Дай мне клевер | Глава 151
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
«Биологический отец? И именно сейчас?»
Ённок уже не раз слышал истории о мерзких родителях, которые объявляются спустя годы, лишь бы тянуть деньги из повзрослевших детей. Вдруг это как раз такой случай? Пока что он решил притвориться, будто не видел сообщения, но где-то в глубине души уже скреблось какое-то тревожное чувство.
«Надо же было остаться совершенно одному именно тогда, когда так нужен совет».
Не прочти он тот злополучный дневник, может, и смог бы притвориться, что ничего не знает, и просто выговориться. Ённок тяжело вздохнул, чувствуя, как внутри всё сжимается от тоски.
В этот день он специально поужинал пораньше, только бы не пересекаться с этой троицей. Чхве Хван тогда места себе не находил, из кожи вон лез, пытаясь его подбодрить. Мун Гону тоже заходил и просил поговорить, но Ённок лишь крепче жмурился, мастерски притворяясь спящим. Сегодня ему просто необходимо было побыть одному.
Промучившись сомнениями до самой ночи, Ённок с осунувшимся лицом взглянул на часы — время уже перевалило за полночь. Чтобы хоть как-то проветрить голову и избавиться от гнетущих мыслей, он решил подняться в сад на крыше. Но, едва выйдя в темный коридор второго этажа, резко замер.
Из-под одной из дверей пробивалась узкая полоска тусклого света. Внутри явно кто-то был.
Что это была за комната? В этом огромном особняке было так много помещений, что Ённок до сих пор не выучил их все. Он машинально сделал несколько шагов вперед и вдруг осознал одну странность.
«А ведь эта дверь... она отличается по цвету от остальных».
В этот самый момент по ту сторону послышалась возня. Ённок замялся, не решаясь постучать, как вдруг чей-то голос резко сорвался на крик:
— Вы не можете перестать творить это дерьмо хотя бы в доме?!
Это был раздраженный голос Чхве Хвана. Ённок невольно оглянулся по сторонам и сглотнул вставший в горле ком. Стараясь не дышать, он тихонько подкрался ближе. Осторожно прижался ухом к прохладному дереву и прислушался.
Следующим зазвучал спокойный и размеренный тон Ём Чхонхо.
— Ённок сейчас вообще ни о чем не подозревает! Что будешь делать, если он поймет, какими мерзостями ты тут промышляешь, и сбежит?!
— Надо же, этот придурок впервые сказал что-то дельное. У меня уже голова раскалывается от вони крови.
Донесся ледяной, язвительный голос Мун Гону. Сомнений не оставалось, все трое его скрытных, донельзя подозрительных Истинных собрались здесь и явно замышляли что-то недоброе.
— Я же просил тебя не нарываться... — зло прошипел Хван.
Повисла тяжелая от напряжения тишина — казалось, они обменивались уничтожающими взглядами. Но вскоре Хван с отвращением нарушил молчание:
— Твою мать! Блядь, я в кишки наступил.
Ённок побелел как полотно. В пересохшем горле запершило. То, что он сейчас слышал, выходило за рамки даже самых жутких его фантазий.
— Вам бы тоже не мешало быть осторожнее, Хван, — невозмутимо отозвался Чхонхо. — И не вздумайте расхаживать в этих ботинках по дому. Отмойтесь как следует, прежде чем выйти, чтобы не оставить кровавых следов в коридоре.
Послышалось сдавленное ругательство Хвана, шуршание плотного полиэтилена, металлический лязг и мерзкое чавканье, словно кто-то топтался по вязкой луже. Воображение Ённока услужливо рисовало картины, достойные отборного кровавого слэшера.
— И нам обязательно всё это скрывать? — вдруг произнес Чхонхо. — Если мы просто честно обо всем поговорим...
— Я же сказал — нет! — перебил его Хван, срываясь на панику. — Ённок и так в последнее время сам не свой! Что, если он в полицию пойдет?! Мне сейчас только скандала не хватало! Я не собираюсь гробить свою карьеру!
— Я тоже считаю, что пока лучше держать всё в тайне, — ровным тоном согласился Гону. — Ему и так тяжело из-за потери памяти, он только-только начал адаптироваться...
— Похоже, наши мнения расходятся. Я думаю, что...
Голос Ём Чхонхо внезапно оборвался. Сердце Ённока ухнуло куда-то в живот. Едва он успел в дикой панике отшатнуться, как дверь с грохотом распахнулась. Ённок слышал тяжелые, уверенные шаги Чхонхо — тот направлялся прямиком к его комнате. А затем раздался стук.
— Ённок? Вы случайно не проснулись?
Уловив в воздухе слабый, но тошнотворный металлический запах крови, Ённок покрылся липким потом от ужаса. Вжавшись в стену на лестничной площадке, он до боли закусил губу, чтобы не издать ни звука, и на подгибающихся ногах бесшумно скользнул на первый этаж. Юркнув в тренажерный зал, он забился за один из массивных тренажеров и замер.
Он просидел так целую вечность, содрогаясь от крупной дрожи, прежде чем заставил себя вернуться наверх. В той комнате, где совсем недавно находились эти трое, теперь стояла мертвая тишина. Ни единого звука. Но Ённок даже в мыслях не смел приоткрыть дверь. Он пулей влетел в свою спальню, заперся и, зажав рот обеими ладонями, беззвучно закричал.
«Ааааа! Они же настоящие серийные убийцы! Я так и знал!»
«Мои партнеры — чертовы сообщники! Стоп... Неужели и я тоже?! Я тоже соучастник?! Во что вообще превратилась моя личность за этот забытый год?! Я что, закрывал глаза на убийства просто потому, что мы связаны метками?! Так вот почему они так носились со мной? Боялись, что я сдам их копам?!»
В груди так бешено колотилось, что о сне не могло быть и речи. Вконец измученный паранойей и страхом, Ённок решил хоть как-то сбежать от пугающей реальности. Поддавшись импульсу, он схватил телефон, открыл соцсети и напечатал ответ на то самое сообщение от «отца».
[Если это действительно мой отец, я бы хотел с ним встретиться.]
Несмотря на поздний час, ответ пришел мгновенно, будто собеседник по ту сторону экрана только и ждал этого сообщения.
[Спасибо за взвешенное решение, господин И Ённок. Я немедленно свяжусь с клиентом.]
Ённок сидел на краю кровати, нервно притопывая ногой.
На секунду пожалев об отправленном ответе, он тут же решительно мотнул головой.
«Нет. В конце концов, разве это не тот человек, с которым мне нужно встретиться хотя бы раз в жизни?»
Он с самого детства задавался этими вопросами. Кем вообще были его родители? Какие такие непреодолимые обстоятельства заставили их бросить его в приюте? Неужели за всю жизнь они ни разу не заскучали по нему, не захотели узнать, как он там?
«И вот теперь я, наконец, смогу получить ответы на все эти вопросы...»
Пытаясь сбежать от гнетущих мыслей о том, действительно ли Ём Чхонхо — хладнокровный серийный убийца, Ённок еще долго размышлял о биологическом отце и лишь под утро кое-как провалился в беспокойный сон. А на следующий день, едва открыв глаза, первым делом потянулся к телефону.
[Клиент был невероятно рад. Когда у вас будет время? Он хочет встретиться с вами лично и поговорить.]
Встречу назначили через несколько дней. Сердце Ённока гулко колотилось о ребра. В душе странным образом уживались и застарелая обида, и робкая надежда на то, что у родителей действительно была веская причина для такого поступка. Перебирая вещи в шкафу в попытках решить, что надеть, Ённок вдруг замер.
— Точно. Мне же говорили предупреждать заранее, если собираюсь куда-то выйти.
Вспомнив строгий наказ секретаря Ким Чонсона, Ённок отправился на поиски своих телохранителей. Чон Боын и Пак Чхунсон — обладатели весьма специфических имен — на удивление оказались парнями дружелюбными и общительными. Судя по всему, до потери памяти Ённок был с ними в довольно хороших отношениях. Когда он вошел, телохранители, маявшиеся от скуки за мобильными играми, радостно вскинули головы.
— Наш молодой господин! Что привело вас сюда? — с теплой улыбкой поприветствовал его один из них.
— У меня планы на эту субботу. Хочу немного прогуляться.
— Планы? На выходные? — с явным недоумением переспросил Чон Боын.
Достав ежедневник, он принялся деловито проверять расписание, а затем, слегка склонив голову набок, уточнил:
— Но остальные трое ничего нам не говорили... С кем из них вы идете? Наверное, с господином Чхве Хваном?
«Что за?.. Почему он так уверен, что это должен быть кто-то из них троих? Будто у меня вообще больше никого нет, с кем бы я мог выйти из дома!»
Чувствуя легкую неприятную неловкость, Ённок ответил:
— Нет, я просто иду на встречу со знакомым.
На этот раз оживился Пак Чхунсон. Он выудил свой блокнот, быстро пролистал какие-то записи и, окончательно сбитый с толку, осторожно спросил:
— Прошу прощения, но... в каких отношениях вы состоите с этим человеком?
Ённоку совершенно не хотелось отчитываться о том, что он собирается на встречу с отцом. Да, все обитатели этого дома относились к нему с поразительной заботой и теплотой. Но, несмотря на искреннюю благодарность, после вчерашнего подслушанного разговора уровень доверия Ённока к ним рухнул на самое дно.
«Интересно, знают ли телохранители о том, какие дела на самом деле проворачивает Ём Чхонхо?» — мелькнула тревожная мысль.
Стараясь не выдать своего напряжения, Ённок уклончиво ответил:
Пак Чхунсон понизил голос, звуча еще более настороженно:
— Мне ужасно неловко об этом спрашивать, но... разве у вас были друзья, с которыми вы поддерживали связь?
Заметив, как вытянулось лицо Ённока, Чон Боын больно ткнул Чхунсона локтем под ребра, заставляя того подавиться словами, и тут же торопливо затараторил, пытаясь сгладить углы:
— Этот идиот имел в виду, что из-за вашей потери памяти у вас в последнее время просто не было друзей, с которыми вы бы общались!
Даже до того, как потерять память, Ённок долго и мучительно болел из-за проявления метки. А вдобавок к этому он постоянно работал на износ, не оставляя ни минуты свободного времени, так что связь с прежними знакомыми давно и безнадежно оборвалась. Но одно дело — отдалиться от старых приятелей, и совсем другое — осознать, что после встречи со своими Истинными он так и не завел ни единого друга. Звучало это жалко и даже слегка шокирующе.
Слегка поникнув, Ённок пробормотал:
— Мы познакомились в интернете.
— А-а, вот оно как... А вы, случайно, знаете его личные данные? И где именно назначена встреча?
Взгляды Чон Боына и Пак Чхунсона, которые секунду назад излучали лишь безобидное добродушие, мгновенно заледенели, став острыми и цепкими. Они принялись расспрашивать его с таким дотошным пристрастием, что Ённок едва не сдался и не выложил им всю правду. А уж когда телохранители выяснили, что встреча назначена в тихом, уединенном офистеле на окраине, они и вовсе встали неприступной стеной, категорически запрещая ему выходить.
— Какой еще офистель?! Исключено. Абсолютно исключено! Как можно верить незнакомцу из интернета и идти в такое место? Вы ведь и так ничего не помните...
И смотрели они на Ённока при этом так, словно перед ними был несмышленый ребенок, беззаботно разгуливающий по краю обрыва.