Глава 98 Я не «попаданец» в книгу, а персонаж этой книги...
В конец
Цинь И вызвал ещё одну машину, и мать с дочерью отвезли домой. Ранее несколько объектов недвижимости семьи Шэнь были заложены. Квартира, в которой они теперь жили, была куплена недавно, с первоначальным взносом. Сян-нюйши одновременно оплачивала учёбу дочери и зарабатывала на ипотеку. Должно быть, это было нелегко.
Машина остановилась у подъезда. Цинь И сказал:
— Я не пойду наверх, подожду тебя здесь.
Шэнь Цы кивнул и, помогая сестре нести клетку, собрался проводить их наверх. Шэнь Гэ, радуясь наконец-то появившейся птице, совсем не боялась Цинь-шао, при котором и люди, и животные менялись в лице. Выходя из машины, она сама сказала ему:
— Старший братик Цинь И, до свидания!
Сян-нюйши провела их в квартиру. Шэнь Цы поставил клетку в гостиной и наказал сестре:
— Раз купила птиц, ухаживай за ними как следует. Не забывай кормить, вовремя чисти клетку и не тискай их постоянно. Птицы тоже живые, не замучай их до смерти.
— Конечно, не замучаю! — сказала Шэнь Гэ. — Обязательно буду хорошо ухаживать, не переживай старший братик.
Закончив наставления сестре, Шэнь Цы повернулся к тёте Сян:
— Вы говорили, что нужно забрать вещи...
— Здесь, — Сян-нюйши вынесла коробку с вещами. — Разная мелочёвка. Я не знаю, что тебе нужно, а что нет, забери и посмотри. Если что-то не нужно — выброси, если нужно — оставь. Пока хранила у себя, то не решалась их трогать.
Но чтобы не пылилось, коробка уже была заклеена скотчем. Шэнь Ци потряс ее: внутри было набито довольно плотно, и по весу она оказалась тяжелой.
Если бы это было два года назад, ему было бы тяжеловато нести коробку вниз, но теперь он вырос и стал сильнее. С коробкой в руках он подошёл к двери и добавил:
— Кстати, тётя, раз вы теперь остаётесь в Яньши, заходите к нам в гости, когда будет время.
Сян Юймэй ещё не успела ответить, как Шэнь Гэ запрыгала:
— Да-да! Я хочу посмотреть на маленького попугая старшего братика!
— Тогда договорились, — улыбнулся Шэнь Цы. — Я пошёл. До свидания, тётя, до свидания, Сяо-Гэ, будем на связи.
— Старший братик Сяо-Цы, до свидания!
Сян-нюйши проводила его до лифта. Когда двери закрылись, она с удовлетворением вздохнула:
Шэнь Цы вернулся в машину, положил коробку в багажник. Ему было очень любопытно, что внутри. Добравшись домой, он сразу с нетерпением приготовился к «распаковке».
Но вдруг подумал, что внутри могут быть его детские вещи и, возможно, какие-нибудь постыдные штуки, что лучше не распаковывать при Цинь И.
Поэтому он передал Цинь И кучу блайнд-боксов, чтобы занять котика:
— Помоги мне собрать полный комплект. Остальное положи обратно в коробки, я потом раздарю.
Цинь И посмотрел на него со сложным выражением, но ничего не сказал и послушно начал распаковывать блайнд-боксы.
Шэнь Цы понёс коробку на второй этаж, закрыл дверь, нашёл нож и разрезал скотч.
Внутри было много вещей, но ничего ценного, в основном старые предметы. Он вынимал их один за другим: сломанную музыкальную шкатулку, разряженный карманный синтезатор, пожелтевшую книгу сказок Андерсена, а также головоломки вроде девяти звеньев[1] и замка́ Лу Баня[2] — развивающие игрушки, которые родители обычно покупают детям.
[1] 九连环 jiǔliánhuán - кольца в 9 звеньев, понять что это и как это вам поможет толко видео https://www.youtube.com/watch?v=SjlaRohip90
[2] 鲁班锁 Lǔ Bān suǒ - замок Лу Баня; еще эту головоломку называют «замок Кун Мина»/«замок восьми триграмм»/ головоломка «колючка» https://goo.su/PLqRuS уверена почти у каждого в детстве была такая, сделанная в СССР(снова намеки о возрасте переводчика （＞ｙ＜）
Шэнь Цы разложил вещи по полу и подумал, что в них нет ничего полезного. Но, похоже, эти вещи покупала ему мать, иначе тётя Сян не сказала бы «не знаю, выбрасывать ли». Она считала, что раз это не её подарки, то не вправе их выбрасывать.
Подумав, Шэнь Цы всё же не решился их выбросить. Он снял с книжной полки прозрачный контейнер, протёр каждую вещь и сложил внутрь.
Вещей в коробке становилось всё меньше. Убирая последнее, он увидел учебное пособие — самую новую из всех вещей. Протёр обложку и увидел надпись: [Математика, третий класс старшей школы.]
Почему у оригинального Шэнь Цы было пособие для третьего класса старшей школы? Разве он не бросил учёбу, не дойдя до третьего класса?
Шэнь Цы на мгновение усомнился, но не стал много думать: наверное, купил заранее. Он рассеянно раскрыл книгу и увидел, что она совершенно новая, ни одного написанного иероглифа.
Когда он раскрыл, из книги что-то выпало. Подняв, он увидел поздравительную открытку от Ли Цзысина, на которой было написано:
[Шэнь Цы, поздравляю с днём рождения, надеюсь, мы будем друзьями всю жизнь!]
Шэнь Цы слегка скривил губы, подумав, что Ли Цзысин достаточно бессовестен. Теперь эта открытка выглядела просто насмешкой.
Он сразу выбросил открытку в мусорное ведро, а пособие небрежно положил рядом и увидел, что в коробке есть ещё одна вещь.
Модель телефона была очень старой, экран весь в царапинах. Скорее всего, он принадлежал прежнему Шэнь Цы. Когда тот собирал вещи и уходил из семьи Шэнь, он, кажется, видел этот телефон, но тот был в заброшенном состоянии, разряжен и не включался. Тогда он решил не брать его, забрав с собой новый телефон.
Теперь этот телефон снова оказался у него в руках и ему вдруг стало любопытно. Он нашёл первое попавшееся зарядное устройство и решил проверить, заряжается ли, — и оно действительно вошло в разъём.
Но то ли телефон слишком долго был заброшен, то ли ещё почему, после подключения зарядки экран долго не загорался. Он прождал пять минут, не видя признаков жизни, решил, что телефон окончательно сломан. Он уже хотел бросить попытки, как телефон вдруг с трудом очнулся и показал экран зарядки.
Шэнь Цы вздохнул и попытался включить телефон, но из-за неоригинального адаптера зарядка шла очень медленно. Спустя долгое время батарея всё ещё была почти пустой, состояние — едва хватало, чтобы просто держать телефон включенным.
Надеяться на полную зарядку не приходилось, поэтому ему ничего не оставалось, как пользоваться им, пока он заряжается. В телефоне, впрочем, не было ничего особенного. Видимо, при смене на новый телефон фотографии и прочее были перенесены. Память была почти свободна, но телефон все равно жутко тормозил.
Просмотрев всё, он обнаружил, что в телефоне осталось одно приложение для чтения новелл, которое не было удалено.
Глядя на зелёную иконку, он чувствовал, что она очень знакома. На новом телефоне этого приложения не было, и он заключил, что этот старый телефон, возможно, был оставлен оригинальным Шэнь Цы специально для чтения новелл.
Приложение не открывали два года, и при входе оно сразу потребовало принудительного обновления. После завершения обновления авторизация сбросилась. Шэнь Цы не знал ни аккаунта, ни пароля. Подумав, он попробовал несколько раз номер телефона и день рождения — и действительно вошёл.
На счёте ещё оставались неизрасходованные деньги. Это точно был аккаунт, которым пользовался оригинальный Шэнь Цы.
Он просмотрел список закладок: оригинальный Шэнь Цы, видимо, очень любил читать новеллы, там было несколько сотен сохранённых книг. Медленно листая вниз, он вдруг обратил внимание на одну.
Это была короткая новелла примерно в тридцать тысяч иероглифов[3], резко выделявшаяся среди ряда «попаданцев в книгу», «перерождений» и «крематориев». Название тоже было непонятное — «Подёнка».
[3] По объему примерно 25 глав этой новеллы(Договорной брак)
Даже в описании была лишь одна строка: «Подёнка рождается утром, а умирает вечером».
Взгляд Шэнь Ци скользнул ниже, и, увидев графу «Главный герой», он вдруг почувствовал, как сердце пропустило удар.
Главного героя этой новеллы звали Шэнь Цы.
Читать новеллу, главный герой которой носит то же имя, внутри другой новеллы с главным героем с тем же именем — это было слишком странно. Поколебавшись, Шэнь Цы всё же открыл первую главу, желая узнать, о чём эта книга со странным названием и странным описанием.
Прочитав первую главу, он мгновенно изменился в лице.
В начале говорилось, что главный герой подвергся домашнему насилию со стороны пьяного отца. Герою было всего пять лет, и он был совершенно не в силах противостоять взрослому мужчине. Мать героя бросилась вперёд и заслонила его его собой, получив от обезумевшего мужа тяжелые травмы головы.
Она была в точности как его собственные воспоминания.
Дыхание Шэнь Цы на мгновение остановилось. Он продолжил читать.
Не выдержав домашнего насилия, мать героя в конце концов развелась с мужем и одна растила сына. Мать и сын жили вдвоём, очень бедно. Мать изо всех сил зарабатывала на учёбу героя, вставала до рассвета, ложилась глубокой ночью. Работала изо дня в день, но доход был мизерным и едва хватало на жизнь.
Наконец однажды из-за длительного переутомления мать заболела и слегла. Герой всё время ухаживал за ней: обтирал тело, делал массаж. Все небольшие сбережения ушли на лекарства для неё. Но несмотря на это, вскоре она всё же умерла.
На похоронах герой молча смотрел на портрет матери, но не плакал. В конце концов приехавшая из другого города семья тёти со стороны матери решила взять его к себе. Но у тёти семья тоже была небогатой, в доме была ещё девочка, и ему давали немного. Герой был послушным и никогда не доставлял им хлопот.
Герой с детства любил музыку и пианино. Самой большой мечтой было иметь собственное пианино. Но он знал, что мечта неосуществима, и всегда держал её глубоко в сердце.
С шести лет он начал работать везде, где только можно, и на заработанные деньги содержал себя. Он жил очень экономно, часто урезал собственные деньги на еду и откладывал понемногу. Каждые выходные он ходил в музыкальный магазин рядом со школой и покупал один час самостоятельной практики на пианино.
Он не мог позволить себе уроки фортепиано и учителя. Одноклассники, учившиеся в том музыкальном магазине, часто смеялись над ним. Владелец магазина по доброте бесплатно дал ему нотный сборник. Когда не было возможности практиковаться, он снова и снова заучивал ноты наизусть, чтобы не тратить драгоценный час практики из-за плохого знания нот.
Из-за бедности он не мог учиться музыке и не решался рассказать семье тёти, что хочет учиться игре на фортепиано. Мечта поступить в консерваторию так и осталась глубоко похороненной в сердце. Он собирался, по совету тёти, указать в заявлении на поступление специальность «сестринское дело».
Вскоре после окончания гаокао герой встретил свой восемнадцатый день рождения. В этот день он был очень рад: он стал совершеннолетним, мог больше работать и зарабатывать больше денег. Даже если не поступит в консерваторию, он верил, что однажды обязательно будет иметь собственное пианино.
Чтобы наградить себя за совершеннолетие, в восемнадцатый день рождения он пошёл в кондитерскую и купил кусок шоколадного торта, на который в обычное время ни за что бы не потратился. Добрая продавщица подарила ему свечку в форме цифр «18». С тортом и свечкой он лёгкой походкой переходил дорогу, шагая навстречу прекрасному будущему.
И именно в этот момент автобус, проехавший на красный свет, вдребезги разбил все его мечты.
[Юношу с силой отбросило. В первый миг он не почувствовал боли; он увидел, как шоколадный торт, к которому не успел притронуться, покатился по земле и разбился, как свеча с цифрами “18” обагрилась кровью... Зрение постепенно мутнело, и наконец он, с полной надежды душой и бесконечной тоской по прекрасному будущему, навсегда закрыл глаза.
