Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) 93 глава.
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Между ними повисла тяжёлая, неловкая тишина. Дейн смотрел на Грейсона с немым вопросом — он просто не мог поверить в происходящее. Грейсон же, напротив, сиял. Он не отрывал от Дейна взгляда, полного предвкушения; его глаза горели, словно у ребёнка, который вот-вот получит долгожданную горсть леденцов.
«О чём вообще думает этот ублюдок?..»
Дейн был настолько ошарашен, что у него на мгновение помутилось в глазах.
— Ты вообще в своём уме… А, к чёрту.
Он осёкся на полуслове, устало покачал головой и развернулся, чтобы уйти. Тратить силы на человека, с которым невозможно вести нормальный диалог, было бессмысленно. Прямо сейчас перед ним стояла гора проблем, требующих немедленного решения, и болтовня с Миллером в их число не входила.
Разумеется, Грейсон и не думал отступать так легко.
Всего пара широких, пружинистых шагов — и он снова оказался рядом, легко поравнявшись с Дейном.
— Всего три месяца. Если и тогда твои чувства не изменятся, я отступлю. Исчезну чисто и без скандалов. Даже из пожарной части уволюсь.
Заметив, что Дейн замедлил шаг, он, словно только этого и ждал, добавил контрольный аргумент:
— Я исчезну из твоей жизни навсегда.
Дейн молча уставился на него. Брат этого парня — мошенник, да и сам Грейсон врёт как дышит. Как можно верить хоть единому его слову?
Уловив этот скепсис во взгляде Дейна, Грейсон расплылся в своей фирменной ухмылке, прощупывая почву:
— Разве это не заманчиво? В обмен на жалкие три месяца ты сможешь навсегда стереть меня из своей долгой жизни.
«Откуда тебе знать, сколько мне осталось жить?» — мрачно подумал Дейн, но не мог отрицать: сердце дрогнуло.
Это было не первое подобное предложение в его жизни. Раньше он всегда отвечал твёрдым отказом, ни разу не дав слабину, но…
Именно в этот момент его взгляд скользнул в сторону и зацепился за открытые двери машины скорой помощи. Там, на заднем сиденье, лежал Дарлинг.
Дейн повернул голову обратно к Грейсону. Перед ним стоял Грейсон Миллер — тот самый лощёный богач, чьё лицо сейчас было густо вымазано сажей, а всегда идеальные золотистые волосы местами жалко обгорели и торчали в разные стороны.
Дейн выпустил воздух из лёгких — глубокий, тяжёлый вздох капитуляции — и, наконец, спросил:
— Ты правда исчезнешь с глаз моих долой?
Грейсон отчеканивал ответы мгновенно, без тени сомнения. Где-то в глубине души Дейна всё ещё шевелился червячок недоверия, но выбора у него, по сути, не оставалось.
В конце концов, что он теряет? Исход всё равно предрешён.
— Если это тебя устроит — ладно.
Дейн наконец принял решение. Протянув Грейсону правую руку, он твердо добавил:
— Договорились на три месяца. Но ни днём больше.
Лицо Грейсона озарилось, и он тут же вцепился в протянутую ладонь. Дейн планировал лишь короткое, формальное рукопожатие и собирался сразу отпустить его, но Грейсон неожиданно и резко дёрнул его на себя. Застигнутый врасплох, Дейн пошатнулся и влетел прямо в чужие объятия.
Грейсон крепко, по-собственнически прижал его к себе и прошептал:
— Эй... — начал было Дейн, ощущая горячее дыхание у самого уха и пытаясь восстановить дистанцию. — Не забывай, ты сам сказал: «три месяца на пробу».
Грейсон сжал объятия еще сильнее, едва не до хруста костей. На мгновение Дейну даже перехватило дыхание от этого напора, но, к счастью, Грейсон почти сразу разжал руки.
Стоило Дейну поспешно отступить назад, словно сбегая из ловушки, как Грейсон тут же перешел к делу:
— И что теперь по плану? Я ведь твой парень, я должен знать.
Дейн поморщился от того, как легко и бесцеремонно Грейсон нарушил личные границы, стоило только дать ему шанс. Но, с другой стороны, он сам на это подписался.
Устало потерев лоб ладонью, он ответил:
— Сначала нужно отвезти Дарлинга в клинику. А потом искать, где переночевать...
— Поехали ко мне, — выпалил Грейсон, даже не дослушав.
Дейн замер, рука так и осталась у лба. Он скосил глаза на Грейсона, а тот уже продолжал, не давая вставить ни слова:
— У меня тебе не придется тратить ни цента. И там комфортно. В доме девять спален, выбирай любую. После смены сможешь расслабиться в спа, а на закате — пить вино на балконе своей комнаты, любуясь видом. В подвале отличный винный погреб. Если вода в открытом бассейне покажется холодной, наполним крытый горячей водой, так что плавать можно когда угодно...
