Дай мне клевер | Глава 159
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Ённок снова тихо застонал. Он все ещё не мог осознать происходящее, но в голове уже крутилось множество вопросов. Он растерянно моргал, пытаясь прийти в себя, но стоило понять, что мужчина, жадно посасывающий его грудь — это Ём Чхонхо, как паника накрыла с головой.
— Как вы себя чувствуете? — тихо спросил Чхонхо, бережно Метку на его груди. Он старался говорить размеренно, помогая Ённоку осмыслить реальность. — Сейчас мы находимся на одном из островов в Желтом море. Вы помните, что случилось до того, как вы потеряли сознание? По пути из галереи домой мы попали в аварию.
Странные тянущие ощущения внизу, скрытые под нависшим горячим телом Чхонхо, отвлекали и заставляли нервничать, но Ённок изо всех сил заставлял свою гудящую голову работать. Он болезненно застонал. Чхонхо тут же мягко погладил его по щеке, успокаивая.
— Нам некуда спешить. Вспоминайте неторопливо.
Мужчина опустил руку и кончиками пальцев слегка надавил на шею Ённока. Проверив пульс, он снова приник губами к его груди. Влажный язык широко скользнул по коже, дразняще и откровенно вылизывая Метку.
Издав сдавленный, жалобный звук, Ённок наконец-то выудил из памяти образ несущегося на них самосвала и страшный момент столкновения. И все же, как они оказались здесь, оставалось загадкой. Голова раскалывалась, хотя боль была уже не такой ослепляющей, как в первые минуты.
«А Истинный — это, оказывается, ходячее обезболивающее...»
В памяти всплыл случай, когда Чхонхо свалился от переутомления. Тогда им тоже хватило всего одной ночи вместе, чтобы мужчина продемонстрировал просто поразительную скорость исцеления. …Стоп, подождите-ка! Глаза Ённока потрясенно распахнулись.
— Я… Я вспомнил! И не только аварию по дороге домой, но и совсем старые воспоминания!
Те обрывки прошлого, что стерлись из памяти после того, как его сбил электросамокат, теперь медленно, но верно собирались в единый пазл. Погодите-ка... Выходит, всё это время эти люди разыгрывали перед ним спектакль, притворяясь, что прекрасно ладят друг с другом? Если бы не найденный дневник, он бы ни за что не догадался о том, что происходило между ними в прошлом — настолько безупречно они лгали.
Услышав о вернувшейся памяти, Чхонхо удивленно приоткрыл глаза, но тут же смягчился и тепло улыбнулся. И только сейчас, сфокусировав взгляд на его лице, Ённок потрясенно приоткрыл рот. Скулы Чхонхо украшали наливающиеся синяки, на коже виднелись ссадины, а под носом запеклась темная дорожка крови.
— В-ваше лицо… Что с ним? Вас кто-то избил?!
Если учесть, что следы побоев не исчезли даже после их тесного контакта, изначально раны должны были быть куда серьезнее. Для Ённока это зрелище оказалось не менее шокирующим, чем когда он увидел избитого собственной семьей Чхве Хвана. В его сознании образ могущественного Ём Чхонхо и тот факт, что кто-то посмел поднять на него руку, попросту не укладывались в одну картину.
— Сейчас это не имеет значения, я всё объясню позже. А пока… давайте сосредоточимся на том, чтобы окончательно вернуть вам память и восстановить силы.
— Простите, что прикоснулся к вам без разрешения, — прервал его Чхонхо. — Вы были в очень плохом состоянии, мне нужно было как-то вас исцелить. Простых объятий и касаний рук оказалось недостаточно.
С этими словами Чхонхо перехватил всё еще прохладную ладонь Ённока и медленно потянул её вниз, к своим бедрам. Ённок, будто находясь в трансе, послушно поддался движению. Но стоило его пальцам коснуться обжигающе горячего, твердого члена, как он вздрогнул всем телом. А?
Пальцы неуверенно скользнули по пульсирующему стволу. Лишь сейчас Ённок с ужасом и смущением осознал, что толстая головка уже была погружена в его нутро. Их бедра скользили от обилия спермы и густой предсеменной смазки. Ённок даже представить не мог, сколько времени Чхонхо поддерживал этот интимный контакт, пока он был без сознания. Стараясь минимизировать нагрузку на его ослабленное тело, Чхонхо всё это время лишь поверхностно и дразняще терся внутри него.
Заметив смятение, он мягко сжал дрожащую руку Ённока.
— Если вы не против… могу я продолжить? Кажется, вы еще не до конца восстановились, — произнес Чхонхо на редкость джентльменским тоном.
Вот только то, что происходило ниже пояса, не имело с джентльменством ничего общего. Даже сейчас, произнося эти деликатные слова, напряженный член дергался в пальцах Ённока, обильно источая горячую смазку. Окончательно осознав, в какой пошлой и компрометирующей позе он сейчас находится и чем они всё это время занимались, Ённок почувствовал, как лицо вспыхнуло жарким румянцем.
Несмотря на полный хаос в мыслях, Ённок послушно кивнул. Он всё еще не до конца понимал, как они дошли до жизни такой, но ясно осознавал одно: и ему, и Чхонхо сейчас жизненно необходим этот контакт для исцеления.
Прежде чем сделать следующее движение, Чхонхо вдруг коротко извинился. А затем, с непристойно влажным хлюпаньем, одним толчком вошел до самого основания.
От резкого чувства наполненности Ённок судорожно глотнул воздух, широко распахнув губы. Чонхо тоже нахмурился, тяжело выдохнув. По его лицу пробежала мелкая дрожь — настолько невероятной была сила обрушившегося на него удовольствия.
Чтобы случайно не навредить бессознательному Ённоку, он сдерживал свои инстинкты слишком долго, и теперь выдержка трещала по швам.
Ённок задыхался, совершенно не зная, как справиться с захлестывающим его натиском. Но Чхонхо мягко успокаивал его:
— Всё в порядке. Я ведь еще... не вошел до конца.
От этих слов стало не легче — наоборот, накатил легкий испуг.
«Не до конца? Но ведь живот уже распирает так, будто внутри места не осталось!»
Ённок тихо заскулил и беспокойно заёрзал. Ему не было больно. Он не знал, как долго Чхонхо был внутри, пока он сам лежал без сознания, но ощущения внизу были поистине странными. Казалось, это тело больше ему не принадлежало.
Дождавшись, пока Ённок уверенно помотает головой, Чхонхо снова пришел в движение.
Густая, наполовину подсохшая смазка, смешанная с их соками, издавала до неприличия пошлые звуки. Но у Ённока сейчас не было ни сил, ни времени смущаться подобного.
Чхонхо сделал всего несколько толчков, а ноги Ённока уже мелко дрожали. Возбуждение, скопившееся в теле за время беспамятства, теперь вырывалось наружу против воли жалкими прерывистыми стонами.
Жар, исходящий лишь от одного человека, раскалил воздух в тесной хижине до предела. Стоило Чхонхо толкнуться глубже, как ноги Ённока рефлекторно дернулись. Заметив это, Чхонхо крепко обхватил его под коленями, прижал их к чужой груди и двинул бедрами вперед, проникая еще глубже.
Податливое и расслабленное долгой лаской нутро пусть и с трудом вмещало его, но поглощало так жадно.
Тело Ённока пробила крупная дрожь. С каждым глубоким проникновением перехватывало дыхание. И в то же время мощные волны стимуляции затапливали разум, заставляя забыть о любых неудобствах. Пульсирующая головная боль незаметно отступила. А потерянные воспоминания одно за другим вспыхивали в памяти с кристальной ясностью.
— Ах...! Это... это так странно.
Чхонхо мгновенно замер. В его обеспокоенном взгляде, скользнувшем по раскрасневшемуся лицу Ённока, читалась тревога.
— Н-нет... Просто, ах... это так странно... мне так хорошо...
Ощущение связи с Чхонхо было настолько одурманивающим, что Ённок всерьез задался вопросом, а не накачали ли его наркотиками? Внутри разгоралась жажда — он хотел, чтобы его заполнили еще глубже, еще плотнее. Подчиняясь инстинктам, он бессознательно сжался внизу.
От этой неожиданной хватки дыхание мужчины мгновенно стало рваным и тяжелым. Ённок увидел, как на его шее, перетянутой напряжением, отчетливо проступили синие вены — так отчаянно Чхонхо пытался сдержать себя. Это зрелище лишь сильнее распалило Ённока, и он потянулся навстречу.
Обхватив Чхонхо за плечи, он принялся вслепую водить пальцами по его спине, пока не нащупал рельефные очертания высеченной Метки. Осторожно оглаживая её кончиками пальцев, Ённок умоляюще прошептал:
— Господин директор... пусть мне... будет немного тяжело или больно... это неважно. Пожалуйста... делайте это сильнее.
В этот момент в нём говорил охваченный ненасытной похотью и опьянённый близостью Истинного двадцатилетний парень.
Стоило Чхонхо услышать эту просьбу, как его взгляд потемнел. Ённок завороженно смотрел в эти глаза, из которых едва ли не осязаемо изливалось копившееся долгое время вожделение. Ранее казавшиеся такими скупыми и редкими, эмоции Чхонхо сейчас передавались Ённоку с поразительной ясностью.
Чхонхо ласково приник к его губам. В отличие от того времени, когда Ённок лежал без сознания, теперь парень охотно отвечал на поцелуй, послушно переплетая их языки. Чхонхо это явно пришлось по душе.
Он переплел их пальцы в замок. И в следующее мгновение до упора вогнал в него весь свой член
Сдавленный, полный шока стон оборвался на взлете. Костяшки их крепко сцепленных пальцев мгновенно побелели от колоссального напряжения.
Не дав времени на передышку, Чхонхо снова мощно и яростно толкнулся вверх.
Внутри всё грубо растягивалось. Крупная головка с силой пробивала себе путь, вклинивалась в нежные складки и, даже не думая выходить до конца, вновь сминала и раздвигала стенки изнутри. Мужчина быстро и жадно брал его, напористо двигаясь между напряженных ягодиц. Всё то безумное желание, что он так долго подавлял в себе, теперь бесцеремонно изливалось наружу.
Придавленный к постели тяжелым телом Чхонхо, Ённок бессильно барахтался под ним. Не потому, что ему было неприятно или он хотел оттолкнуть партнера — просто тело против воли вздрагивало и выгибалось от каждого сокрушительного толчка. Мысли окончательно спутались, а едва остывшая кожа теперь буквально горела. Огромный член раз за разом вжимался в скрытый глубоко внутр податливый бугорок. От этих безжалостных попаданий кончик члена Ённока безостановочно истекал прозрачной смазкой, пачкая их животы.
— То, что память вернулась… ха-а… это, конечно, хорошо, — донёсся сквозь пелену тяжелый выдох Чхонхо.
— А-а, ха…! Нгх, ах, ах, хы-ык!
— Но вот это… немного обидно. Ух… Обращение… снова стало прежним…
Столь редкая обида, прозвучавшая в голосе Чхонхо, толком даже не долетела до сознания Ённока. С каждым новым ударом Чхонхо продвигался всё дальше. Беспощадно раздвигая чувствительную плоть, он с каждым разом завоевывал новую, более глубокую и неизведанную доселе высоту.