Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Глава 36
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Кит появился спустя чуть больше получаса. Я понял, что он уже где-то рядом, еще до того, как в поле зрения возникли знакомые фигуры его телохранителей, привычно сканирующие периметр. Предчувствие меня не обмануло.
— И что ты здесь делаешь так долго?
Кит, не раздумывая ни секунды, опустился на скамейку рядом со мной — точно на то самое место, где совсем недавно сидел Джош.
— Просто сижу. Думаю, — безучастно ответил я.
Ответ прозвучал отстраненно, но это была чистая правда. Диалог повис в воздухе, и Кит на мгновение замолчал, изучая меня.
— А это что? — Он кивнул на объемистый пакет у моих ног.
В ответ на недоумение я молча протянул ему пакет. Кит принял его, заглянул внутрь и буквально замер от изумления.
Пакет был доверху набит пустыми пластиковыми стаканчиками. По вытянувшемуся лицу Кита было очевидно, что он удивлен — неужели я в одиночку осилил такое количество? Я предпочел проигнорировать его реакцию.
— Да там и порции были небольшие.
Кит еще раз ошеломленно посмотрел на меня, а затем, постаравшись вернуть лицу непроницаемое выражение, резко сменил тему:
— Об этом вы, видимо, спросить не удосужились? — — не удержался я от язвительного замечания..
Его брови сошлись на переносице.
— Единственное, что я спросил — это закончился ли твой приём. Всё. Я не лез в подробности, потому что это твоя личная жизнь. И ни один нормальный врач не станет разглашать диагноз пациента посторонним.
Формально он был прав. Но я прекрасно понимал, что, если этот человек решит задействовать свое влияние, мало кто осмелится ему противостоять. Судя по реакции, устраивать врачу допрос он всё же не стал.
Впрочем, это было в духе Кита. Он предпочитал не вынюхивать информацию за спиной. Особенно если можно было надавить и получить ответ напрямую от самого человека.
— Ничего особенного. Стандартные анализы и… — Я запнулся.
Насколько откровенным мне стоит быть? Пока я взвешивал варианты, Кит терпеливо ждал. Наконец я закончил фразу так же безразлично, как и начал:
Он промолчал, продолжая смотреть на меня, а затем снова перевел разговор на другую тему:
— Ты ведь ещё не обедал? Или это, — он снова покосился на пакет с пустыми стаканчиками, — и был твой обед?
При виде его нахмуренного лица я поспешно покачал головой.
Стоило мне это произнести, как желудок свело от острого приступа голода. И как раз в этот момент Кит поднялся со скамейки.
— Пойдём поедим. Хочешь чего-нибудь конкретного?
Внезапно в голове промелькнула одна мысль.
Кит замер, решив, что ослышался. Но я был абсолютно серьёзен.
— Я хочу терияки-бургер. С дополнительной порцией маринованных огурчиков и лука. Клубничный шейк и большую картошку фри.
Кит ничего не ответил. Лишь с каким-то странным выражением лица смотрел на меня сверху вниз.
В парке, где обеденный ажиотаж уже спал, становилось всё безлюднее. Разворачивая шуршащую упаковку бургера, который оперативно доставил один из охранников, я подумал, что это даже к лучшему.
Мы с Китом сидели рядом на той же скамейке, держа в руках по внушительному бургеру. Чуть поодаль расположились Уиттакер и остальные телохранители — они тоже обедали фастфудом. Но даже в такой неформальной обстановке они работали по протоколу: одна группа ела, пока другая внимательно сканировала окрестности.
Неужели необходимо сохранять такую бдительность даже здесь и сейчас?
Эта мысль промелькнула в голове, но тут же я осекся, вспомнив то, о чём успел позабыть. Кит уже становился жертвой публичного нападения. Доминантные альфы всегда ходят под прицелом. От этого осознания на душе стало неспокойно. Аромат свежего горячего бургера дразнил рецепторы, вызывая спазмы голода, но из-за внезапно нахлынувших тяжёлых мыслей я не мог заставить себя откусить хотя бы кусочек.
— Что такое? Что-то не так? — спросил Кит.
