Кто виноват и что делать, ч. 1

Дисклеймер

Из за нелицеприятных выводов, авторы статьи пожелали остаться анонимными, но коллективы "Готического форума", JT Rec и Grave Generation решили дать материалу свет, помогли собрать материал и разместили его.

О чем и для кого эта статья

Если вы читаете эту статью, то вам вряд ли нужно объяснять, что такое “готика”, “готы” и т.п. Помните, когда готы собирались тысячами на Чистых прудах? Вы, наверняка, либо знакомитесь с субкультурой в середине 2020-х и считаете все это байками дедов, либо же испытываете приступ ностальгии по тем временам, когда готика в России была весомым и значимым культурным феноменом. Многотысячные концерты, общение с суперзвездами из Европы, поездки на фестивали, большое количество тематических вечеринок - всё это действительно имело место в начале-середине 00-х в РФ. Теперь, конечно, это в прошлом. Но почему? Что случилось? Что пошло не так? Кто виноват, и что делать?

Этот текст - попытка осмыслить, почему гот-движ в России оказался для большинства той самой подростковой “фазой” и практически вымер за какие-то два десятилетия.

Сегодня вряд ли кто вспомнит, что Shortparis в свою питерскую бытность играла на гот-вечеринках. Да и факт, что московские мероприятия собирали по несколько тысяч стильно одетых молодых посетителей, тоже кажется чем-то фантастическим.

Почти никто не знает, что мода на постпанк была экспортирована из готической сцены. Сейчас гото-лук можно собрать в один клик, но… от всего этого веет “ретро”, а вечеринки в массе превратились в дискотеки для тех, кому за 40.

Как так получилось, что самая образованная и креативная сцена стала восприниматься исключительно как маргинальный кладбищенский сброд? И почему у нас на арене сегодня два пост-панка, два синт-попа, и улучшений на самой сцене не предвидится? Попробуем сделать анализ с оглядкой назад.

Восьмидесятые: Кривой старт

Ночь, улица, фонарь, Ленинград 80-х. Где еще должна была зарождаться русская готика, как не в серости и декадансе невских берегов? Все сложилось само собой: вот есть русский Боуи (в ролях Борис Гребенщиков), а вот и  первый русский панк (в ролях Андрей Панов), стало быть, должны быть и первые русские готы.

Отбросьте скепсис и постарайтесь судить объективно. В 1985-м двое юношей, один из них с корейскими корнями, пропускают через себя ранние альбомы The Smiths и The Cure, и на выходе все слышат «Это не любовь». В дальнейшем, скептики будут говорить, что «фу, все содрали, ничего своего». Нет, говорим мы. Возьмите инструмент в руки и пройдитесь по партиям Юрия Каспаряна — благо, доступных и детальных разборов партий появилось масса. Безусловно, вдохновленный оригиналом, он сделал эту музыку сложнее и интереснее.

Александр Ионов (Ionoff Music, организатор Ионотеки, промоутер):“Готическое направление заходило в Россию два раза. Первый раз в середине 80-х на волне новых романтиков: белое жабо и макияж Цоя, Алиса в зловеще-агрессивном гриме копирующие The Cure, мрачно-бледные лица Nautilus Pompilius с подведенными глазами вокалиста Бутусова как нечто среднее между Гари Ньюманом и Kraftwerk, и наконец, гротескный Аукцыон (визуально, ну чем не Virgin Prunes?) ” -

К концу 80-х все эти парни не только мчались на волнах коммерческого успеха, но и очевидно накренились в сторону готик-рока. Например, кроме очевидных цитат The Smiths и The Cure, были  отчетливые отблески Sisters Of Mercy. Тем не менее редкие интервью или кадры Африки в футболке First & Last & Always говорят сами за себя. Скептики снова скажут, что "Группа Крови" или Алиса того же периода — откровенный мейнстрим. Ок, допустим. Но ведь так и Sisters Of Mercy, The Mission, The Cult у себя на родине — это скорее мейнстрим-группы, им явно благоволит коммерческий успех. Диски выходят золотыми тиражами, ротации на радио и ТВ регулярны, концерты в турах частят солд-аутами.

