Экс-спонсор (Новелла) | Глава 45
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Да ладно. Знаю, что несу бред, просто ляпнул. Вдруг бы что-то вышло? Не хочешь — не надо. Я и так понимаю, что не согласишься.
Чонён ожидал, что тот станет уговаривать, настаивать, но Ким Гёнсоп на удивление быстро отступил — после первого же отказа.
— Директор, что с вами? Настроение скачет туда-сюда?
— Да сам, пока говорил, понял, что это не вариант.
— Но, если вы так легко сдаётесь, зачем вообще было начинать все это?
— Да разговоров много ходит, вот и решил спросить. Ты-то брезгуешь, а есть ведь такие, кто с радостью хватается за подобные предложения.
«Надо же, бывает и такое. Каких только людей нет на свете…» — удивлённо подумал Чонён.
— А можно просто из любопытства спросить? — Он прищурился. — Если найти спонсора, что-то действительно меняется?
— Ну, по мелочи — роли второго плана можно получить. Если режиссёр поддержит, то и главную роль урвать шанс есть. Но тут уж как повезёт — обычно всё решает продюсерская компания. Так что нередко всё срывается.
— А-а-а… значит, не так уж это и здорово.
— С режиссёрами — да. Это так, для витрины больше. Но если за тобой стоит кто-то из шишек в продюсерской компании — вот тогда совсем другой разговор.
«Если вдуматься, режиссёры, за исключением немногих признанных мастеров, по сути, те же подрядчики. Главное влияние на производство дорам и фильмов всегда у того, кто платит — то есть, у продюсерской компании», — размышлял Чонён.
— В этом случае предлагают рекламные контракты, второплановые роли, но гораздо более заметные, чем обычно. Главные роли — тоже. Взять хотя бы «Декабрьскую невесту», что шла в этом году — все знают, что актера на главную роль протолкнул спонсор.
Слушая Ким Гёнсопа, Чонён чувствовал, как становится тяжко. Он никогда даже не задумывался о спонсорстве, и вся эта изнанка шоу-бизнеса казалась чудовищно несправедливой.
По правде говоря, искать здесь справедливости было смешно — в этой индустрии слишком многое зависело от врождённой внешности и голоса. Но спонсорство перечёркивало даже то немногое, чего можно было добиться упорным трудом.
На Чонёна накатил страх: а что, если, даже отдав всего себя без остатка, он всё равно ничего не добьется? Тяжесть осела прямо в груди камнем.
— В любом случае, спонсорство меня не интересует, — твёрдо сказал он. — Я уж думал, вы звоните по какому-то делу… Раз уж так давно не объявлялись.
— А! Нет, не поэтому. Тут появилось предложение насчёт прослушивания, я, собственно, ради этого и позвонил, — Ким Гёнсоп заговорил торопливо, будто опомнившись. — Да что-то разговор ушёл совсем в сторону.
— О! Правда?! — При слове «прослушивание» глаза Чонёна, до этого чуть прикрытые, широко распахнулись.
— Они связались со мной и назвали конкретно твоё имя. Сказали, чтобы ты пришёл. Но, сам понимаешь, после того случая… не думаю, что у них добрые намерения. Потому и звоню — хотел узнать, как ты на это смотришь.
Он говорил осторожно, обрисовывая ситуацию без лишних подробностей. Но для Чонёна тут и думать было нечего.
— Конечно, пойду! Лучше выслушать ругань, чем сидеть сложа руки. Я сейчас не в том положении, чтобы выбирать!
— Я так и думал. Но предупреждаю сразу — режиссёр этой дорамы учился вместе с Ян Чонхаком.
Просветлевшее лицо Чонёна мгновенно застыло. Ещё не ступив за порог, он уже знал, каким будет итог. В его воображении отчётливо всплыла картина провала.
— …Они ведь просто позвали, чтобы поиздеваться надо мной, да?
— Весьма вероятно. Сам факт, что назвали именно твоё имя и запросили тебя напрямую… выглядит подозрительно. Если не хочешь — не ходи.
— Нет, я пойду, — медленно выдохнул Чонён. — Кто знает, может, всё не так плохо?
Выбора у него не было. С какими бы намерениями его ни позвали — раз так случилось, значит, нужно идти. Он не мог позволить себе упускать даже такой шанс.
— Информацию о прослушивании скину сообщением. Но если передумаешь — не заставляй себя. Подумай хорошенько.
— Я точно пойду. Буду пробовать. Авось, что-нибудь и выйдет.
Чонёну стало стыдно за свой недавний порыв храбрости перед Ким Гёнсопом — едва он вошёл в зал для прослушиваний, как на него обрушился шквал унижений. Всё оказалось именно так, как говорили: режиссёр действительно был однокурсником Ян Чонхака. В его взгляде сквозило явное злорадство — стоило Чонёну допустить хотя бы малейшую ошибку, сказать что-то не так, и его готовы были раздавить.
