Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Глава 20
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Слова ободрения донеслись до меня сквозь гул крови в ушах, когда я, тяжело дыша, опустился на пол. Я не ответил — просто зажмурился, пытаясь унять подступившее головокружение.
Больше пяти минут. Я выдержал больше пяти минут, полностью окутанный феромонами того мужчины. Не знаю, сыграло ли роль лекарство, которое дал мне Стюард, но я справился, не потерял сознание, не впал в панику. Туман в голове был лишь следствием того, что я омега. Омега, у которого цикл уже на подходе.
Стюард помог мне пересесть на стул и протянул стакан воды.
— Пейте больше. Это поможет быстрее вывести феромоны.
Он настоял на том, чтобы я выпил ещё один стакан, после чего внимательно осмотрел моё состояние: посветил фонариком в глаза, проверил пульс и, наконец, удовлетворённо кивнул.
— Думаю, теперь можно не волноваться. В следующий раз попробуем постепенно увеличивать время воздействия. Но сначала дождёмся, когда пройдёт ваш цикл. Вы ведь помните, что нужно сделать, когда вернётесь домой?
Я смог лишь молча кивнуть. Навалилась внезапная усталость, казалось, даже открыть рот стало непосильной задачей. К тому же с самого начала меня начало бросать в жар, так что едва удавалось оставаться в сознании. Где-то на границе мыслей зародилась паника, казалось, течка может начаться прямо сейчас. Нет, судя по состоянию, так оно и будет.
Стюард позвонил ожидавшему нас Уиттакеру и велел готовить машину. Мы собирались уходить. Следующий звонок он сделал в диспетчерскую.
— В 302-й всё оборудование вышло из строя. Что? А, нет, ничего особенного. Просто проводили эксперимент с феромонами, — он бросил на меня многозначительный взгляд. — Да, около тридцати минут записи, скорее всего, пропало, но тут уж ничего не поделаешь. Ничего важного там всё равно не было. Проверьте, пожалуйста.
Закончив разговор, он широко улыбнулся.
— Идеальное преступление, не так ли?
Я лишь тупо смотрел на него снизу вверх, не в силах даже моргнуть. Стюард, видимо решив подождать, пока я приду в себя, придвинул стул и сел рядом.
— Вы славно потрудились. Думаю, скоро наши консультации подойдут к концу, — он мягко похлопал меня по плечу. — Знаете, многие приходят на терапию после того, как настрадались от доминантных альф. Вы не один такой. От этих проклятых феромонов одни неприятности.
Я продолжал молчать, но он, похоже, и не ждал ответа.
— У человека должен быть разум, а когда его сносит волной феромонов, чем это отличается от поведения животных? — продолжил Стюард, слегка усмехаясь. — К тому же, говорят, доминантные альфы могут различать феромоны друг друга. Ну не абсурд ли? Словно собаки, которые метят деревья.
Он договорил и хитро усмехнулся, словно сказал нечто исключительно остроумное. Показалось, что его слова удивительно похожи на то, что когда-то говорил Уиттакер. Наконец, он добавил, всё тем же ровным голосом, будто рассуждая вслух:
— Было бы славно, если бы все эти доминантные альфы просто исчезли.
Я по-прежнему не произнёс ни слова.
— Ха-а-а… — глубоко вздохнул я.
Уиттекер бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида.
Я с трудом сфокусировал затуманенное сознание и едва заметно кивнул.
— Мы скоро приедем, — с беспокойством в голосе сказал он.
Пейзаж за окном проносился быстрее, чем раньше. Я прислонился лбом к холодному стеклу и глубоко вдохнул. Скоро мы будем в особняке. Первым делом — душ. Принять душ, душ и ещё раз душ…
Сквозь мутный туман сознания с трудом пробилась ещё одна мысль. Я ведь не связался с Китом.
Но на этом всё. Разум снова погрузился в лихорадочный бред, не позволяя думать ни о чём другом. Я снова закрыл глаза. Вместе с головокружением из груди вырывалось горячее дыхание, а вместе с ним росло напряжение, которому я не мог сопротивляться.
Я надавил на пах. К счастью, эрекции пока не было, но желание сорвать с себя одежду и прикоснуться становилось нестерпимым. Стиснув зубы, я заставил дрожащую руку остаться на месте, не двигаясь ни на миллиметр.
— Ён У, вы в порядке? — встревоженно спросил Чарльз, едва я выбрался из машины.
Впервые на моей памяти он был таким обеспокоенным. Пошатываясь, я с трудом удержался на ногах.
Чарльз шумно втянул воздух, принюхиваясь, и нахмурился.
— Сильный запах феромонов… Но это не феромоны господина Питтмана. Могу я спросить, что произошло?
Он явно волновался, не случилось ли со мной чего-то серьёзного. Несмотря на то что тело дрожало от изнеможения, я собрал остатки сил, чтобы ответить:
— Просто… господин Стюард предложил новый метод лечения… Могу я… пойти наверх? Мне… очень… нехорошо.
С губ сорвался невольный тихий вздох, похожий на стон. Чарльз замер. Мне не нужно было видеть себя в зеркале, чтобы понять, что сейчас я смотрел на него умоляющим, полным отчаяния взглядом. Лицо уже горело огнём.
Если я немедленно не собью этот жар, могу сорваться и начать цепляться за первого встречного, теряя контроль и стыд. Нужно остаться одному, пока я окончательно не потерял рассудок. Чарльз, словно прочитав мои мысли, мягко кивнул.
— Идите скорее наверх и отдохните. Я сам доложу господину Питтману.
Едва закончив фразу, я двинулся с места. Ноги дрожали так сильно, будто готовы были подломиться в любую секунду. Если бы не строгие указания Стюарда, я бы уже сейчас вытащил из сумки упаковку таблеток и запихнул в рот горсть, надеясь заглушить нарастающее безумие. Но, собрав последние крохи терпения, я удержался. На плаву держала только мысль о том, что всё почти закончилось. Если станет совсем невыносимо, кто-нибудь из этих людей вмешается. В крайнем случае, хотя бы позвонит Стюарду.
Каждый шаг по лестнице давался с чудовищным трудом, и мне приходилось останавливаться, чтобы не потерять равновесие.
Я слишком поздно подумал, что надо было поехать на лифте.
Запоздалое сожаление уже ничего не меняло, возвращаться было поздно. Стиснув зубы, я продолжил подъём. С каждым вдохом казалось, что чужие феромоны, цеплявшиеся к коже и одежде, проникают всё глубже в тело.
Нужно как можно скорее смыть это…
Кажется, я почти добрался. Сколько ещё осталось? Чтобы проверить, я поднял голову и застыл месте.