Он сыпал преимуществами так гладко, словно репетировал заранее. Даже ушлый риелтор не смог бы разрекламировать объект лучше. Дейн слушал этот поток слов с абсолютно отсутствующим выражением лица — казалось, душа временно покинула его тело от усталости.
Грейсон быстро смекнул, что его слова пролетают мимо ушей, и тут же сменил тактику.
— Дарлингу у меня тоже понравится. Там есть комната, где всегда много солнца. Он ведь любит греться на солнышке, сидя на своей когтеточке?
Как и ожидалось, взгляд Дейна тут же обрел фокус. Стоило Грейсону произнести «Дарлинг», как Дейн рефлекторно замер. Грейсон прекрасно знал эту особенность: всякий раз при упоминании кота в глазах Дейна мелькало беспокойство. Это длилось лишь долю секунды, но от Грейсона ничего не укрывалось — ведь всё его внимание было приковано к этому мужчине.
Это был холодный расчет. Он знал: стоит надавить на слабое место — на кота — и Дейн дрогнет.
Ставка сыграла. Глядя на серьезное, задумчивое лицо Дейна, Грейсон молча ждал. Он понимал, что сейчас нельзя давить слишком сильно, иначе это вызовет обратную реакцию. Рыбка почти на крючке. Осталось лишь дождаться идеального момента.
Дейн погрузился в мрачные раздумья. Поверить в то, что Грейсон Миллер искренне печется о его коте, было сложно. Как и принять тот факт, что этот психопат рисковал жизнью ради кота только чтобы впечатлить Дейна. Но стоило этому типу упомянуть имя Дарлинга, как язык не поворачивался отказать.
Дейн чувствовал, что загнан в угол.
Дейн, твердо решив стоять на своём, наконец заговорил:
— Жильё я найду сам, так что не утруждайся. За предложение спасибо, но я откажусь.
Последняя фраза была чистой формальностью, данью вежливости, на которую Дейн сейчас едва был способен. Ему стоило титанических усилий сдерживать раздражение — вся эта ситуация начинала утомлять его с космической скоростью.
Грейсон, мгновенно считав его настроение, тут же надавил на больное:
— Но прямо сейчас тебе идти некуда, так? Поживи у меня хотя бы пока не найдёшь постоянное...
— Ты бредишь, идиот? Вокруг полно мотелей.
Терпение лопнуло, и Дейн огрызнулся, уже не выбирая выражений.
Согласие на трехмесячный «тест-драйв» вовсе не означало, что он вручает Грейсону пульт управления своей жизнью. Дейн ценил свободу превыше всего. Он и в мыслях не допускал сближаться настолько с тем, кто был ему никем — лишь кредитором, которому нужно вернуть долг, а не настоящим возлюбленным.
— На восстановление дома уйдут годы. Ты что, собираешься всё это время гнить в мотелях? — Грейсон попытался воззвать к его рассудку, изображая искреннее недоумение, но Дейн оставался непреклонен.
— У нас с тобой уговор всего на три месяца. Так какая, к чёрту, разница?
Грейсон замер. На его лице мелькнуло неподдельное удивление, которое, впрочем, тут же сменилось широкой улыбкой.
— Упс. Туше. Ты меня подловил.
«Этот ублюдок... он ведь прекрасно всё понимал».
Дейн демонстративно скривился.
Стоило лишь на секунду ослабить бдительность, как этот хищник тут же бросался в атаку. Грейсон беззастенчиво пользовался тем, что Дейн был дезориентирован пожаром и хаосом, пытаясь под шумок протащить свои абсурдные идеи.
Грейсон мгновенно считал категорический отказ Дейна. В его голове наверняка пронеслись аргументы об экономии и неопределенном будущем, но он благоразумно решил не утомлять Дейна нудными уговорами. Вместо этого он легко, даже слишком легко отступил:
— Если передумаешь и понадобится помощь — только скажи, Дейн. Моё предложение всегда в силе.
Столь быстрая капитуляция показалась Дейну подозрительной, но времени на паранойю не было — он направился к машине. Он осторожно подхватил Дарлинга на руки, прижимая к груди, когда за спиной внезапно раздался голос Грейсона:
— С завтрашнего дня мы официально встречаемся, Дейн. Не забывай.
Дейн застыл и медленно обернулся.
Грейсон, сияя ослепительной улыбкой, размашисто помахал ему рукой, развернулся и легкой трусцой побежал к остальным пожарным, занимающимся разбором завалов.
Дейн остался стоять в одиночестве. Тяжёлое, липкое предчувствие беды медленно, но верно заползало ему в душу.