Часть 2: https://teletype.in/@deutschephilosophiee/HkeTkiI2E

В «Критике чистого разума» Иммануил Кант огромное внимание уделяет представлениям, тому, как они подводятся под понятия рассудка (категории). Решающую роль здесь играют способность суждения, воображение и рассудочный категориальный схематизм. По Канту, между созерцаниями и категориями должно быть некое посредствующее звено. Именно благодаря ему абстрактные понятия, а таковыми являются категории, оказываются способными организовывать чувственные данные. Они превращают их в законосообразный опыт, иными словами, в природу. Между мышлением и чувственностью у И. Канта располагается продуктивная сила воображения, способная создать схему времени как «чистого образа всех предметов чувств вообще». Благодаря схеме времени существует, например, схема «множественности» - число как присоединение друг к другу единиц, определенных последовательно; схема «реальности» - бытие предмета во времени; схема «субстанциальности» - устойчивость реального предмета во времени; схема «существования» - наличие какого-либо предмета в определённое время; схема «необходимости» — наличие некоего предмета во всякое время. Кант считает, что субъект своей продуктивной силой воображения порождает основные положения чистого естествознания, которые и являются наиболее общими законами природы. Под чистым естествознанием подразумевается результат априорного категориального синтеза.

Исключительно путем синтеза категорий и наблюдений дается знание. Кант, впервые показавший, что наше знание о мире не является пассивным отображением реальности, доказал его возникновение благодаря активной творческой деятельности бессознательной продуктивной силы человеческого воображения.

В итоге, составив описание эмпирического применения рассудка (иными словами, применение его в опыте), Иммануила Канта стал интересовать вопрос возможности чистого применения разума. Согласно его размышлениям, рассудок необходимо считать низшей ступенью разума, применение которой ограничивается сферой опыта. Соответственно, здесь возникает иной вопрос: «Как возможна метафизика?». В результате исследования чистого разума Кант показывает, что разум неизбежно ввергает себя в противоречия, когда пытается получить однозначные и доказательные ответы на вопросы, имеющие философский характер. Прежде всего, это означает, что разум не может иметь трансцендентного применения, которое позволило бы ему достигать теоретического знания о вещах в себе, потому что он «запутывается» в паралогизмах и антиномиях (противоречиях, каждое из утверждений которых одинаково обосновано), стремясь выйти за пределы опыта. В узком смысле слова разум представляет собой противоположность рассудку, оперирующему категориями (может иметь только регулятивное значение: быть регулятором движения мысли к целям систематического единства, давать систему принципов, которым должно удовлетворять всякое знание).

Кант придерживается следующего положения: решение антиномий «никогда нельзя найти в опыте…».

Решение двух первых антиномий Кант находит в выявлении ситуации, при которой «сам вопрос не имеет смысла». Кант утверждает, «что к миру вещей в себе вне времени и пространства свойства «начала», «границы», «простоты» и «сложности» не применимы, а мир явлений никогда не бывает нам дан во всей полноте именно как целостный «мир», эмпирия же фрагментов феноменального мира вложению в эти характеристики не поддаётся…».

Что же касается третьей и четвёртой антиномий, то все противоречия, возникающие в них, согласно учению Иммануила Канта «улаживаются», если признается истинность их антитезисов для явлений и предполагается (регулятивная) истинность их тезисов для вещей в себе. Соответственно, существование антиномий, по Канту, является одним из доказательств правоты его трансцендентального идеализма, противопоставившего мир вещей в себе и мир явлений.

Кант отмечал, что всякая будущая метафизика, которая хочет быть наукой, должна принимать во внимание выводы его «Критики чистого разума».

Поговорим немного об этапах научной деятельности И. Канта.

В развитии своей философии Кант прошел два этапа:

• «докритический»;
• «критический».

Указанные понятия определяются в таких работах философа, как «Критика чистого разума» от 1781 года; «Критика практического разума» от 1788 года; «Критика способности суждения» от 1790 года.

На первом этапе своей работы (до 1770 года) Кант прорабатывал вопросы, поставленные перед ним философской мыслью предшественников. Помимо этого, в указанный период ученый занимался естественнонаучными проблемами. И. Кант:

• разработал космогоническую гипотезу происхождения Солнечной системы из гигантской первоначальной газовой туманности («Всеобщая естественная история и теория неба», 1755 год);
• дал начало идее генеалогической классификации животного мира, то есть распределения различных классов животных по порядку их возможного происхождения;
• выдвинул гипотезу естественного происхождения человеческих рас;
• изучал роль приливов и отливов на нашей планете.

Второй этап деятельности Канта начинается примерно с 1770 - 1780-х годов. И. Кант занимается изучением вопросов гносеологии, то есть процесса познания, размышляет над метафизическими (общефилософскими) проблемами бытия, познания, человека, нравственности, государства и права, эстетики.

Кант всячески отвергает догматический способ познания. Он считает, что вместо него необходимо принимать за основу метод критического философствования. Сущность указанного метода заключается в исследовании непосредственно разума, его границ, а также в исследовании отдельно взятых способов человеческого познания.

Главным философским произведением Иммануила Канта принято считать «Критику чистого разума». В указанной работе первоначальной проблемой автор выделяет следующий вопрос: «Как возможно чистое знание?». В первую очередь, это имеет отношение к возможности неэмпирической математики и априорного естествознания.

Данный вопрос Канта нашел отражение в определениях различий аналитических и синтетических суждений. То есть: «Как возможны синтетические суждения априори?». Здесь под «синтетическими» суждениями Кант понимал суждения с приращением содержания по сравнению с содержанием входящих в суждение понятий. Указанные суждения Кант отличал от аналитических суждений, которые раскрывают смысл этих понятий. Так чем же все-таки они различаются? Ответ на этот вопрос таков: аналитические и синтетические суждения различаются между собой, прежде всего тем, вытекает ли содержание предиката суждения из содержания его субъекта (природа аналитических суждений) или же, наоборот, добавляется к нему «извне» (природа синтетических суждений). Термин «априори» означает «вне опыта», в противоположность термину «апостериори» — «из опыта». Так возникают следующие четыре рубрики:

Аналитические суждения принято считать априорными, потому что для них не нужен опыт. Следовательно, нужно указать еще и на то, что апостериорных аналитических суждений не бывает. Соответственно, они всегда будут синтетичными, так как их предикаты черпают из опыта содержание, отсутствующее в субъекте суждения. Что же касается априорных синтетических суждений, то по Канту они включаются в состав математики и естествознания. Именно благодаря априорности, эти суждения содержат всеобщее и необходимое знание (такое, которое нельзя отделить из опыта).

И. Кант указывает на то, что познание начинается, в первую очередь, с опыта, а его связь, то есть необходимость и всеобщность, нет. На это указывал и Юм, но в отличие от Канта, он делал скептический вывод о связи опыта как о привычке. Кант же относит ее к нужной деятельности разума, к априорной деятельности (широкий смысл; трансцендентальное исследование). «Я называю трансцендентальным… познание, занимающееся не столько предметами, сколько видами нашего познания предметов…», — говорит Кант.

Кант совсем не разделял веры без границ в силу человеческого разума. Он называл эту веру догматизмом. Кант совершил Коперниканский переворот в философии, первым указав, что для того, чтобы обосновать возможности знания, необходимо исходить из того, что миру соответствуют вовсе не наши познавательные способности, а миру нужно сообразовываться с нашими способностями (чтобы познание вообще состоялось). Говоря другими словами, под догматизмом понимается не просто наше сознание, пассивно постигающее мир как он есть, а, вероятнее всего, совсем наоборот: мир сообразуется с определенными возможностями человеческого познания. То есть разум - это активный участник становления непосредственно мира, который предоставлен нам в опыте. Говоря об опыте следует сказать о том, что же он из себя представляет. Он являет собой синтез материи, которая предоставляется миром и той субъективной формой, в которой эта материя (или же ощущения) постигается сознанием человека. Кант определяет опыт как единое синтетическое целое материи и формы. Опыт по необходимости становится чем-то исключительно субъективным. Таким образом, мир по Канту различен:

- мир как он есть сам по себе (вне формирующей деятельности разума), как вещь-в-себе;

- мир как он дан в опыте.

В опыте принято выделять два уровня формообразования (или активности) субъекта.

1.  Априорные формы чувства (чувственного созерцания):

• пространство (внешнее чувство);
• время (внутреннее чувство).

В созерцании чувственные данные, то есть сама материя, осознаются людьми в формах пространства и времени. Таким образом опыт чувства становится чем-то необходимым, всеобщим (чувственный синтез). У Канта есть довольно интересный ответ на вопрос: «Как возможно существование чистой, теоретической математики?». Ученый отвечал на это следующим образом: «Она возможна как априорная наука на основе чистых созерцаний пространства и времени». Чистое созерцание (по-другому, представление) пространства является основой геометрии (взаиморасположение точек и прямых и других фигур - трехмерность), чистое представление времени -основа арифметики (числовой ряд предполагает наличие счёта, а условием для счёта является время).

2.  Данности созерцания связываются между собой благодаря категориям рассудка (рассудочный синтез). Следуя определениям Канта, можно сделать вывод о том, что рассудок имеет дело с априорными категориями, которые суть «формы мышления». Для того, чтобы добраться до синтезированного знания, необходимо пройти через  синтез ощущений и их априорные формы (пространство и время) — с априорными категориями рассудка.

«Без чувственности ни один предмет не был бы нам дан, а без рассудка ни один нельзя было бы мыслить» (И. Кант).

Познание можно достичь исключительно тогда, когда соединяются созерцания и понятия (категории), когда они представляют собой априорную систематизацию явлений, которая выражается в конструировании предметов на основе ощущений.

12 категорий рассудка по И. Канту:

1.  Категории количества:

• единство;
• множество;
• цельность.

2.  Категории качества:

• реальность;
• отрицание;
• ограничение.

3.  Категории отношения:

• субстанция и принадлежность;
• причина и следствие;
• взаимодействие.

4.  Категории модальности:

• возможность и невозможность;
• существование и несуществование;
• необходимость и случайность.

Опытом становится именно тот чувственный материал познания, который упорядочен с помощью априорных механизмов созерцания и рассудка. Основываясь на ощущениях, которые выражаются констатациями (например, «это красное» или «это кислое»), оформляются через призму времени и пространства, через определенные априорные категории рассудка, возникают суждения восприятия, яркими примерами которых могут служить следующие сочетания: «камень тёплый», «солнце круглое», затем - «солнце светило, а потом камень стал тёплым», и следом - развитые суждения опыта, в которых наблюдаемые объекты и процессы подведены под категорию причинности: «солнце вызвало нагревание камня» и т. д. Понятие опыта у Канта совпадает с понятием природы: «…природа и возможный опыт — совершенно одно и то же».

Согласно положениям, которые выдвигает И. Кант, базой любого синтеза является трансцендентальное единство апперцепции (этот термин ввел Лейбниц), под которым принято понимать логическое самосознание, «порождающее представление я мыслю, которое должно иметь возможность сопровождать все остальные представления и быть одним и тем же во всяком сознании».

Трансцендентальная апперцепция Канта - это «принцип постоянства и системной организации действия категорий, вытекающей из единства применяющего их, рассуждающего "я". (…) Она есть общая для… эмпирических "я" и в этом смысле объективная логическая структура их сознания, обеспечивающая внутреннее единство опыта, науки и природы». (И. С. Нарский)

Иммануил Кант родился 22 апреля 1724 в совсем небогатой семье. Его отец был ремесленником-седельщиком. С самого раннего детства он отличался слабым здоровьем. Мать его изо всех сил старалась дать своему сыну образование, максимально качественное в те времена. Она всячески поощряла фантазию своего сына, его любознательность. Вплоть до конца своих дней Иммануил Кант вспоминал о своей матери с великой благодарностью и огромной любовью. Что касается отца величайшего немецкого философа, то он воспитывал в сыне, прежде всего, любовь к труду.

Иммануил Кант заканчивает престижную гимназию «Фридрихс-Коллегиум» (благодаря поддержке доктора теологии Ф. А. Шульца, который заметил в нем одаренность).

Затем в 1740 году он поступает в Кёнигсбергский университет, где на тот момент существует четыре специальности - теологическая, юридическая, медицинская, а также философская. На сегодняшний день точно неизвестно, на каком же факультете остановил свой выбор немецкий философ (мнения биографов по данному вопросу разнятся). Интерес к философии у Иммануила Канта появился благодаря профессору Мартину Кнутцену, который был пиетистом и вольфианцем, невероятно увлеченным английским естествознанием. Именно этот человек вдохновил Канта на написание работы по физике.

Указанный выше труд, немецкий философ начал на четвертом году учебы. Он шел довольно медленно, так как у молодого Канта еще не было достаточное количество знаний и навыков. Он был беден, его мать к тому времени скончалась, а отец имел тяжелое материальное положение. Иммануил Кант зарабатывал немного денег подрабатывая уроками, богатые одноклассники оказывали ему всяческую поддержку. Канту оказывал помощь и пастор Шульц, и родственник по линии матери - дядя Рихтер, который впоследствии взял на себя большую долю расходов для того, чтобы опубликовать дебютную работу И. Канта - «Мысли об истинной оценке живых сил». Кант писал ее около трех лет, а печатал четыре года, но окончательно она была допечатана лишь к 1749 году. Она вызвала совершенно разные по своему характеру отклики, критика также имела место.

И. Канту не удается закончить свое обучение из-за смерти отца. Чтобы хоть как-то прокормить свою семью, он идет работать домашним учителем в Юдшен (ныне Веселовка) на 10 лет. Именно в это время (примерно в 1747-1755 годы) им разрабатывается и публикуется космогоническая гипотеза происхождения Солнечной системы из первоначальной туманности.

В 1755 году Кант наделяется правом преподавать в университете благодаря успешной защите диссертации, а также получению докторской степени. Период его преподавания длился около сорока лет.

В деловой переписке величайшего немецкого философа нашел свое отражение интересный факт, связанный с Семилетней войной: с 1758 года по 1762 Кёнигсберг находился под юрисдикцией российского правительства. К частному случаю следует отнести и то, что в 1758 году прошение на должность одинарного профессора И. Кант адресует императрице Елизавете Петровне. К огромному сожалению, письмо так и не было доставлено императрице по причине его потери в губернаторской канцелярии. Что же касается вышеупомянутого вопроса о кафедре, то он был решен не в пользу немецкого философа, а в пользу другого кандидата. Основанием послужил более старший возраст (и по годам, и по стажу преподавания).

В наименьшей степени продуктивным периодом в творчестве Иммануила Канта принято считать период господства Российской империи над Восточной Пруссией. Ведь за все эти годы из-под пера немецкого классика вышло лишь некоторое количество эссе, которые были посвящены землетрясениям. Но после указанного периода Кантом была издана целая серия работ.

В течение того промежутка времени, когда русские войска пребывали в Кёнигсберге, И. Кант держал у себя на квартире несколько молодых дворян в качестве пансионеров, а также имел знакомства с некоторыми из русских офицеров. Среди них было довольно большое число мыслящих людей. В одном из офицерских кружков И. Канту было предложено читать лекции по физике и физической географии. Это было актуально, т. к. Иммануил Кант после полученного отказа очень усиленно принялся заниматься частными уроками: он преподавал даже фортификацию и пиротехнику.

Естественнонаучные и философские изыскания Канта дополняются «политологическими» опусами; так, например, в трактате «К вечному миру» им впервые были прописаны культурные и философские основы будущего объединения Европы в семью просвещённых народов.

С 1770 года было принято предложение по ведению отсчёта «критического» периода в творчестве Иммануила Канта. В этом же году, а именно в возрасте 46 лет, он был назначен профессором логики и метафизики Кёнигсбергского университета, где до 1797 года преподавал обширный цикл дисциплин, включая философские, математические и физические.

В своем письме к К. Ф. Штойдлину, которое значится от 4 мая 1793 года, Кант рассказал о целях своей работы следующим образом:

«Давно задуманный план относительно того, как нужно обработать поле чистой философии, состоял в решении трёх задач:

1. что я могу знать? (метафизика);
2. что я должен делать? (мораль);
3. на что я смею надеяться? (религия);

наконец, за этим должна была последовать четвёртая задача — что такое человек? (антропология, лекции по которой я читаю в течение более чем двадцати лет)».

Именно этот этап жизни величайшего немецкого философа XVIII века принято считать этапом написания основополагающих философских работ, которые принесли И. Канту репутацию одного из самых выдающихся мыслителей того времени, оказавшие огромнейшее влияние на дальнейшее развитие мировой философской мысли:

1. «Критика чистого разума» (1781 год) — гносеология (эпистемология);
2. «Критика практического разума» (1788 год) — этика;
3. «Критика способности суждения» (1790 год) — эстетика.

И. Канту пришлось включить в свою жизнь жесткий режим. Прежде всего это связано с тем, что состояние его с здоровья с самого раннего детства было очень слабым. Именно этот жесткий режим позволил ученому пережить всех своих друзей. Его точность следования распорядку стала притчей во языцех даже среди пунктуальных немцев и вызвала к жизни немало поговорок и анекдотов.

Что же касается семейного положения немецкого классика, то следует сказать, что он никогда не был женат. Он говорил, что когда он хотел иметь жену, не мог её содержать, а когда уже мог — то не хотел. Впрочем, по имеющимся данным, И. Кант никогда не принадлежал к кругу женоненавистников; он всегда охотно беседовал с разными женщинами, был приятным светским собеседником. В старости же за ним ухаживала одна из сестёр.

Существует также мнение и о том, что Кант иногда проявлял юдофобию.

Кант писал: «Sapere aude! — имей мужество пользоваться собственным умом! — таков… девиз Просвещения».

Иммануил Кант был похоронен у восточного угла северной стороны Кафедрального собора Кёнигсберга в профессорском склепе. Над его могилой была возведена часовня. В 1924 году, к 200-летию Канта, часовню заменили новым сооружением, выполненным в виде открытого колонного зала, разительно отличающимся по стилю от самого собора.

Представления, мысли немецких классиков XIX - начала XX веков (к каким относятся Иоганн Готлиб Фихте, Иммануил Кант, Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг, а также Георг Вильгельм Фридрих Гегель) формировались вследствие опубликования канонических собраний их сочинений. Преимущественно, конечно, публикация сочинений подобного рода, а именно авторизованных полностью (либо же в какой-либо определенной части) корпусов творческого наследия, уникальнейшей ценности реализовывались по мере довольно-таки существенного отбора и являлась результатом личной, частной, корпоративной и прочей цензуры. В некоторой степени все описанное выше сопряжено с тем, что многочисленные собрания становились потомками философов. Хорошим примером послужит следующее: одни из первых собраний сочинений Фихте и Шеллинга были их сыновьями, принадлежали по праву им. Время от времени они становились последователями, учениками, как, например, в случае Гегеля. Не оставляет сомнений и тот факт, что в обоих случаях изданию подвергались исключительно определенное количество текстов, которые отбирались заранее, то есть только те, которые признавались наиболее важными.

В начале XX века имела место усиленная работа по исследованию и постижению рукописного наследия названных ранее авторов. Далее, довольно в скором времени обнаружилась так называемая work in progress (определенная структура, которая продолжает модифицироваться и перерабатываться). В начале же все это рассматривалось публикой как окончательные продукты, как определенные завершенные версии архитектонически законченных систем.

Что касается Иммануила Канта, то применительно к нему все очевидно благодаря публикации так называемого Opus postumum, который представлял собой обширный корпус заметок, выполненных от руки, в которых И. Кант уже после публикации своих основополагающих сочинений продолжает критически пересматривать проблематику указанных сочинений, а также и реакции различных критиков и оппонентов на доводы, приведенные им.

Применительно к Фихте и Шеллингу огромнейшую функцию возложило на себя опубликование необозримого корпуса так называемых текстов «второй руки». Здесь, прежде всего, речь идет о тех текстах, которые являются не рукописями философов, а слушательскими записями их лекционных курсов. И Фихте, и Шеллинг, и Гегель динамично работали университетскими профессорами, каждый из них рассматривал возможность читать лекции как своего рода философскую площадку, как пространство для определенных экспериментов, как лабораторию. Каждый величайший мыслитель того времени экспериментировал с своим понятийным материалом, который разрабатывался на протяжении всей жизни.

Почему термин "немецкая классическая философия" отражает определенные исторические реалии, на которые она претендует, не в полном объеме? Разберем указанный вопрос более подробно.