— Нет, просто… подумал, может, зря мы не поехали домой, — осторожно ответил я. — Мистеру Питтману ведь не стоит находиться в таких открытых местах. Папарацци, да и напасть могут…
Я теребил край полураскрытой обёртки, как вдруг Кит поднял руку. Неожиданно его ладонь легла мне на макушку, и легким успокаивающим жестом взъерошила мои волосы. Я удивлённо вскинул голову, но он произнес с нарочитой небрежностью:
— Не беспокойся. Мне тоже нравятся парки.
А затем добавил своим обычным тоном:
— К тому же, мне давно пора было принять солнечную ванну.
Я невольно фыркнул от абсурдности этой картины, и уголки его губ тоже дрогнули в подобии улыбки.
Там у Кита был свой частный, закрытый от посторонних глаз пляж. Я знал, что он иногда проводит там отпуск. Правда, мне ни разу не доводилось сопровождать его в этих поездках.
Насколько мне было известно, он вообще никогда и никого туда не привозил. Если я соглашусь, то стану первым гостем. Хотя, это лишь в пределах моей ограниченной осведомлённости.
Я молча поднёс к губам стаканчик с шейком и осторожно втянул густую прохладную жидкость через трубочку. Сладкий ледяной напиток приятно охладил горло. Смочив пересохшие губы, я наконец решился и откусил бургер.
— М-м-м… — звук удовольствия вырвался сам собой.
Я честно кивнул. Когда с аппетитом откусил ещё раз, Кит отвернулся и тоже принялся за свой бургер. Увидев, как он коротко хмыкнул и одобрительно кивнул, я почувствовал странное неуместное облегчение.
Внезапно ощутилось странное, едва уловимое движение глубоко внутри. Я замер, перестав жевать, и опустил взгляд на свой живот. Слишком рано, чтобы ребенок уже шевелился. Но это ощущение было совершенно новым, ни на что не похожим. Я снова начал медленно пережевывать пищу. Ощущение больше не повторилось, но вызванный им трепет остался.
Внезапно глаза защипало от подступивших слез.
Когда мы покончили с импровизированным обедом, Кит, к моему изумлению, повез меня на улицу, известную роскошными бутиками. Я часто бывал здесь по долгу службы, когда подбирал подарки для многочисленных партнёров Кита, так что место было мне до боли знакомо. Но я никак не ожидал, что он привезет сюда меня самого.
— Нужно купить всё необходимое для ребёнка, — заявил Кит как о чем-то само собой разумеющемся, увлекая меня за собой в сторону одного из магазинов.
Я снова был ошарашен его напором.
— Мы ведь даже не знаем пол. Мальчик это будет или девочка.
И на этот раз он ответил без малейших колебаний, не сбавляя шага:
— Значит, купим и то, и другое.
— Я могу выбрать другого мужчину. Не вас, — я решил пойти ва-банк, пытаясь его остановить.
От этого прямого предупреждения он впервые резко остановился. Не оборачиваясь, он процедил сквозь зубы:
— А если он не захочет принимать ваши подарки? Может, он предпочтет купить всё сам.
— Тогда выбросишь, чёрт возьми!
В конце концов он сорвался и повысил голос. Я застыл от неожиданной вспышки гнева, но он тоже вздрогнул, осознав, что перегнул палку. Его взгляд тут же метнулся к моему животу. На несколько мгновений повисла напряженная тишина. Кит тяжело вздохнул и, заметно смягчив тон, произнес:
— С этим разберёшься позже. А сейчас заходи.
Кит был непреклонен. Мне ничего не оставалось, как подчиниться и шагнуть вслед за ним в бутик.
— Добро пожаловать, мистер Питтман. Мы получили ваш звонок и всё подготовили.
Нас встретил лично управляющий. В тот же миг за нашими спинами с тяжелым механическим гулом опустились защитные роллеты, полностью отрезая нас от внешнего мира. Я внезапно ощутил себя загнанным в ловушку, из которой уже не было выхода.
— Не стоило так спешить со всем этим, — тихо прошептал я, чувствуя себя неуютно среди этой подавляющей роскоши.
Кит бросил на меня короткий взгляд и ответил с обезоруживающей простотой:
— Я делаю это, потому что сам этого хочу.
