<предыдущая глава || следующая глава>

Глава 10

Тэхён смотрел на Хэгана так же пристально, как сидя вчера за рулем. Лицо, по которому нельзя было точно определить, о чем он думает. Глубина взгляда выдавала лишь то, что он размышляет о человеке перед собой. Возможно, он думал о том, почему Хэган, который раньше чувствовал себя неловко при каждой встрече, вдруг так поступает.

Хэган, избегая его взгляда, проворчал:

— Пакет оказался тяжелее, чем я думал. Если вдруг рана снова раскроется из-за лишнего напряжения, то только хуже будет.

Тут же послышался звук открывающегося дверного замка. Тэхён, убрав руку со сканера отпечатков, держал дверь, ожидая Хэгана. Казалось, он предлагал войти первым. В доме царила тишина. Сразу стало понятно, что никого нет. Когда Хэган двигался, свет в коридоре включался, словно следуя за ним. Вошедший следом Тэхён включил свет в гостиной, и весь дом сразу озарился.

Первое, что пришло на ум: «Как может один и тот же дом так отличаться?» Даже за то короткое время, пока он шел на кухню, вокруг было столько всего интересного, что трудно было оторвать взгляд. В просторной гостиной, создававшей ощущение открытого пространства, стоял Г-образный диван из белой кожи, над которым висела большая картина с морским пейзажем. Расставленные повсюду предметы декора выглядели дорогими даже на первый взгляд. Казалось, их привезли из совершенно разных мест, но они удивительно гармонично сочетались.

«Я и раньше догадывался, что он из богатых», — подумал Хэган. По словам Минсона, недавняя цена продажи квартиры в этом кондоминиуме превысила два миллиарда вон. И это еще не всё. Ухоженное лицо — это одно, но одежда, машина, всегда уверенная манера держаться… Конечно, Хэган не предполагал, что и дом у него обставлен с такой роскошью.

Только осознав, что слишком долго разглядывает дом без разрешения хозяина, он повернул голову. Тэхён спокойно ждал, и указал на изогнутый коридор.

— Кухня там.

Планировка квартиры была зеркальным отражением квартиры Хэгана. Он пошел в указанном направлении, и Тэхён последовал за ним.

— Сюда можно поставить? — спросил Хэган, обернувшись, когда увидел длинный стол, какой обычно бывает в барах.

Тэхён, открывший холодильник и доставший воду, не глядя, ответил согласием. Пакет был поставлен, пора было уходить, но ноги почему-то не слушались. Он долго колебался. Только когда Тэхён, доставший вторую бутылку воды, посмотрел на него с удивлением, Хэган смог заговорить:

— …А когда можно будет садиться за руль, не сказали?..

— Что?

— Машина. Она же там осталась.

— А… — Тэхён издал звук, будто вспомнил о чем-то забытом. — Раз ничего конкретного не сказали, думаю, можно, если не перенапрягаться. Только нужно следить, чтобы вода на рану не попадала.

В отличие от Тэхёна, который отвечал так, будто это пустяк, Хэган все еще чувствовал неловкость. Слишком много всего произошло сегодня. Хотя и неумышленно, Тэхён пострадал, пытаясь помочь Хэгану. Казалось, что за причиненные неприятности нужно взять ответственность и, приняв решение, Хэган произнёс:

— Если из-за травмы руки что-то не сможете сделать, скажите. Я сделаю это вместо вас.

Тэхён не смог скрыть удивления. По правде говоря, Хэган и сам впервые говорил нечто подобное. И уж тем более не думал, что скажет это соседу. У него вообще редко бывали отношения, которые можно было бы назвать «быть в долгу». Кроме товарищей по команде, с которыми он вместе бегал, его жизнь состояла в основном из мимолетных встреч и случайных знакомств.

«И как меня угораздило?» — с досадой подумал Хэган, но сказанных слов назад не взял.

— Только не вождение. Всё остальное, что требует физических усилий, я могу делать… Ах да, плавать я тоже не умею, но вряд ли вам понадобится моя помощь в этом.

— …

— В общем… говорите, не стесняйтесь.

Сказав это, он почувствовал облегчение. Проходя мимо Тэхёна, стоявшего у холодильника, он даже кивнул ему на прощание. Неожиданно он почувствовал, что его схватили за руку, когда он собирался выйти из кухни. Тэхён, казалось, был удивлён не меньше Хэгана, словно он схватил его не по своей воле.

Повисло непонятное молчание. Наконец Хэган спросил первым:

— …Что такое?

Тэхён лишь раз моргнул, и замешательство, которое Хэган только что видел на его лице, мгновенно исчезло. Карие глаза смотрели прямо на него.

— Одолжите мне как-нибудь свою руку, — снова сказал он, вернув себе обычное самообладание. — Позже. Если сможете.

Как только Хэган вышел из квартиры Тэхёна, в кармане зазвонил телефон. Он ответил, даже не взглянув на имя на экране. В такое время ему мог звонить только один человек.

— А, Хэган. Прости. Я сегодня с семьёй ходил в поход в ближайший национальный парк, а там связи не было. Поздно увидел твой звонок. Если что-то случилось, извини… — Минсон на том конце провода лебезил. Извиняться сверх меры, прежде чем собеседник успеет рассердиться, так что и сказать ему было нечего, — это был его конёк. И Хэган, знавший его с детства, лучше всех понимал, что это не «притворство» для избежания неприятностей, а искренность.

— А, всё нормально, нормально. Хватит уже. Ничего не случилось, просто так позвонил.

После этого послышалось какое-то бормотание, но Хэган проигнорировал его.

— Ты поел?

— Да. А ты?

— Собираюсь.

— Ещё не ужинал? Почему?

— …Ну, так получилось. Но у меня только одна пачка рамёна осталась.

— Уже? Я хотел заранее запастись, но забыл. Прости. Может, купить по дороге?

— Да за что ты всё извиняешься. Но в следующий раз возьми меня с собой, хён. Да и вообще, лучше бы закупить побольше разного. От хлеба уже воротит. Уж лучше готовый рис с водорослями есть.

— Кажется, у нас был какой-то готовый рис…

— Я бы его уже давно нашёл и съел. Но здесь, кажется, много корейских магазинов. Правда, пешком не дойти.

Как ни крути, Минсон был человеком, с которым Хэган провёл больше всего времени. Один лишь разговор с ним снял напряжение, сковывавшее всё тело. Бросив спортивную сумку в сторону, Хэган тяжело опустился на диван. Откинув голову назад, он увидел потолочный вентилятор. И этот диван, и вентилятор остались от предыдущего жильца. Скорее всего, они так и останутся здесь до тех пор, пока Хэган не съедет.

Обычно он об этом не задумывался, но после посещения дома Тэхёна, где всё отражало вкусы хозяина, это почему-то начало его беспокоить. Хэган, следивший взглядом за движением лопастей вентилятора, словно рисуя круги, выпрямился.

— Хён. А у меня сегодня в магазине карта не прошла.

— …А?

— Сказали, вроде, моя карта с их терминалом как-то не сходится. Такое бывает?

С тех пор как Хэган стал профессиональным игроком, его финансами занимался Минсон. Началось всё с того, что он несколько раз помог занятому тренировками Хэгану с банковскими делами, и со временем это стало естественным для обоих.

В любом случае, Минсон полностью обеспечивал Хэгана. Так повелось с тех пор, как они вместе вышли из детского приюта, достигнув совершеннолетия. В ситуации, когда повседневная жизнь Минсона была подчинена жизни Хэгана, делить деньги на «твои» и «мои» не имело особого смысла.

Поскольку Минсон также отвечал за карты, Хэган подумал, что тот что-то знает, но ответ последовал не сразу. Лишь спустя некоторое время Минсон растерянно проговорил:

— …Не, не прошла оплата?

«Почему он опять заикается?» Нахмурившись, Хэган не выдержал:

— Хён, ты в последнее время постоянно заикаешься. Я думал, это из-за новых людей, так почему ты и там так же?

— А, а, нет…

— Там тебя кто-то достаёт? Тот ублюдок опять напился и наговорил гадостей?

Нетрудно было представить Минсона, мнущегося с телефоном в руке на том конце провода. Можно было бы и пропустить это мимо ушей, но Хэган продолжал настаивать из-за того, что два года назад стал свидетелем одной сцены. Это случилось, когда родной брат Минсона приехал навестить его.

Минсон, сказав, что поужинает с братом, вернулся домой только в два часа ночи. Он, шатаясь, тащил на себе брата, который был вдвое крупнее его, а лицо у него было мертвенно-бледным. Причину он скоро узнал от брата Минсона, который, даже лёжа в постели, не мог заткнуться.

Что же он тогда говорил? Что-то вроде: «Будь благодарен, что я хоть так забочусь о выродке, которого бросила мать». А Минсон всё это выслушивал, пытаясь стащить носки с брыкающегося брата. Судя по тому, что он ничуть не удивился, подобные речи он слышал всю дорогу домой.

Минсон молчал, а Хэган вышел из себя. Он до сих пор помнил полные слёз глаза Минсона, который останавливал его, когда он кричал, чтобы того ублюдка немедленно выгнали.

— Хэган-а. Но он же мой брат… мой.

Почему-то он ничего не смог возразить. Было время, когда он и подумать не мог, что Минсон сможет произнести слово «мой» перед словом «брат». Однако тот случай навсегда врезался в память Хэгана. И тот тип, называвший себя братом, который на следующее утро за завтраком, приготовленным Минсоном, бросал на Хэгана опасливые взгляды, определённо помнил вчерашнее.

— А, нет, Хэган-а. Хён тогда всего один раз так поступил, а потом больше не… Да. Он и ко мне сейчас очень хо-хорошо относится.

С того дня ни в чём не повинный Минсон стал вдвойне осторожнее. Говори не говори, до того типа, называющего себя братом, всё равно не дойдёт. Хэган глубоко вздохнул. «Чёрт, как же выпить хочется». Если уж пить, то лучше сейчас, в межсезонье, но если он напьётся, когда Минсона нет рядом, чтобы остановить его, то снова может надолго уйти в запой, барахтаясь в нем, как в болоте.

«Сколько же дерьмовых мин приходится обходить», — подумал Хэган. Глядя на потолочный вентилятор и вспоминая прожитую жизнь, он услышал слабое дыхание на том конце провода и снова заговорил:

— Когда ты приедешь?

<предыдущая глава || следующая глава>