Дай мне клевер | Глава 118
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
В тот момент, когда Ённок, тяжело дыша, наконец пришел в себя, Гону крепко сжимал его в объятиях. Раздавались чуть влажные звуки — губы его блуждали повсюду, оставляя следы на ушах, щеках, шее и везде, куда только могли дотянуться. Тело Ённока окончательно обмякло, превратившись в податливую лужицу, поэтому он не сопротивлялся и просто позволил партнеру делать всё, что тому вздумается.
Гону так и лучился энергией — от его недавнего предсмертного состояния не осталось и следа. Температура кожи, плотно прижимающейся к Ённоку, казалась теперь лишь приятно тёплой, а не раскаленной.
«Какое счастье, что этот контакт и правда сработал...» — с облегчением подумал Ённок. А с другой стороны... Поразмыслив еще немного, он выдал:
— Слушай... я тут подумал. Наверное, Метку всё-таки лучше не удалять.
Только сейчас, выпотрошенный до дна, он осознал, насколько, оказывается, слаб перед собственным либидо.
— Хм-м... — Гону издал неопределенный звук, по которому было совершенно непонятно, согласен он или нет. Окинув взглядом своего партнера, находящегося в самом расцвете сил и желаний, он многозначительно усмехнулся. А затем вкрадчиво предложил: — Если ты не слишком устал... может, повторим?
Ённок на секунду задумался, а затем покорно кивнул.
Так они и кувыркались в постели полдня напролет, отдаваясь друг другу до полного изнеможения. И на следующий день. И через день. Дни слились в сплошной круговорот страсти, и вот так, совершенно незаметно для них обоих, Ённок провел в этом доме с Гону уже полмесяца.
Завернутый лишь в легкий халат на голое тело, Ённок сладко зевнул. Гону, который возился у плиты с таким сияющим и свежим лицом, обернулся и удивленно спросил:
— Да нет, просто... Сплю и сплю, а всё равно глаза слипаются. Устал немного.
Ённок ответил без особой задней мысли, тяжело опускаясь на стул.
«Неужели я так вымотался из-за того, что мы только и делаем, что трахаемся?» — мысленно упрекнул он себя. Ённок твердо решил, что хотя бы сегодня ему нужно вести себя как цивилизованному человеку. — «Хватит уже идти на поводу у плотских утех».
Проблема заключалась лишь в том, что заниматься этим с Гону оказалось настолько ошеломляюще приятно, что это сбивало с толку.
Бросив случайный взгляд на него, Ённок заметил, что Гону нахмурился, будто мысли его сейчас находились где-то далеко.
— А? Да, давай завтракать, — быстро отозвался Гону, выныривая из своих раздумий и садясь за стол. Но лицо его при этом оставалось слегка омраченным.
И стоило закончить с едой, как он вцепился в Ённока, устроив ему настоящий допрос с пристрастием:
— Как твое самочувствие? Аппетит в норме? Кровь из носа не шла?
Совершенно не понимая, к чему эти странные медицинские вопросы, Ённок всё же послушно ответил:
— Чувствую себя нормально, аппетит как обычно. И носом кровь не шла.
— Просто «нормально»? То есть, ты не чувствуешь невероятного прилива сил или энергии? — допытывался Гону, цепко вглядываясь в его лицо.
— Ну, вроде бы нет... до такой степени точно.
Отвечая на это, Ённок и сам начал понимать, что что-то здесь не так. Учитывая, сколько времени он провел в тесном контакте со своим Истинным, он должен был фонтанировать энергией. Прямо как сам Гону, сидящий перед ним. Тот после их первой связи не только перестал испытывать мучительные боли от проявления, но и полностью восстановился. Метка на его языке вновь сформировалась до конца.
— Ённок-а, а у тебя случайно не...
Гону с предельно серьезным выражением лица собирался спросить что-то еще, как вдруг...
Раздался отчетливый стук в дверь. Ённок мгновенно заледенел.