Во-первых, термин "немецкая классическая философия" включает в себя, предполагает, что под классическими представителями (то есть фигурами в некотором смысле нормативными) для философии первой половины XIX века принято считать четырех величайших мыслителей того времени, а именно:

1) Иммануила Канта (1724-1804);

2) Иоганна Готлиба Фихте (1762-1814);

3) Фридриха Вильгельма Йозефа фон Шеллинга (1775-1854);

4) а также Георга Вильгельма Фридриха Гегеля (1770-1831).

За всем этим стоит следующее: в понятие классической немецкой философии не включаются довольно большое количество важнейших феноменов, которые призваны, прежде всего, определять интеллектуальный климат, иными словами, умственные условия первой четверти XIX века как в Германии, так и в других европейских странах. Туда никоим образом не попадает ни романтическое движение (например, сюда можно отнести широчайшее и разностороннее философское творческое направление представителей Йенского кружка или же философские испытания Фридриха Гёльдерлина), ни традиция мысли герменевтической, начинающейся от Иоганна Георга Гамана, и заканчивающейся Фридрихом Астом и Фридрихом Шлейемахером, ни философские искания определенных персонажей, к которым относятся, например, Готтхильф Генрих Шуберт, Фридрих Генрих Якоби или Йозеф Гёррес. И даже философское творчество Веймарских классиков, к коим принято относить Гёте и Шиллера, оказывается далеко за пределами сферы, которая охватывается указанным термином.

Во-вторых, в представление, образ немецкой классической философии включается также представление о конкретной преемственной связи между четырьмя философами, названными выше. Вдобавок, можно сказать, ветхозаветной преемственной связи по такому принципу, как: Кант «родил» Фихте, Фихте — Шеллинга, Шеллинг — Гегеля. Из этого следует, что развитие философии, о которой мы говорим, полагается рассматривать как определенный процесс, сконструированный телеологически. Философия Гегеля представляет собой его наивысшую точку, кульминацию и, вместе с этим, началом конца, как это когда-то описывал Энгельс. При всем вышеописанном высказывается предположение о том, что существует единая проблема некоторого рода, различные стадии, этапы развития и решения которой представляют собой указанные ранее четыре мыслителя.

Если мы посмотрим на это с другой стороны, например, со стороны многознаменательной действительности исторического развития, то особо примечательно здесь будет довольно быстрое обнаружение следующего факта: на самом деле в реальности философского процесса все гораздо труднее, чем на той картинке, которая предполагается этим расхожим термином. Подразумевается, что вся высокоинтеллектуальная панорама первой половины XIX века при любых обстоятельствах координируется с критическим переосмысливанием главнейшей проблематики в кантовской философии. Во всяком случае, указанная дифференциация с Иммануилом Кантом совершенно не довольствуется урегулированием определенного рода общих вопросов Фихте, Шеллинга, а также Гегеля. Проект энциклопедистики Барона Фридриха фон Гарденберга, который публиковался под псевдонимом Новалис, является ответной реакцией на Иммануила Канта. Сюда же следует отнести и философствования на тему соотношения веры и знания в творческих работах Фридриха Генриха Якоби и Йозефа Гёрреса, а также исследования философской герменевтики выдающимися мыслителями - Астом и Шлейермахером. В рассуждении всего достаточно скоро вырисовывается распределение на господствующие положения, которые накапливают в себе важнейшее содержание всего философского процесса. Описанное выше распределение подразумевает решительно установленную нормативную точку зрения на философию в целом, а если говорить более подробно, то речь идет о конкретном мировоззрении, которое предопределяет основную ценность в философии - попытки организовать всеобъемлющую, законченную философскую систему, выстроенную по определенным единым правилам. Следовательно, те философские замыслы, идеи, взгляды, которые либо не претендуют на определенную последовательность, или же предлагают какие-либо принципиально отличающиеся модели самого понимания того, чем же является систематическая философия и в чем же все-таки может заключаться ее систематичность, оказываются вытесненными на периферию (благодаря как раз использованию этого термина).

Исторически сложившееся представление о прямой преемственности между отцами-основателями, о которых говорилось ранее, также не выдерживает никакой критики. Если посмотреть на их биографии и на творческие пути, которые они сумели пройти, то довольно скоро можно увидеть, что даже прямая хронологическая последовательность выхода в свет их сочинений не выстраивается. То есть, например, если брать в расчет представления, которые нашли свое отражение в различного рода учебных пособиях, некоторые из них (к таковым можно отнести и гегелевские произведения) никак не могли быть созданы раньше, чем определенные шеллинговские или фихтевские сочинения, тогда как в реальной хронологии, в действительности, их хронологическая последовательность оказывается далеко не соответствующей указанным выше ожиданиям.

В связи с этим, если речь заходит о классической немецкой философии, следует отдавать себе отчет в том, что в действительности это наименование по своим внутренним характеристикам, по своему содержанию охватывает более обширную систему феноменов, целый комплекс, и более сложное устройство интеллектуального ландшафта, чем то, которое в нем должно предполагаться. Указанный образ, который принято считать устоявшимся, основывается на доминировании систематической философии, на том, чтобы выдвигать на первый план Иммануила Канта, Иоганна Готлиба Фихте, Фридриха Вильгельма Йозефа фон Шеллинга и Георга Вильгелима Фридриха Гегеля и на модели квазиветхозаветной преемственности, также был подвергнут довольно радикальной критике и потребовал серьезной ревизии в свете тех исторических и, прежде всего, архивных данных, ставших гордостью, достоянием ученых в период с 20-х годов XX века по сегодняшний день.

Революционное значение имели открытия, сделанные после Второй мировой войны, в 40-е, 50-е и 60-е годы XX столетия. Все дело в том, что в настоящее время, благодаря работе некоторых из издателей, ученые имеют в своем распоряжении более обширный массив текстов, который позволяет нам реконструировать более адекватные образы даже тех философов, которые, как нормативные фигуры, рассматриваются в качестве главных представителей немецкой классической философии.

• Иммануил Кант;

• Иоганн Готлиб Фихте;

• Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг;

• Георг Вильгельм Фридрих Гегель.

Труды этих ученых создают смысловое ядро того, что обычно называется немецкой классической философией. По мнению Фридриха Энгельса, к их числу также стоит относить Людвига Фейербаха. Последний посредством своих трудов обусловил возможность перехода от идеалистической к критической материалистической философии (которая, по мысли Ф. Энгельса, являлась закономерной кульминацией развития всей европейской философии первой половины XIX века). Именно таким образом можно обозначить границу этой традиции.

Такое понимание классической немецкой философии нашло своё выражение практически во всей учебной литературе по истории философии рубежа XIX–XX веков. Оно активно продвигалось в неокантианских описаниях истории философии Нового времени; став традиционным, классическим, оно было внедрено в университетские учебные курсы, до сих пор читаемых во многих странах.

Однако сам термин «немецкая классическая философия» не везде и не всегда применялся с одинаковым успехом. В частности, в немецкоязычной и англоязычной философских традициях многие десятилетия было не принято говорить о классической немецкой философии; исследователи предпочитали использовать понятие «немецкий идеализм». Однако на содержательное наполнение определения эта замена не оказала существенного влияния, оно оставалось примерно таким же.

Немецкая классическая философия, немецкий идеализм впервые затронули вопрос о том, что же из себя представляет сущность знаний: «Что есть знание?». Рассмотрим указанный выше вопрос в интерпретациях величайших деятелей немецкой классической философии.

1. Для Иммануила Канта данный вопрос сводился к вопросу о возможности существования чистой математики, чистого естествознания. Указанное утверждение нашло отражение в его работе по названием «Критика чистого разума». В формулировке Канта вопрос о сущности знания сводится к вопросу о возможности синтетических суждений априори.
2. Для Фихте вопрос о знании является таким же актуальным, как и вопрос о сущности человека. Фихте полагает, что знание необходимо считать способом конституирования мира, если субъект является необходимым условием его существования.
3. Что касается Шеллинга, то он рассматривает знание как результат развития самой природы. Иными словами, возвращает вопросу о сущности знания его объективную составляющую.
4. Синтез вопроса о естестве знания с точки зрения Гегеля можно выразить следующим образом: «Истинной формой истины является система знания». В своём учении о категориях Гегель раскрывает диалектическую целостность необходимости и случайности, необходимости и свободы. В диалектическую логику, созданную Гегелем, включаются следующие категории:

• «бытие»;
• «небытие»;
• «становление»;
• «качество»;
• «количество»;
• «мера».

Заключительной частью вышеописанного труда является учение о понятии, содержащее в себе логический процесс развития таких понятий, как:

• «объект»;
• «механизм»;
• «телеологическое отношение»;
• «практика»;
• «жизнь».

Таким образом, обобщая все вышеописанное, можно сделать вывод о том, что диалектическая логика Г. Гегеля является не только теорией познания, но и онтологией. Понятие развития – центральное понятие гегелевской диалектики.

5. Что же касается Фейербаха, то вопрос о сущности знания становится уже не таким существенным (на фоне величайшего успеха науки и техники). Это, прежде всего, свидетельствует о том, что возможность знания перестала быть проблемой.

Не менее важной основной характеристикой классической немецкой философии также следует признать попытку осознания самой философии как одной из наук. Иммануил Кант считает, что предшествующая философия была лишь филодоксией, попыткой рассуждать на различные темы философии, но ни в коем случае не философией в самом строгом смысле слова, то есть не имела никакой научной основы. В поддержку Канта, Иоганн Готлиб Фихте признавал философию «наукоучением», или, если использовать немного иную формулировку, науку о науке. Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг отвергал традиционное противостояние между философией и науками о природе, размышлял над различного рода достижениями естествознания. В произведении "Феноменология духа" (1807 год), являющемся одним из первых крупнейших трудов Гегеля, провозглашалось следующее: «Истинной формой, в которой существует истина, может быть лишь научная её система. Моим намерением было – способствовать приближению философии к форме науки – к той цели, достигнув которой она могла бы отказаться от своего имени любви к знанию и быть действительным знанием».

Центральной мыслью, идеей классической немецкой философии принято считать идею свободы. Иммануил Кант являлся сторонником самоуправления британских колоний в Северной Америке, а также приветствовал и независимость Соединённых Штатов. Невозможно признать случайным факт о том, что в своём время Иммануил Кант, абсолютно также, кстати, как и его последователи, воспринимал Великую французскую революцию как новую отправную точку, начало новой эпохи, а именно считал ее эпохой признания гражданских прав людей, свободы каждого члена общества. Однако, к огромнейшему сожалению, в практических результатах указанной выше революции впоследствии разочаровались. Все это нашло своё отражение в двух злободневных произведениях (памфлетах) Иоганна Готлиба Фихте: «Попытка содействовать исправлению суждений публики о Французской революции» (1794 год) и «Востребование от государей Европы свободы мысли, которую они до сих пор угнетали» (1794 год).

Георг Вильгельм Фридрих Гегель в одной из своих величайших работ «Философия истории», написанной в 1832 году, рассуждал о Французской революции следующим образом: «Это был величественный восход солнца. Все мыслящие существа праздновали эту эпоху». Фихте в не менее известных и интереснейших лекциях «О назначении ученого» (1794 год) заявляет, что «...всякий, считающий себя господином других, сам раб... Только тот свободен, кто хочет все сделать вокруг себя свободным». Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг перевел «Марсельезу» на немецкий язык. Обосновывая базисность, существенность свободы, Шеллинг в своём труде «Система трансцендентального идеализма» преобразовывает указанный абстрактный принцип, делая его конкретным. То есть: «Самый недостойный и возмущающий душу вид приобретает зрелище такого устройства, при котором владыками являются не закон, а воля устроителя и деспотизм...», - говорит он. В «Философии истории» Гегель утверждал следующее: «Всемирная история есть прогресс в сознании свободы, – прогресс, который мы должны познать в его необходимости». Согласно уже известным идеям Иммануила Канта, свобода человека заключается в соблюдении, следовании определенным законам своего собственного разума, потому что свободным является только то, что действует по собственному «принуждению» (как деятельность осознанная и целенаправленная), а не по принуждению внешнему. Непосредственно сами законы разума в философии Канта, в его этике, а именно природная склонность любого человека размышлять, рассуждать о Душе, Мире, Боге, подводят читателей к существованию такого понятия как «Бог», являющегося не существующим в реальности (как в религиозном представлении), а существующим в сознании каждого отдельно взятого человека, потому что у каждого есть свой разум, мышление и своё мировоззрение, но с законами, являющимися одинаковыми для всех благодаря их всеобщей природной склонности. В высокоразвитом свободомыслящем обществе человеку должно принимать решения, учитывая то, что Бог существует вне зависимости от существования либерального Бога на самом деле. Ввиду того, что по Иммануилу Канту не существует христианского Бога, любящего людей, то для наиболее точной, правильной деятельности либерального общества необходимо покончить с христианством, но с учетом того, что Церковь не будет ликвидирована, будут отсутствовать нападки на неё. Он полагал, что существует возможность ее использования для достижения свободы, то есть для возвращения к либеральным богам древних фюреров, но в рамках определенно существующего правопорядка, подчиняясь законодательству - это, видимо, является и пародией, и сатирой... Впрочем, как известно на сегодняшний день, Кант являлся не только философом, но и сатириком. Примечательно то, что далеко не все свои работы он признавал сатирическими. Так, например, «Грезы духовидца, пояснённые грезами метафизики» и некоторые другие его лекции по географии были признаны им исключительно сатирическими (для аудитории). Но интересные сатирические моменты прослеживаются и в других трудах выдающегося немецкого философа, в которых он довольно часто придаёт большое значение далеко не свободомыслящей морали приближённых короля, а совершено противоположной ей христианской морали. Иммануил Кант был приверженцем именно свободы, а не либерализма. Если рассматривать подлинную свободу в смысле Канта, то определяться она будет как правопорядок. Но уже Гегель в своих работах рассуждает над свободой, как над осознанной необходимостью следовать, соблюдать законы развития природы, а также общества.

В конце XVIII века Германия переживала далеко не лучший этап в своем развитии. Параллельно с огромнейшей неудовлетворенностью реальными процессами имело место духовное конструирование идеальных образцов общественных состояний и отношений. Указанный порыв эмоций нашел раньше всего свой выход в искусстве. Но самые захватывающие, увлекательные процессы в это время протекали, конечно, в философии. Многие мировоззренческие проблемы, если не сказать большего, нуждались в переосмыслении. Мир в глазах людей того поколения разрушался, рассыпался, раскалывался. Он пришел в движение. Именно поэтому восприятие его людьми носило фрагментарный характер. Всеобщность, всеохватность событий, происходивших в мире в то время, породили потребность в появлении универсальных теорий и систем миропонимания, с помощью которых было бы возможно освоить культуру всей этой эпохи. Задача данного диапазона соответствует исключительно философии. Но за всю историю развития человечества только немецкой классической философии удалось выдвинуть и осознать подобную цель, а впоследствии и достичь ее.

Для Германии той эпохи были характерны следующие черты:

1. Экономическая отсталость, которая наиболее ярко проявлялась в преобладании феодальных отношений: крепостные крестьяне, земледелие доминирует над промышленностью, низкая производительность труда.

2. Политическая отсталость, выражающаяся в том, что Германия являлась не единым государством, а конгломератом из независимых, полусуверенных государств.

Немецкие обыватели начали мечтать о своем господстве только лишь тогда, когда буржуазия Франции завоевывала господство как в своей стране, так и на европейском континенте, буржуазия Англии развила промышленность, подчинила политически себе Индию, а весь остальной мир экономически.

