Возжелай меня, если сможешь (Новелла) | 2 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм https://t.me/wsllover
Оставив озадаченную женщину наедине со своими мыслями, Грейсон достал бумажник из внутреннего кармана пиджака. Небрежно бросив на стол веер из стодолларовых купюр, он задал последний вопрос:
Гадалка натянула профессиональную, но явно вымученную улыбку и ответила:
«Так я и думал. Очередная пустышка», — мысленно фыркнул он.
Осознание того, что время снова потрачено впустую, окончательно испортило настроение. Грейсон не стал больше ничего спрашивать, резко развернулся и, не оглядываясь, покинул лавку.
Как только гигант ростом более двух метров скрылся за дверью, в тесной комнатушке повисла тишина. Оставшись одна, гадалка дрожащей рукой потянулась к колоде и вытянула ещё одну карту.
Это была Башня, в которую ударила молния.
Увидев символ разрушения, женщина испуганно выдохнула и обреченно покачала головой.
— Скоро случится нечто ужасное… — пробормотала она себе под нос, она поспешно огляделась.
Казалось, воздух в помещении мгновенно остыл. Гадалка вскочила с места, энергично растирая покрывшиеся мурашками плечи.
В этот момент дверной колокольчик звякнул — на пороге появился новый посетитель. Но женщина, едва взглянув на него, замахала руками:
— Э-э… тогда я зайду завтра?.. — растерянно пробормотал клиент, опешив от такого приёма.
Но она тут же яростно замотала головой:
— О нет. Завтра меня тоже не будет. Я больше не веду здесь дела.
— Что? Закрываетесь? Нет, подождите. Постойте же…
Она буквально вытолкала удивленного гостя за дверь и заперла замок. Оставшись одна, гадалка принялась лихорадочно сгребать вещи в сумку.
«Нужно бежать. Бежать как можно дальше отсюда», — билась в голове единственная мысль.
Она была белее полотна. В спешке одна карта выскользнула из трясущихся рук и упала на пол. Женщина наклонилась, чтобы поднять её, и вдруг взвизгнула:
Подняв карту дрожащими пальцами, она в ужасе уставилась на зловещий рисунок и зашептала, словно в бреду:
— Дурной знак… очень дурной знак.
И словно в подтверждение её слов, предупреждая о кошмарном будущем, в ясном небе сверкнула ослепительная молния, за которой последовал оглушительный раскат грома.
Часть 1. А вот и Пёс
Как и всегда, стоило ночи вступить в свои права, пространство наполнилось звоном бокалов, приглушенной музыкой и тяжелым, полным вожделения дыханием.
В какой-то момент гости начали исчезать — разбившись на пары, они покидали зал один за другим. Впрочем, это был вполне ожидаемый итог, ведь именно ради этого вечеринка и затевалась. Доминантные альфы обязаны регулярно сбрасывать излишки феромонов. Если этого не делать, мозг начинает сбоить. В лучшем случае это грозит провалами в памяти, в худшем — необратимым повреждением мозга или безумием.
Поэтому они постоянно искали партнеров на ночь, и нередко устраивали подобные закрытые встречи, сменяя друг друга в роли организаторов ради одной общей цели.
На этот раз Грейсон, пришедший всё за тем же — избавиться от давящего давления феромонов — расположился за барной стойкой с бокалом виски. Лед медленно таял, стекая прозрачными каплями по запотевшему стеклу, а его пальцы лениво поглаживали грань стакана.
По обе стороны от него сидели омеги — братья-близнецы с совершенно одинаковыми лицами, не скрывающие своего откровенного интереса.
— Необходимость работать каждый божий день — это и радость, и печаль одновременно, — пробормотал Грейсон с тяжелым вздохом.
Парень, сидевший справа, недоуменно моргнул, не понимая, к чему это было сказано. Тот, что сидел слева, оказался более общительным и тут же подхватил тему:
— Что, Грейсон? Неужели тебе захотелось «поработать»?
Он сделал акцент на слове «работа», выразительно пошевелив указательным и средним пальцами обеих рук. Уловив этот жест, второй брат игриво вмешался:
— Да брось, не неси чепухи. Неужели тебе надоело беззаботно прожигать жизнь? Надеюсь, ты не об этой скуке говоришь?
— Грейсон Миллер на такое не способен. Верно?
Близнецы перебрасывались фразами, словно мячиком, не сводя с альфы жадных глаз. Грейсон издал короткий смешок и ответил с нарочитой серьезностью:
— Ну почему же. Я не только бездельничаю. Я занимаюсь «работой»... иногда.
И в какой-то степени это было правдой. Вряд ли нашелся бы другой доминантный альфа, сменивший столько профессий, сколько Грейсон.
Всякий раз, увлекаясь кем-то, он начинал подражать роду занятий своего избранника или избранницы. Нередко в процессе у него обнаруживались завидные таланты, но, поскольку это было лишь подражание, а не осознанный труд, назвать это полноценной работой было нельзя. Строго говоря, настоящей профессии у него никогда не было.
Проблема заключалась в том, что его внезапное трудолюбие исчезало так же стремительно, как и чувства к партнеру.
Как только страсть остывала, Грейсон бросал всё без малейшего сожаления. Он увольнялся одним днем или просто исчезал, не заботясь о чужих чувствах. Оставленные им бывшие возлюбленные не могли до него дозвониться и часто оказывались в незавидном положении, вынужденные разгребать последствия и выслушивать упреки за сбежавшего сотрудника.
Слава о его выходках бежала впереди него, но, несмотря на дурную репутацию, новые жертвы появлялись с завидной регулярностью.
Причина была проста — среди бесчисленных талантов этого мужчины самым выдающимся было умение играть в любовь. Даже те, кто, прослышав сплетни, пытался держать оборону, сдавались максимум через три дня. Грейсон словно читал их мысли, говорил именно то, что они жаждали услышать, и исполнял любые капризы.
Казалось, ради них он готов отдать даже жизнь.
Именно поэтому каждый раз они наивно полагали: «Уж в этот раз всё по-настоящему» или «Со мной всё будет иначе». Но осознание того, что это была лишь очередная иллюзия, приходило слишком поздно — когда их уже жестоко вышвыривали из жизни Грейсона.
Эта фраза, похожая на злую шутку, становилась финальным аккордом.
За спиной Грейсона шептались: «Миллер просто развлекается, изображая влюбленного». Иначе как объяснить, что человек, еще вчера сгоравший от страсти, сегодня может повернуться спиной с таким ледяным безразличием? У чувств ведь нет выключателя, чтобы щелкнуть им по своему желанию.
Впрочем, находились и те, кто утверждал обратное: Грейсон действительно влюбляется. Просто срок годности его любви катастрофически короток.
Но будь то искусная ложь или мимолетная искра — итог всегда один. Влюбив в себя жертву до беспамятства, он исчезает. Его совершенно не заботит, насколько разрушенным остается брошенный человек. Это, как он считал, уже «не его дело».
— Ну что, ты снова нашел свою «судьбу»? — с усмешкой спросил парень справа.
В его голосе сквозила издевка, словно он говорил о соседском псе, который опять попытался совокупиться с кем попало в парке.
Второй близнец, не желая отставать, прильнул к Грейсону, касаясь его тела:
— И кем ты будешь на этот раз? Если это работа, подходящая для Грейсона... может, сфера услуг?
Он игриво захлопал ресницами, глядя на альфу снизу вверх. Заметив, как брат прижимается к мужчине, первый тоже поспешил положить ладонь на бедро Грейсона. Ему явно нравилось ощущать под пальцами твердые мышцы, натягивающие ткань брюк.
Грейсон лишь едва заметно улыбнулся. Прикосновения к рукам и бедрам были откровенными и даже почти непристойными, но он позволял им это, принимая ласки как должное.
— Сейчас и узнаем. Нужно поискать, — лениво отозвался он.
Один из близнецов тут же оживился:
— Как насчет работы в форме? Это ведь так сексуально.
Второй тут же подхватил идею, смелее поглаживая бедро Грейсона и скользя ладонью выше, к тазовой кости. Мысль о том, насколько головокружительной может быть ночь с этим альфой, заставляла низ живота сладко ныть от предвкушения. Слова лести полились сами собой:
— Ты бы справился просто потрясающе.
Это была лишь вежливая реакция, ничего не значащая фраза, но с обеих сторон послышались восторженные вздохи. Даже бармены, смешивавшие коктейли в глубине стойки, на мгновение замерли, округлив глаза.
Поймав на себе взгляд Грейсона, они поспешно опустили глаза и вернулись к работе. Грейсон же, наслаждаясь произведенным эффектом, неторопливо произнес:
— О да, это круто. Тебе очень пойдет. Обожаю копов. Это так горячо.
Пока один из парней выглядел слегка озадаченным, другой быстро сориентировался и начал осыпать его комплиментами. Первый, поняв, что теряет инициативу, тут же вступил в игру:
— Конечно, тебе пойдет! Просто я и подумать не мог, что ты выберешь это. Грейсон, может, арестуешь меня первым? Офицер, мне лечь на капот прямо сейчас?