— Редко нынче встретишь таких наглецов, что надеются только на свою мордашку. Удивительно, — режиссёр с силой затянулся электронной сигаретой и окинул Чонёна взглядом с ног до головы. Пролистал принесённое им портфолио, после чего пренебрежительно цокнул языком. — Сам-то знаешь, что у тебя в этом бизнесе репутация полного отморозка?
— По правде говоря… не очень, — честно признался Чонён.
— Ха! Ну ты даёшь! Слышал, сценарист Пак?
— Отвечает чётко, не запинается. Да уж, нынешняя молодёжь — просто чудо! — поддержал кто-то из членов комиссии. Люди, сидевшие за столом, дружно захихикали, обменявшись насмешливыми взглядами. Другие сотрудники, стоявшие поблизости, тоже начали перешёптываться с одинаково ехидными ухмылками.
Но после прошлого раза Чонён уже успел немного привыкнуть к такому приёму — тело не сковало напряжением, дрожь не прошибла. Сердце, конечно, колотилось от волнения, но внешне это почти не проявлялось.
— Вы не будете смотреть мою игру? — осторожно спросил он у режиссёра. Прошло уже довольно много времени, а ему так и не позволили произнести ни одной строчки.
Тот услышал вопрос, но лишь неторопливо затянулся снова и лениво выдохнул дым.
— Аа… да ну, обойдёмся без реплик. Ты же у нас такая знаменитость, вот я и решил позвать — просто на лицо твоё посмотреть.
— Ха-ха! Посмотрите на его лицо! Бедняжка! — кто-то в зале не выдержал и расхохотался, когда выражение Чонёна заметно изменилось.
— ...... — режиссёр кивнул, и стоящий у двери человек «любезно» распахнул её перед Чонёном. Мол, проваливай. Его выставили, как незваного гостя, не дав сыграть даже одной реплики — всё это было нужно лишь ради акта унижения.
Все было прекрасно понятно: им просто хотелось поиздеваться. Но что он мог сделать? Открой сейчас рот — и только подкинет им повод для новых сплетен. Так и не проронив ни слова, Чонён покинул зал, как и велел режиссёр.
Разумеется, на следующий день пришло уведомление об отказе. Он ждал этого, готовился, но всё равно было горько.
Так, без особых успехов и достижений, шло время — и наступила суббота.
Бабушка пригласила Чонёна и Дохона в ресторан недалеко от Сеула, сказав, что хочет их повидать. У неё есть разговор. После нескольких подобных встреч — когда за закрытыми дверями они ругались, а по субботам изображали любящих супругов — Чонён настолько привык к этому фарсу, что уже не чувствовал ничего особенного. «Ко всему привыкаешь», — равнодушно подумал он, машинально теребя обручальное кольцо, надетое специально для этого спектакля.
Когда они прибыли в ресторан, бабушка уже была на месте — сидела в инвалидном кресле у окна и молча любовалась видом. Рядом раскинулся большой цветник, и Чонён невольно подумал, что после еды было бы неплохо немного прогуляться с ней на свежем воздухе.
Они коротко обменялись новостями, говорили о пустяках, и лишь когда Чонён взял в руки меню, до него дошло: это был ресторан европейской кухни.
— Бабушка, а почему именно итальянский ресторан? Вы же обычно предпочитаете корейскую кухню, — удивлённо приподнял бровь он.
Бабушка громко рассмеялась, будто не понимая, чему он удивляется.
— А что, старой карге вроде меня положено есть только кимчи? — добродушно проворчала она.
— Ого! Бабушка, да вы у нас просто новое поколение! — рассмеялся Чонён в ответ.
В последнее время у него всё валилось из рук. Он почти не ел нормально — денег катастрофически не хватало, пришлось бросить курсы и перебиваться случайными подработками. При виде ярких фотографий в меню у него потекли слюнки. «Кажется, я мог бы съесть порций десять» — мелькнуло в голове.
— Вы хорошо прошли обследование в прошлую субботу? — поинтересовался Чонён, когда они уже сделали заказ и ждали еду.
— Да, всё в порядке, — отозвалась бабушка.
— Да всё то же самое. Старость — не радость, — махнула она рукой. — Эти больницы мне уже осточертели!
— Наверное, скучно было весь день по обследованиям ходить? В больнице ведь и вышивать нельзя...
— Кино смотрела! — с явным удовольствием сказала она. — Тот фильм, что ты хотел посмотреть, как раз был на этом... как его... Нетфликсе, что ли? Вот его и глянула. Занятный.
Чонён быстро порылся в памяти.
«Разве я советовал бабушке какой-то фильм?»
Сколько ни пытался вспомнить, ничего не всплывало. Не зная, что ответить, он бросил взгляд на Дохона — может, тот подскажет? Но, судя по всему, Дохон тоже был в полном недоумении.
— Простите, бабушка… А что за фильм я вам советовал?
— Тот, на который ты собирался пойти на свой день рождения. Французский. Я же тебе ещё билеты достала — неужели забыл?
— А-а-а… — только теперь Чонён вспомнил и слабо кивнул. Он действительно как-то обмолвился, что хотел бы сходить в кино на день рождения, и бабушка потом передала ему билеты через кого-то.