Обесчести меня, если сможешь | Глава 124
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм t.me/wsllover
От последнего вопроса Блисс так и округлил глаза. Все расспросы Пенелопы касались вещей, которых он до этой самой секунды даже не задумывался, но этот последний вопрос… он просто выбил почву из-под ног. Что ему ответить? Что же делать?!
«Давайте, соображайте быстрее, мои маленькие миленькие клеточки мозга!»
— Ну, эм… как бы это сказать… — он лихорадочно соображал, но те самые клеточки лишь бестолково метались в панике, отказываясь выдавать хоть сколько-нибудь правдоподобный ответ.
«А-а-а, ну что за пустая башка!» — мысленно выругался он, едва сдерживаясь, чтобы не стукнуть себя по лбу.
— Блисс! Блисс! — встревоженный оклик Пенелопы заставил его остановиться.
Оказывается, он и правда уже начал легонько постукивать себя по макушке.
— Вы… вы про моего жениха, да-а-а? — протянул он, потирая ушибленное место.
Блисс попытался выдавить из себя непринужденную улыбку, но Пенелопа продолжала смотреть на него с недоумением, внимательно изучая побледневшее лицо. А в это время в его голове продолжался настоящий хаос.
«Что делать, что же мне делать?!»
И тут, словно проснувшись, одна из отдыхавших до этого клеток мозга выдала неожиданную мысль.
«А с чего это вдруг Пенелопа вообще меня об этом расспрашивает?»
Этот внезапный вопрос заставил его замереть в растерянности. И правда, как-то странно. До сих пор она ни разу не интересовалась деталями о его женихе. С чего вдруг такой резкий допрос? Да еще и в такой ситуации?
Следом за первой мыслью подтянулась вторая:
«Неужели… она шпионка, которую подослал этот придурок?!»
Стоило посмотреть на ситуацию под этим углом, как всё мгновенно встало на свои места. Раньше, когда он наивно считал Пенелопу своей «родственной душой», он бы и помыслить о таком не посмел. Но теперь-то он знал горькую правду: экономка — верная приспешница, исполняющая приказы Кассиана.
Но тогда… зачем этому придурку понадобились такие подробности?
Блисс прищурился, бросив на Пенелопу полный подозрения взгляд, и медленно отпил чая. Он тянул время, делая вид, что обдумывает ответ, но молчать слишком долго было нельзя — это вызвало бы еще больше подозрений. Коротко выдохнув, Блисс наконец произнес:
— По правде говоря… я не очень-то много о нем знаю.
— Угу. Мне просто сообщили по факту. Сказали, что у меня есть жених и что я выйду за него замуж до соверш… года через два-три.
Блисс едва не ляпнул «до совершеннолетия». Пришлось так резко прикусить язык, на ходу меняя фразу, что во рту остался солоноватый привкус. Но, кажется, катастрофы удалось избежать.
«Пронесло? Пенелопа поверит в этот бред?» — с замиранием сердца подумал он, осторожно косясь на собеседницу.
И, конечно же, та сидела со странным выражением лица, хмуря брови.
Блисс мысленно застонал, и кровь отхлынула от щек. Но тут Пенелопа, всё так же морщась от негодования, возмущенно выдала:
— Выйти замуж за человека, чьего лица ты даже не видел?! Да разве это мыслимо?!
Блисс поспешно замахал руками, отрицая её слова:
— А, нет-нет! Лицо я видел. Я знаю, как он выглядит.
— Правда? И каков же он из себя? — тут же уцепилась за ниточку Пенелопа.
К счастью, ответ на этот вопрос у него уже был готов. Вызвав в памяти свежий образ «того самого парня», Блисс принялся уверенно перечислять детали:
— Ну-у… волосы у него темно-каштановые. Глаза тоже. А еще у него борода, вот такая, — он показал рукой примерную длину. — Ростом он, конечно, пониже графа, но гораздо выше меня. И плечи такие широкие, фигура очень крепкая.
Блисс в точности описывал внешность начальника охраны.
Описывать реально существующего человека оказалось куда проще — слова звучали на редкость убедительно. Уж на это-то Пенелопа точно должна купиться!
«Купилась же… да?» — с легким мандражом подумал он, исподтишка наблюдая за экономкой.
Та задумчиво погладила подбородок и продолжила допрос:
— С внешностью понятно. А чем он занимается? Кем работает?
«Точно! Она стопроцентная шпионка этого придурка!» — Блисс окончательно убедился в своей теории.
Ну а как иначе? Пенелопа выпытывала такие мельчайшие подробности, до которых ей раньше вообще не было дела!
— Понятия не имею, — на этот раз Блисс решил уйти от прямого ответа. — Просто папа сказал, что я должен выйти за него, ну я и смирился. Если честно, мне совершенно всё равно, кто он там такой.
Это был идеальный ход. При такой формулировке его ложь не раскроется даже потом.
