в офис рано утром, задерживаться на совещаниях и регулярно улетать в длительные командировки. Дейну нужна была свобода и ленивое одиночество, а не прилипала, который ходит за ним хвостиком 24 часа в сутки.
В мечтах Дейн видел себя в роли, скажем, любовника номер 35896425 какой-нибудь сказочно богатой дамы. Такая позиция была бы идеальной: его существование никого особо не волнует, он не отсвечивает, тихонько тянет деньги с общего счета и бездельничает в свое удовольствие. Ему ведь и не нужны золотые горы. Хватило бы средств на все хотелки Дарлинга, немного карманных денег для себя, чтобы вкусно поесть и иногда развлечься, и крыши над головой. И так до конца жизни.
Но для Грейсона Миллера Дейн был не «одним из», а центром вселенной.
Если бы это были отношения в стиле «мы живем как соседи, я тебя не трогаю, ты меня не трогаешь, и раз в год я оказываю тебе интимные услуги в благодарность» — Дейн подписался бы не глядя. Но Грейсон… о, этот парень точно не оставит его в покое. Он жаждал всего Дейна целиком.
«Если я дам ему зеленый свет…» — подумал Дейн, и от этой мысли по спине пробежал холодок.
Даже представить страшно, во что превратится его жизнь, если он позволит этому одержимому альфе подобраться ближе.
— Того и гляди, он вообще прирастет к моей спине и поселится там навсегда.
Воображение тут же услужливо подкинуло картинку: Грейсон, словно тяжеленный черепаший панцирь, намертво прилип к его спине, а его руки по-хозяйски оглаживают и мнут грудь Дейна. Видение было настолько ярким и тошнотворным, что Дейн с отвращением помотал головой, пытаясь вытряхнуть этот образ из мыслей.
Дыхание сбилось, словно он пробежал марафон. Лицо Дейна побледнело.
«Нет, этот парень — точно плохая идея. Категорически нет».
Он напомнил себе: если здесь станет невмоготу, он соберет вещи и исчезнет. В любой момент. Он жил так всегда. Никто не в силах изменить его образ жизни. Никто и никогда.
Укрепившись в этом решении, Дейн выдавил гель на губку и принялся остервенело тереть кожу. Он скреб себя так яростно, словно хотел содрать невидимую грязь или наказать себя розгами за минутное помутнение рассудка.
Тихий звук выдернул его из сна. Кажется, его звал Дарлинг.
— М-м-м… — простонал Дейн сквозь сон и с трудом разлепил веки.
Дарлинг сидел совсем рядом. Стоило хозяину проснуться, как кот тут же боднул его головой в щеку, требуя ласки. Дейн улыбнулся и с наслаждением притянул теплый комок к себе.
— Доброе утро, Дарлинг. Хорошо спалось?
Он чмокнул кота в пушистую морду и снова блаженно прикрыл глаза. Сегодняшнее утро казалось на удивление добрым. Странно, разве в мотелях бывают такие мягкие кровати? Матрас нежно обнимал тело, простыни ласкали кожу прохладным шелком… Губы Дейна сами собой растянулись в довольной улыбке.
Он сладко потянулся, но вдруг замер. Приятное мурлыканье застряло в горле. Глаза резко распахнулись.
Не меняя позы, он скосил глаза, а затем медленно, стараясь не напугать кота, приподнялся на локтях и осмотрелся.
Сквозь панорамное окно лился ослепительный, колючий солнечный свет, безжалостно освещая роскошное убранство комнаты, к которой он еще не успел привыкнуть. Память услужливо подсказала, где именно он вчера отключился.
Вздох вырвался сам собой. Сколько ни смотри на эти хоромы, своим этот дом не станет никогда. Так и будет казаться чужим декорацией вплоть до дня отъезда.
С этой мыслью Дейн начал лениво сползать с гигантской кровати. Он небрежно повернул голову в сторону окна… и окаменел.
«Нет. Мне показалось. Быть того не может».
Скептически хмыкнув, но уже ощущая, как внутри все холодеет, Дейн медленно повернул голову обратно. И когда он убедился, что зрение его не обманывает, кровь застыла в жилах.
Там, за закрытым стеклом, стоял Грейсон.
Он наблюдал за Дейном. Увидев, что его заметили, он расплылся в широчайшей, сияющей улыбке и приветливо помахал рукой.
А затем, глядя прямо в глаза ошеломленному Дейну, радостно произнес (и Дейн мог поклясться, что слышал это даже сквозь стекло):
Челюсть Дейна отвисла, и из горла вырвался беззвучный крик ужаса.