3. Слабость немецкой буржуазии, которая не могла достичь политической силы, потому что у нее не было экономической. Не очень хорошо обстояло дело и с ее союзниками.

4. Буржуазная революция во Франции. Наполеон являлся для Германии представителем революции, о которой мечтали немецкие буржуа, принесший с собой ее принципы, а также разрушив феодальные порядки. Но вскоре национальная гордость немцев была уязвлена, а после разгрома Наполеона феодальные порядки укрепились еще больше.

5. Включение немецкого пролетариата в борьбу с феодальными порядками (из-за обстоятельств, делавших буржуазию бессильной что-то поменять в стране), что окончательно определило характер буржуазии.

6. Двойственность и противоречивость Германии. С одной стороны - ее мечты о революции и своем господстве; с другой – бессилие совершить эту революцию и боязнь пролетариата.

7. Противоречивость и двойственность немецкой классической философии (из-за противоречивости положения немецкой буржуазии).

Еще существовавшие в то время и имевшие значительное влияние феодальные порядки, постепенно изживали себя как в поле литературном, так и морально-нравственном. Философские размышления в данный момент были направлены не на изменение действительности (ее преображение и совершенствование), а на создание неких идеальных теоретических моделей, последовательно аргументированных и имеющих твердую научную основу. Реальные преобразования действительности, проходя через философское переосмысление, позволяли создать модель идеального преобразования (взамен политической революции, серьезных конфликтов внутри общества предлагалось поступательное совершенствование и преобразование культурных установок общества - революция философская). Как отмечал Г. Гегель, философия особенно необходима в такие периоды, когда происходят кардинальные изменения в политической жизни общества, так как мысль, идея всегда предшествует реальности, преобразует ее: если система представлений уже является революционно преобразованной, то реальность не может оставаться такой, как прежде.

Развитие и становление немецкой классической философии являлось одним из наиболее важных выражений знаменательного подъема духовного воспитания и культуры, который начался в германских государствах приблизительно с середины XVIII века. Указанный подъем впоследствии был включен в общее европейское движение общественной мысли, которое получило такое название, как Просвещение. Правда в экономически обособленной и политически разрозненной совокупности немецких государств (а их число примерно равнялось 400!) объективные условия для того, чтобы провести антифеодальную и антимонархическую революции, отсутствовали в то время, так как немецкая буржуазия из-за некоторой своей слабости не смогла сыграть свою роль, роль класса (который возглавлял бы противоборство крестьянских масс), необходимую для подобной революции, представители головной немецкой культуры, которые в основном принадлежали к выходцами из бюргерской среды, смогли с гораздо большей силой выразить свое недовольство (характерное для эпохи Просвещения) феодальным гнетом, а также деспотизмом коронованных правителей и клерикальным засильем. Немецкая классическая философия, литература, которые претерпевали огромнейшее влияние событий, бывших в то время в иных странах Европы, таких как, например, Англия, Франция, в своих общественных идеалах предугадали перспективы развития Германии (причем в лучшую сторону).

Развитие немецкой классической философии пришлось на эпоху глубочайших изменений, происходивших в различных сферах общественной жизни (в экономической, социально-политической, а также духовно-идеологической) всей Европы, которые так или иначе затрагивали также и немецкие государства, становились предметом размышлений философов, живших в то время, чей взгляд на мир не являлся национально ограниченным, учитывая его определенность условиями своей страны. Затем за вышеупомянутой революцией Просвещения, революцией мировоззренческой, случилась Великая французская революция (1789-1794гг.), которая имела мировой резонанс, потрясла соседние феодальные государства (преимущественно в ходе войн). Эти войны с 1792 года по 1815 вела революционная Франция, затем Франция наполеоновская с коалициями противоборствующих государств, куда входили и немецкие. Период феодально-монархических режимов, который последовал за всем этим, сменился (это произошло после революции во Франции 1830 года) приблизительно двумя десятилетиями вызревания условий для целой серии буржуазно-демократических революций, которые в 1848—1849 гг. имели место быть в европейских странах, в том числе затронувших и германские государства. Примечательно следующее: в определенных государствах имели место одни из первых выступлений революционного пролетариата.

Также следует отметить и то, что перемены революционного характера происходили и в естествознании, в котором механика теряла свою прежнюю главенствующую роль. Ближе к концу VIII в. сформировалась химия как учение о качественных превращениях природных веществ. В первые десятилетия XIX в. впервые появились новые, немеханические отрасли физики, которые, к слову, вызывали огромнейший интерес философов. К таким отраслям можно отнести учение о магнетизме и электричестве, которое вскоре объединилось в одну научную дисциплину, изучающую электромагнитные явления. Невероятно быстро прогрессировала определенная совокупность биологических дисциплин. Она все более продвигалась к тому, чтобы создать условия для выработки научно обоснованной теории эволюции, которая обобщала бы теоретическое построение.

Следует упомянуть и острейшую борьбу свободомыслия и религии. Последняя в период после окончания Великой французской революции совершала попытки отвоевать свои позиции, которые утратила в эпоху Просвещения, а потом снова вынужденно отступала, так как была вынуждена совершить это, в условиях нового подъема освободительной борьбы.