Так закончилась молодая жизнь юноши, подобно подёнке: утром родился — вечером умер. За короткие восемнадцать лет он увидел разные человеческие судьбы, вкусил радость и гнев, печаль и счастье, пережил разлуки и смерть. Он старался существовать. Даже маленькое насекомое должно стараться жить. Когда наступил занавес его жизни, он ещё не успел о чём-то пожалеть.][4]
[4] А-а-а! прибейте этого автора этой выдуманной новеллы
Здесь новелла уже подходила к концу. Зрачки Шэнь Цы резко сжались. Он почувствовал ледяной холод в кончиках пальцев и почти перестал дышать.
Почему содержание книги один в один совпадает с его собственной жизнью?
Голова внезапно страшно заболела. Лицо Шэнь Цы стало бледным, дрожащими пальцами он открыл комментарии к книге. Под этой главой многие читатели рыдали:
Некоторые прямо ругали автора за такой жестокий сюжет, мол, это просто месть обществу.
Лишь один комментарий отличался от остальных. В нём говорилось:
[А я, наоборот, завидую герою. Он смелый и верит в себя. Если бы я был как он, стала бы моя жизнь иной, чем сейчас? Чем мучительно барахтаться в безнадёжной тьме без выхода, я предпочёл бы, как герой, умереть на пути в погоне за надеждой.]
Этот комментарий был слишком странным. Другие читатели отвечали ему, спрашивали, не случилось ли с ним чего. Почему он говорит такое, но ответа так и не дождались.
Шэнь Цы взглянул на ник читателя, оставившего комментарий, — он показался очень знакомым. Он нажал кнопку «ответить», вызвал поле ввода и обнаружил — этот ник был именно его.
Это был комментарий, оставленный оригинальным Шэнь Цы.
Оригинальный владелец... эта книга... что же это...
Голова Шэнь Цы раскалывалась. Он не удержал телефон, тот выскользнул из ладони. Зарядный кабель не выдержал силы падения, отсоединился от разъема. Телефон тут же показал предупреждение о низком заряде, и экран погас.
Он в спешке поднял телефон, снова вставил зарядку и чувствовал, что всё тело дрожит. Содержание того комментария колебалось перед глазами. Каждое слово был знакомо, но, сложенные вместе, они вдруг потеряли смысл.
В мире не может быть такого совпадения, чтобы его личный опыт в точности совпал с написанным в какой-то новелле, вплоть до мелочей. Тогда самое логичное объяснение... что его собственная жизнь, которую он считал реальной, на самом деле является романом?
На самом деле «он» и был персонажем книги, а тот, кого он считал «оригинальным владельцем тела» из новеллы... был им самим.
Неудивительно, что он до сих пор не помнил, как называлась та новелла. У неё вообще не было названия, она вовсе не была книгой.
Неудивительно, что он помнил в книге «главного героя-шоу», но не помнил «главного героя-гуна». Этим гуном, возможно, был Фэн Юэ, которого он уже отверг, или он вообще не задумывался, кто это. Роман был определён как данмэй, потому что ему нравились мужчины.
Неудивительно, что сюжета «замучен до смерти злодеем» вообще не было. Цинь И был определён как «злодей», потому что тогда он слишком боялся Цинь И. Боялся приехать в дом Цинь. Боялся, что Цинь И обнаружит, что он ни на что не годен. Он решил, что Цинь И обязательно будет презирать и ненавидеть его.
Неудивительно, что его воспоминания часто казались размытыми, и он даже не помнил лица матери. Это было не из-за так называемой «ассимиляции с этим миром», а потому что его память изначально происходила из книги. Его впечатление о матери героя исходило из текста, поэтому он, конечно, не знал, как она конкретно выглядела.
Оказывается, всё это было лишь его фантазией.
Он вообразил свою жизнь книгой, а персонажа из другой книги принял за себя. Так он мог стать таким же смелым и уверенным, как Шэнь Цы из той книги, мог спокойно встречать «безнадёжную тьму без выхода» и «сделать жизнь иной, чем сейчас».
На экране телефона вдруг появились капли воды. Шэнь Цы вытер лицо и только тогда понял, что уже давно заливается слезами.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel