Дай мне клевер | Глава 137
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
— Блядь, ну и напугала же она меня.
Чхве Хван тяжело вздохнул, прижав ладонь к груди, словно пытаясь унять колотящееся сердце. Сколько бы раз он ни сталкивался с подобным, привыкнуть к таким фанатам было невозможно. Зажатая в стальной хватке телохранителей, сасэн-фанатка отчаянно извивалась, пытаясь дотянуться хотя бы до края его куртки. Она билась с такой исступленной силой, что удерживать ее пришлось сразу двоим крепким парням. Внезапно из-под ее одежды с резким металлическим звоном вывалился кухонный нож и ударился об асфальт. Ённок замер, чувствуя, как кровь стынет в жилах.
«Так вот зачем родители Хвана специально выманили его сюда. Но какая им от этого выгода? Просто навредить собственному сыну? Нет, здесь явно кроется какой-то другой, более грязный мотив».
«Ах... Ём Чхонрюль. Ну конечно. Это всё его рук дело!»
И ровно в ту секунду, когда до него дошла страшная правда, из слепой зоны выскочила еще одна до боли знакомая фигура и бросилась прямо на него. Ённок коротко вскрикнул.
Но ожидаемого удара не последовало. Телохранители Пак Чхунсон и Чон Боын среагировали молниеносно: они перехватили нападавшего в воздухе и жестко впечатали его лицом в землю.
— Эй! Ах ты лживый ублюдок! — истошно завопил парень, извиваясь на асфальте. — Ты же Истинный Гону-хёна! Какого хера ты тогда трешься рядом с Чхве Хваном?! Как ты смеешь так жить, мразь?!
Его голос срывался на истерику, захлебываясь от обиды и слепой ревности. Ённок узнал его: это был тот самый бывший парень Мун Гону, с которым он столкнулся в туалете исследовательского центра. Пак Чхунсон с выражением крайнего отвращения на лице обшарил карманы нападавшего и выудил оттуда... настоящий слесарный молоток.
Чон Боын, удерживавший брыкающегося сталкера Гону, только тяжело вздохнул:
— Пиздец. Ну и дурдом мы тут развели.
Ённок был с ним абсолютно согласен. Впервые в жизни на него обрушилась такая дикая концентрация сумасшедших за один-единственный день.
— А-а-ак! Пустите! Мне больно! — продолжал выть сталкер.
«Всё-таки не зря мы взяли охрану. Вот почему Ём Чхонхо постоянно заставляет их ходить за мной по пятам», — с облегчением подумал Ённок, поспешно отступая подальше от скрученных психопатов.
Но, к его огромному ужасу, парад безумия на сегодня еще не закончился.
Из толпы зевак, наблюдавших за происходящим, внезапно вырвался мужчина и на огромной скорости понесся прямо на Ённока. Сердце, которое только-только начало успокаиваться, совершило кульбит и камнем ухнуло вниз. От ужаса даже закричать не вышло — горло свело спазмом.
— Молодой господин! — в панике рявкнули телохранители.
Поскольку все бойцы были заняты удержанием первых двух нападавших, Ённок оказался совершенно беззащитен перед новой угрозой. Нападавший прыгнул. Но, к удивлению всех присутствующих, на асфальт рухнул вовсе не Ённок. Стоило сектанту приблизиться на расстояние вытянутой руки, как тот, действуя на чистых рефлексах, перехватил его, резко ушел с линии атаки и безупречно провел бросок через бедро. Мужчина впечатался в землю и покатился по тротуару. Изнурительные утренние тренировки по самообороне с телохранителями окупились сполна.
— Да вы издеваетесь! Чертовы психи, хватит с меня! — в сердцах рявкнул Ённок.
На адреналине он сам не заметил, как закрепил успех, с силой опустив подошву кроссовка прямо на живот поверженного врага. Сектант только сдавленно крякнул и обмяк, потеряв способность сопротивляться. Ённок присмотрелся к его искаженному болью лицу. Снова знакомые черты. Это был Ким Хёнсо — тот самый парень из деревни культа Хвамёнгё, который как-то навязчиво звал его пообедать.
— А этот-то откуда тут взялся?.. — пробормотал Ённок, тяжело дыша.
Опасаясь, что из-за угла выскочит очередной сумасшедший, он поспешно отступил на открытое пространство, где не было слепых зон. Но как только первая волна паники схлынула, на смену ей пришло горячее чувство гордости. Не зря он каждое утро потел на татами, разучивая приемы!
Расплывшись в довольной улыбке, Ённок обернулся к Хвану и охранникам, уже открыв рот, чтобы радостно крикнуть: «Вы видели?!».
Но лицо Чхве Хвана, уставившегося на него округлившимися глазами, было белым как мел.
— И Ённок! Сзади! — в отчаянии заорал он.
Ённок резко обернулся, но было уже слишком поздно. Прямо на него, несясь по тротуару на огромной скорости, летел электросамокат с двумя подростками. Их перекошенные от испуга лица оказались буквально в сантиметре от него.
Секунда — и на тело Ённока обрушился сокрушительный удар.
От жесткого столкновения лбами в голове вспыхнула боль. Двое идиотов, грубо нарушивших все мыслимые правила езды по пешеходной зоне, слетели с самоката и кубарем покатились по асфальту. Сознание начало стремительно меркнуть. Последним, что увидел Ённок перед тем, как тьма поглотила его, было искаженное паникой лицо бросившегося к нему Хвана.
«Я одолел сасэн-фанатку Хвана, скрутил чокнутого бывшего Гону и даже уложил на лопатки фанатика из секты Чхонхо... А в итоге меня сбивает какой-то гребаный электросамокат?! Да вы издеваетесь... Моя жизнь — это просто дурная шутка...»
Мысленно проклиная свое хроническое невезение, Ённок потерял сознание.
— Господи, как же я задолбался... — вслух простонал Ённок.
Притащив свое ноющее тело домой, он позволил себе эту минутную слабость. Сбросил тяжелую сумку на пол, обвел уставшим взглядом свое драгоценное гнездышко — квартиру, купленную в ипотеку. Он вложил в нее столько сил, любовно обставляя каждый метр: здесь была отличная мебель, новейшая техника и царил уют. Пусть это был не самый центр Сеула, зато полноценная двушка на солнечной стороне, да и райончик считался вполне безопасным.
Единственным минусом были конские проценты по кредиту, которые сгибали его спину в три погибели.
На самом деле, физическая усталость — это сущие пустяки. Ради того, чтобы выплатить многомиллионную ипотеку, Ённок пахал сверхурочно и выходил на работу по выходным, как по расписанию. Но если удавалось нормально поесть и хорошенько выспаться, жить было вполне можно. Однако с тем щемящим чувством одиночества, что накрывало его каждый раз по возвращении домой, он ничего поделать не мог. Ему было невыносимо одиноко. В квартире было тепло, но где-то глубоко внутри, под ребрами, гулял ледяной зимний сквозняк.
Обычно Ённок никогда не жаловался на аппетит, но сегодня кусок в горло не лез. Выпив стакан холодной воды, он первым делом включил телевизор — просто чтобы фон разбавляли человеческие голоса. Стянув с себя одежду и бросив её куда попало, он направился в ванную. Включил душ, стал ждать, пока стечет холодная вода. И взгляд невольно зацепился за собственное отражение в зеркале. Метка в виде четырехлистного клевера на груди... С того дня, как она проявилась, прошло уже почти четыре года.
Лицо Ённока потемнело от тоски. Обычно люди встречали своих Истинных в течение года после проявления Метки. Так почему же его пара до сих пор не появилась? Всякий раз, когда он слышал леденящие душу истории о людях, потерявших своих Истинных из-за несчастного случая или болезни еще до первой встречи, его пробирал животный страх.
«Неужели я так и проживу всю жизнь в одиночестве?»
Ради этой встречи он ни с кем не заводил отношений, обрекая себя на бесконечное ожидание. Но в последнее время держаться становилось всё невыносимее. Ему нужна была семья. Если точнее — ему до одури нужен был человек, которого он мог бы любить и который любил бы его в ответ. Ему не хватало живого человеческого тепла, искренней заботы, тихого обмена нежными словами утешения после тяжелого дня...
Наконец пошла горячая вода, и Ённок встал под струи. Но сколько бы он ни стоял под обжигающим душем, как бы плотно ни кутался в толстое одеяло на своей мягкой удобной кровати — пронизывающий холод и пустота внутри никуда не уходили. Крепко прижав к боку Ёнду — свою старую плюшевую игрушку, с которой он не расставался с самого детства, — Ённок долго ворочался в постели. Тело ломило от усталости, но сон не шел.
«А что, если мой Истинный и правда... умер еще до нашей встречи?»
От этой мысли сердце сжалось от ужаса. «
Просто Метка проявилась слишком поздно, вот и всё», — попытался он успокоить сам себя и тихо пробормотал в темноту:
— Надо засыпать. Если хочу завтра рано встать, нужно уснуть прямо сейчас.
«И вернуться домой как можно позже», — добавил он мысленно.
Одной из причин, по которой Ённок с таким остервенением бросался в тяжелую физическую работу, было жуткое нежелание возвращаться в эту пустую одинокую квартиру. Лишь спустя долгое время, измученный собственными тревогами, он наконец провалился в тяжелый сон.
Ённок вынырнул из небытия с отвратительным чувством. Всё тело немилосердно ныло, но хуже всего было с головой: она раскалывалась так, словно по ней ударили кувалдой. К горлу подкатывала тошнота, а комната перед глазами кружилась, как безумная карусель. И самое главное — свет был невыносимо режуще ярким.
«Уже рассвело, что ли?..» — простонал он мысленно.
«Вчера перед сном я ведь нормально себя чувствовал... Неужели из-за этих переработок слег с простудой?»
Болезненно сморщившись, Ённок тихо застонал и пошарил рукой по тумбочке, пытаясь понять, который час. Почему вокруг так светло?
«Если опоздаю, бригадир с меня три шкуры спустит...»
«Ч-что? Кто это? Кто проник ко мне в дом?»
От испуга Ённок на миг забыл о раскалывающейся голове и с огромным усилием разлепил свинцовые веки. Сквозь мутную пелену он увидел, как чей-то расплывчатый силуэт отшвырнул что-то в сторону и в спешке бросился к нему. Незнакомец крепко схватил его за руку. В то же мгновение ледяной озноб отступил, а невыносимая пульсирующая боль чудесным образом стихла.
— Как ты себя чувствуешь? Врачи сказали, у тебя сотрясение. Сильно болит?
Ённок несколько раз заторможенно моргнул, прогоняя муть, пока зрение наконец не сфокусировалось. Но стоило разглядеть лицо человека, который так отчаянно звал его по имени, как он застыл, пораженный громом.
«Какого черта Чхве Хван делает в моей квартире? Я что, всё еще сплю?»
Человек, которого он до этого видел только по телевизору и в интернете, сейчас сидел рядом, судорожно сжимая его пальцы, а в его глазах блестели самые настоящие слезы. Вблизи актер оказался настолько ослепительно красив, что экран не передавал и десятой доли его привлекательности. Ённок даже на секунду усомнился — может, он обознался? Но ведь этот мужчина только что четко и ясно назвал его по имени.
— Так, пока не двигайся. Лежи спокойно. Я сейчас же приведу врача!
То ли Хван как-то не так расценил ошарашенное состояние Ённока, то ли просто запаниковал, но он резко вскочил с места, пулей вылетел в коридор и почти сразу же вернулся в сопровождении медперсонала. Увидев, что пациент открыл глаза, доктор заметно просветлел.