Коррекция. Глава 10
< предыдущая глава || следующая глава >
— Ха-а… — Чонмин закрыл книгу и уткнулся лбом в стол.
«Я стану омегой. Но если вдруг… появится хоть малейший намёк на то, что я стану альфой, мне захочется умереть». Он решил, что на такой случай не помешает иметь в запасе подобную информацию.
«Но зачем Ким Джухван вообще рассказал мне об этом?» Он говорил, что надеется, что Чонмин станет омегой, но Чонмин прекрасно понимал, что это не искреннее пожелание, а всего лишь игра ради развлечения.
Джухван был поистине непостижимым человеком. Поверхностный, напрочь лишённый искренности. Именно тот тип людей, который Чонмин ненавидел больше всего. И это, наверное, никогда не изменится.
Начался второй семестр третьего года обучения. Чонмин всё ещё не пробудился. Он снова прошёл обследование, но вероятность проявления оставалась высокой, и ему даже не поставили диагноз «бета». Сколько ещё ему придётся ждать, сгорая от тревоги? Такими темпами он, может, и до университета не проявится.
От удушающей тоски в груди Чонмин встал, чтобы открыть окно. Он хотел выйти на террасу, подышать ночным воздухом. Однако, едва он подошёл к двери, как снизу, от ограды дома, донеслись неприятные звуки.
Двое животных[1], страстно целующиеся посреди ночи у забора, прямо на улице… Если бы всё ограничилось этим, Чонмин, может, и не был бы так шокирован. Но то, что одним из этих животных был его собственный брат-близнец, не могло не повергнуть в шок.
Словно все силы покинули его тело. Чонмин закрыл дверь террасы, тяжело дыша.
Ёнмин, проявившись как омега, пользовался большой популярностью и встречался со многими альфами.
Он и раньше не слишком усердствовал в учёбе, но в последнее время всё стало ещё хуже. Когда обеспокоенный Чонмин заговаривал с ним об этом, Ёнмин неизменно отвечал:
«Я выйду замуж за хорошего альфу, как только окончу школу. Так что учиться мне незачем, правда?»
Чонмин потерял дар речи. Он не верил, что брат говорит это всерьёз, но тот не шутил.
За последнее время число альф, с которыми встречался Ёнмин, только по подсчётам Чонмина, перевалило за пять. Где он только находил их в таком количестве, этих редких альф? Из-за этого Шину чах на глазах, стал бледным и молчаливым.
От одной мысли об этом в Чонмине закипала ярость.
Чонмин вскочил, выбежал на улицу и растащил двух животных, которые всё ещё не могли оторваться друг от друга.
— Эй! Шин Ёнмин! Ты в своём уме?
— А-а?!! Какого чёрта? — взревел альфа.
Чонмин, испугавшись, что соседи услышат крик, тут же схватил его за грудки.
— Эй, Шин Чонмин! Ты что творишь?!
— А ты молчи! Мама с папой дома!
При упоминании родителей Ёнмин тут же поджал губы. Хоть какое-то облегчение, что он всё ещё их боится. Видя, что Ёнмин притих, альфа забеспокоился, а затем сел в припаркованную неподалёку машину и тут же уехал.
Чонмин затащил Ёнмина в дом и буквально затолкал в его комнату.
— А что такое? — Ёнмин плюхнулся на кровать и тяжело вздохнул. — Зачем ты помешал? Такой хороший альфа был! Если из-за тебя моя личная жизнь пойдёт под откос, ты возьмёшь на себя ответственность?
— С какой стати? За все свои поступки ты должен отвечать сам. Не перекладывай это на других. И вообще, я не об этом! Веди себя прилично!
— Я же не сексом с ним у забора занимался, в чём проблема?
— Сумасшедший… — У Чонмина от изумления не было слов. Ёнмин, спокойно слушавший его, хмыкнул и усмехнулся.
— Что? Смутился от слова «секс»? Какой же ты у нас ещё ребёнок, братик.
— Не неси чушь. Я в шоке, вот и всё. Сколько тебе лет? Ты ещё даже не совершеннолетний. Что ты будешь делать, если о тебе поползут дурные слухи? А если ты по ошибке забеременеешь?
— Тогда выйду замуж и рожу. В чём проблема?
— Прекрати нести эту безответственную чушь!
— А я серьёзно. Я хочу выйти замуж за превосходного альфу и родить альфу с такими же превосходными генами. Это моя мечта. Разве это не идеальная история успеха для омеги в наше время? А для этого альф нужно тщательно перебирать. Очень тщательно.
Это не было шуткой. Глаза Ёнмина смотрели абсолютно серьёзно. Чонмин смотрел на брата и чувствовал, как тот становится ему чужим. Он не понимал, когда его милый братишка успел так измениться. Или… он всегда был таким?
— Но я уже почти всех альф в этом районе понемногу перепробовал, и все не то. А-ах… так не хотелось трогать Шину-хёна и Джухвана…
Чонмин хотел было прервать его, опасаясь, что дальнейший разговор лишь усилит его разочарование в брате и изменит представление об омегах в худшую сторону, но, услышав, что пробормотал Ёнмин, переодеваясь в пижаму, замер.
— А что? Шину-хёна и Джухвана я ещё не испробовал. Хе-хе.
Брат мило улыбнулся, высунув язык, и от этого Чонмину стало жутко — он показался ему настоящим дьяволом. Но больше всего его напугало то, что Ёнмин проявил интерес к Шину-хёну, на которого раньше не обращал никакого внимания.
Не верилось, что Чонмин и Ёнмин — близнецы, настолько разными у них были характеры.
Чонмин шёл по праведному пути, был честным, трудолюбивым и всего добивался сам, в то время как Ёнмин хотел получать желаемое, пошевелив лишь пальцем, не прилагая никаких усилий.
У Чонмина не было чёткой мечты, но он думал, что нужно найти хорошую работу и усердно трудиться, а Ёнмин с детства хотел лишь одного — стать омегой. Он знал, что если выйдет замуж и родит редкого альфу, то обеспечит себе безбедное будущее и сможет всю жизнь прожить в комфорте.
Взгляды, которыми близнецы смотрели друг на друга, выражали одно и то же чувство — недоумение. «Ну почему ты так живёшь?» — эти слова каждый хотел сказать другому, но в то же время они слишком дорожили друг другом, чтобы ранить, и потому молчали. В этом они были похожи.
И вот теперь такой Ёнмин заинтересовался Шину. Что, если он проявит к нему интерес как к «альфе», пусть и по таким низменным причинам? Это могло привести к наихудшему сценарию. Более того, это могло обернуться катастрофой для самого Чонмина…
К счастью, сейчас Шину был немного занят университетской жизнью. Иначе он, как обычно, мог бы оказаться здесь и услышать всё это своими ушами.
— Что за атмосфера сегодня за завтраком?..
Мать Чонмина и Ёнмина с тревогой смотрела на сыновей за завтраком. Близнецы, которые всегда сидели рядом, сегодня расселись по разным концам стола, доказывая, что между ними идёт холодная война. Обычно они болтали без умолку, так что было непонятно, едят они ртом или носом, но сегодня за столом стояла такая тишина, что не было слышно ни единого вздоха. От этой неловкой атмосферы стало неуютно даже родителям.
— Я наелся, — Ёнмин первым с грохотом опустил ложку и вышел из-за стола.
Раньше, если один из них заканчивал есть, он всегда ждал другого, но сегодня и этого не было.
Один ушёл, а Чонмин неторопливо доел последнюю ложку, тихо положил столовые приборы, вытер рот салфеткой и только потом встал.
— Чонмин-а… вы с Ёнмином поссорились?
Родители решили спросить об этом у Чонмина, а не у Ёнмина, который стал довольно раздражительным после проявления. Чонмин покачал головой.
— Немного повздорили, но ничего серьёзного. Не переживайте.
— И всё же… Успокой его, пожалуйста. Он ведь такой чувствительный. Позаботься о нём как старший брат.
Чонмин понимал, что нужно успокоить взволнованных родителей, но и у него на душе было неспокойно, поэтому он ответил вполуха и вышел из дома. Ёнмина нигде не было видно. Наверное, уже уехал на машине.
«Какой же он всё-таки вредный».
Чонмин вздохнул и направился к автобусной остановке. Прошлой ночью, после заявления Ёнмина о том, что он собирается подкатить к Шину и Джухвану, Чонмин не выдержал и наговорил ему гадостей. Они начали кричать друг на друга, и в итоге Чонмин, потеряв терпение, назвал его продажным, как шлюха. Ёнмин в ярости набросился на него с кулаками. Чонмин понимал, что сказал лишнее, поэтому просто стоял и терпел удары. К счастью, кулачки у брата были как пушинки, так что синяков не осталось.
Хотя щека всё ещё горела и немного покраснела.
«Ха-а…Надо будет потом извиниться перед Ёнмином…»
Чонмин прислонился головой к стеклу остановки и снова вздохнул. Он пытался мысленно составить план на день, но не знал, что делать. Мысли в голове спутались, как клубок ниток. Если Ёнмин предложит Шину встречаться, тот, без сомнения, от радости тут же согласится. Шину только-только начал оправляться от тоски по Ёнмину… От мысли, что его снова всколыхнут, у Чонмина всё скрутило внутри, и сердце заболело.
«Чёрт… да когда же уже случится это проявление.»
— Ну что ты вздыхаешь, как старик?
Голос, приносящий облегчение его смятенной душе. Для Чонмина это был голос-спаситель. Он поднял голову и, конечно же, увидел Шину, который с улыбкой гладил его по волосам.
— Шину-хён. Что ты здесь делаешь?
— А ты почему на автобусной остановке? Где машина?
Чонмин не нашёлся, что ответить, и Шину с улыбкой сел рядом. А он-то думал, что день начался отвратительно. Кто бы мог подумать, что он вот так встретит Шину. Чонмин почувствовал, как уголки его губ, до этого опущенные, поползли вверх, и тихо кашлянул.
[1] 짐승 (jimseung) — Его основное, словарное значение — это «зверь», «животное», «скотина». Оно относится к любому существу, не являющемуся человеком.Когда это слово используется по отношению к человеку, оно становится сильным оскорблением. Оно подразумевает, что человек утратил человеческий облик и руководствуется исключительно низменными, животными инстинктами, а не разумом или нормами приличия.