— Ох, святые угодники… — Пенелопа издала горестный вздох и, достав платочек, промокнула уголки глаз. — Бедный ребенок… Как же так можно — выдать замуж за человека, которого ты видел всего раз в жизни! Ваш мистер Миллер переходит все границы. В каком веке мы живем?! Что за средневековые браки по расчету!
— А… ха-ха… да… — неловко пробормотал Блисс, снова опустив взгляд.
То, что папу сейчас так отчитывали, больно кололо совесть, но другого выхода не было.
«Прости, папа. Когда вернусь домой, буду умолять о прощении», — мысленно повинился он перед Эшли, а затем тихо добавил:
— В любом случае, всё уже решено, тут ничего не поделаешь. У меня нет особых жалоб.
— Нет, нет и еще раз нет! Блисс, так нельзя! — Пенелопа горячо замотала головой, категорически не соглашаясь. — Ведь у тебя уже есть человек, который тебе нравится! Ты не должен так просто сдаваться! Да даже если бы и не было, подобные браки — это абсурд. Нужно хотя бы встречаться, узнать друг друга получше! Это просто возмутительно!
— Но… — апатично отозвался Блисс, слушая, как экономка повторяет одно и то же по кругу. — Графу ведь я всё равно не нравлюсь…
— Это совершенно не так. Поверь мне! — Пенелопа подалась вперед и крепко сжала лежащие на столе руки Блисса в своих. В ее глазах горела абсолютная уверенность. — Граф испытывает к тебе чувства. Это чистая правда. Не сдавайся, вот увидишь — очень скоро его упрямство даст трещину!
Блисс, разумеется, не поверил ни единому слову. Как вообще можно верить Пенелопе, которая пришла сюда по прямому приказу Кассиана?
«Думает, я попадусь на ту же удочку дважды? Ну уж нет».
Совершенно не догадываясь о настоящих мыслях Блисса, Пенелопа наконец отпустила его руки и поднялась со стула.
— Ладно, Блисс, отдыхай. Поешь потом сэндвичи. Я пришлю тебе еще попить, обязательно пей понемногу. Чтобы держать оборону, нужны силы!
С этими словами она заговорщицки подмигнула ему.
— Пусть это будет нашим маленьким секретом. Я скажу графу, что принесла тебе еду, но ты наотрез отказался. Вот тогда он точно себе места находить не будет, а?
— Э-э… ну да, — растерянно пробормотал Блисс, сбитый с толку таким неожиданным предложением.
Пенелопа уже развернулась, чтобы уйти, но вдруг замерла на полпути.
— Ах да! — она обернулась через плечо, словно только что вспомнив упущенную деталь, и пристально посмотрела на Блисса. — А природа?
— Какова природа твоего жениха? Это-то ты должен знать?
Раз уж они встречались с прицелом на брак, он просто обязан был владеть этой информацией. Блисс сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, и ответил:
На самом деле начальник охраны был бетой, но какая разница? В конце концов, Блисс лишь позаимствовал его внешнюю оболочку для создания своего выдуманного жениха.
— Вот как… Понятно, — Пенелопа медленно кивнула и вдруг резко сменила тему: — Кстати, Блисс. Твоя природа ведь… омега?
— Что? Да… — ответил он, но про себя добавил: «Наверное».
Если Пенелопа помнила его еще по тем временам, когда он ребенком жил в герцогстве, то вполне могла знать о его раннем проявлении сущности. А если нет — об этом ей мог проболтаться Кассиан…
Пока он перебирал варианты, Пенелопа продолжила с необычайно серьёзным выражением лица:
— Только пойми меня правильно, Блисс. Я раньше как-то не задумывалась об этом, но… от тебя совсем не пахнет феромонами. Ты случайно не сидишь на подавителях?
— А? Нет… Ну, у меня почти нет запаха, так что мне не нужно их принимать.
«Вообще-то у меня даже течки еще ни разу не было. Запаха не "почти нет", его нет вообще», — мысленно поправил он себя.
Услышав его ответ, экономка заметно расслабилась и выдохнула с облегчением.
Блисс думал, что теперь она точно уйдет, но Пенелопа неожиданно замешкалась и тихо произнесла:
— Я говорю это на всякий случай. Если ты всё-таки пьешь таблетки — пожалуйста, скажи мне. Долго сидеть на подавителях очень вредно для здоровья. В замке все слуги — беты, так что тебе совершенно незачем травить себя лекарствами, чтобы скрыть свои феромоны.
Её слова прозвучали абсолютно искренне. Блисс почувствовал, как где-то в груди разливается приятное тепло, и мягко кивнул:
— Да, не волнуйтесь. Я правда не пью никаких таблеток.
— Вот и славно. Тогда всё хорошо, — Пенелопа ободряюще улыбнулась и, наконец, покинула комнату.