Он медленно повернул голову в сторону прихожей. Из-за двери раздался до дрожи знакомый голос. Гону тут же оскалился, свирепо сведя брови.
Ём Чхонхо! Ённок пулей подорвался со стула. А ведь он был абсолютно уверен, что этот человек рано или поздно выследит их, но в сладком водовороте последних дней напрочь об этом забыл.
— Я считаю до десяти. Открывайте дверь.
Голос звучал обманчиво вежливо, но от этой ледяной учтивости веяло абсолютной жутью. Гону раздраженно цокнул языком и тяжело вздохнул. Ённок, наконец-то придя в себя, начал испуганно пятиться назад, когда с той стороны раздалось короткое:
И в ту же секунду раздался оглушительный грохот, от которого массивная входная дверь содрогнулась в петлях. Ённок мысленно заорал от ужаса.
«Вы же сказали, что до десяти считать будете! Даже секунды не прошло!»
И тут, с катастрофическим запозданием, до Ённока дошло, в каком неподобающем виде он сейчас находится.
В отличие от полностью одетого Гону, Ённок, который совсем недавно вылез из постели, стоял посреди гостиной с полураспахнутым халатом на голое тело. Пока он в панике метался, не зная, за что хвататься, из прихожей донеслось еще два чудовищных удара и на третий раз усиленная дверь с треском вылетела из проема, разлетаясь в щепки.
Двое массивных телохранителей, шагнув внутрь, профессионально прочесали взглядом помещение. Убедившись, что непосредственной угрозы нет, они синхронно отступили в стороны, освобождая проход. И прямо за ними шагнули Ём Чхонхо и Чхве Хван.
Гону шагнул вперед, заслоняя собой потерявшего дар речи Ённока. Его напряженная спина выражала непоколебимую готовность защитить своего партнера от грубых захватчиков. Вот только вся ирония заключалась в том, что похитителем здесь был именно он.
— Ённок-а! Ты в поря…! — Хван, с ввалившимися глазами и мертвенно-бледным лицом, бросился было к нему, но вдруг замер как вкопанный.
Дрожащий взгляд скользнул по небрежно запахнутому халату и намертво прикипел к шее и ключицам Ённока, сплошь усыпанным багровыми засосами и следами от жадных укусов. Ённок с запозданием вскинул ладонь, пытаясь прикрыть этот стыд, но было поздно. Хван издал сдавленный, полный ужаса вопль. Ённоку захотелось провалиться сквозь землю и завизжать вместе с ним.
Ём Чхонхо медленно, пугающе неторопливо окинул Ённока взглядом с ног до головы. А затем спросил сухим голосом:
— Ённок-сси, вас к этому принудили?
Казалось, ответь Ённок утвердительно, и Чхонхо прямо сейчас, своими голыми руками разорвет Гону на части.
— Нет! Нет! Что вы…! Никто меня не принуждал. Просто так вышло, что…
Он только открыл рот, чтобы объяснить, в каком критическом состоянии находился Гону, как Хван снова вскрикнул, бессильно осел на пол и… разрыдался, закрыв лицо руками. Лицо Ённока вспыхнуло до самых корней волос.
— Да послушайте же… Состояние Гону-хёна правда было ужасным. Поэтому я…
Пока Ённок, сбивчиво и отчаянно краснея, пытался хоть как-то оправдаться, Гону невозмутимо скрестил руки на груди. И с поразительной наглостью пошел в наступление на незваных гостей:
— Что за манеры — врываться в чужой дом без разрешения? Я вызову полицию за незаконное проникновение.
— Эй! Ты всего лишь жалкий похититель, с чего такая наглость?!
Хван, утирая слезы шока, вскочил на ноги и в бешенстве ткнул в него дрожащим пальцем.
Судя по осунувшимся лицам Чхонхо и Хвана, за эти полмесяца они ни разу не прикоснулись друг к другу. И хотя Ённока похитили против его воли, всё это время он не только не пытался сбежать, но и беззаботно предавался разврату в чужой постели. Чувство вины внутри взлетело до небес.
«Я думал, раз им так плохо от отката, они хотя бы друг с другом будут контактировать».
Тот факт, что они даже пальцем друг друга не тронули, будто синхронно решив умереть в его отсутствие, заставил сердце Ённока болезненно сжаться. Желая хоть немного облегчить их боль, он нерешительно шагнул вперед, чтобы взять их за руки. Но тут Гону резко обернулся к нему. И с выражением абсолютной скорби на лице произнес дрожащим голосом:
— Ённок-а… Нам ведь было так хорошо вместе. Да?
Да, было хорошо! Чертовски хорошо! Но какого черта этот мужчина сейчас смотрит на него с таким жалобным видом, словно Ённок — жестокий негодяй, бездушно бросающий своего возлюбленного?!
Увидев этот издевательский спектакль, Хван схватился за заднюю часть шеи. То ли от резко подскочившего давления, то ли от критической нехватки физического контакта с Истинным, из его носа потекла струйка крови.
Первоначальное потрясение от внешнего вида Ённока отступило, и теперь привычная вспыльчивость Хвана взорвалась с новой силой. Он разъяренно рванул вперед. Однако по едва заметному холодному кивку Чхонхо телохранители тут же перехватили его. Чхонхо с усталым видом перевел тяжелый взгляд на Гону, который с вызовом щурил глаза, всем своим видом показывая превосходство.
— Мун Гону-сси. На этот раз вы действительно перешли все мыслимые границы. Я не могу спустить вам это с рук.
— И что же ты сделаешь? — усмехнулся Гону.
Лицо Чхонхо оставалось невозмутимым. Впервые со времен того инцидента в больнице его голос прозвучал так властно, сбросив всякий налет вежливых формальностей:
Осознав, что сопротивление здесь бесполезно, Гону вел себя на удивление покладисто. Тем не менее, телохранители выпроваживали его весьма жестко. Еще бы — мало того, что этот человек посмел похитить Истинного самого Главы секты, чтобы единолично им владеть, так еще и заставил их полмесяца рыскать повсюду, выворачивая всё наизнанку. Гону продумал свой план настолько тщательно, что вычислить этот загородный дом оказалось адски сложной задачей. Лица охранников, помятые от недосыпа, ясно отражали степень их раздражения.
Как только Гону вывели за дверь, Ённок весь сжался. Несмотря на то, что Чхонхо выглядел откровенно нездоровым, он всё еще не делал ни малейшей попытки прикоснуться к нему. Наоборот, обращался с замершим в панике Ённоком с невероятным терпением, мягко и деликатно.
— Ённок-сси, как только вы будете готовы, мы поедем.
— Т-тогда я быстро переоденусь…
— Не торопитесь. У нас много времени, — плавно ответил Чхонхо.
Ённок не сделал ничего плохого, но чувствовал себя так, будто совершил смертный грех. К тому же, этот пугающе спокойный мужчина внушал такой трепет, что он отвёл глаза.
Желая дать ему пространство и не смущать еще больше, Чхонхо принялся неторопливо заваривать себе кофе. Ённок, которому и так было до смерти стыдно стоять полураздетым посреди разрушенной прихожей, пулей метнулся в гардеробную.
Когда он, наскоро натянув одежду, спустился обратно, немного пришедший в себя Хван тут же бросился к нему и крепко сжал в объятиях. В то мгновение, когда их тела соприкоснулись, Ённок удивленно распахнул глаза.
Казалось бы, бесконечных ласк с Гону должно было с лихвой хватить, чтобы восполнить любые физические резервы, но… Как ни странно, стоило Хвану его обнять, как в ту же секунду сознание Ённока прояснилось, а по венам, словно свежий весенний ветер, пробежала живая искрящаяся энергия.