Моря здесь нет
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 178. Моря нет (19)
Ким Джэвон, появившийся из-за автоматических дверей, дружелюбно обратился к мужчине, будто они и впрямь были попутчиками. Он подошел с радушной улыбкой и привычно взял его под руку. При виде этого наигранного дружелюбия даже проводник не решился их задерживать и уступил дорогу.
Меня пронзила невыносимая злость от вида его руки на плече мужчины. Нужно было отрубить это запястье раньше. Пока я думал об этом, Ким Джэвон провёл его по коридору вагона первого класса, и они вместе скрылись в отдельном купе.
Миг, когда закрылась дверь, растянулся, словно в замедленной съёмке. Внутри купе не было камер ради конфиденциальности пассажиров, так что я больше ничего не видел. Но я ещё долго продолжал сверлить взглядом неподвижный экран.
После того как я забрал у Ким Джэвона деньги, которые ему доверил мужчина, тот начал демонстративно наслаждаться разгульной жизнью. Странно было то, что, в отличие от времён в «Океанах», на этот раз он встречался исключительно с женщинами. Причём только с теми, у кого были чёрные, как смоль, волосы и до болезненности бледная кожа, и кто всегда производил впечатление холодных и надменных особ.
В его действиях сквозила неприкрытая тоска, и это, с одной стороны, выглядело смешно, а с другой — откровенно раздражало. Особенно из-за слов, которые он как-то бросил мне мимоходом:
‘Господин директор, вы тоже зовёте его «Бада»?’
‘Баду так сложно понять, правда?’
Хоть я и не понял точного смысла, я осознал, что это была одна из форм наглого хвастовства. Какая самонадеянность. Кто, чёрт возьми, кого смеет провоцировать?
Чтобы убрать его из города, я сослал его в морской филиал. Это было запланировано давно, и у Ким Джэвона не было никакого выбора.
Но, как назло, этот день настал именно сегодня.
Словно скаковая лошадь в шорах, я смотрел только вперёд, преследуя мужчину, и не обращая внимания ни на что другое. Кто был в списке пассажиров, что сегодня за день, и к каким последствиям приведёт будущее, которое я сам же и спланировал.
Чёртово совпадение… нет, это было чудо, которое нельзя объяснить простым совпадением.
Какова вероятность того, что купленный мужчиной поддельный билет окажется на тот же поезд, что и у Ким Джэвона? Ким Джэвон, который с определённого момента встречался только с женщинами, и «Бада», который сбежал из моего дома и стал переодеваться в женщину. Неужели это всего лишь случайно совпавшие кусочки пазла?
Я всю ночь, всю ночь напролёт пересматривал записи с камер. От момента, когда они вместе вошли в купе, до короткого мгновения, когда туда заглядывал проводник, и, наконец, до того, как они вышли вместе, в полном согласии.
Одежда… в беспорядке. Галстук Ким Джэвона ослаблен, а волосы мужчины, которые наверняка были париком, растрёпаны. И то, что их губы казались одного цвета, — вряд ли это было лишь моим воображением.
Внутри всё кипело, будто я проглотил огненный шар, и перед глазами всё потемнело. Чувство, которое нельзя было описать одним лишь словом «гнев», смешивалось с предательством и глубокой обидой.
Всего один шаг. Мне постоянно не хватало этого одного шага. Моменты, когда я упускал его в последнюю секунду, повторялись бесчисленное количество раз с тех пор, как я начал искать «Бады». Я был настолько взбешён, что решил: когда поймаю, запру его, даже если для этого придётся его сломать.
Но теперь всё было иначе. Море… уж оно-то было полностью моим. Настало время наконец-то заполучить его.
Для кого-то это место могло быть желанной целью, но для меня побережье не было приятным местом. Я бывал здесь бесчисленное количество раз, а в детстве меня и вовсе сослали сюда под предлогом оздоровления.
Единственным светлым воспоминанием было время, проведённое с хёном, но всё, что у меня осталось это лишь обрывки воспоминаний. К тому же, и самого хёна больше не было рядом.
Так что возвращение сюда в поисках мужчины не могло меня радовать. Как только вдалеке показалось синее море, настроение начало портиться само собой.
Едва сойдя с вертолёта, я приказал прочесать весь район. Генри предложил пойти первым, но я не собирался отпускать его одного. Разве я не говорил раньше, что моего терпения больше не осталось?
Сколько убогих ворот мы миновали? В последнем доме, до которого мы добрались, жили женщина и старушка. Женщина, с виду далеко не простушка, при виде меня тут же напряглась и застыла с каменным лицом.
‘И чего вы, важные господа, вечно так людей ищете? Мы ничего не знаем, так что уходите.’
Вечно. Услышав это, я сразу понял. Понял, что «важные господа», о которых говорила старушка, устроившие здесь погром много лет назад, — это люди моего отца.
Давным-давно, преследуя Юн Джису, отец перевернул весь город, чтобы найти эту женщину. Объявив её в розыск и назначив награду, он в конце концов добрался до этого самого побережья.
Но и здесь отец не нашёл Юн Джису и до сих пор видит галлюцинации, тоскуя по ней. Каждый раз, когда я вспоминал об этом, в голове всплывали его слова:
‘Твой отец говорит тебе так, потому что сам через это прошёл.’
Неужели и в конце моего пути меня ждёт лишь смерть? Неужели я должен пройти той же дорогой, что и отец, так ничего и не вернув?
Нет, я же сказал, я не такой, как он. Мой финал не будет таким, где я всё теряю.
К счастью, или нет, но в доме старушки я заметил пару обуви, предположительно принадлежавшую мужчине. Женские туфли, которые казались слишком большого размера.
Вариантов было много. Было бы неплохо, как в случае с Гичолем и спекулянтом, уговорами и пытками выбить информацию из этих двоих.
И всё же я спросил, потому что решил, что такие методы вряд ли будут эффективны. С подобными людьми грубая сила — это не единственный способ.
Простые люди с материка никогда не могут попасть к морю. Точно так же, как те, кто живёт у моря, не могут попасть на материк. Они были как вода и масло, неспособные смешаться.
И всё же мужчина был здесь. Дом был слишком мал, чтобы кого-то прятать, да и они, похоже, не особо старались скрыть, что у них внутри. Вряд ли они съели его в этом доме, так что, скорее всего, он немного отдохнул, одолжил обувь и двинулся дальше.
Если эти люди были настолько праведными, чтобы помогать совершенно незнакомому человеку, то неправильные угрозы могли вызвать лишь ненужное сопротивление. В отличие от Гичоля, они, скорее всего, будут молчать даже под страхом смерти. К тому же, если мужчина считает себя обязанным им, мне было бы невыгодно убивать их в порыве гнева.
— Я не собираюсь причинять ему вред, так что говорите. Вы ведь знаете, куда он пошёл?
Как и ожидалось, они не спешили ослаблять бдительность. Напротив, решительно сомкнув губы, они обменялись взглядами. Моё терпение понемногу истощалось, но я сперва решил спокойно подождать.
— Мы же сказали, что не знаем.
Вот же блядство! Слишком много людей пыталось его спрятать. На каждом шагу возникали препятствия, словно весь мир был против меня.
— Сколько бы вы ни спрашивали, мы не знаем. Увидели, что какая-то барышня одна бродит, вот и накормили её. Ноги у неё болели, вот и обувь одолжили.
Старушка лгала с самым невозмутимым видом. Любой другой бы поверил. Пряча за спиной то ли дочь, то ли внучку, она добавила:
— А то, что эта барышня — мужчина, мы только сейчас узнали.
Интересно, если я пригрожу убить женщину, которую она прячет за спиной, она продолжит притворяться, что ничего не знает? Я невольно подумал об этом и усмехнулся.
— А я ведь не говорил, что ищу мужчину.
Если бы они просто продали информацию, тогда бы я разобрался с ними без колебаний. Я был уверен, что смог бы сорвать на них злость, заставив заплатить за то, что они посмели «продать» «Баду».
Но в такой ситуации я сам выглядел злодеем. Их мертвенно-бледные лица были точь-в-точь как у людей, столкнувшихся с чудовищем.
Смех прорывался сквозь стиснутые губы. Мне было совсем не весело, но сама ситуация казалась до смешного абсурдной.
‘Он один сюда пришёл, я спрашиваю.’
‘Один. И как сказала бабушка, если б знали, что мужчина, и кормить бы не стали.’
На этот раз ответила женщина, стоявшая сзади. Внучка, значит. Это осознание не имело особого значения; важна была лишь промелькнувшая в их глазах жалость. И тот факт, что Ким Джэвона с ним не было.
Он был мягкосердечным человеком. Настолько, что даже получил пощёчину вместо Ли Юны. Настолько, что дрожащим голосом спрашивал меня, что я сделал с Ким Джэвоном, когда я вернул его деньги.
‘Раз так говорите, придётся поверить.'
Их можно будет использовать как заложников. После того как я найду мужчину и заполучу его. Они могут стать важной картой.
Я не стал говорить «до встречи». Я просто вышел из дома, оставив их позади с их недоверчивыми взглядами.
Так… куда же он мог пойти теперь?
Я спросил, будучи уверенным, что он знает. Пока я разговаривал со старушкой, Генри должен был всё выяснить. И действительно, он ответил, глядя в телефон, где уже были открыты данные об их имуществе и семейных связях.
Значит, ушёл в море. Одолжил у них лодку и скрылся, рассекая волны.
‘Просто наблюдайте. Чтобы не натворили глупостей.’
Если он сбежал в море, я найду его с неба. В бескрайнем открытом море ему негде будет спрятаться.
Поднявшись на вертолёте, я кружил в небе. Ясно-синее небо постепенно затягивалось грозовыми тучами. За угрожающе надвигающимися облаками виднелся багровый закат.
Я должен поймать его до конца дня. Прежде чем снова упущу его, прежде чем этот дождь смоет все следы.
Вскоре я заметил водный след, оставленный большим судном, а затем катер, выходящий из-за крошечного островка, который можно было легко пропустить.