Неужели он догадался? Тревога кольнула сердце, и я пристально всмотрелся в его лицо. Должно быть, мои эмоции слишком явно проступили наружу, потому что Кит нахмурился.
— Не волнуйся, я не собираюсь высылать счёт ни тебе, ни тому мужчине.
Значит, всё ещё не знает. Я почувствовал мимолетное облегчение. Но понимания это не прибавило. Зачем он всё это делает? К чему этот спектакль?
— Если вы рассчитываете, что после такого я соглашусь с вами спать…
Я осекся. Он устало прикрыл глаза и потер переносицу, пытаясь совладать с напряжением.
— Я ничего от тебя не прошу. Просто позволь мне делать то, что я хочу. Это всё. Понятно?
Я молчал. Кит выжидающе смотрел на меня. Поддавшись этому немому давлению, я был вынужден выдавить из себя:
— Прошу, присаживайтесь. Желаете чай? Или, может быть, кофе?
Кит, уже расположившийся на диване, жестом пригласил меня сесть. Я с некоторой нерешительностью опустился рядом, сохраняя дистанцию. Наблюдая, как Кит заказывает себе кофе, я на мгновение ушел в себя.
— Хочешь чего-нибудь? — вырвал меня из раздумий его голос. Когда я поднял на него взгляд, он с лукавой усмешкой добавил: — Пудинг?
Я не нашелся, что ответить. Лишь растерянно моргнул, и Кит тихо рассмеялся. Казалось, он видит меня насквозь. Затем он повернулся к менеджеру и распорядился:
— Ёну принесите пудинг и клубничный шейк.
Она с дежурной улыбкой кивнула.
— Поняла. Приготовить вам сигареты? Или сигару?
— Нет, не нужно, — Кит сделал короткую паузу и добавил, чуть понизив голос: — Не хотелось бы, чтобы здесь пахло табаком. …Он этого не любит.
— Разумеется, мы проследим за этим.
Когда менеджер удалилась, Кит расслабленно откинулся на спинку дивана. Мой взгляд невольно упал на его руку — он нервно выбивал пальцами дробь по бедру в рваном ритме. Я сразу понял, в чем дело.
— Если хотите закурить, не стоит себя сдерживать…
— Я бросил. Не напоминай, — раздражённо бросил Кит.
Я тут же умолк. Было очевидно, что он держится из последних сил.
Это было так дико видеть, что Кит готов идти на уступки ради кого-то другого, тем более ради меня. Неужели всё это только ради того, чтобы затащить меня в постель? Интересно, как бы он отреагировал, если бы я согласился на свадьбу, но без интимной близости?
Ведь я сейчас даже поцеловать себя не позволяю.
И всё же Кит продолжал вести себя безукоризненно. Он был настолько обходителен, что это пугало — я до смерти боялся снова обмануться, поверить в эту иллюзию заботы. Я понятия не имел, каковы его истинные мотивы. Зато точно знал, чего хочу сам.
Я крепко сжал руки, лежавшие на коленях.
Я не имею права забывать, что этот человек со мной сделал.
Стоит мне дать слабину — и я снова окажусь в его власти.
После того, как мы опустошили, казалось, половину детского бутика, Кит повёл меня в отдел одежды для взрослых. Там он безапелляционно заявил, что я должен выбрать всё, что мне понравится.
— Говорят, у омег фигура во время беременности почти не меняется, но на всякий случай лучше купить пару комплектов одежды, — сказал Кит с улыбкой. — Если ты и дальше будешь уплетать пудинг с таким энтузиазмом, твое положение скоро станет очевидным.
Я как раз доедал молочный пудинг, и от смущения ложка замерла на полпути ко рту.
— Это шутка. Ешь, сколько захочешь.
Кит с улыбкой снова коснулся моей головы, чуть взъерошив волосы. Со стороны мы, должно быть, выглядели идеальной парой, а Кит — мужчиной, без памяти влюбленным в своего партнера. Когда-то и я был пленником этого заблуждения. И конечно же, менеджер, переводившая восхищенный взгляд с меня на Кита и обратно, тут же включила режим максимальной обходительности.
— Это наша новая линейка, изготовленная из специально обработанной ткани для беременных. Иногда кожа становится особенно чувствительной, поэтому, чтобы исключить риск аллергии, мы использовали нити из стопроцентного органического хлопка…
Я уже открыл рот, чтобы возразить, что в этом нет никакой необходимости, но Кит меня опередил.
— Мне не нужно так много. Я примерю один, а потом… — поспешно вмешался я, но Кит лишь бросил на меня короткий взгляд. Взгляд, который недвусмысленно приказывал: «Замолчи».
Ничего не оставалось, как молча отправить ложку с пудингом в рот.
Дальше всё развивалось по накатанному сценарию. Менеджер суетливо приносила и раскладывала всё новые и новые вещи, а Кит, едва взглянув, одобрял покупку. Мне было страшно даже представить, как мы уместим всё это в машине.
— Может, вам будет проще купить весь магазин целиком? — в конце концов не выдержал я, устав от этого абсурдного представления.
Даже закралось подозрение, что он притащил меня сюда в качестве маникена, используя как предлог для бездумной траты денег. В этот момент менеджер принесла новую партию товара. Когда она разложила на столе целую коллекцию галстуков, я обреченно уставился на них, а она, в свою очередь, пустилась в подробные описания. Прежде чем Кит снова успел произнести своё дежурное «всё», я быстро заговорил:
Я повернулся к Киту. На его губах мелькнула тень улыбки.
— Как пожелаешь, — удовлетворенно кивнул он.
Я проглотил остатки пудинга и снова перевел взгляд на галстуки. От кричаще-ярких до сдержанно-элегантных — десятки дизайнов лежали передо мной, и каждый по-своему притягивал взгляд. Выбрать что-то одно казалось невыполнимой задачей.
Спроси я у Кита, он велел бы купить все.
Разумеется, я не собирался этого делать. Сосредоточившись, я внимательно изучил коллекцию и наконец выбрал один, взяв его в руки.
— Тебе приглянулся этот? — уточнил Кит.
Не говоря ни слова, я подошёл к нему вплотную. Приложив сложенный пополам шелковый галстук к его рубашке, я утвердительно кивнул.
— Я возьму вот этот. — А затем, подняв взгляд на Кита, добавил: — Это вам.
На мгновение на лице Кита отразилось неподдельное удивление. Было даже трогательно видеть, как этот искушённый, пресыщенный жизнью мужчина так открыто проявляет свои чувства. Я невольно улыбнулся.
— Мы выбирали всё только для меня, а вам тоже нужно что-то купить. …Вам нравится?
Кит молча взял галстук из моих рук. Я осторожно добавил, глядя на то, как он его рассматривает:
— Нет, — сказал он, когда я уже было снова посмотрел на россыпь галстуков на столе. — Мне нравится.
Кит наконец оторвал взгляд от подарка и посмотрел прямо на меня. На его лице сияла нежная улыбка — он выглядел по-настоящему счастливым. Мне стало не по себе от этой откровенности, и я счёл нужным напомнить:
— Вообще-то, он куплен на ваши же деньги.
— Я знаю, — ответил он и снова опустил взгляд на галстук. — Но выбрал его ты.
Некоторое время он молча разглядывал ткань, а затем сорвал с себя свой собственный галстук и протянул мне новый.
Галстук, который я выбрал, абсолютно не подходил к его сегодняшнему костюму. Я переводил взгляд с переливающегося тёмно-синего шёлка на его тёмно-коричневый пиджак и обратно.
— Они не очень сочетаются, — попытался возразить я.
— Ничего страшного. Быстрее, — поторопил он.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Я перекинул галстук через воротник его рубашки и принялся привычными движениями формировать узел. Всё это время Кит молчал. Я кожей чувствовал его пристальный взгляд, прикованный к моему лицу, но старался не обращать на это внимания.
Я ощутил его дыхание у своего виска и понял, что он улыбается. Я действительно слишком спешил, и узел получился неровным. Пришлось развязать его и начать всё сначала. На второй раз всё вышло идеально. Я расправил узел и уже собирался отстраниться, как вдруг Кит перехватил моё запястье.
Я замер. Глядя мне прямо в глаза, он поднёс мою руку к своим губам.
