Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) | 99 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Грейсон, очевидно, подкарауливал момент прибытия: он лично распахнул входную дверь и, широко раскинув руки, заключил Дейна в сокрушительные объятия. Трюк был шит белыми нитками: притвориться, что зовёт кота, а на самом деле обратиться к Дейну «дорогуша».
Дейн с удовольствием отпихнул бы его, но оказался в ловушке обстоятельств: в одной руке он сжимал переноску с притихшим Дарлингом, а другая оттягивала плечо тяжелой сумкой с кошачьим приданым. Так что сопротивляться физически он не мог. Вместо этого он прорычал низким, угрожающим тоном:
— Отпусти. Пока я прошу по-хорошему.
Грейсон прекрасно понял намёк, но не спешил отстраняться. Он бесцеремонно потерся лицом о плечо Дейна, словно впитывая его запах, и лишь после этого разомкнул руки. Когда он, наконец, сделал шаг назад и поднял голову, на его щеках горел лихорадочный румянец.
«О чем это он опять?» — Дейн нахмурился, машинально переспрашивая, но Грейсон лишь ослепительно улыбнулся и кивнул:
Дейн устало покачал головой. Весь этот бред про «судьбу» и «предназначение» он слышал от Грейсона с момента их первой встречи, так что успел выработать иммунитет. Впрочем, то, что он привык это слышать, вовсе не означало, что он с этим согласен.
«Ну, мечтать не вредно», — подумал он с безразличием, оглядываясь по сторонам.
Не успел вопрос повиснуть в воздухе, как Грейсон тут же развернулся:
— Идем. Я подготовил для вас ту, что с лучшим видом.
Поднимаясь по лестнице, Грейсон мурлыкал себе под нос веселую мелодию. Он всем телом излучал такое концентрированное довольство жизнью, что Дейну, напротив, стало как-то не по себе.
Когда они преодолели целых пять лестничных пролетов, первый этаж оказался где-то далеко внизу, превратившись в крошечное пятно. Глянув через перила в этот головокружительный проем, Дейн оценил безумный масштаб дома и снова двинулся следом за хозяином.
«Если бы Дарлинг был помоложе, он бы тут повеселился на славу», — мелькнула шальная мысль, но Дейн тут же отогнал её. Какой смысл думать об этом? Это не его дом, и задерживаться здесь навсегда он не собирался.
В широком и бесконечно длинном коридоре гулко раздавались только их шаги. Тишина стояла такая плотная, словно во всем огромном особняке они были единственными живыми душами. Хотя, разумеется, это было не так: кто-то ведь поддерживал здесь идеальный порядок. Статуи, расставленные через равные промежутки, сияли чистотой — ни пылинки, а длинный ворсистый ковер, уходящий вдаль, казался только что вычищенным до блеска.
Миновав несколько дверей, Грейсон наконец замер перед одной из них и обернулся к гостю. Дейн мысленно выдохнул: он уже начал уставать от бесконечного подъема и груза в руках, и был готов согласиться на любую конуру, лишь бы скинуть вещи. Так что остановка пришлась как нельзя кстати.
Грейсон распахнул дверь и предупредительно отступил в сторону, пропуская гостя. Дейн шагнул через порог, но тут же замер, пораженный открывшейся картиной.
За панорамным окном, занимавшим всю стену, расстилался бесконечный, сияющий океан ночного города. Мириады огней окрашивали черноту неба в глубокий индиго, заставляя тьму искриться, словно на землю обрушился звездный ливень. Дейн стоял неподвижно, завороженный этим зрелищем, на мгновение забыв, как дышать. Разве ночь бывает настолько красивой?
Его старый дом ютился на холме, но вид перекрывала гора, так что о панорамах не шло и речи. Конечно, возвращаясь с дежурств, он видел огни трассы, но наблюдать за городом вот так, из собственной спальни, словно властелин мира... Днем здесь, должно быть, открывается вид на бескрайнее небо и зелень парка.
«Есть ли на свете более роскошная трата денег?» — ошеломленно подумал Дейн. Говорят, главная привилегия богачей — возможность купить себе горизонт. Похоже, это чистая правда.
— Ну как, Дейн? Тебе нравится?
Грейсон, все это время бесшумно стоявший за спиной, подошел ближе. Нужно быть законченным негодяем, слепцом или императором вселенной, чтобы скривить нос от такой роскоши. Дейн не относился ни к первым, ни ко вторым, а вместо империи у него за душой остались лишь долги да сгоревшее жилье.
— Есть и другие комнаты. Можем посмотреть, если хочешь. Как скажешь? — предложил Грейсон, не дожидаясь ответа.
Дейн попытался ответить, но голос предательски дрогнул, сорвавшись на хрип. Он поспешно откашлялся:
— Кхм. Нет, не нужно. Мне нравится. Я останусь здесь.
Улыбка Грейсона была искренней, полной облегчения. Дейн же, напротив, чувствовал себя не в своей тарелке от масштабов происходящего. Одна эта комната была больше всей его прошлой квартиры вместе взятой. Раздвижные двери делили пространство на спальню и полноценную гостиную с мягким диваном, огромным экраном и чайным столиком. При желании здесь можно было прожить жизнь, вообще не выходя в коридор.
А кровать... Дейн впервые видел ложе таких размеров. Даже с его ростом и широкими плечами он мог бы раскинуться здесь «звездой», и места все равно осталось бы с запасом. Обычно его ноги свисали со стандартных матрасов, но эта кровать словно была сделана по индивидуальному заказу специально под него. Искушение рухнуть на нее прямо сейчас и вытянуть уставшее тело было почти непреодолимым.
Но ни картины на стенах, ни изящные статуэтки, ни дорогая мебель не тронули его сердце так сильно, как то, что стояло у окна.
Тот самый, который Дейн месяцами мечтал купить. Тот самый, что Грейсон подарил ему, но который сгорел в пожаре еще до сборки. Тот самый, на который у Дейна теперь просто не было денег из-за грядущих расходов.
— Господи... — вырвалось у него потрясенным шепотом.
Гигантская конструкция была полностью собрана, вплоть до боковых гамаков. Дарлинг будет в восторге. Дейну нестерпимо захотелось выпустить кота прямо сейчас и сфотографировать его на вершине этой башни, но он сдержался. Переезд — огромный стресс, пусть малыш сначала успокоится. Нельзя торопить его с привыканием к новому месту.
Не удержавшись, Дейн с сожалением и нежностью провел ладонью по мягкой обивке домика. Грейсон тут же оказался рядом, почти прижимаясь к спине.
— Думаешь, Дарлингу понравится?
Дейн не нашел аргументов, поэтому лишь невнятно пробормотал что-то в ответ. Он и представить не мог, что Грейсон проявит такую заботу. Пока он стоял истуканом, раздираемый противоречивыми чувствами, Грейсон снова подал голос:
— Это подарок. Заберешь его с собой, когда будешь съезжать.
Услышав столь неожиданное заявление, Дейн резко обернулся. Грейсон встретил его взгляд легкой, обезоруживающей улыбкой.
— Это благодарность за то, что ты согласился приехать ко мне.
Дейн молча уставился на него, пытаясь найти подвох.
«Что он вообще несет, придурок?..» — пронеслось в голове.
Для Грейсона Миллера такой подарок — пшик, мелочь. Этот парень тратит тысячи долларов не глядя, как будто это фантики. Но для того, кто принимает дар, всё выглядит иначе. К тому же, их нынешнее сожительство — вынужденная мера, временная сделка с четко оговоренными сроками, а вовсе не повод для широких жестов.
Дейн стер с лица все эмоции и заговорил холодно, отстраненно:
— Я не люблю подобные чрезмерные подарки. Ценю твой порыв, но вынужден отказаться.
— Для тебя — может быть. А для меня — перебор.
Отказ Дейна прозвучал безапелляционно, как удар судейского молотка.
— Если ты не будешь соблюдать границы, то плевать я хотел на твой сталкинг и угрозы — я просто соберу вещи и уйду отсюда.
Он не шутил. В его взгляде читалась стальная решимость, и Грейсон, разумеется, это прекрасно понял.
— Ладно... Но этот всё же прими. Больше я ничего покупать не буду, обещаю.
В голосе Грейсона сквозила неприкрытая горечь. Дейн выдержал паузу, взвешивая все «за» и «против», и в итоге коротко кивнул. В конце концов, у этого парня даже кота нет, а выбрасывать такую роскошную вещь или оставлять ее пылиться — настоящее кощунство.
Грейсон тут же просиял, снова растягивая губы в улыбке. Она показалась Дейну какой-то неестественной, натянутой, но он решил не заострять на этом внимание, чтобы снова не испортить атмосферу. Вместо этого он указал на боковую дверь:
— А? Нет. Ванная вон там, — Грейсон махнул рукой в другую сторону, а затем, слегка покраснев и отведя взгляд, пояснил: — А эта дверь... она ведет в мою спальню.
Дейн замер, молча буравя Грейсона тяжелым взглядом. В комнате повисла звенящая тишина.
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем он, нахмурившись, смог выдавить из себя этот вопрос.