Глава 76. Горное царство.
К счастью, его ставка оправдалась.
Но результат всё равно превзошел все его ожидания.
— Я думал, что встречу чьих-то потомков, — сказал Бу Нин, окинув самого себя взглядом. — Таких же, как я сейчас: с другой внешностью, другим характером. От прошлого в них остался бы лишь осколок души, но и этого хватило бы, чтобы духи массива открыли врата.
Он долго смотрел на свою современную одежду: она сильно отличалась от того, что носили в его эпоху. Затем он криво усмехнулся и сказал:
— Впрочем, наверное, даже это было слишком смелым предположением. По правде говоря, тогда я не осмеливался мечтать даже о потомках.
Бу Нин резко поднял голову и с изумлением посмотрел на него.
Потому что, сколько бы раз он ни составлял предсказание, он не видел никого, кто мог бы оставить потомков в круговороте перерождений. Никого, кроме самого себя, с наполовину утраченной душой.
Это казалось очевидным. Иначе его массив нельзя было бы назвать отчаянной ставкой, на которую он поставил всё.
Но Вэнь Ши всё же задал этот вопрос. И это привело Бу Нина в полное замешательство.
Он внимательно осмотрел Вэнь Ши с ног до головы, затем с надеждой взглянул на Се Вэня. Немного поколебавшись, он спросил:
— Шиди, ты…
— Он потерял душу, — сказал Се Вэнь. — Недавно нашлась одна её часть.
— Потерял душу? — с тревогой переспросил Бу Нин, всматриваясь в Вэнь Ши. — Тогда неудивительно, что духи массива так долго никого не узнавали.
В случае Вэнь Ши, когда в теле оставался лишь осколок духовной оболочки, её запах был слишком слаб для духов массива, веками охранявших это место. Скорее всего, они смогли распознать ее только когда этот осколок пришёл в движение.
— Но… как ты мог потерять душу? — спросил Бу Нин.
Вэнь Ши покачал головой.
— Не уверен. Так было всегда, сколько я себя помню.
Бу Нин нахмурился ещё сильнее.
— Очень немногие способны оставаться в этом мире без души. Тем более тысячу лет. Шиди, ты…
На первый взгляд жизнь длиной в тысячу лет могла показаться невероятной удачей, но если вдуматься, это означало быть прикованным к миру смертных и не иметь возможности уйти.
Вероятно, из-за специализации в формациях, мысли Бу Нина сразу приняли более мрачный оборот.
— Ты, возможно, этого уже не помнишь, но я когда-то рассказывал тебе о нескольких крайне зловещих массивах. Если установить связь с определенными сущностями, можно добиться того, что обычному человеку показалось бы невозможными.
Он пояснил:
— Конечно, у каждого свои желания и цели. Но как ни крути, всё обычно сводится к одному и тому же: славе, богатству, совершенствованию или долголетию.
Вэнь Ши едва было не решил, что Бу Нин всё неправильно понял и подозревает, что он воспользовался каким-то демоническим массивом, чтобы продлить себе жизнь.
Однако Бу Нин, обеспокоенно нахмурившись, продолжил:
— Духовные сущности, которых используют подобным образом, нередко оказываются привязанными к миру смертных и не могут обрести освобождение. Если задуматься, это очень напоминает твоё нынешнее положение.
Он бросил взгляд на Се Вэня. Как и в юности, долго смотреть на него он не осмелился и поэтому почти сразу перевёл взгляд обратно на Вэнь Ши.
— После того, что случилось с шифу, запечатывающий массив исчез, а вместе с ним пропал и ты. Чжун Сы и Чжуан Е тогда были совершенно измотаны и не могли заниматься поисками. Я пытался тебя разыскать, но безуспешно. Я всё думаю: а не воспользовался ли кто-то твоей уязвимостью? Не попытался ли использовать твою душу в своих целях? Возможно, именно поэтому ты и оказался в таком положении.
Бу Нин подбирал слова крайне осторожно, но Вэнь Ши сразу уловил смысл.
Услышав о его состоянии, большинство людей первым делом решили бы, что он сам прибегнул к какому-нибудь демоническому массиву, чтобы остаться в мире живых.
Бу Нин же, наоборот, опасался, что кто-то злонамеренно воспользовался слабостью Вэнь Ши, превратил его в духовную сущность и обрёк на существование между жизнью и смертью.
Даже спустя тысячу лет, этот вечно печальный и тревожащийся шисюн ни на миг не усомнился в своём шиди.
Вэнь Ши покачал головой, стараясь развеять опасения Бу Нина.
— Вряд ли. Непохоже.
Бу Нин:
— Почему ты так уверен?
Вэнь Ши:
— Если бы меня превратили в духовную сущность, моё существование было бы куда более жалким. А так я просто засыпаю после каждой жизни и просыпаюсь через несколько десятилетий.
Бу Нин:
— И как это происходит?
Вэнь Ши:
— Когда срок моей жизни подходит к концу, я засыпаю. Без боли, без болезней. А потом просыпаюсь, пройдя через врата.
Он намеренно все приуменьшил и рассказал об этом вскользь, не упомянув ни о мучительном угасании духовного сознания, ни о том, сколько крови приходится пролить, выбираясь из-под земли через Врата Забвения.
По сравнению с тысячелетним ожиданием встречи, которая могла никогда не состояться, собственная участь казалась Вэнь Ши куда легче. По крайней мере… в мире смертных было довольно оживлённо.
Лишь временами он чувствовал себя немного потерянным и лишенным опоры, без тех, кто был ему дорог.
Услышав слова «без болезней и без боли», Бу Нин заметно расслабился. Он никогда прежде не слышал ни о чём подобном, поэтому тут же спросил:
— Что собой представляют эти врата?
Вэнь Ши ответил:
— Они похожи на врата, возникающие в массивах, только идти через них дольше и путь получается длиннее. Я не знаю, куда ведёт другая сторона, поэтому просто взял первое попавшееся название из книги и назвал их Вратами Забвения.
В юности Бу Нин особенно любил всё новое и неизведанное. Если ему попадалась какая-нибудь диковинка, он мог возиться с ней днями напролёт. А стоило ему столкнуться с чем-то непонятным, и он тут же забывал обо всём остальном.
Чжун Сы бессовестно этим пользовался. Он то и дело подсовывал старшему шисюну всякие загадочные вещицы, а потом с удовольствием наблюдал, как тот несколько дней ломает над ними голову. Конечно же, после этого Чжун Сы неизменно получал взбучку.
За прошедшую тысячу лет, жизнь и смерть успели изменить мир до неузнаваемости, но Бу Нин остался прежним.
— Что же это за массив такой?.. — задумчиво произнёс он.
Так ничего и не придумав, он машинально спросил Вэнь Ши:
— Неужели по ту сторону врат и правда ничего нет?
Вэнь Ши всерьёз задумался.
— Иногда оттуда доносятся какие-то звуки. Но редко. Очень тихие, почти неразличимые. А иногда…
Иногда ему казалось, что где-то далеко позади стоит человек и молча наблюдает за ним.
Однако вокруг царила кромешная тьма, в которой невозможно было ничего разглядеть. По правде говоря, это больше напоминало игру воображения…
Всякий раз, вспоминая это ощущение, Вэнь Ши к одному и тому же выводу: скорее всего он сам всё это придумал — возможно, потому что слишком сильно хотел, чтобы это оказалось правдой. В общем обычный самообман.
Поэтому он осёкся на полуслове, покачал головой и сказал:
— Нет, больше ничего. Это всё.
Всё ещё сбитый с толку Бу Нин по привычке обратился за помощью к Се Вэню:
— Доводилось ли шифу слышать о чём-то подобном?
Взгляд Се Вэня был устремлён куда-то в сторону. По непонятной причине он казался немного рассеянным. Трудно было сказать, слышал ли он их разговор — всё это время он хранил молчание.
Вэнь Ши невольно проследил за его взглядом, но ничего не увидел.
Когда он снова посмотрел на Се Вэня, тот уже отвёл глаза. Мельком взглянув на Вэнь Ши, он спокойно ответил Бу Нину:
— Нет, не доводилось.
После этого Се Вэнь перевёл разговор в другое русло:
— Ты сказал... в тот день он исчез?
Он указал на Вэнь Ши, а затем тихо добавил:
— И ещё ты сказал, что Чжун Сы и Чжуан Е тоже здесь?
Бу Нин опустил взгляд и кивнул.
— Да, оба.
Казалось, он хотел добавить что-то ещё, но, не найдя подходящих слов, лишь почтительно сделал приглашающий жест.
— Должно быть, шифу и шиди уже давно не были на горе Сунъюнь. Позвольте мне проводить вас.
С этими словами он передвинул несколько круглых камней массива.
В пещеру ворвался новый порыв ветра, куда сильнее предыдущего, и принёс с собой запах горных трав и деревьев. Казалось, ветер вдруг стал живее, словно обрёл собственную волю.
Бу Нин направился к выходу из пещеры. Проходя мимо Чжан Лань и Чжан Ялиня, он остановился и вежливо склонил голову.
— Не нужно становиться на колени. Вы…
Он указал на себя.
— Родственники моего нынешнего воплощения? Или соседи?
Чжан Лань выпрямилась, придерживаясь рукой за камень.
— Да я не специально. Просто ноги подкашиваются, и я не могу встать.
Бу Нин привык всем распоряжаться внутри этого массива. Стоило ему взмахнуть рукавом, и порыв ветра одним движением поднял на ноги Чжан Лань, её брата, кукол… а заодно и Ся Цяо, который стоял на коленях за компанию.
— Мы его… — Чжан Лань хотела было объяснить, кем они с братом приходятся Чжоу Сюю, но глядя на Бу Нина-лаоцзы у нее язык не повернулся назваться его «тётей». Это выглядело бы так, будто она пытается, воспользовавшись положением, набиться великому предку в родственники.
Пришлось срочно выкручиваться.
— В общем, мы просто его знаем.
Бу Нин кивнул и вдруг спросил:
— А этот нынешний я… какой он? Любит ввязываться в неприятности?
— Он прямо… — машинально начала начала отвечать Чжан Лань, однако тут же осеклась, кашлянула и поправилась: — В общем, он славный ребёнок.
Когда к ним подошли Вэнь Ши и Се Вэнь, Вэнь Ши добавил:
— Он любит прихвастнуть и довольно много болтает. Причём редко о чём-то приятном, так что легко выводит окружающих из себя. Он совсем на тебя не похож.
Услышав это, Бу Нин вдруг рассмеялся, словно вспомнил что-то забавное.
— Что тебя так развеселило? — спросил его Вэнь Ши.
— Да ничего. По-моему, это даже неплохо, — ответил Бу Нин.
Когда ему было около шестнадцати или семнадцати, он постоянно дразнил Чжун Сы. Он уже не помнил, с чего тогда начался тот разговор, но хорошо запомнил его вопрос:
— Великий Бессмертный - шисюн, тебе всё равно нечем заняться. Может, предскажешь, кем я стану в следующей жизни?
В тот момент Бу Нин перебирал камни для го. Не поднимая головы, он ответил:
— Ты же терпеть не можешь подобные предсказания. Какая польза знать всё заранее? К тому же речь идёт о следующей жизни.
Чжун Сы кивнул.
— И правда. А ты? Тебе же такие предсказания по душе?
Бу Нин возразил:
— Но я не люблю предсказывать собственную судьбу.
Чжун Сы:
— Тогда каким бы ты хотел быть в следующей жизни?
Немного поразмыслив, Бу Нин ответил:
— Пожалуй ... чуть более несносным. Таким, как ты.
Чжун Сы сердито фыркнул и тут же опрокинул его доску для го.
Вторая половина этой фразы была сказана в шутку. Первая же — совершенно искренне.
Когда-то он всей душой желал именно этого.
Он надеялся, что его будущий «я» сможет говорить всё, что захочет, не скрывая своих тревог и не взвешивая каждое слово. Что ему не придётся постоянно оглядываться на прошлое или беспокоиться о будущем. Что он сможет открыто радоваться и сердиться, хвалить то, что любит, и ругать то, что ему не по душе. Что рядом будут люди, на которых можно положиться, и ему больше не придётся в одиночку нести бремя событий, слишком тяжёлых для одного человека.
Выходит, небеса всё-таки были к нему не слишком жестоки. Можно даже сказать, они исполнили его давнее желание.
Бу Нин обернулся, отвёл в сторону закрывавшие вход в пещеру длинные лозы и указал Вэнь Ши и Се Вэню на горную тропу впереди:
— Следуйте за мной.
Вэнь Ши никогда прежде не видел этого места. И всё же, едва он вышел наружу и вдохнул влажный горный воздух, ему показалось, будто время повернуло вспять.
Вероятно, всё дело было в массиве. Пространство внутри и снаружи словно принадлежало двум разным эпохам, разделённым тысячей лет.
Как только он ступил на тропу, его вновь окутал облик из прошлого: длинные волосы, свободные одежды и высокий, стройный, исполненный достоинства силуэт. Совсем как холодные сосны горы Сунъюнь, который даже после снежной бури продолжают тянуться к небу.
Сделав несколько шагов вперёд, он вдруг понял, что рядом никого нет, и обернулся.
Се Вэнь стоял у выхода из пещеры и смотрел прямо на него. Почему-то он так и не сдвинулся с места.
— Что случилось? — спросил его Вэнь Ши.
Се Вэнь резко отвёл взгляд и на мгновение прикрыл глаза. Через секунду он снова посмотрел вперёд и наконец ступил на тропу.
Ему вдруг вспомнился год, когда ему было девятнадцать. Тогда, после долгой разлуки, он увидел Чэнь Будао, возвращавшегося на гору Сунъюнь. Тот выглядел почти так же, как сейчас: алые одежды, длинные волосы, белоснежный воротник. Полы его одеяний мягко скользили по лазурным камням, однако ткань всегда оставалась безупречно чистой.
Казалось, время торопливо пронеслось мимо, не оставив на нём следов.
И даже сейчас Вэнь Ши ловил себя на том, что никак не может отвести взгляд.
Он думал, что за тысячу лет перерождений успел повидать всё: мирскую суету, все её радости и горести. Он видел, как люди не желали прощаться, не могли отпустить прошлое и смириться с потерей; как они жили с обидами и сожалениями, как страдали от разлуки с теми, кого любили.
Он думал, что давно перестал быть тем юношей с горы Сунъюнь, который из-за нескольких снов и некоего человека терял душевный покой и безжалостно отсекал все мирские узы.
Он всё позабыл, но теперь снова вспомнил; он расстался с Чэнь Будао, и вновь с ним воссоединился.
Ему казалось, что теперь он сможет спокойно стоять рядом с этим человеком: разговаривать с ним, видеть его каждый день и не терять самообладания. Иногда ловить себя на лёгком волнении из-за случайного взгляда или незначительного жеста.
Но между ними всё равно сохранялась бы некоторая дистанция: не такая большая, как между чужими людьми, но уже не такая, как между учителем и учеником. Ему даже казалось, что таких отношений было бы вполне достаточно.
Но сейчас он вдруг понял, что всё это время ошибался.
Он скучал по дням на горе Сунъюнь. Скучал по оживлённой тренировочной площадке на склоне; по озеру Цинсинь, спрятанному в расщелине; по звёздному небу и снегу на вершине. Скучал по этому человеку, единственному и неповторимому.
Когда-то всё это было его домом, его самой прочной связью с миром смертных. Как же он мог так легко от этого отказаться?
Он всё ещё был безрассудным. Всё ещё жадным.
Но если бы ему пришлось выбирать, он предпочёл бы просто идти следом за этим человеком, держась на расстоянии одной ступени.
Даже если тот ни разу не обернётся, он всё равно сможет долго-долго идти за ним.
Когда Се Вэнь приблизился, Вэнь Ши невольно отступил в сторону, освобождая ему место на тропе. Его пальцы на миг коснулись спины Се Вэня.
— Почему? — Се Вэнь опустил на него взгляд.
На этот раз Се Вэнь не стал допытываться. Несколько мгновений он молча смотрел на него, затем кивнул и двинулся вперёд.
Вэнь Ши шёл следом, держась на расстоянии одного шага. Стоило поднять взгляд, и перед глазами вновь оказывалась знакомая спина.
Тропа петляла среди тумана. Узкие каменные ступени были влажными и скользкими.
Спустя некоторое время Вэнь Ши вдруг спросил:
— Когда ты понял, что у меня нет души?
До него донёсся мягкий, глубокий голос Се Вэня:
— Тогда почему ты ничего не сказал?
Этот вопрос мучил его с тех самых пор, как он узнал, кем на самом деле был Се Вэнь. Сначала он всё время вертелся у него на языке, но он не знал, как его задать.
Позже, когда чувства, которые он пытался скрыть, стали слишком явными, он решил просто похоронить этот вопрос глубоко в сердце и больше к нему не возвращаться.
Но в конце концов всё-таки не смог удержаться.
Се Вэнь тихо рассмеялся, возможно, вспомнив их первую встречу. Он не обернулся, и Вэнь Ши не видел выражения его лица, он мог только слышать его голос.
— Если бы при нашей первой встрече я сразу сказал тебе, что я твой… шифу.
По какой-то причине он на мгновение замолчал. Пауза была практически незаметной, но Вэнь Ши всё равно уловил её и резко остановился.
Однако уже через секунду Се Вэнь снова заговорил тем же ровным голосом, будто эта заминка была всего лишь игрой воображения, словно легкий ветерок, проскользнувший мимо.
В голосе Се Вэня звучала улыбка:
— Боюсь, сначала ты бы хорошенько меня высмеял, а затем выставил за дверь.
Не услышав за спиной шагов, он обернулся.
Вэнь Ши поджал губы и снова двинулся вперёд.
Немного помолчав, он спросил:
— А после?
На этот раз Се Вэнь не спешил отвечать.
Они долго шли в тишине. Тропа повернула; под ногами осыпались мелкие камни, и идти стало труднее. Поднявшись на очередную площадку, Се Вэнь вдруг остановился, обернулся и взял Вэнь Ши за руку.
Его взгляд скользнул вниз, к камням под ногами Вэнь Ши. Казалось, под влиянием знакомых пейзажей горы Сунъюнь он на мгновение вернулся в прошлое и просто по привычке решил помочь ученику пройти трудное место.
Когда Вэнь Ши тоже поднялся на площадку, Се Вэнь отпустил его руку и снова посмотрел вперёд.
Немного помолчав, он тихо произнес:
— На всё есть свои причины.