Ежедневная задача по предотвращению перехода моего ученика на тëмную сторону         Глава 1

В конец

Наконец-то нашел тебя

Перед горой секты Чунъюнь на огромной площади, вымощенной серо-голубыми каменными плитами шириной около чжана[1], стояли более сотни юношей, ожидающих испытания.

Большая испытательная формация[2] уже была активирована, атмосферное давление уже понизилось, и над вершиной, предназначенной для испытаний, внезапно появилось огромное грозовое облако, словно соломенная шляпа, прямо накрывшее её макушку. Неистовый горный ветер кружил грубый песок, пронизывая горы вихрями, а завывание ветра было подобно жалобному волчьему вою, что в эту мрачную погоду ощущалось ещё более подавляюще. Подняв взгляд, можно было увидеть извилистую горную тропу, изогнутую, как длинная змея, обвивающая тело горы. У входа стояли каменные врата цвета цин[3], напоминающие пасть, готовую поглотить любого, кто осмелится войти, заставляя трепетать от страха.

Секта Чунъюнь была известна на континенте Цанлань как секта, следующих по пути истинного бессмертия, открывавшей свои двери для набора учеников лишь раз в десять лет. Все присутствующие юноши горели желанием испытать себя. Кем бы они ни были прежде, стоит им лишь пройти испытания секты Чунъюнь, и они смогут переродиться, сменив плоть и кости[4], и вступить на дорогу к бессмертию.

Вокруг площади возвышались более десятка серо-голубых[5] каменных столбов, на каждом из которых были высечены свирепые головы драконов. Говорили, что на них наложены техники Дао патриарха-основателя[6] секты Чунъюнь, и они служат защите горы и устранению зла. Они уже стояли несколько тысяч лет, и ни ветер, ни дождь не оставили на них следов.

В этот момент на вершине самого высокого столба бесшумно приземлился человек.

Прибывший выглядел лет на двадцать с небольшим, был стройного, даже несколько хрупкого телосложения, с чертами лица потрясающей красоты, будто тщательно выточенными, без единого изъяна. На нём был изысканный чанпао с широкими рукавами[7]. Белоснежный, без единой пылинки, кроме воротника и манжет, украшенных золотыми листьями бамбука, не было никаких иных украшений. Золотистый яшмовый гуань[8] подхватывала его волосы до пояса, пряди которых слегка развевались на лёгком ветерку. Весь его облик был полон бессмертной грации, сдержанно-благороден и чист.

Его появление заставило ответственных за проведение испытаний учеников от изумления застыть на месте.

— Приветствуем Великого Учителя-предка[9]! С почтительной радостью встречаем Великого Учителя-предка, вышедшего из уединения! — Придя в себя, несколько молодых совершенствующихся, одетых в одеяния учеников третьего поколения, тут же склонились в почтительном поклоне, дрожа от волнения. Секта Чунъюнь имела шесть дворцов, двенадцать чертогов, тридцать шесть пиков, семьдесят две пещеры, а малых гор и пещерок и вовсе было не счесть. Однако эти шесть дворцов, включая Дворец Чунъян, где пребывал Глава секты, были основой, на которой стояла секта Чунъюнь.

Му Чэнь был правителем пятого дворца — Дворца Яньян.

Хотя Му Чэнь позднее вступил в секту, он был на поколение выше Главы секты, и поскольку он был пятым по счёту, даже Глава секты, встречаясь с ним, должен был склониться и обратиться «Пятый Шишу»[10].

Как единственный преемник Первого Алхимика Бессмертного мира, гений, заложивший Основу[11] в шестнадцать лет и стадии Трансформации духа[12] менее чем за сто лет, Му Чэнь всегда был объектом поклонения учеников секты Чунъюнь. К сожалению, характер Му Чэня был холоден, он никогда не появлялся в многолюдных местах, был своеволен, не любил тесного общения и всегда оставался загадочной личностью.

Появление такой личности в месте проведения испытаний, как же могло не вызвать потрясения у окружающих?

Все забыли о текущем испытании, их взоры были прикованы к Му Чэню, при этом те, кто стоял напротив него, осмеливались смотреть лишь на подол его одежды, опасаясь, что их взгляд осквернит его и навлечёт беду.

Му Чэнь не обращал внимания на окружающие взгляды. Он бегло огляделся вокруг, наступил на голову дракона на столбе — словно делал это бесчисленное количество раз, естественно и привычно. Увидев это движение, ученики секты Чунъюнь ахнули от изумления. Му Чэнь, казалось, не осознавал, что в его действии было что-то неуместное, его лицо по-прежнему оставалось холодным, как иней; он опустил взгляд на людей внизу, слегка прищурив свои узкие длинные глаза феникса[13].

Он искал человека, точнее, искал ребёнка, но не знал, сколько тому лет и как он точно выглядит.

Его божественное сознание скользнуло по лицам юношей, ожидающих испытания, и в конечном итоге остановилось на ребёнке в чёрной холщовой одежде. По сравнению с другими детьми которым было около десяти лет, этот ребёнок явно был намного младше - лет пяти-шести. Он сидел в одиночестве на каменной плите медитируя и отдыхая. Неизвестно, намеренно или нет, но в пределах нескольких чжанов вокруг него не было ни души.

Лицо ребёнка было бледным и истощенным, но нежные черты были весьма красивы. Словно почувствовав чей-то взгляд, ребёнок открыл глаза и посмотрел на Му Чэня в небе. Его прекрасные персиковые глаза[14] таили в себе текущий свет, зрачки были черны, как тушь, глубоки и загадочны. Под внешним уголком левого глаза была алая родинка-слеза, яркая и броская, необычайно заметная.

Му Чэнь мгновенно опустился рядом с ребёнком, склонился и внимательно разглядывал его лицо, взгляд остановился на той прелестной родинке-слезе, и в его безразличных глазах наконец появилась сложная, необъяснимая эмоция:

— Как тебя зовут?

Голос, как и его аура, был холодным и чистым, от которого пробегал холодок от самой макушки. Эти слова разбудили ошеломлённую толпу и также заставили несколько ошарашенного ребёнка перед ним вернуть себе самообладание.

— Гу Юньцзюэ, — ребёнок показал послушную улыбку, немного застенчиво глядя на Му Чэня. Его чёрные зрачки были заполнены отражением Му Чэня и взгляд стал таким же, как у остальных, полным восхищения.

Му Чэнь кивнул и, к недоумению окружающих, поднял Гу Юньцзюэ, не утруждая себя лишними словами, взял на руки и ушёл.

— Ве-Великий учитель-предок! — ученик третьего поколения поспешил окликнуть его, пытаясь остановить. Этот ребёнок по имени Гу Юньцзюэ был лично отмечен Главой секты. В возрасте всего шести лет он уже начал культивировать ци[15] в своем теле, имел Небесный духовный корень[16] огня[17]. Независимо от результатов сегодняшнего испытания, он должен был поступить в ученики на Главный пик. Если его сейчас унесут, то как он будет отчитываться перед Главой секты?

Увы, белый рукав лишь мелькнул перед глазами, все лишь почувствовали лёгкий лекарственный аромат, и этот подобный низвергнутому бессмертному[18] красавец уже исчез.

Два старца, скрывавшиеся в облаках вдали, наблюдали за этой переменой. Один тихо проговорил:

— В столь юном возрасте достиг начальной стадии Трансформации духа, этот малыш с нежной кожей выглядит таким аппетитным.

Уровни совершенствующихся делятся на: стадию Культивации ци[19], стадию Заложения основы[20], стадию Золотого ядра[21], стадию Зарождающейся души[22], стадию Трансформации духа[23], стадию Синтеза[24], стадию Великого Совершенства[25], стадия Преодоления Небесных Испытаний[26]. Стадия Культивации ци обычно делится на девять уровней, остальные — на начальную, среднюю и позднюю стадии. Му Чэнь пошел дорогой бессмертия всего сто лет назад, и даже достигнув начальной стадии Трансформации духа, в глазах других культиваторов он действительно был «малышом».

Другой же холодно усмехнулся:

— Советую не создавать лишних проблем. Если разрушишь тот план, посмотрим, то молодой хозяин превратит тебя в кровавого раба или изрубит на корм демоническим зверям.

Первый, услышав это, весь задрожал и больше не посмел вымолвить ни слова. Они посмотрели в направлении, куда ушёл Му Чэнь, подавили свою ауру и издали последовали за ним. Увидев, как вдали маленькая рука махнула им, они молчаливо кивнули и, никем не замеченные, сменили направление и скрылись.

***

Держа на руках Гу Юньцзюэ, Му Чэнь чувствовал себя несколько неловко. В прошлой жизни у него был лишь этот один ученик, Гу Юньцзюэ. Тогда Глава секты воспитывал его до подросткового возраста, прежде чем отдать ему. Поэтому тот уже перерос возраст, когда его носят на руках. Строго говоря, он даже не знал, как Гу Юньцзюэ выглядел в детстве. Если бы не это роковое лицо[27] и эта заметная родинка-слеза в уголке глаза, найти его было бы задачей непростой.

В прошлой жизни по рекомендации Главы секты Му Чэнь взял Гу Юньцзюэ в личные ученики[28]. Неожиданно, пятьдесят лет спустя, тот, воспользовавшись его духовным уединением, напал на Заповедные Земли, разбил Камень Печати, разделяющий мир бессмертных и мир демонов, и погрузил мир бессмертных в пучину бедствий и хаоса. Из редкостного гения совершенствования мира бессмертных он в одночасье превратился в повелителя демонов[29] мира демонов. Сам Му Чэнь также был по этой причине заключён обитателями мира бессмертных в Пагоду Усмирения Душ. Поначалу он думал, что пострадал из-за Гу Юньцзюэ, но оказалось, что это был заговор.

А в итоге тем, кто пришёл его спасать, оказался этот нечестивый ученик, предавший свою школу.

К сожалению, Му Чэнь ещё при получении Чудесного Огня[30] заразился огненным ядом[31]. В Пагоде Усмирения Душ, где его духовная сила была подавлена, его божественная душа поджаривалась и стала нестабильной. Гу Юньцзюэ, весь в крови, ворвался внутрь и, желая сохранить его душу, передал ему всю свою накопленную внутреннюю силу. Но в конце концов его самого атаковал сзади близкий друг Му Чэня.

В конечном счёте, ему тоже не удалось избежать смерти тела и рассеивания Дао[32].

После перерождения Му Чэнь долго не мог понять: разве Гу Юньцзюэ выглядел таким, кому жизнь надоела? Зачем тогда он рисковал, чтобы спасти его? И какая участь постигла его самого после смерти? Лишившись силы и попав в руки той толпы подлых лицемеров из мира бессмертных, несомненно, его конец был печален.

Переродившись, первой новостью, которую получил Му Чэнь, было то, что секта Чунъюнь проводит испытания для набора учеников. Сердце Му Чэня дрогнуло, и у него внезапно возникла мысль: если в этой жизни он будет лично воспитывать Гу Юньцзюэ с детства, личным примером и наставлениями, заботясь и лелея его, возможно, удастся предотвратить его совращение демоническими культиваторами и изменить их судьбы? Так он оправдает то, что Гу Юньцзюэ ради него одного ворвался в Пагоду Усмирения Душ, называл его Учителем[33], даже переплавил все свои уровни совершенствования[34], желая спасти его, и в итоге пожертвовал жизнью.

При первом взгляде на Гу Юньцзюэ настроение Му Чэня было сложным. Неожиданно оказалось, что в детстве Гу Юньцзюэ был бледным и худым ребёнком, одетым в поношенную грубую холстину, похоже, он много страдал. И он был одинок, совсем крошечный, его уже «оттеснили» в сторону.

Почувствовав, что ребёнок в его объятиях весь напрягся, крепко вцепился в его волосы и не произносил ни звука, Му Чэнь подумал, что ребёнок слишком нервничает: унесли без причины, при этом не плачет и не кричит — уже хорошо. Подумав так, он неуклюже похлопал Гу Юньцзюэ по спинке, стараясь, чтобы его утешительный тон не звучал слишком резко:

— Не бойся, я… шишу Главы секты.

Очевидно, эти слова были весьма убедительными, потому что встречавшиеся по пути совершенствующиеся, завидев его, сначала замирали, а потом, придя в себя, подобно ученикам третьего поколения, начинали дрожать от волнения, а затем падали ниц: Пятый Старейшина[35], Учитель-предок[36], Великий Учитель-предок[37], Величайший из великих учителей-предков[38] … Приветствия сыпались самые разные.

Гу Юньцзюэ послушно кивнул, подавив подступающую к губам улыбку, и постепенно расслабился.

Му Чэнь почему-то был умиротворён этой покорной позой и тоже слегка выдохнул с облегчением. Если бы ребёнок заплакал, он действительно не знал бы, как его успокоить.

Му Чэнь тоже был не из разговорчивых. Донеся Гу Юньцзюэ до места регистрации учеников школы, он остановился в воздухе и сказал тому, кого держал на руках:

— Я хочу взять тебя в личные ученики.

Он ещё хотел объяснить Гу Юньцзюэ разницу между личным учеником и обычным учеником, но неожиданно ребёнок протянул руки, взял его за лицо и серьёзно спросил:

— Личный ученик — это значит, что сначала ты вырастишь меня, а когда я вырасту, то буду содержать тебя?

Му Чэнь поднял взгляд к небу, на мгновение заколебался, затем кивнул. Можно сказать и так.

Пока ученик мал, он будет растить его, давать ему лучшие ресурсы, лучшую среду, больше всего заботы, личным примером и наставлениями, носить с собой, постоянно наставлять, не допуская, чтобы тот не сбился с пути. А когда ученик вырастет, он обязательно должен почитать учителя и чтить Дао[39], никогда не перечить. «Учитель на день, отец на всю жизнь»[40].

Гу Юньцзюэ удовлетворённо улыбнулся:

— Тогда договорились. Дао Неба в свидетели[41].

Му Чэнь удивлённо кивнул. Такой маленький ребёнок, а уже знает, что нужно использовать такую неуловимую, налагающую фатальные ограничения на культиватора, как Дао Неба, чтобы заключать с ним договор. Надо сказать, что он либо умен, либо хитёр?

Автору есть что сказать: Безответственное маленькое шоу:

Чёрная кошка:

— Чэнь-чэнь, твой ученик — извращенец! Будь осторожен.

Му Чэнь:

— Не говори ерунды, он же ещё ребёнок.

Чёрная кошка ╮(╯▽╰)╭

— Не слушаешь слов старой кошки, расплата перед глазами! А ведь я его родная мама[42], детка моя!

Это первая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

Телеграм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы