Оближи меня, если сможешь | Глава 39
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Назначенный день настал слишком быстро. Вплоть до самого вечера накануне Кои тренировался с Эшли, но всё, чего ему удалось достичь, — это научиться более-менее уверенно стоять на коньках. И теперь, сжимаясь от внутреннего напряжения, он переступил порог спортивного зала, где собиралась группа поддержки.
Девушки, делавшие растяжку на матах, заметили его и разом прекратили двигаться. Кто-то проворно зашептался, и стоявшая спиной к дверям девушка обернулась. Это была Ариэль.
Она бросила взгляд на часы в телефоне и добавила:
— Опоздал бы хоть на минуту — я бы сразу тебя вычеркнула. Пунктуальность — это самая база.
Зажав в зубах резинку для волос, она наскоро собрала локоны в небрежный хвост и дважды громко хлопнула в ладоши, привлекая внимание команды. Указав на Кои, Ариэль объявила:
— Это новенький, вызвался откатать с нами один сезон. Вы все в курсе ситуации. Сегодня он покажет базовые элементы. Посмотрите и проголосуйте.
Сказав это, Ариэль повернулась к Кои:
— Давай, начинай. Музыка ведь тебе не обязательна?
Кои кивнул и принял начальную стойку. Было до смерти стыдно просто находиться одному в окружении целой толпы девчонок, а мысль о том, что сейчас под их пристальными взглядами придётся еще и двигаться, вызывала желание провалиться сквозь землю. Знай он о таком в прошлом, наверное, предпочёл бы сразу покончить с собой.
Но сейчас умирать было поздновато. Да и выбора не оставалось — ему жизненно необходимо было попасть в команду. Кои судорожно выдохнул, пытаясь унять дрожь, и произнёс:
Часы на экране телефона перевалили за половину седьмого. Эшли проверил время и сунул мобильник обратно в карман.
Сегодня у Кои был первый отборочный тест в группу поддержки. И даже если он пройдёт его, расслабляться рано — впереди ещё второй и третий этапы. Но, как говорится, лиха беда начало.
Хоккейная команда сегодня отдыхала, поэтому Эшли спокойно сидел на скамейке неподалёку, дожидаясь, пока Кои закончит.
Обычно чирлидерши тренировались либо на стадионе, либо в спортзале. Ледовую арену почти безраздельно оккупировали хоккеисты, и девчонкам приходилось заранее выбивать себе время для тренировок на льду.
Но когда у группы поддержки появлялся веский повод — как сегодня, — они не упускали возможности с гордостью заявить свои права на каток. Впрочем, как только тест закончится, они наверняка переберутся в другое место.
«Как бы мне не наткнуться на Эл…»
Эшли подумывал переждать в машине, но быстро отбросил эту идею. Они учатся в одной школе — бегать вечно всё равно не получится. Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Конечно, он бы предпочёл оттянуть этот момент как можно дальше, но суровая реальность заключалась в том, что хоккеисты и чирлидерши в их школе были связаны неразрывно. Избежать встреч было попросту невозможно.
Внезапная, резкая боль за глазными яблоками заставила его болезненно сморщиться. Он глухо застонал, потирая переносицу. Эта пульсирующая боль появилась совсем недавно. Он ходил к офтальмологу, но тот развёл руками — никаких отклонений не нашлось. Врач списал всё на стресс или переутомление, и Эшли пришлось уйти ни с чем.
Но разве это не очевидный бред? Сейчас Эшли проживал, пожалуй, самый радостный период своей жизни. Какой ещё стресс? Это просто смешно. Он каждый день видится с Кои в школе, они вместе возвращаются домой, проводят по два часа наедине, катаясь на льду. О каком стрессе вообще может идти речь?
Тем более что ни отца, ни его омеги здесь нет.
Остаётся переутомление. Но и это маловероятно. Физические нагрузки остались на прежнем уровне. Да и в учёбе он не перенапрягался. Засиживаться за домашкой до глубокой ночи — это норма для любого ученика его уровня. И с чего бы вдруг глазам начать болеть именно сейчас? Звучит как отговорка некомпетентного врача.
В общем, причину найти не удалось. То, что нет серьёзных патологий, — это, конечно, хорошо, но внезапные приступы боли откровенно напрягали. Если такое случится посреди матча или за рулём, последствия могут быть катастрофическими.
«Наверное, в выпускном классе с хоккеем придётся завязать».
Будущее Эшли уже было расписано по минутам. Он не собирался строить карьеру профессионального спортсмена, так что рисковать поступлением в университет ради школьных матчей в самый напряжённый двенадцатый год обучения было глупо.
Хотя лёгкое сожаление всё же присутствовало. Билл планировал уйти в профи, так что он останется в команде. Скорее всего, если Эшли уйдёт, Билл станет новым капитаном.
Подперев подбородок рукой, Эшли погрузился в мысли. Дальше свободного времени будет только меньше. Наслаждаться жизнью можно лишь сейчас, в одиннадцатом классе. В этом сезоне он выложится на полную и приведёт команду к победе. А потом уйдёт красиво.
Только он об этом подумал, как двери спортзала распахнулись. Эшли мгновенно выпрямился, вытягивая шею, чтобы высмотреть Кои среди вывалившейся наружу стайки девушек. Но вместо ожидаемого лица прямо на него выскочила его собственная карма.
— О боже, — ахнул кто-то, и по толпе мгновенно разнёсся взбудораженный шёпот.
Девчонки его, разумеется, узнали. Эл резко замерла, и, увидев, как гневно сводятся к переносице её брови, Эшли неловко поднял руку в знак приветствия:
Её лицо стало ещё более свирепым.
Эшли сидел на открытой террасе школьного кафетерия, а напротив, полыхая от ярости, сидела его бывшая девушка. Он, конечно, понимал, что этот серьёзный разговор однажды состоится. Просто надеялся оттянуть его до последнего, и совершенно не был готов к тому, что час расплаты наступит так внезапно.
«И чего я не предвидел, раз сам же торчал у них под носом?»
Почувствовав, как вслед за глазами начинает ныть ещё и голова, Эшли тяжело вздохнул. Впрочем, его мучения никак не повлияли на ледяное выражение лица Ариэль.
— Кхм, — Эшли первым нарушил тишину, тактично откашлявшись. Сидеть в молчании вечно было невозможно. Раз уж попался — надо разрубать этот узел. — Как дела, Эл?
Он улыбнулся так же тепло, как делал это раньше, но от этого настроение Ариэль, казалось, стало только хуже.
— Серьёзно? Ты думаешь, если ты мне сейчас улыбнёшься своей смазливой мордашкой, я тут же растаю и всё забуду?
— …Разве нет? — Эшли виновато усмехнулся.
На секунду пальцы Эл сжались в кулаки. Эшли даже мысленно приготовился получить от нее как минимум пять звонких пощёчин, но, к его облегчению, она сдержалась. Глубоко вдохнув, Ариэль наконец заговорила:
— Я всё ждала момента, когда мы сможем откровенно поговорить.
Она не стала ходить вокруг да около и ударила в лоб:
Эл закинула ногу на ногу, скрестила руки на груди и продолжила, чеканя каждое слово:
— У нас ведь всё было прекрасно, разве нет? Я не помню, чтобы ты хоть раз высказывал недовольство. Так с чего вдруг? Припёрся ко мне посреди ночи и заявил, что мы расстаёмся. Без всякого предупреждения.
Ариэль излагала факты холодно и чётко. Скорее всего, она прокручивала этот диалог у себя в голове сотни раз. Эшли не готовил речь заранее, но прекрасно понимал, что сейчас спасёт только искренняя честность.
— Ещё бы, — огрызнулась Эл, вздёрнув подбородок.
Эшли невольно усмехнулся её реакции, но улыбка быстро сползла с его лица, уступив место горькому, почти вымученному выражению:
— Было бы здорово, если бы я понял это чуть раньше. Но я слишком долго отказывался в это верить.
Ариэль приоткрыла рот, явно сбитая с толку.
— Прости меня, Эл, — тихо повторил Эшли.
Она ничего не ответила, лишь долго и пристально смотрела ему в глаза, пытаясь прочитать то, что стояло за этими словами.
Спешно покидав вещи в рюкзак и пулей вылетев из спортзала, Кои с шумом выдохнул воздух, который, казалось, не дышал всё это время.
Он абсолютно не помнил, что и как он делал. Под тяжестью устремленных на него взглядов он едва не задохнулся, голова мгновенно опустела, и ни одной мысли не осталось. Он двигался чисто механически, до последней капли выжимая силы из своего тела. Оставалось лишь уповать на то, что мышцы сами вспомнят движения, которые он повторял до изнеможения.
Когда пытка наконец подошла к концу, Кои замер в напряжённом ожидании приговора. Но девчонки молчали. Они обменивались подозрительными взглядами, и когда гнетущая тишина начала казаться Кои предвестником катастрофы, Эл объявила:
Кои думал, что они уйдут куда-нибудь в тайную комнату и будут ставить крестики и нолики в бюллетенях, но всё оказалось куда прозаичнее. Они просто поднимали руки — «за» или «против» — и считали голоса прямо на месте. Как ему позже объяснили, ради временного участника никто не собирался разводить бюрократию.
Кои с замиранием сердца следил за тем, как руки взмывают вверх и опускаются. Итог оказался невероятным. С перевесом всего в один-единственный голос он чудом прошёл первый отборочный этап.