Мягкие губы коснулись тыльной стороны моей ладони. Я невольно затаил дыхание. Поцелуй длился всего мгновение, но показался вечностью. Кит медленно отпустил мою руку и улыбнулся.
У меня перехватило дыхание. Чтобы этот человек, да ещё и мне, сказал такое…
Он и вправду тронулся головой. Впервые я почувствовал нечто похожее на укор совести за то, что связал его меткой. Должно быть, он сходит с ума от воздержания. К тому же он постоянно подавляет свои феромоны.
Ему ведь совершенно не обязательно так себя контролировать ради меня. Я всё равно планирую сбежать. Неужели он всё ещё питает какие-то надежды? Что он будет делать, если я так и не подпущу его к себе?
Тогда он снова возьмёт меня силой?
Горло сдавило спазмом, и я поспешно сделал шаг назад, высвобождая руку. Во рту моментально пересохло, и я торопливо поднёс к губам стакан с шейком. К несчастью, стакан оказался пуст. Услышав характерный звук всасываемого через трубочку воздуха, менеджер тут же бесшумно исчезла и через мгновение возникла с новым шейком.
Несмотря на сытость, я тут же втянул в себя напиток, пытаясь скрыть своё смятение. Ледяная волна хлынула в горло, но она была бессильна остудить пламя, бушующее внутри.
Сознание возвращалось медленно, пробиваясь сквозь вязкую пелену сна. Первым ощущением было мягкое убаюкивающее покачивание — тело казалось невесомым, плывущим в пространстве. Я смутно понял, что, должно быть, задремал в пути. С трудом разлепил отяжелевшие веки, но мир вокруг плыл и двоился. Я пошевелился, пытаясь найти опору. Тот, кто держал меня на руках, тихо, успокаивающе прошептал:
Голос был до боли знаком. Но сознание ускользало, не давая вспомнить, кому он принадлежит. Усталость навалилась с новой силой, и я снова закрыл глаза. Внезапно я ощутил тёплое невесомое прикосновение ко лбу. Тихо вздохнув, я позволил телу окончательно обмякнуть в этих надежных руках. Проваливаясь обратно в темноту, я впервые за долгое время ощутил покой.
Когда я снова открыл глаза, за окном стояла глубокая ночь. Я несколько раз моргнул, вглядываясь в темноту, и фрагменты воспоминаний начали складываться в единую картину.
Я рывком сел в постели и осмотрелся. Глаза постепенно привыкли к сумраку; холодный лунный свет, струящийся сквозь щель в шторах, позволил различить очертания комнаты.
Похоже, я уже в особняке Кита. Точно, я ведь отключился ещё в машине. Кто меня сюда принёс — вопрос был риторическим. Гораздо важнее было другое. Меня терзал просто невыносимый голод.
Я на ощупь сполз с кровати. Ещё совсем недавно от одной мысли о еде выворачивало наизнанку, но теперь этот симптом исчез, сменившись каким-то волчьим аппетитом. Нормально ли это? Я решил, что разберусь с этим уже после того, как утолю голод.
Я осторожно приоткрыл дверь. В длинном коридоре было пусто и тихо, как и следовало ожидать в такой час. Я бесшумно двинулся вперёд.
Я попытался мысленно восстановить планировку дома и определить, где находится кухня. Может, там оставили что-нибудь из ужина? Если нет, я собирался найти хоть какие-то продукты и сообразить перекус на скорую руку. Но тут…
Внезапный голос, раздавшийся из темноты, заставил меня вздрогнуть всем телом и резко обернуться. В полумраке коридора стоял Кит. Неужели он не спал всё это время? Или это я его разбудил? Я растерянно уставился на него. Кит был одет по-домашнему: в удобный кашемировый свитер и простые брюки — совсем не похоже на пижаму. Внезапно стало интересно, который сейчас час.
— А… я только проснулся и подумал, может, удастся найти что-нибудь поесть…
— Возвращайся в комнату, — безразлично бросил Кит. — Я скажу, чтобы принесли еду. Хочешь чего-нибудь конкретного?
— Возвращайся, — как всегда, перебил меня Кит. — Не заставляй меня повторять дважды.
Ничего не оставалось, как подчиниться. Я уже взялся за ручку двери своей спальни, когда Кит снова окликнул меня:
Я на мгновение задумался, но в голову ничего не приходило, и я отрицательно покачал головой.
— Пока ждёшь, съешь хоть какой-нибудь десерт.
Бросив это, он скрылся в своей комнате. Наверное, чтобы связаться с Чарльзом. Но меня больше занимал другой вопрос — что он имел в виду?
Он принесёт мне что-нибудь перекусить?
Смысл его слов стал понятен очень скоро. Вернувшись в комнату, я обнаружил то, чего не заметил в темноте. Компактный мини-холодильник. Он стоял на столике у стены, причем на такой высоте, чтобы к нему не приходилось наклоняться. Я открыл дверцу и увидел, что он доверху забит всевозможными десертами. Но преобладал там, разумеется, пудинг.
Я замер с открытой дверцей, на мгновение лишившись дара речи.
Помедлив, я достал одну креманку и удивился ещё больше, увидев на ней аккуратную наклейку с датой приготовления и названием. Пудингов было несколько видов, и на каждом стояла короткая пометка об основном ингредиенте. Я взял ту креманку, что уже была в руке, и одну из десертных ложечек, заботливо приготовленных рядом.
Домашний пудинг оказался на порядок нежнее, а его вкус — насыщеннее, чем у магазинного. Мгновенно расправившись с первой порцией, я, поколебавшись лишь секунду, потянулся за следующей. На этот раз шоколадной. Мягкая обволакивающая сладость дарила мимолетное ощущение счастья, но в то же время невыносимой тяжестью оседала на сердце.
Это наверняка инициатива Чарльза.
Кит — не тот человек, который способен на такую тонкую заботу, а даже если бы и был, то уж точно не для меня. Несомненно, Чарльз просто проявил свою обычную предусмотрительность.
Почему холодильник был забит именно пудингом, я не знал, но решил списать это на удачное совпадение.
Когда я доедал уже третью креманку, в дверь тихо постучали, и она тут же открылась. Я неловко поднялся с кровати. В комнату вошёл сам Чарльз, кативший перед собой сервировочный столик, и принялся деловито расставлять блюда на свободной столешнице.
— Простите, что пришлось вас побеспокоить в столь поздний час, — смущённо извинился я.
— Это моя работа, вам не о чем беспокоиться, — ответил он своим обычным тоном.
Снимая серебряные крышки с тарелок, Чарльз добавил:
— Если после ужина вам чего-то не хватит или захочется добавки, просто воспользуйтесь внутренним телефоном. Шеф-повар просил передать, что приготовил небольшие порции, учитывая позднее время…
— Ах, да. Этого более чем достаточно, спасибо.
Убирая пустые креманки от пудинга, Чарльз уточнил:
— Как вам десерт? Нужно пополнить запасы пудинга? Или вы желаете чего-то другого?
— А… всё было превосходно. Спасибо, очень вкусно. Абсолютно всё. — Пользуясь случаем, я решил выразить свою благодарность. — Передайте, пожалуйста, тому, кто это приготовил, что мне очень понравилось. И вам тоже спасибо, Чарльз. За такую трогательную заботу.
В ответ на мои слова Чарльз с непроницаемым лицом заметил:
— Я лишь выполнял распоряжения. Благодарить следует мистера Питтмана.
Я почувствовал, как застывает лицо. Чарльз всё так же бесстрастно продолжил:
— Это правда. Вчера господин Питтман принёс вас, спящего, на руках, а затем отдал распоряжение установить холодильник.
— Включая приказ приготовить побольше пудинга.
Я посмотрел на него с нескрываемой неохотой и лишь выдавил:
Чарльз уже собирался выходить, но вдруг остановился у самого порога.
— Ах да. Кстати, мне сообщили, что им удалось собрать образец ДНК.
— ДНК? — я не уловил связи и машинально переспросил.
— ДНК того омеги, что оставил метку на господине Питтмане, — продолжил Чарльз. — Похоже, там осталось совсем ничтожное количество, говорят, его с трудом удалось обнаружить.
На мгновение в голове всё помутнело. Я смотрел на него, совершенно потерявшись. Какие-то слова сорвались с губ, но я их даже не осознал. Лишь мгновением позже до меня дошёл смысл сказанного.
— Как?.. Разве тогда не говорили, что не осталось никаких следов? И одежду… её же утилизировали.
— Да, тогда всё выбросили, но, к счастью, в ходе поисков нам удалось найти одежду господина Питтмана. Её носил какой-то бездомный. Мы с опозданием забрали её и отправили на экспертизу.
Чарльз с сочувствием покачал головой.
— Бедняга. Мы думали, что ничего не выйдет — одежда была грязной, её не раз мочил дождь, но произошло нечто сродни чуду… Было обнаружено довольно много образцов ДНК, но среди них только один принадлежал омеге.
Я невольно сглотнул подступивший к горлу комок.
— И что… его нашли? Выяснили, кто это?
За те несколько коротких секунд, что прошли до ответа Чарльза, в моей голове разразилась настоящая война.
Спокойно. Если бы они узнали, всё бы уже давно закончилось. Чарльз не мог бы говорить об этом так безразличн». Я затаил дыхание. Наконец он ответил своим обычным, сухим тоном:
— Нет, ещё нет. К сожалению, этой ДНК нет в базе данных. …Но мы зарегистрировали образец, так что когда-нибудь его наверняка найдут.
Расслабляться было рано. Я с трудом заставил себя произнести:
— Но даже если и так, нет ведь гарантии, что эта ДНК принадлежит именно тому омеге, который оставил метку?
— Поскольку есть метка, выяснить это будет просто. Достаточно запереть подозреваемого на несколько дней и отменить приём препаратов — феромоны проявятся сами собой.
— И если мистер Питтман сможет уловить его запах, значит, это и есть наш фигурант, не так ли?
Мне стоило титанических усилий, чтобы разомкнуть губы.
— …Верно, — изо всех сил стараясь казаться невозмутимым, я даже заставил себя улыбнуться. — Что ж, рад, что появилась хоть какая-то зацепка.
Чарльз коротко попрощался и вышел из комнаты. Оставшись один, я ещё долго сидел, потеряв счёт времени.
Пытаясь призвать на помощь остатки разума, я снова и снова хладнокровно прокручивал ситуацию в голове. Пока что всё в порядке. Но я не знаю, когда всё раскроется. Нужно как можно скорее уладить все дела и исчезнуть.
Разум кричал, что нужно бежать прямо сейчас, но чувства твердили обратное. Мой взгляд невольно метнулся к холодильнику.
Сначала я думал только о побеге. Казалось, будет достаточно просто исчезнуть, не вызвав у него подозрений. Однако ситуация постоянно развивалась совсем не так, как я предполагал.
И ты просто так сбежишь? Неужели ты сможешь этим удовлетвориться?
Тёмная тень внутри продолжала шептать.
Неужели тебя устроит, что этот мужчина будет просто искать неизвестного противника?
Я прикусил губу, снова и снова обдумывая это. Рано или поздно его интерес угаснет, и он вернётся к своей прежней жизни. И кем тогда стану я, от всего отказавшийся?
Я хладнокровно прервал свои мысли. Что изменилось по сравнению с прошлым? На что я способен?
Кит и раньше бывал со мной таким нежным. И тогда я впал в заблуждение, за что жестоко поплатился. Неужели он настолько глуп, чтобы использовать один и тот же приём дважды? Конечно, нет.
Я машинально взглянул на гору подарочных коробок в углу. Вещи, которые Кит купил для меня. Я даже не развязал ленты.
Он всегда был щедр. Даже партнёрам на одну ночь он неизменно дарил дорогие украшения. Но никогда не покупал ничего лично. Насколько я знал, это был беспрецедентный случай. Более того — взять партнёра с собой по магазинам, чтобы тот сам выбрал, что ему нравится…
Да и само предложение руки и сердца человеку, от которого тебе нужен только секс, было лишено всякого смысла.
А что, если у этого человека есть ко мне хотя бы малейшие чувства?
Стейк на тарелке давно остыл, но я к нему так и не притронулся. Бессмысленно глядя в пространство, я принял решение.