Кто виноват и что делать, ч.3
Этот текст - попытка переосмыслить зарождение, развитие и упадок готической субкультуры в России в период 1990-2020.
Первая часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth1
Вторая часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth2
Третья часть - https://teletype.in/@jtrec2040/rusgoth3
Дисклеймер
Из за нелицеприятных выводов, авторы статьи пожелали остаться анонимными, но коллективы "Готического форума", JT Rec и Grave Generation решили дать материалу свет, помогли собрать материал и разместили его.
О чем и для кого эта статья
Как так получилось, что самая образованная и креативная сцена стала восприниматься исключительно как «маргинальный кладбищенский сброд»? И почему у нас на арене сегодня два пост-панка, два синт-попа, и улучшений на самой сцене не предвидится? Попробуем сделать анализ с оглядкой назад.
2009-2015: Трещины
Новый виток начался в 2009 году, когда Shadowplay решили сделать open-air фестиваль Dark Entries. Фест был отнюдь не первым: в Украине уже давно проводились Дети Ночи, у московского фестиваля Synthetic Snow уже был укрепившийся положительный имидж, не говоря о пионерах Edge of the Night. Но сделать опен-эйр, да так, чтобы собраться на 2 дня под открытым небом, с упором на отечественные группы и тех, кому они интересны, было впервые. Всё совпало с эрой, когда ВК-паблики или набирали, или уже набрали свою аудиторию. Итак, август 2009 года, заброшенная турбаза под Воронежем, которая собрала 15 групп. Не прорыв, но эксперимент удался ровно настолько, чтобы пойти на новый виток. Отплыв от причала в 2009 году, Титаник вышел на оперативный простор в 2010 году, собрав почти все группы отечественной сцены, которые на тот момент что-то из себя представляли. В 2010 году фестиваль замахнулся на статус международного, порядка 30 проектов, но в сухом остатке, 3-дневный фестиваль всё-таки финансово не потянули.
Виталий Whisper (в 2009-2010 один из организаторов Dark Entries) ”Три года проведения феста можно описать кратко. Первый — энтузиазм и инфантильность. Второй — энтузиазм и попытка поиграть в бизнес. Третий — энтузиазм и некомпетентность. Что было лучше - пусть судят те, кто там был. В 2009 мы в прямом смысле ездили месяц в лес как на работу, из сухостоя срубили своими руками сцену. К 2010-му из-за совершенных ошибок энтузиазма, конечно, поубавилось, и мы подумали, что сейчас-то мы точно не наломаем дров. Ну, да… Уже в процессе букинга второго феста, стало понятно, что есть только два пути. Или вечно быть на уровне подпольных рейвов, как у нас, или отбеливать всю деятельность. Во втором случае, речь бы шла о семизначных суммах, и я до сих пор уверен, что это не удалось бы, потому что аудитория тогда была хоть и на пике, но 100% без возврата средств... без привлечения спонсоров или госфинансирования тут было бы без шансов.
При таком сценарии на сцену пришлось бы привлекать более мэйнстримовые проекты, и рано или поздно в массовке замелькали бы флажки той или иной политической структуры. Но плыть в каком-либо политическом фарватере мы точно не хотели. У нас всё было не про мейнстрим, и уж точно не про политику. И в 2011 перед нами встал выбор: или продолжить всё дальше, хотя бы потому, что люди скидывались деньгами, чтобы фест продолжался, ну или отказаться, а потом собраться силами, сделать всё позже. Как результат, фест отдали ребятам, у которых не было опыта, и это точно было неверным решением. То, что в 11-м году проходило в Подмосковье в своё время описал Макс Чистяков. Там даже критики нет, — сухое изложение фактов. Когда начали делать ещё один опен-эйр, (мы же всё-таки предложили хотя бы какую-то рецептуру) в Тольятти Ravens’ Fest, то искренне болели за него, но что-то, увы, тоже не задалось."
Попытки сделать национальный опен-эйр с 2011 года предпринимались не раз и не два. От совсем карликовых, которые сейчас никто не вспомнит, до средних типа Ravens’ Fest и летней попытки вывести из-под крыши Synthetic Snow, названный Strangel Air на площадях киностудии в Москве, но даже у них что-то не задалось.
