Возжелай меня, если сможешь (Новелла) | 151 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Тяжёлое молчание повисло в воздухе. Грейсон даже не моргнул, просто был не в силах отвести взгляда от Дейна. Тот уставился в стену, профиль оставался бесстрастным — невозможно было угадать, что он чувствовал.
— После её смерти… — наконец заговорил он, — я впервые встретил бабушку и дедушку по материнской линии. Тогда-то я и узнал, как появился на свет.
Горькая усмешка скользнула по лицу. Он глубоко вдохнул, будто набираясь воздуха, и свел брови — признание давалось ему с трудом. Он молчал, стиснув зубы. Провёл рукой по лицу, снова тяжело выдохнул, и только тогда хрипло выдавил:
— В тот день у неё была течка… и её изнасиловали незнакомцы.
Зрачки Грейсона дрогнули. Дейн глухо продолжил:
— Преступников поймали. Но они заявили, что она сама этого хотела. А поскольку у неё действительно была течка, суд принял их сторону. Мать утверждала, что это было насилие, но её показания сочли противоречивыми и ненадёжными. Наверное… так и должно было быть. Ведь её воспоминания были смутными, вот суд отказался признать случившееся изнасилованием.
Единственная непреложная истина, объединявшая обе версии, заключалась в одном — она была омегой. И у неё была течка.
— Я не знаю, какая из этих правд — настоящая. Ясно только одно — после этого она забеременела… и родила меня.
<Из-за тебя… если бы не ты!..>
В ушах вдруг снова раздался пронзительный исступлённый крик, что преследовал его все эти годы. Дейн горько усмехнулся:
— Теперь ты понимаешь, почему она так ненавидела меня?
Он был единственным сыном — живым доказательством той жестокой расправы, которой она подверглась. Плоть от плоти её. Любимый… но в то же время невыносимый. Напоминание о прошлом, которое она не могла забыть.
«Слишком дорогой… и слишком мучительный…»
Узнав правду, Дейн наконец понял, почему она попыталась убить его. В тот момент, когда он проявился как омега, что-то в ней сломалось окончательно. Всплыли жестокие воспоминания. И она решила, что его будет ждать та же участь.
— Мои бабушка и дедушка были набожными людьми, — продолжил он ровным голосом. — Они не смогли простить дочь, забеременевшую после изнасилования. Мать выгнали. Она родила меня одна. Прожила жизнь в пьянстве…
<Я люблю тебя, Дейн. Моё единственное сокровище, мой драгоценный ребёнок.>
— Кто знает, любила ли она меня на самом деле? — произнёс он почти шёпотом.
<Я никогда не хотела рожать такого ублюдка!>
На его лице появилась жалкая безнадёжная улыбка.
— Что такое любовь? Она действительно любила меня? Или просто… хотела в это верить?
Риторический вопрос повис в тишине. Он не ждал ответа Грейсона. И лишь добавил:
«Почему она в последний момент передумала и ушла одна?»
«Из ненависти? Чтобы я тоже прошёл через тот же ад, что и она? Или… из любви? Потому что в последний миг не смогла, пожалела, сломалась?»
«Ответа я не узнаю никогда. Она умерла одна. Даже записки не оставила.»
На этом всё. Дейн сказал всё, что у него было: кто он, откуда, насколько пустой внутри. Как бы сильно его ни любили — этой пустоте нет дна, она не может быть заполнена.
Он смотрел перед собой и спокойно продолжал:
— Эшли Миллер ошибается. Ты знаешь, что такое любовь. Ты умеешь любить… — он чуть заметно улыбнулся. — В отличие от меня. Ты обязательно встретишь того, кто сможет отплатить тебе той же любовью.
В голове Грейсона что-то завыло, как сигнал тревоги. Он резко выдохнул:
И прежде, чем Грейсон успел что-то сказать, он спокойно добавил:
Коротко и бесповоротно. Настолько, что не оставалось пространства для возражений. Грейсон стоял, потерянный, а Дейн смотрел на него с горькой усмешкой.
Грейсон всё ещё не мог вымолвить ни слова.
Грейсон Миллер уволился из пожарной части.
Новость разлетелась молниеносно — к полудню о ней уже говорили все.
— Что случилось? Правда, что Миллер ушёл?! — взволнованно крикнул Диандре.
Дейн, проверявший пожарную машину, едва не ударил его — тот слишком резко сунул голову в окно. В последний момент он удержался, и лишь тяжело выдохнул:
— Я бы и без твоих оров все услышал. Чёрт возьми, чуть по носу не заехал.
— Ладно, ладно! Но ты ведь в курсе, да?
Дейн отвел взгляд. Неподалеку уже столпились коллеги, затаив дыхание в ожидании ответа. Он равнодушно повернулся обратно к машине:
— Похоже, он с этим местом закончил. Какая разница?
Короткий ответ ошеломил всех. Наступила секунда тишины — а затем вразнобой посыпались голоса:
— Какая разница?! Он же был частью команды!
— То есть он правда уволился? Не вернётся?
Дейн пропустил этот шум мимо ушей.
«Остынут через пять минут», — подумал он, продолжая проверять оборудование. Но тут в поле зрения мелькнули чьи-то ботинки. Подняв голову, он встретился взглядом с Эзрой.
Под этим взглядом Дейн едва заметно усмехнулся:
— Ну... то есть... не совсем... хотя... — Эзра замялся, почесал затылок и неловко добавил: — Он... правда больше не выйдет на смену? И... где теперь будешь жить ты?
Дейн расслабился. Вопрос был не о Грейсоне — речь шла о нём самом. После пожара он жил в его доме, и теперь все гадали, что будет дальше.
Типично для Эзры — задать единственный по-настоящему важный вопрос, до которого никто не додумался.
Дейн, не ожидавший такого, почувствовал удивление. А вместе с ним и облегчение.
— Переехал. В тот отель, где жил раньше, — бросил он.
— Отель? Тот самый, где на Грейсона напали грабители?!
Эзра аж подпрыгнул от неожиданности. Дейн неопределённо хмыкнул. Место и правда так себе, но с его бюджетом лучше не найти.
Эзра, похоже, придерживался другого мнения.
— Да там же опасно! Может, поищешь другой отель?..
— Уже ищу варианты. Так что не парься.
Эзра явно хотел добавить что-то ещё, но вовремя прикусил язык. Он знал — стоит начать давить, и Дейн взорвётся. Тот не терпел нытья, особенно когда и так всё на грани.
— Всё равно жаль, что он даже не попрощался, — тихо пробормотал Эзра, будто себе под нос. — Наверное, уже не встретиться, да?.. Вряд ли он захочет меня видеть.
Дейн мельком взглянул на его смущённую улыбку и равнодушно бросил:
— Ты же знаешь его номер. Можешь позвонить. Спросить, как он там.
— Правда?! — Эзра тут же оживился, в глазах мелькнула надежда.
На самом деле, ему было всё равно. Грейсон исчез из его жизни окончательно — так, как и было оговорено с самого начала.
Дейн молча поднял ящик с инструментами и развернулся. Он расставил вещи по местам, но вдруг ощутил странное беспокойство. Замер, огляделся через плечо — всё оставалось как прежде. Пожарная часть казалась безжизненно спокойной. Он повёл взглядом в обратном направлении, вглядываясь в знакомое пространство — и в этот момент в кармане завибрировал телефон.
Он вытащил телефон, машинально разблокировал экран и тут же раздраженно нахмурился. Всего лишь спам.
— Чёрт, — буркнул он, засунув телефон обратно в карман.
Прошла неделя. Ни одной весточки от Грейсона — ни сообщения, ни пропущенного звонка. Полная тишина. Переписка, еще недавно тянущаяся бесконечными сообщениями Грейсона, оборвалась навсегда.
Дейн резко развернулся и зашагал прочь. В голове билась навязчивая мысль: