Дай мне клевер | Глава 141
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Ём Чхонхо на мгновение задумался, скользнул взглядом по палате и, приметив в углу инвалидное кресло, подкатил его поближе.
Ённок просиял. Хоть какая-то самостоятельность! Он уже приготовился неуклюже перебраться в кресло, как вдруг земля ушла из-под ног. Чхонхо подхватил его на руки без малейших усилий. Ённок даже пискнуть не успел от неожиданности, так и застыл, пока его бережно не опустили на сиденье кресла.
Инвалидное кресло покатилось прямиком к ванной комнате, увозя с собой смущенно бормочущего Ённока. Он до последнего надеялся, что это шутка, но Чхонхо вновь бесцеремонно поднял его и усадил прямо на ободок унитаза. И мало того — чужие руки уверенно потянулись к его поясу. Ённок в панике вцепился в свои штаны, отчаянно сопротивляясь попытке стянуть их вниз.
Видимо, его вскрик оказался слишком громким, потому что в палату тут же вбежала медсестра. Она профессионально-острым взглядом окинула напряженную сцену в уборной. Лицо Ённока вспыхнуло так, что, казалось, вот-вот взорвется от стыда. Но, судя по всему, неловко было только ему одному. Чхонхо и медсестра обменивались репликами с пугающим спокойствием.
— Сестра, пациент хочет принять душ. Это допустимо? — ровным тоном поинтересовался мужчина.
— Если только он будет не один. К счастью, состояние пациента значительно улучшилось, так что легкий душ не повредит. Вам, наверное, неудобно, давайте я пока вытащу иглу от капельницы.
Медсестра ловко извлекла иглу из вены и прилепила на место прокола водонепроницаемый пластырь. Напоследок она бросила дежурный совет избегать слишком горячей или холодной воды, ограничившись теплой. Ённоку хотелось вцепиться в подол ее халата и умолять не уходить, но женщина уже растворилась за дверью, с легким звоном утащив за собой стойку.
Ённок в полном отчаянии посмотрел снизу вверх на Чхонхо. А тот в ответ выдал угрозу. Точнее, предложил выбор, который прозвучал как самый настоящий ультиматум:
— Предпочитаете, чтобы о вас позаботился я, или позовем кого-то постороннего?
«Да для меня сейчас и ты посторонний!» — мысленно взвыл Ённок. Но если рассуждать логически, разумнее было довериться тому, кто уже проявляет к нему откровенную благосклонность. К тому же противиться властной ауре Ём Чхонхо оказалось задачей не из легких.
— Пожалуйста, позвольте мне хотя бы в туалет сходить самому, — взмолился Ённок.
Но на лице Чхонхо не дрогнул ни один мускул — он не собирался идти на компромисс. А потому всё-таки стянул с Ённока штаны вместе с бельем. И словно этого унижения было мало, остался непоколебимо стоять прямо посреди тесной ванной. Ённок едва ли не в слезах начал умолять хоть привязать его, лишь бы остаться одному, и только тогда мужчина соизволил отступить. Причем воспринял он это буквально: принес настоящие медицинские фиксаторы и хладнокровно привязал одну руку Ённока к поручню возле унитаза, прежде чем выйти за дверь.
Сгорая от жгучего, почти невыносимого стыда, Ённок кое-как справил нужду. Писать сидя ему еще не приходилось. Закончив со своими делами, он нерешительно замер, так и не осмелившись позвать Чхонхо. Но мужчина за дверью словно почувствовал это — тут же раздался негромкий стук.
— Ённок-сси? Возникли какие-то проблемы?
Голос Ённока предательски дрогнул и сорвался на шепот. У него всё равно не было иного выхода, кроме как позвать этого человека — ведь Чхонхо унес с собой его штаны и белье. Отчаянно натянув края больничной рубашки, он попытался хоть как-то прикрыть пах.
— Вы, кажется, не до конца осознаете всю опасность падений, Ённок-сси. Человек с травмой головы, упав и ударившись снова, рискует получить фатальные последствия. Согласны?
Чхонхо был абсолютно прав. Вот только логика никак не помогала унять горящий румянец на щеках. Ённок не имел ни малейшего понятия, какие отношения их связывали до потери памяти. Прямо сейчас перед ним стоял абсолютно чужой человек. И ситуацию только усугубляло то, что этот чужак был возмутительно хорош собой, источал ауру абсолютной уверенности и был безупречно одет в строгий костюм с иголочки.
— Нет! Я... я лучше просто вернусь в постель...
И без того расшатанные нервы сдали окончательно, и голос прозвучал резче, чем он планировал.
Чхонхо, расстегивавший фиксатор на его запястье, поднял взгляд и окинул Ённока тяжелым взглядом. А затем большая рука директора медленно погладила его по задней стороне шеи. Темные глаза скользнули по бледной коже, останавливаясь на багровеющих следах, оставленных кем-то другим.
— Но вам ведь самому некомфортно, не так ли? Вы вспотели, тело липкое...
Ённок вздрогнул от этого прикосновения и поднял глаза. Пальцы, поглаживающие его кожу, были пугающе нежными, вызывая в животе странное щекочущее чувство. В голове снова промелькнула паническая мысль: «Да быть не может...»
Но тут Чхонхо добил его окончательно:
— Не напрягайтесь вы так. В конце концов, разве мы с вами уже не видели друг друга во всех возможных видах?
— В ка-каких еще видах?! — поперхнулся Ённок.
«Изменять с двумя — это уже перебор, но только не говорите мне, что я путался сразу с тремя мужиками?!»
Заметив полнейший хаос и ужас на лице Ённока, вызванный этими сомнениями, Чхонхо едва заметно усмехнулся. Он мгновенно просчитал, к каким выводам тот пришел, и в его глазах мелькнул откровенно лукавый огонек.
— Я имею в виду, что мы спали в одной постели и видели друг друга абсолютно голыми, — спокойно пояснил он.
«И Ённок, ты больной ублюдок! Чертов Казанова! У тебя же есть Истинный, а тебе мало было двойной измены, ты умудрился завести роман на троих?!»
Пока Ённок мысленно вопил от ужаса, Ём Чхонхо легко подхватил его на руки и опустил в пустую ванну. Стоило поднять на мужчину жалобный, чуть ли не плачущий взгляд, как тот без лишних церемоний стянул с него больничную рубашку. Наблюдая за тем, как Чхонхо невозмутимо снимает свой пиджак и аккуратно закатывает рукава белоснежной рубашки, Ённок тяжело вздохнул и окончательно сдался.
— Как вам температура воды? — поинтересовался Чхонхо, взяв в руки лейку душа. Он включил воду и пустил теплые струи прямо на чужую макушку.
— Нормально... — обреченно пробормотал Ённок.
Тщательно смочив его волосы, Чхонхо всучил ему душ, а сам выдавил на ладони шампунь и принялся вспенивать его на чужой голове. Чтобы травмированная голова Ённока не дергалась, он крепко, но очень бережно зафиксировал его затылок своей широкой ладонью. И мыл он волосы с такой поразительной ловкостью и нежностью, что Ённоку пришлось приложить немало усилий, чтобы скрыть самопроизвольно расплывающуюся от удовольствия улыбку.
Смыв шампунь, Чхонхо нанес гель на мочалку и вспенил его до густых пушистых пиков. Но как только мыльная губка потянулась к его телу, Ённока вновь охватила паника.
— А вот это! Это я сам сделаю! — выпалил он, дернувшись.
— Всё, что от вас требуется, Ённок-сси, — это крепко держаться за поручень. — Чхонхо обманчиво ласково перехватил его запястье и сам опустил ладонь на металлическую ручку ванны. — Или вы предпочитаете, чтобы я снова вас привязал, как пару минут назад?
«В этом человеке определенно есть замашки диктатора!» — мысленно возмутился он, но послушно вцепился в поручень.
Чхонхо принялся неторопливо обтирать тело Ённока мочалкой. Тот рассеянно скользил взглядом за движениями его рук, как вдруг побледнел. До него с опозданием дошло, что именно сейчас было так явно видно на его коже. Всё тело было испещрено багровыми засосами и следами чужих губ, оставленными Чхве Хваном. Живого места не было!
— Поднимите, пожалуйста, руки, — ровно попросил мужчина.
Ённок, сгорая от тревоги, украдкой посмотрел на Чхонхо. У этого человека же есть глаза, он не мог не заметить этот рассадник порока! Но на лице директора не дрогнул ни один мускул, он не выглядел ни злым, ни оскорбленным. Он продолжал всё так же тщательно и методично омывать тело Ённока.
«Он же сам недавно сказал, что мы видели друг друга голыми и делили постель... Разве мы не встречаемся? Или он в курсе, что я изменяю ему с одним, а то и с двумя другими парнями?!» — Ённок сидел ни жив ни мертв, в сотый раз проклиная распутного себя из прошлого.
Голос Чхонхо был настолько невозмутимым и будничным, что Ённок на секунду усомнился в собственном слухе. Мужчина поймал его шокированный взгляд, мягко усмехнулся и притянул к себе, заставляя опереться о свою грудь. А затем без малейшего стеснения опустил большую ладонь на внутреннюю сторону его бедра и потянул на себя. Тесно сжатые от стыда ноги разъехались в стороны, полностью открывая пах.
Запаниковавший Ённок дернулся и едва не соскользнул на мыльное дно ванны. Но крепкая рука Чхонхо мгновенно скользнула ему под мышку, фиксируя на месте. Над самым ухом Ённока, обжигая покрасневшую раковину теплым дыханием, раздался полный тихой насмешки голос:
— Вот видите. Вы ведь чуть не упали.
— Это только потому, что вы...!
Договорить Ённок не смог. Чхонхо, продолжая удерживать его под мышку, перехватил его подбородок, а второй рукой направил мыльную мочалку прямо вниз.
С тихим влажным шуршанием губка опустилась между ног. Скользкая пена окутала член, мягко, но ощутимо потираясь о чувствительную кожу. В этих отточенных движениях вроде бы не было никакой откровенной похоти, отчего Ённоку становилось только стыднее — его лицо горело адским пламенем. Мочалка скользнула по стволу, омыла яички, спустилась к промежности и бесцеремонно проникла в ложбинку между ягодиц. Ённок не выдержал этого интимного напора и судорожно вцепился в предплечье Чхонхо. Тот тут же послушно замер.
— П-послушайте... Вы же наверняка слышали от врача, что я потерял память. Кто мы вообще друг другу такие? Зачем вы всё это делаете?
Ённок был настолько потрясен и смущен, что его голос дрожал, готовый сорваться в плач. Чхонхо окинул его пристальным взглядом, а затем уголки его губ поползли вверх в легкой улыбке.
— Мы в таких отношениях, где я пообещал взять за вас ответственность.
— Что? Но... за что брать ответственность?..
— За то, что сделал ваше тело таким.
Произнося эти слова, Чхонхо опустил потемневший взгляд. Прямо на полувозбужденный член Ённока, который предательски отреагировал на мыльные прикосновения. Ённок судорожно сжал бедра, но лишь зажал между ними руку Чхонхо. В панике не зная, куда деваться от стыда, он неловко раздвинул их обратно.
«В каком еще смысле „сделал мое тело таким“ и теперь берет ответственность?!»
Казалось, этот абсолютный стыд невозможно вынести — хотелось просто выскочить из ванны и сбежать на край света. Ённок плотно сжал губы и трясущимися руками попытался оттолкнуть чужое предплечье. Заметив его реакцию, Чхонхо чуть приподнял бровь и виновато усмехнулся.
— Простите мне мою вредность. Похоже, я просто... немного ревную.