Russian Synth Community: “Да, Strangel Air – важная и яркая страница в истории RSC. Причины того, что это была разовая акция, донельзя банальны. Фестиваль такого масштаба – это очень затратная история, которая невозможна без спонсорских денег. Судите сами: ведущие группы сцены в лайн-апе, супер-локация, мощная наружная и радио-реклама – все это подсветило текущее положение вещей и некий верхний предел посещаемости для мероприятия с такой музыкой. Повторять этот эксперимент смысла не было, но сама тусовка была супер!”
И отчасти, тренд уже был очевиден. Более молодым-резвым организаторам удалось раскопать на чердаке отцов запыленный советский пост-панк, почистить его, добавить блесток нью-вэйва и альтернативы и подать это всё как «новую русскую волну». На поверхность вышел абсолютно старый «новый» движ, объединённый фестивалем Боль. Разрыв аудитории по возрасту был колоссальным. Это стало заметно и по другим фестивалям.
Russian Synth Community: “Если говорить о деятельности RSC в целом – то мы ведь не ограничивались условной темной сценой – давайте вспомним хотя бы наши концерты GusGus и Hatari, на которых крупные клубы трещали по швам от посетителей, причем, по большей части, именно очень молодых людей. Просто на них не было практически никого из нашей постоянной публики и, наоборот, никто из пришедших на эти концерты не заинтересовался нашими другими мероприятиями. Эти аудитории так и не пересеклись. ”
Несмотря на то, что проект Arcto Promo был запущен ещё в середине 2006 года, полные обороты он набрал как раз к 2010-му. Казалось бы, интересы букинга были обращены ко всему тому же индастриалу, дарк-фолку, тёмной волне, ЕВМ... Но аудитория оказалась совсем другой. И казалось бы, да, у нас есть тот же индастриал. Какие-то группы вспахивали ниву индустриальной (как им казалось) музыки аж 10 лет, и спустя это время остались у разбитого корыта. Но нашелся и тот, кто вспомнил, что музыка эта про авангард, про экстремальность, про творчество и интеллектуальность в ее нормальном, не потребительском состоянии. Оцените сами насколько перечисленные качества близки к тем “готам” из нашего повествования. Спойлер - никак!
Александр Ионов: “Настоящим воскрешением готики в России можно считать 10-е: развитие witch-house тусовки, ревайвл дарквейва и пост-панка и даже русский пост-панк по хорошему продолжают традиции старой доброй готики 80-х.”
Теперь судите сами, что последнюю сентенцию вряд ли подошли бы группы из расплодившихся в России клонов лейбла Out of Line. Всё это в глазах подросшего поколения было как топор палача — «говнари!».
Russian Synth Community: “Всегда существует момент конкуренции. И, кроме этого, экономическая целесообразность. Посещаемость - лишь один из аспектов. Мы не ставили себе целью превратить нашу деятельность в рутину, забукировать всех на свете артистов и делать по три концерта в неделю в течение года, чтобы потом сойти с ума или разориться. А практика показывает, что это вполне реальные сценарии для этого бизнеса. Зритель видит только факт состоявшегося концерта, может визуально оценить, насколько заполнен зал, – но вся экономика и многое другое остается для него за кадром. Это частая история, когда нам кто-то говорил: посмотрите, вот такая-то промо-группа привезла и тех, и этих, и народу у них много пришло. Только есть такой момент, что даже при полном зале организатор может запросто оказаться в полном минусе. Так бывает, что потом узнаешь, что какие-то хорошие ребята всех на свете привезли, но по итогу сидят по уши все кредитах. Поэтому кто просел, а кто нет – вопрос угла зрения. Мы работаем аккуратно и рискуем только тем, чем можем себе позволить рискнуть. Возможно, поэтому мы до сих пор здесь и умудряемся даже в текущих условиях что-то делать. Так что, если говорить об ошибках, то, вполне возможно, что нам как раз удалось не слететь с катушек и сохранить здравый смысл, чтобы их не совершить”
К чему это всё? К 2015 году поколенческий разрыв уже невозможно было игнорировать. В это же время аудитория традиционных готических концертов и вечеринок начинает стремительно редеть. Во всём мире аудиторию можно создать подобно конструкторам и почти с нуля. Не зря писателей и журналистов называли «инженерами человеческих душ». Не стоит строить иллюзий, что на родине субкультуры пресса всецело стояла на стороне музыкантов, иначе бы не было таких икон, как John Peel, да и те же готические Zillo, по словам современников, были совсем иным журналом. Время журналистики сменилось временем промоутеров. У нас так и вообще учились только на временах промо.
Журналистики как таковой и не было. Перефразируя Оруэлла: “Журналистика это то, о чем никто не рассказывает. Остальное это промо” Узнать о каких-то новых интересных музыкальных проектах было нереально. Можно было прочитать про что угодно — шмот, кино и группы, которые и так не требовали представления. В том числе благодаря таким вот журналам у читателя и строилось представление о том, что такое готика. Хотя искаженная картинка к концу десятилетия начинает фонить и немного расслаиваться на альтернативные варианты, в ход пошли не совсем привычные, но новые модели. К примеру, Бункер — журнал, по своей задумке призванный продвигать тёмную сцену и вообще “за всё хорошее, против всего плохого”.
Схема проста: если за продвижение своих артистов могут платить лейблы, то почему за себя не могут платить сами артисты? И правильно, и верно! С одним «но»: групп для периодики было не так много, а журналу надо было двигаться, стало быть, включён режим «страна ищет талантов». С талантами на конвейере не задалось. Поэтому остался просто конвейер. Бункер стал самым успешным проектом, где любая группа талант могла себе обеспечить (купить). Так, на соседних страницах могли ужиться и ортодоксальные готик-рокеры, и металлисты, и кавер-бэнды. Завидуете? Да. Но, если честно, это же бизнес-схема, и она сработала, а значит, победителей не судят.
Параллельное развитие сообществ в сетях, которые стали определять, кому дышать, кому петь и т.д., завершались. Остановились в большинстве своем эти сообщества на публикации пиратского контента, исключительно из любви к искусству и чтобы нести в массы светлое, доброе, вечное. Так, к примеру, состоялся конгломерат пабликов E:\music. Но, взвалив на себя нелёгкое бремя ума, чести и совести сцены, было решено, что пора бы нести это бремя за деньги, к примеру, 500 рублей за то, чтобы про молодую группу услышали остальные немолодые слушатели. Описывающие реалии русской doomer сцены тоже решили не отставать.
Надо же как-то её строить, русскую, doomer сцену, особенно когда тебе ещё и денег за это подкидывают! Постмодерн он такой постмодерн -- ты вроде бы понимаешь, что надо уходить от бизнеса в песочнице, поднимаешь старый флаг, провозглашаешь антикоммерциализацию сцены, и - упс, открываешь ту же лавку под другой вывеской.
Довольно веселую шутку сыграла с готами история. Самая массовая российская субкультура 2000-х, на которую смотрела «загнивающая» Европа и Англия, и питала в её отношении какие-то надежды как нового форпоста готического движа, лопнула как мыльный пузырь. Фото одной из самых известных русских готик-рок групп на обложке, статьи про русскую готическую сцену в немецких и американских журналах, толпы желающих европейцев и американцев проехаться туром по России — всё в результате оказалось больше желаемым, чем действительным.
Алексей “Flop”: "Не уверен, что все пошло не так. Если вопрос подразумевает, что дарк-сцена и события, связанные с этой музыкой, минимизировались - то это, наверное, обычный процесс подъема и спада тех или иных музыкальных течений. Всё меняется, музыка вошла в эпоху цифры, потеряла некую магию и ореол, стало больше артистов, ось "артист-слушатель" размылась и измельчилась. Это было свойственно многим направлениям музыки, которые прошли через трансформацию тех лет."
Михаил «Shade»: В целом российская готическая тусовка так и осталась в своём большинстве пёстрым сборищем говнарей, которым просто было забавно намазаться и приодеться пару раз в месяц на очередную карнавал-пати. Те, кто занял готическую грядку сегодня, мне порой кажутся ещё более токсичными, чем ровесники. Казалось бы, и никто не должен помнить про фанаток Вилле Вало, и времена уже другие, но кичиться своей «трушностью» остаётся уже каким-то странным стилем поведения. Стараться окружающим доказать, что ты не гавнарь, ведя себя при этом как гавнарь, снимает все вопросы и по прошлому, и по будущему.
За 15 лет в этом большинстве никто не подумал о простой, казалось бы, на поверхности, вещи — массовость и готическая субкультура это оксюморон. Где сейчас кибер-готы, или половина почивших в Бозе групп — это вопрос риторический. Где русский пост-панк, который, как и во всём мире, плоть от плоти завязан с готической сценой? Ок, тут тоже вопрос риторический — вся латинская Америка сегодня “сидит на Кино”, равно как и на русском пост-панке. И, в отличие от наших прерий, там на русском пост-панке сидят и готы и те самые хипстеры, совместно посещая концерты.
Михаил «Shade»: «Если в России — то с тем, конечно, что появилось поколение, которому Цой нравится, ГрОБ нравится, но хочется ещё. Вот это самое «ещё» им и поставляют. Никакой конкретной субкультуры вокруг всего этого нет. Ну и плюс некоторым из этих музыкантов (например, Молчат Дома), удалось уже на волне возможностей, которые предоставляют современные средства коммуникаций, распространить это явление по миру и снискать определенную нишевую популярность.»
Артём Бурцев (ex Sierpen, Серцелев, Sierpen Records): «Я посещал андерграундные олд-скульные мероприятия в Европе, и это всё равно очень нишевая история. Мне сложно сказать, насколько она успешная даже там. Там, конечно, публика стареет, она у нас немного помоложе всё-таки. Успех русского пост-панка 2010-х годов в первую очередь связан с тем, что была преодолена демографическая яма начала 1990-х годов. Много публики появилось и не только для пост-панка, а вообще для любой музыки, и появилась аудитория. Во-вторых, во второй половине 2000-х аудитории мало было, и музыкальная индустрия не особенно продвигалась, и не было возможности освоить всё до 2017 года. А потом подрос слушатель.»
Отечественные готы, в отличие от своих заграничных собратьев, не спешили делить сцену с хипстерами и открывать свои пространства для более массовой аудитории. И если отсутствие энтузиазма в сторону открытости массовому слушателю понять можно, так как в локальных реалиях это бы почти неизбежно вынудило организаторов мероприятий сотрудничать с силовыми структурами, то отказ хостить новую волну русского пост-панка у себя дал ей возможность утечь практически полностью к аудитории журнала “Афиша” и укорениться именно там. И в итоге, огромная плеяда команд, стилистически подходящих под критерии принадлежности русской “темной сцены” не имеют с ней никакой связи. Сцена фактически уперлась в потолок своих возможностей.
2015+: Поколенческий слом
Про демографическую сторону здесь не прозвучало ровным счётом ничего, потому что это очевидно и естественно для понимания. Списывать на нее можно и удобно что угодно, но промолчать было бы тоже нелепо. 2010-е действительно стали поколенческим сломом. Много кто знакомился со сценой в середине 2000-х, на её пике, к 2010-м очевидно повзрослел. Мальчики нашли своих принцесс, принцессам после удаления макияжа пришлось чуть сложнее, но тоже нашли своих принцев. И где-то в средние 25-30 лет, началось массовое «старение». Все эти прекрасные метаморфозы, когда в 25 ты чувствуешь себя на 50, и заявляешь: «Я слишком стар для всех этих вечеринок. Я был первым готом в Медведково!» Многие создали семьи и даже обзавелись детьми. А подрастающее поколение получило неплохой иммунитет от «готики».
Claire (Russian Gothic Page): “Объединять поколения может только диалог, а его нет, незачем. Нет необходимости "доставать" музыку, искать шмотки, косметику, сейчас все это легко доступно и нет смысла в общении с более взрослым поколением, когда в интернете можно легко найти +\- сверстников и обсудить волнующие вопросы. Взрослое поколение кто ходит на концерты и пати ценит качественную организацию, хороший звук, удобный бар. Мы за удобство и качество, потому что знаем куда и на что потратить заработанное. В 20 лет на многое не обращаешь внимания, главное тусовка, знакомые, друзья.”
Диалога между первой и более поздними волнами отечественных готов действительно не было. Формат общения на форумах, дневниках и блогах уступал место более динамичному диалогу в группах ВК. Декада с конца нулевых по конец дестых годов была ознаменована появлением целой плеяды групп и пабликов, стремительно занимавших место в качестве главных площадок для общения между готами. Это были и сообщества, сфокусированные по большей части на распространении музыки и дискуссиям вокруг нее, типа: oldschool goths, Deathrock, Russian Goth Community the Gotham Goths, DARK UNDERGROUND RADIO, GIB FM, а так же тысячи групп, посвященных конкретным исполнителям, и группы, посвященные более широкому спектру тем от кино, искусства, так и шуток, вроде Дневников Шелкового Дракона, х1919х, Типичный Гот, Киберхеруля, Готач, Goth и готика — это красиво. Появлялись и более узкоспециализированные площадки для знакомств, как Знакомства в Пещере Кожанов, или для горячих дискуссий и откровенных срачей (Подслушано в готической культуре, Goths against HERKO! и т.д.). А количество городских групп и пабликов, посвященных постингу тематических фото, так и вовсе не поддается исчислению.
Примерно тогда же появляется и критика первых gothic FAQ, озвученная проектами “Готикология” и “Готиковедение” и поддержанная в группах ВК. Диалог между разными поколениями готов, который мог бы состояться в рамках этой дискуссии, просто не произошел. А “немузыкальное” наследие первых волн попросту затерялось в хаосе пабликов и каналов. Каждый оказался предоставлен сам себе.
Белорусское пост-панк трио Молчат Дома, которое за исполнение на русском языке всё равно называют русским, поменяли правила игры. Их сколько угодно можно не принимать, но парни, которые никогда не платили за страничку в Бункер, не платили за посты на пабликах, не выступали за собственные деньги на фестивалях в Москве, в результате стоят в середине афиши вместе с Siouxsie and the Banshees, Iggy Pop, Billy Idol, Love and Rockets, Echo & The Bunnymen, Adam Ant, The Human League, Gary Numan, Modern English, Gang of Four… Глупо спорить, что это вершина успеха.
Тем не менее, «russian doomer wave» вызывает не меньшее (а то и большее) количество вопросов по поводу искусственности этого новообразования. Если в плейлистах кураторов rdw могут быть одновременно и Сектор Газа и Молчат Дома и Июльские Дни (и всё это doomer wave по мнению тех, кто его продвигает), то вот с пост-панком всё более менее традиционно и понятно. Даже паблик E music/gothic-rock, в силу тренда, сменил название на E music/post-punk. Что примечательно, ушли совсем недалеко, но направление понятно. Многие справедливо сходятся к единому мнению, что тот же doomer wave ничего не имеет общего с конкретным жанром и тем более субкультурой.
Михаил «Shade»: «Это не субкультура, это просто музыка. Музыка никуда не денется, а о каких-то особых «тусовках русских постпанкеров/думервейверов» со своими отличительными особенностями, ритуалами и идеологией мне не известно.»
Поначалу национальная сцена была как будто на стероидах, и стероидами выступили информационные технологии. Если в 90-х не было готических групп, то эта сцена сшивалась, подобно лоскутному одеялу, в режиме онлайн. Появились группы, многие из которых сами не понимали свое место в сцене, но хотели выхватить свой ломтик внимания от нового тренда и новой публики. Сама массовка для этой сцены росла так стремительно, что как будто приглашала взять себя. Появились лейблы, которые в силу прогресса быстро сошли на нет. Но среди них появилась конкуренция, которая традиционно является двигателем для всего, что так или иначе касалось этого рынка. Им на смену пришли стриминги, и это новая данность. Тот, кто был дальновиднее, смог вовремя перестроиться и заручиться поддержкой музыкантов. Тот же Skyqode вновь собрал под своим крылом лучшую часть ростера бывшего Shadowplay.