У нас все развивается тем же образом. Еще в 1987-м концерты Кино посещают Де Ниро и Янковский,  а к концу десятилетия Цой с группой собирает Олимпийский. У Алисы “чёс” по всей стране. Это суперзвезды. Гребенщиков и подавно за рубежом косплеит Боуи под руководством Дэйва Стюарта. И, по представлениям других, более молодых, музыкантов, пускай и со схожими вкусами, весь этот успех воспринимался скорее негативно.

Саша Скворцов (Дурное Влияние) в «Героях Советского Нью Вэйва» заявлял, что они «старались иметь как можно меньше общего с заматеревшими группами ленинградского рок-клуба». Новая питерская волна была  уже на подходе. Дурное Влияние и Югендштиль — это две первые группы, которые уже отчетливо позиционировали себя как русский ответ Bauhaus, Joy Division и Killing Joke. По-ледяному, бескомпромиссно и одновременно изящно парни прорисовали четкие очертания, как должна звучать русская готика. Упомяните Югендштиль или Дурное Влияние где-нибудь на Wave Gotik Treffen, и, если вы общаетесь с осведомленными людьми, они точно одобрительно начнут кивать головой.

Москва же тянулась к индустриальной и ново-волновой стороне. Биоконструктор как первый синти-поп проект, НИИ Косметики (на лицо как Specimen и добрые внутри), Ночной Проспект, Французское Сопротивление и другие.

И тут мы подходим к главному вопросу. Как так получилось, что на фоне такого «банкета» не осталось даже следов «праздничного пирога»? Как вышло так, что, имея в истории музыки более чем достойные примеры для подражания, мы получили ноль, и никто из вышеупомянутых корифеев не оставил последующим поколениям ничего значительного?

Подозреваем, что субкультура не смогла вырасти на не очень с ней  совместимом, в случае России, субстрате в виде масс-культуры. Российский народ попросту устал от перманентного бунта, воспетого в песнях Кино и Алисы. Тот же Кофе или Игры не были на пике популярности, а наш отечественный «positive punk» в виде Дурного Влияния и Югендштиля, не требовавшие «перемен», сначала сменили отечественную поляну на зарубежную, а затем и вовсе отошли на задний план под напором гранжа и альтернативы, слышных из каждого утюга.

Александр Ионов: русская готическая волна так и не набрала обороты потому, что, “русские музыканты отказались от странных образов в угоду более популярных тем героизма и политики, романтические заигрывания с "мраком" остались не востребованы. Цой хотя бы ещё копировал басовые риффы The Sisters of Mercy на альбоме Группа Крови, но никакой готики там уже не было, гитара звала в бой, как труба. В глубочайшем андеграунде остались эпигоны Bauhaus Дурное Влияние, они собирали от силы 50 человек в маленьком клубе.”

В дальнейшем, однотипный хардкор-саунд начала 90х банально вытеснил со всех площадок ту музыку, которая была адресована интеллектуалам и интровертам. В общем-то, логично: она никогда и не была создана для толпы, и в какой-то момент так просто совпало. Учтем также, что тусовка вокруг подобной музыки была немногочисленной и не оставила за собой какого-либо молодого поколения, всё, что осталось после них, очень быстро и почти буквально стерлось из памяти. Первый звонок прозвенел, а нужных выводов никто не сделал.

Дурное Влияние, Югендштиль, Биоконструктор, Кофе, НИИ Косметики и другие залежи советского пост-панка, синти-попа и волны, подобно сундуку с кладом, через 25 лет откопают и присвоят себе отнюдь не готы, а хипстеры, сделав темную сцену 1980-х “своей”. Далее мы придем к этому, но обо всём по порядку.

Девяностые: Вакуум и Коронер

По идее, слом поколений и страна, напоминавшая на тот момент полумертвую чумную лошадь, должны было стать питательной почвой для готических групп. Уж где-где, а в России 90-х в полной мере можно было погрузиться в океаны хтони и декаданса. Что-то подсказывает, что должно было быть именно так. Но было не так!

