
В Одессе дети уговаривали ювелира Буцмана завести кота. Буцман был скорее нет чем да. Объяснял причины. Первая: шерсть. Дети возражали - но таки есть уже попугай, а от него перья.

21 швата 5535 года (22 января 1775) евреи были изгнаны из Варшавы. Вообще-то жить им там не разрешалось и ранее, но совершать визиты по делам дозволяла Сеймовая конституция, мотивируя «общею пользою и ослаблением дороговизны товаров». Образовался даже посёлок, т. н. «Новый Иерусалим», где евреи селились для временного пребывания в городе. Но, в конце концов, их «попросили» и оттуда, квартиры разорили, товары конфисковали и продали.

Если еврейка Мария Маркус (супруга Кирова) прожила в городе на Неве всю Блокаду и умерла там в январе 1945 года , то Голда Горбман оказалась в Ленинграде в самом начале войны , поскольку была… женой маршала Клемента Ворошилова (или как её ещё называли «Женой всей Красной Армии»).

Во дворе человек выгребал сугроб из-под Пежо и складывал на крышу Опелю. Хранить осадки у нас негде, мужчины дарят снег друг другу. Прибежал папа Опеля, тоже с лопатой. Он не хотел себе чужих осадков, к концу зимы он ничего уже не хотел. Такой февраль, упасть в сугроб и плакать. Мужчины сначала диспутировали, потом фехтовали на лопатах. Сверху, перевесившись через подоконник, смотрела женщина. Курила, улыбалась. Ей нравилось, что наш район не захолустье и жизнь кипит.

После самых жестоких в истории российского самодержавия погромов 1903-1905 годов, из империи эмигрировал в Америку шестилетний еврейский мальчик, который позднее, во время Холодной войны диктовал условия советской военной машине.

Мейер Лански, «бухгалтер мафии», Бенджамин Сигел, основатель Лас-Вегаса, и Арнольд Ротштейн, хозяин алкогольной империи во времена «сухого закона» – все они дети эмигрантов из бедных еврейских семей, ставшие королями подпольной Америки.

Они были как Пигмалион и Галатея. Великий режиссёр делал из дебютантки великую актрису, потому что любил её больше жизни. Но даже огромная любовь не защитила Всеволода Мейерхольда и Зинаиду Райх от их страшной судьбы.

Не знаю, как назвать эту сладость тортом или пирогом, но бабушка , собираясь его делать всегда говорила:

Мадам Берсон выгодно купила утку. Птица была так себе, может, поэтому торговка уступила ее за цену практически символическую. А может, домой спешила. Новый год на носу, а она на базаре застряла. В общем, сладко поторговались, торговка сбагрила утку, посиневшую от холода, а мадам Берсон, наоборот, утку купила и стала решать, что она с ней будет делать.

Полина Самойлова всегда была самой красивой девочкой в классе. Да что там в классе… В школе, если не в самом городе. Это признавали все, даже самые завистливые. Она была высокой, стройной, с длинной русой косой. Была очень спортивная: на всех районных соревнованиях — первые места всегда были ее.