Не появилось, увы, качественных медиа. Вернее, тех медиа, которые продвигали бы новых артистов, рассказывали о них, чьи рецензии можно было бы прочитать и открыть для себя что-то новое. В смене журналов пабликами всё-таки есть какой-то скам. Если журналы так или иначе готовили материал, в конце концов просто платили за его выпуск, то паблики встали на ноги за счет ворованной музыки. Набив себе подписчиков, они стали резво торговать местом в ленте, по факту теми же подписчиками. Для того, чтобы теперь вышел пост с не ворованной музыкой, артисту надо заплатить денег. Здесь всё стабильно. Стабильность — признак качества, не так ли?
Так или иначе, сцена, хоть и уменьшилась в своей массе, пройдя через трансформацию, продолжает сражаться за жизнь, оставив в себе как старые противоречия так и впитав новые тренды. Почти исчезли традиционные лейблы, но их сменили цифровые. Не появилось тематических клубов. Редкие вспышки, как московский Undead, конечно, случались, но как таковых клубов не появилось, как и организаторов. По сию пору сложно представить себе тур готик-группы, которая не упрется в букеров с монополизированным положением в том или ином городе.
Виталий Whisper: “Нa сегодня уже определенно можно говорить, что русская готическая сцена - это забавное недоразумение, прерываемое кратковременными вспышками персональных успехов. Вероятно найдутся те, кто возмущенно будут опровергать сказанное. Ок, попытайтесь назвать хотя бы три отечественные готик группы проехавших турами по той же Европе и добившихся солд-аутов на своих концертах Мы уже проходили такой этап, когда, если проект успешен, его стараются притянуть за уши в готик сцену. В 00-х и 10-х еще была иллюзия, что ситуацию можно было изменить, но процент тех , кто хотел что-то менять оказался ничтожно мал. Разговаривать и посыпать голову пеплом можно бесчисленное количество раз.”
Russian Synth Community: “Если говорить о фестивале Synthetic Snow – то это логично, что аудитория взрослеет и стареет вместе с фестивалем. Любой фестиваль-долгожитель будет тому примером. Любой! В остальном: молодежь тянется к молодежи. Какое-то время вокруг наших концертов формировалась определенная аудитория со своими вполне конкретными предпочтениями и очень остро реагирующая на любые новшества. Должны ли мы были гнаться за всеми новыми трендами, чтобы удовлетворять запросам следующих поколений в ущерб тому, что от нас ждут люди, которые с нами давно? Вопрос открытый. Появились новые группы, новые фэны, из которых потом выросли новые концертные промоутеры. Это нормальное развитие.”
Хотя очевидный плюс, исходя из положения «лучше меньше, да лучше», тоже есть. Группы, которые появились в 10-е и последующее время, уже не надо притягивать за уши, делая вид, что они примерно подходят под жанр. Команды, которые зашли на сцену в этот период, четко чувствовали свою аудиторию: Strong Product, Raven Said, ДК Посторонних, Giant Waves, Safety Dance — одни из немногих, кто знал, что делают.
Claire (Russian Gothic Page): “На данный момент субкультура немного возрождается, и приходят люди с большей сознательностью. Преемственности и не может быть, все хотят быть иными, не похожими, и прокладывать свой собственный путь. И в принципе есть это и в других субкультурах, хиппи 60х и 90х очень сильно отличаются друг от друга. Думаю, что выше я уже изложила основные причины разрыва между поколениями, Просто не было особо людей, чтоб субкультура оставалась хотя бы на одном численном уровне. Были небольшие разрозненные группы друзей/знакомых, которые могли где то встречаться или ходить на концерты.”
Так или иначе, данная статья не некролог, а карта болезни, которую преодолевает сцена. И главный ущерб нанесла не демография, а неспособность разрешить внутренние противоречия. Вместо индустрии с независимыми медиа и букингом вылезли симулякры. Ивенты уперлись в выбор между подпольем и потерей идентичности. Вместо того чтобы принять новую волну, сцена с сектантским шипением отдала их глобальному рынку, лишившись притока молодой крови и эволюционного шанса. Старшие не создали механизмов передачи наследия.
Утонула ли при этом Атлантида? Нет, последние тенденции очень положительны - возрождаются локальные движения, проводятся мероприятия разного формата, музыкальная сцена опять начинает толкаться ручками, и фестивали в целом удачно пережили "заморозку" ковидом. Пора осознать ошибки прошлого и продолжать двигаться дальше — здесь и сейчас.