Ситуация была зеркальной почти в любом городе-миллионнике. Немногочисленные интеллектуалы-отщепенцы с доступом к правильному винилу, записям, зарубежной прессе и молодежь, подрастающая на журналах Экзотика, газете Энск, передачах Виниловых Джунглей в итоге были настолько малочисленны, что, считай, их и не было.

С одной стороны, прибалтийский лейбл Zona Records совершил культурную экспансию, запустив через союзную сеть магазинов Мелодия лицензионные релизы 4AD, тем самым познакомив широкую аудиторию с Joy Division, Cocteau Twins, Dead Can Dance, Lush, Pixies.  С другой стороны, в самое пассионарное и многообещающее десятилетие для музыки, готику банально смыла лавина новых жанров. Гранж, рейвы, все возможные варианты “мазафака-кора”, окончательно созревший шугейз, манчестерская волна — все это многообразие буквально не оставило шансов для музыки 1980-х.

Ну и будем откровенны: депрессии вокруг и так хватало с лихвой для того, чтобы погружаться на самое дно. Представители метал-сцены и вовсе прибегли к неприкрытому мародерству, в создавшемся вакууме 90-х, попросту отжав себе термин «готик». Собственно, с тех пор именно метал-музыка напрямую стала ассоциироваться в России с готикой, а большинство в дальнейшем появившихся готических групп имели корни в метал-сцене.

Леонид Новиков (Para Bellvm; журналы: Fuzz, Rolling Stone; организатор Radio Inferno): “Чтобы понять, почему нам не нравится “русская готика” - сразу после Дурных Влияний и Югендштилей и де сего момента - стоит внимательнее присмотреться к тому, что происходило вообще со всей российской рок-сценой в начале 90-х: она попросту терпела крах. Достаточно вспомнить экономическую ситуацию, разочарование перестроечным флёром, полное непонимание даже у маститых рок-музыкантов - в каком направлении двигаться дальше. Что тут говорить об инди-сцене? Взрослая жизнь и холодильник диктовали свои правила игры, поп-музыка - какой бы она ни была - справедливо занимала всё предоставленное пространство, жалкие очаги рок-СМИ не могли справится с теми же самыми проблемами, что и артисты: на обложку надо ставить популярного музыканта, а не независимого… (К примеру, самым нераспроданным номером журнала FUZZ, где я работал, был номер с Петром Мамоновым). К очередному буму на “готику” в стране не осталось ни одного более-менее внятного артиста, представлявшего жанр. За несущественным исключением, практически все вписавшиеся в “новую российскую готик-волну” артисты не были на концертах никого, кто действовал на сцене в конце 80-х-начале 90-х. Перенимать эстафету было просто не у кого. И о недавних героях было попросту неоткуда узнать. Тотальная информированность - это привилегия, все-таки, нового века. Распалась связь времен.”

Павел Золин (Purple Fog Side, JT Rec., Самарское готическое сообщество) В какой-то момент было ощущение, что в девяностых зрителей не было, были одни музыканты. В Самаре был легендарный мультиформатный фест «Самый Плохой», и целое движение вокруг, включая очень нетривиальные и не всегда веселые, экзистенциальные пост-панк и прог  “на серьезных щах”: тут выделю Хуго Уго, MAD, Гаврош, Руки, Мик Кук и Компания (Контора Кука), Стугерон Янссен. В нашей реальности DCD и The Cure были библией, рядом на полке стояла отмороженная электроника того же времени в исполнении блэк-металлистов (Beherit), индустриальщиков (Coil, Front 242, Laibach, EN, Ministry) и техно-хулиганов (Aphex Twin) и классиков (Kraftwerk, Can, Tangerine Dream), а полировалось все смелыми выходками Tiamat и Celtic Frost — и все это было абсолютной нормой для какого-то 1995-го.   Мы прямо на ходу пытались создавать конкуренцию, а косплей и карго-культ менялся на аутентичную самобытность за считанные недели. Было очень сильное кровосмешение у музыкантов, представители разных культур и школ просто стучались лбами друг о друга, настолько все было плотно!  То есть, было нормально, если грайндкор-коллектив делает кавер на The Cure. Мы не искали свою субкультуру, мы ее формировали. Ощущение, что буквально занимались музыкой, чтобы не сдохнуть, настолько все было «на грани фола», и всегда была открыта дверь — в алкоголь и вещества, чем многие и воспользовались. И естественно, когда горизонтальные связи расползлись до общероссийских, все встретили друг друга с распростертыми объятиями, но это уже другая история, произошедшая, скорее, в 2000-х.

«Преторианцев» и «адвентистов», оставшихся верными пост-панк сцене, остались единицы. Как правило, у этих ребят в первую очередь «готика была в душе», и, хорошо владея матчастью, часто эта тусовка выглядела как банальные обыватели, в противовес эпатажному внешнему виду 00-х, за которым не было ни музыки, ни тем более каких-либо знаний о субкультуре.

Если пропагандируемый через московские и питерские клубы агрессивный рэп-кор создавал наносной оптимизм, то те, кто искал иную музыку, в таковом не пребывали. Оставшиеся ново-волновые и пост-панк группы либо окончательно сдаются, либо начинают безуспешно экспериментировать с современными жанрами. В большинстве своем выходит так себе. В крупных городах образуются маленькие тусовки. В Ростове-на-Дону, Воронеже, Самаре, Калининграде, естественно, Питере и Москве собираются тусовки фанатов The Cure и Depeche Mode. Наиболее продвинутые где-то умудряются отрывать записи второй волны готик-рока и встающего на ноги дарквейва.

Виталий 'Whisper' ( Shadowplay Records в 00-х, Dark Entries fest, промоутер):
В Воронеже тогда все вертелось вокруг группы Molotoff Cocktail. Через этих парней шел приток записей, прессы, поэтому и тусовка была в основном вокруг них. Мои одногодки из Вероятности Контроля скорее были мрачными отнюдь не из-за экспериментов с саундом, а из-за экспериментов с веществами, хотя и то и другое шло рука об руку. Стилистически все вроде как вместе, но порознь. Несмотря на то, что была возможность делать первые goth-party и люди даже выделялись откровенным имиджем, собирала вся эта катавасия не более 15 человек. Но было отчетливое понимание, что не хочется жить в общем тренде. Для нас тот же гранж или Prodigy стали буквально токсичными. Найти что-то по гранжу или indie не было проблематичным - NME, Melody Maker, куча журналов. По goth сцене  - практически нереально. Радость была одна : город студенческий, на стажировку сюда регулярно приезжали британцы и немцы, и всегда можно было перехватить чего-то свежего. Именно в то время я обзавелся первыми выпусками Zillo, и тогда уже был знаком с большинством имен немецкой шварц-сцены. Но в целом присутствовала какая-то безнадёга, что вот-вот и ты её потрогаешь рукой. Факт фактом — середина 90-х в культурном плане это выжженная пустыня. Ты или рубишься на рэйвах с объебосниками, или занимаешься стэйдж-дайвингом под очередной клон Nirvana или RATM. Альтернатива заключалась в том, что альтернативы почти не было. Я думаю, так почти везде было.

Но все подобные “кружки по макраме” в общем-то для отечественной сцены ничего не решали. Пациент был скорее уже мёртв, чем жив. Не признавать это было глупо. Пора было вывозить труп, и вызывать коронера. Коронер нашёлся.

Ближе к середине 90-х Андрей «Coroner» Наркевич создает Russian Gothic Project, ставший готическим порталом всея Руси. Важный момент — музыкальной журналистики в стране так и не сложилось. Тотальная некомпетентность стала фирменным почерком наших журналистов. За примером далеко ходить не надо: в франшизном журнале Classic Rock, с достаточно крупным тиражом и распространением по всей стране, выходит обзорная статья про готик-сцену. Что это? “Панк и готика — это течение метал-музыки.” Несмотря на уже появившийся где-то интернет, никто даже не утруждался сверять факты. Априори в общем потоке были тонны искаженной информации. И если в Берлине или Лондоне 90% сцены выросло на Bowie и T-Rex, то наша сцена в лучшем случае росла на дум-метал группах.

Журнал Экзотика - яркий пример того, как надо делать музыкальную прессу на русском языке, пережил всего два выпуска. В итоге стало быстро понятно, что это не про деньги. Программа «А» и Виниловые Джунгли в сцепке с FeeLee все больше и больше гасили аудиторию альтернативным роком. Что-то точечно пробивалось в питерском журнале Fuzz. Блестящий ростовский ресурс Игоря Ваганова, Achtung baby!, был и вовсе на задворках андеграунда и не доступен широкой аудитории. В общем, несмотря на рухнувший железный занавес, на вспышки с приездом Coil, Einsturzende Neubauten или Ника Кейва, все это больше походило на призраков на фоне интереса к хардкору на «Учитесь Плавать». Исправление сложившегося информационного ландшафта и взвалил на себя Коронер с командой единомышленников.

Александр Ионов: “С готикой в 90х всё плохо. В глубочайшем андеграунде остались эпигоны Bauhaus, Дурное Влияние, собиравшие от силы 50 человек в маленьком клубе. Где-то маячат глубоко провинциальные Агата Кристи, оставшиеся верными подведенным глазам на долгие годы. За готику принимают даже мрачную меланхолию группы Пикник, хотя очевидно, что музыканты Пикника дома слушают какой-нибудь King Crimson, а не Clan of Xymox.”

Russian Gothic Page как можно понять, не стал первым медиа про готику, но стал первым ресурсом, почуявшим новые медийные каналы, а главное, начавшим объединять вокруг себя не только тех, кому была интересна эта субкультура, но и музыкантов. И этим каналом стал интернет. Вклад этого ресурса в развитие отечественного движа переоценить невозможно. Хоть и на чистом энтузиазме (а как еще?), Андрей с командой начал сшивание по кускам монстра под названием русская готическая сцена. RGP стал своеобразным гайдом для готов. “Делай с нами, делай как мы, делай лучше нас”.

Стоить также отметить вклад Дмитрия DMT Толмацкого (и сетевой проект RWCDAX), который еще со времен Fidonet открыл для общественности ядовитые и опасные глубины индустриальной музыки, написав с группой авторов очень качественный по тем временам Industrial Music FAQ, и аккумулировал вокруг себя множество адептов. В дальнейшем Дмитрий будет оставаться подвижником практически любых нестандартных музыкальных и творческих альтернатив.

Как ни крути, вся готическая сцена завязана на музыке, но что делать, если групп, которые исполняют эту самую музыку, по сути нет? Отпочковавшийся от журнала лейбл Exotica выпускает первый релиз архангелогородцев Moon Far Away. По сию пору этот релиз записывают в первый готический релиз России. Если отставить в сторону споры о первенстве, то по правде говоря, альбом действительно удался — объемный ethereal darkwave. Жанр, как раз находящийся на подъеме у наших зарубежных коллег.  Как закономерный результат треки из альбома были включены не в один европейский  гот-сборник. Эта ложка определенно пришлась к обеду.

Один из важных событий того времени — фестиваль Edge Of the Night (ежегодно проходящий по нынешний день. Собирающий от 1000 человек за раз в период взлета, и до своего нынешнего состояния), где команда RGP постаралась всем показать, как должна не только выглядеть, но и звучать готика. Они впервые привезли иностранцев  Ataraxia, в остальном же кормовой базой для новоиспеченных готических групп были бывшие метал-музыканты. Разминка удалась. 90-е подходили к концу, и впереди был забег длиною в 10 лет. Сшитый по частям Франкенштейн вышел на славу, как в настоящих готик-хоррорах. Жаль, как оказалось позже, он был мертворожденным.

Первая часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth1

Вторая часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth2

Третья часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth3