<предыдущая глава || следующая глава>

Глава 20 (точка зрения Тэхёна)

'Нет времени более справедливого, чем предрассветный час, когда все спят. Тот, кто бодрствует в это время, просто не хочет вести борьбу на равных'.

Когда же он услышал эти слова? Время, проведённое в раздумьях, оперевшись на перила, пролетело незаметно. Тэхён неторопливо потушил сигарету. Телефон, лежавший рядом с пепельницей, завибрировал.

— Похоже, ты ждал? — в голосе звучали дразнящие нотки, словно собеседник прекрасно знал, что Тэхён никогда не спешит.

— И да, и нет, — отрицать было бессмысленно, это лишь затянуло бы ненужный разговор, так что он решил просто согласиться. Всё равно самое важное начнётся только сейчас. Тэхён первым начал разговор. — Ну и?

На том конце послышался шелест перелистываемых бумаг. Сейчас в Корее девять вечера. Тэхён запросил информацию двенадцать часов назад. Сонхун, должно быть, сейчас просматривал сведения, собранные за день благодаря всем его связям. В окружении Тэхёна было не так много людей, способных за столь короткий срок найти и безукоризненно оформить информацию. К тому же, дядя Сонхуна был президентом известной компании в сфере спортивного менеджмента, что облегчало получить доступ к различным источникам.

— По правде говоря, по документам ничего особенного не видно. Вскоре после переезда в Бельгию у него сменился агент, но я навёл справки — это обычное агентство с некоторыми недочётами. Спортсменов у них немного, но не настолько, чтобы это вызывало подозрения. Оно изначально небольшое.

Тэхён слегка кивнул. Ответ был вполне ожидаемым.

— А что с агентом?

Наступило внезапное молчание. Подобное развитие событий он предчувствовал ещё в тот момент, когда на экране высветилось имя Сонхуна. Он знал, что если бы не было деталей, которые не хотелось доверять тексту, тот воспользовался бы простыми сообщениями вместо звонка.

Молчание Тэхёна было равносильно заявлению: «Я жду». Сонхун не заставил себя долго ждать и заговорил, на удивление осторожным голосом:

— Собственно, я поэтому и звоню… С этим парнем есть какие-то проблемы?

Взгляд невольно устремился на балкон напротив. Прошёл уже почти месяц с момента его переезда, но он ни разу не видел, чтобы там кто-то появлялся. Интересно, его сосед вообще в курсе, что у него есть балкон?

Люди, обладающие достаточным состоянием, чтобы жить в прибрежном кондоминиуме, редко занимаются стиркой сами. Наверное, поэтому рассказ о Хэгане, который спустился в подвал с охапкой одежды, чтобы постирать, домоправитель преподнёс как забавный анекдот о корейцах.

Глядя на плотно закрытую дверь, Тэхён несколько раз провёл рукой по лицу. Назовёт ли кто-то это проблемой? То, что человек, кажется, не осознаёт, в какой среде он находится и чем занимается. Однако для Тэхёна это было всего лишь забавным наблюдением, которое при одном воспоминании вызывало тихую усмешку.

— Даже не знаю. Я бы не сказал.

— Ну конечно, ты же его совсем недавно знаешь. К тому же, это касается финансовых вопросов.

Небольшая заминка, и в голове уже роились всевозможные гипотезы. Недавно официант в ресторане, где они завтракали, вернул карту Хэгана с похожими словами:

[Пишет, что недостаточно средств. Прошу прощения.]

Он тогда сослался на неисправность терминала, чтобы Хэган, не дай бог, не почувствовал себя неловко. Тот лишь расстроился, что Тэхён снова за него заплатил, и ни на секунду не заподозрил, что карту могли вернуть из-за нехватки денег. Тэхён когда-то слышал, что у многих спортсменов из-за астрономических призовых и гонораров иное отношение к деньгам, чем у обычных людей. Он решил, что Хэган из их числа, и не придал этому значения, но теперь…

Тэхён выпрямился.

— Говори подробнее.

— В наше время, когда многие спортивные звёзды уходят в индустрию развлечений, границы, конечно, размылись, но обычно работа спортивного менеджмента — это забота о физическом состоянии атлета. Они создают все условия, чтобы он мог показывать максимальные результаты. Личный тренер — это само собой разумеющееся, некоторым даже специалиста по восковой депиляции предоставляют.

— Но…

— Вот именно. Ты говорил, у него всего один менеджер? Меня это тоже смутило, и я решил копнуть глубже. И обнаружил то, чего я совсем не могу понять.

Мужчина маленького роста, не достававший Хэгану даже до плеча.

'Это близкий мне хён. Сейчас он мой менеджер'.

Это показалось странным. Человек, прятавшийся за спиной Хэгана с испуганным выражением лица, не выглядел способным защитить кого-либо, не говоря уже о самом Хэгане.

— Алло?

— …Я слушаю. Говори.

— Даже если его нынешняя форма не так хороша, как во времена, когда он был подающим надежды новичком, один только его контрактный бонус при переезде в Бельгию составил миллиард вон. С годовой зарплатой выходит больше полутора миллиардов. Игрок такого уровня требует команды минимум из трех человек. Персональный агент, тренер и, на худой конец, хотя бы менеджер, который просто будет его возить. Самое удивительное, что нынешнее агентство поначалу предоставляло всё это. Но два года назад, хотя контракт и не перезаключался, всё это разом исчезло. Разве не странно?

Получается, тот парень, которого назвали менеджером, выполнял обязанности и агента, и тренера, и водителя. Это не невозможно, но интересно, почему он решил взвалить на себя работу троих. Получает ли он за это соответствующую плату? И если да, то каким образом?

Мысли цеплялись одна за другую.

— Хм-м… — Тэхён коротко простонал, подперев подбородок рукой.

Он давно заметил, что Хэган довольно застенчив. Возможно, ему комфортнее, когда рядом только тот, кто его хорошо знает. Но за последние две недели, наблюдая за его повседневной жизнью, Тэхён видел, что ему явно не хватает помощи.

Каждый день пробегать туда и обратно более десяти километров, тренироваться в одиночку на чём-то, что и футбольным полем назвать было стыдно, да и даже с такими простыми вещами, как готовка и стирка, он справлялся очень неумело.

Буквально вчера он спросил у Тэхёна, как бы тот поступил на его месте. У него было такое лицо, словно он задавал подобный вопрос впервые в жизни. Как будто до этого у него никогда не было человека, к которому можно было бы обратиться за помощью.

— И вот ещё что, это не то чтобы подозрительно, как то, о чём я только что говорил, но… Похоже, корейский агент пристроил своего племянника в качестве переводчика.

— Разве переводчика не предоставляет клуб?

— Видимо, договорились как-то. Но было ли это согласовано с самим спортсменом — неизвестно. В общем, такие дела.

Он хотел разрешить свои сомнения, а в итоге получил ещё больше вопросов. Тэхён провёл рукой по волосам, словно пытаясь проветрить голову. Наверное, на сегодня стоит на этом остановиться.

— Я понял. Спасибо.

— Да не за что особо. Только давай проясним один момент.

— Какой?

— Ты ведь не собираешься с этим парнем ничего замутить, а? — в голосе звучало беспокойство, но уже иного рода. Тэхён усмехнулся.

— Похоже на то?

— Очень. Ты, конечно, любишь совать нос не в своё дело, но обычно не так глубоко.

— Глубоко? Я ведь просто навёл справки через одного знакомого.

— Но если этот знакомый — тот, к кому ты за всю жизнь почти не обращался, то дело принимает другой оборот. Я сегодня был по горло в делах и пропустил две встречи, чтобы нарыть эту информацию. Меня аж задело, что за такое важное дело ты взялся, что даже на свои привычки наплевал.

Сонхун был одним из немногих друзей, с которыми Тэхён мог общаться на равных. Их родители дружили, поэтому они были вынуждены часто видеться, но их отношения сохранились до сих пор во многом благодаря тому, что у них было много общего. Оба были старшими сыновьями в семье, у обоих были младшие братья и сёстры со значительной разницей в возрасте, и даже то, что оба неженаты и постоянно выслушивают упрёки от родни, их объединяло.

— Если хочешь просто развлечься, найди себе парня менее известного и без проблем. За тобой и так много глаз следит. А если слухи дойдут до родителей, что делать будешь?

К тому же, Сонхун был одним из тех, кто знал, что Тэхён — бисексуал. Знал, почему тот ни разу не позволил себе пройтись по улице в Корее, держа за руку мужчину. Так что к его советам стоило бы прислушаться. И всё же…

Тэхён взял листок, лежавший под пепельницей. Губы изогнулись в улыбке, пока он вновь пробегал глазами уже проверенную информацию.

— А если не просто развлечься, то можно попробовать?

Это была игра слов, укол в слабое место его нравоучений. Сонхун, который, как он ожидал, вспылит, на удивление лишь фыркнул:

— Как будто ты на это способен.

Возразить было нечего. Тэхён пожал плечами и, изображая обиду, медленно протянул:

— Обидно, когда тебя считают шлюхой.

— Какая ещё шлюха. Фу, выбирай выражения. Ты меня иногда пугаешь, когда так говоришь. Как будто у тебя раздвоение личности. — Сонхун был явно шокирован такой прямотой. Иногда в нём проскальзывало это воспитание «хорошего мальчика».

Тэхён, усмехаясь, зажал сигарету в зубах. Протягивая руку к зажигалке на краю стола, он коснулся кончиками пальцев листка под пепельницей. Это была распечатка с результатами поиска по имени «Чхон Хэган» в интернете. Тэхён поднял и её, пробегая глазами по плотно исписанному листу, где было всё — от даты рождения до его размеров и списка команд, за которые он играл.

— В любом случае, я серьёзно. И вообще, он же на восемь лет тебя младше, а ты говорил, что из-за Тэсона с теми, кто младше чем на шесть лет, встречаться не можешь.

— Было дело.

— Было дело? Что-то это звучит как-то в прошедшем времени. Или мне кажется?

Тэхён прислонился к перилам, просматривая распечатку. Машинально вбивая в память информацию, словно изучая конспект перед экзаменом, вдруг замер на неожиданном месте. Дело было не в вялом разговоре, а в строчке, зацепившей взгляд.

[Был короткий ажиотаж после слухов, что его видели на свидании с моделью К, ровесницей.]

Снова захотелось закурить. В одной руке сигарета, в другой — распечатка, рук не хватало. Зажав телефон между ухом и плечом, в неудобной позе, Тэхён всё же умудрился прикурить. В тот момент, когда он сделал затяжку, сзади послышался звук бьющегося стекла. В проходе в гостиную валялся опрокинутый торшер.

Тэхён открыл балконную дверь, увидев силуэт кого-то, кто пытался поднять светильник. Женщина замерла с таким видом, будто увидела призрака. Наверное, она собиралась уйти по-тихому, пока Тэхёна не было, и теперь была сбита с толку неожиданным поворотом событий. Спрятав руку с сигаретой за спину, Тэхён вежливо ей улыбнулся.

— Ничего страшного. Оставьте как есть.

Женщина, которая днём ранее сидела за стойкой в пиар-отделе «LA Flash», смущённо улыбнулась. Когда Тэхён, пришедший по совету местного друга разузнать о годовом VIP-абонементе, заговорил с ней, она поначалу вела себя скованно, но потом сама с энтузиазмом начала делиться внутренними новостями. Кажется, она говорила, что скоро увольняется. Среди всего, что она с энтузиазмом вывалила на него, когда они переместились в соседний паб, было немало полезной информации. Тэхён подождал, пока она оправит блузку, и кивнул в сторону кухни.

— На кухне есть кофе.

Увидев одноразовый стаканчик, который Тэхён заранее приготовил, женщина, казалось, всё поняла. Этот тип партнёрш на одну ночь был куда проще тех, кто, ещё нежась в постели утром, уже пытался договориться о следующей встрече. В ответ на её благодарный жест — поднятый в воздух стаканчик кофе — Тэхён тоже улыбнулся.

— Беру свой вопрос обратно. Если бы он тебя интересовал, вряд ли бы у тебя кто-то оставался ночевать до этого времени.

Ворчание Сонхуна напомнило ему, что он всё ещё разговаривает по телефону. И что из-за его уклончивых ответов они до сих пор обсуждали Хэгана.

Тэхён небрежно держал распечатку за край и снова скользнул взглядом по уже прочитанному.

— Интерес-то есть.

— Нет, ну тогда!

— Но я не настолько отчаялся, чтобы клеить мальчишку, у которого и парней-то не было.

Сонхун на том конце провода вздохнул. Они оба жили, стараясь не слишком отклоняться от родительских ожиданий, но в вопросах любви их взгляды кардинально расходились. Достаточно было посмотреть, как Сонхун, не в силах забыть свою девушку после семи лет отношений, мучительно отбивался от всех сватовских предложений.

— Назовём это патриотическим желанием помочь соотечественнику преуспеть?

— Хватит. Вот я дурак, что вообще спросил, — цокнув языком, Сонхун сменил тему. — Глаза?

— Уже в порядке. Зрение вроде стабилизировалось.

— И что дальше?

Хоть вопрос и состоял только из начальной фразы, его продолжение читалось без труда. Тем не менее, Тэхён не стал делать вид, что понял, и отвечать. Дурная привычка, появившаяся в прошлом году. Ощущение, когда впервые в жизни откладываешь что-то на потом, было неприятным.

Но другого выхода не было. Тэхён и сам не нашёл ответа. Это было совсем не то, что три года назад, когда он после окончания ординатуры недолго жил в Майами. Тогда это был отдых, а сейчас — блуждание. Самое долгое блуждание в его жизни. Семья и друзья терпеливо его ждали.

— Ты в этом году вернёшься в Корею?

— Какое отношение к этому имеет лазерная коррекция?

— Я подумал, что решение хирурга сделать лазерную коррекцию — это своего рода сигнал. Зная твой характер, ты бы не стал этого делать, если бы хоть немного думал о том, чтобы снова встать к операционному столу.

— …Можно открыть частную практику как врач общей практики.

— Пройти через весь этот ад в резидентуре, чтобы начать всё сначала? Ты серьёзно, что ли? Если так, то лучше уж унаследуй бизнес отца, придурок.

На его слова, полные большего отчаяния, чем у него самого, на лице появилась горькая усмешка.

Если подумать, Сонхун долго терпел. Из-за того, что он бросил все их общие дела и уехал в Америку, Сонхуну наверняка пришлось многое разгребать за него, но он ни разу не упрекнул. Он даже не спросил, что случилось, когда Тэхён сказал, что бросает медицину. Казалось, он думал, что тот когда-нибудь сам расскажет.

Было непривычно осознавать, что прошло уже столько времени, что даже такой хороший друг начал терять терпение. Тэхён потушил сигарету.

— Ты когда говорил, в Лос-Анджелес приедешь?

— Надо посмотреть расписание… Через две недели.

— Хорошо, тогда. Как определишься, дай знать.

— Это само собой. Но ты так и не ответил.

— Тогда и поговорим. Сейчас мне всё равно нечего тебе сказать.

Только получив конкретную дату, Сонхун отступил. Они обменялись ещё парой ничего не значащих фраз о самочувствии, и звонок завершился. Сразу после этого в голове всплыла не женщина, только что покинувшая его дом, и не разговор с Сонхуном.

— Восемь лет разницы — это уже считается совращением?

На этот вопрос ответить было некому. Пожав плечами, Тэхён поднёс зажигалку к краю листка, который держал в руке.

<предыдущая глава || следующая глава>