Дай мне клевер | Глава 109
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Чхве Хван устроил на всю страну грандиозный скандал, а Мун Гону, прикрываясь статусом «Истинных», притащил его прямо к себе в исследовательский центр. Да и Ём Чхонхо не отстал — разве не он вывел Ённока в свет на банкете, открыто заявив об их связи?
Тот факт, что их секрет до сих пор не выплыл наружу, был лишь счастливой случайностью — круги общения этой троицы почти не пересекались. Но Ённок нутром чуял, в любой момент мог объявиться кто-то, кто задаст резонный вопрос: «Да кто ты вообще такой, раз у тебя Метки и с тем, и с этим?». И это было бы абсолютно логично.
— Ха! И кто бы говорил об осторожности? — ядовито фыркнул Чхве Хван, скрестив руки на груди.
В этот раз всегда невозмутимый Мун Гону не нашел, что ответить. Он лишь нервно закусил губу — жест, выдающий крайнее внутреннее напряжение, — и, казалось, судорожно перебирал в памяти всех, кто мог вызвать подозрения.
— Гону-хён, все в порядке... — мягко позвал Ённок, пытаясь разрядить обстановку. — Как и в случае с Хваном, ты не виноват в том, что делают сталкеры. Это не твоя ответственность.
Ённок старательно успокаивал Гону, точно так же, как до этого успокаивал вспыльчивого Хвана. Но идиллию прервал Ём Чхонхо, небрежным жестом бросив на середину стола письмо.
— Проще говоря, из-за наших прошлых грехов у Ённока появилось немало врагов, — ровным тоном подытожил Чхонхо. — Отныне мы обязаны усилить охрану.
Хван и Гону одновременно вскинулись, явно готовые возмутиться такой формулировке, но в итоге лишь тяжело вздохнули. Крыть им было нечем.
Как бы там ни было, это уже произошло. Ённок не держал на них зла, но твердо решил: отныне он будет осторожен как никогда. Безжалостный Ём Чхонрюль, безумные сасэны Чхве Хвана, одержимый сталкер Мун Гону… А если приплюсовать к этому списку его, Ённока, хроническое невезение, то становилось ясно — какая-нибудь дикая, абсурдная катастрофа может нагрянуть в любую секунду.
«Надо бы подтянуть физическую форму», — мрачно подумал он.
Внезапно огромный особняк Ём Чхонхо, который тот выстроил с прицелом на любое непредсказуемое будущее, показался Ённоку самым уютным местом на земле. После пожара в зимнем саду и того нелепого случая, когда Ённока едва не похитили, а он заперся в ванной, этот дом окончательно превратился в неприступную крепость.
На следующее утро Ённок, движимый инстинктом самосохранения, плотно позавтракал. Затем с удвоенным усердием отзанимался на уроке самообороны с телохранителями. После столь же сытного обеда решительно направился в тренажерный зал.
К его удивлению, зал не пустовал. Там оказался Ём Чхонхо. Лицо Ённока тут же просияло, и он бодро подбежал к старшему.
— А вы разве не поехали сегодня в компанию?
— В последнее время чувствую какую-то вялость, поэтому решил отложить утренние дела, — с легкой улыбкой ответил Чхонхо, не прерывая интенсивную силовую тренировку. — Нужно восполнить норму физических нагрузок.
На нем была черная обтягивающая футболка, которая притягательно подчеркивала каждый рельеф его мускулатуры. Ённок словно завороженный скользил взглядом по этой широкой груди и мощным плечам, которые обычно были надежно скрыты под строгими костюмами генерального директора.
Дверь зала распахнулась, впуская Чхве Хвана. Тот расплылся в лучезарной улыбке, завидев Ённока, но, наткнувшись взглядом на пышущего тестостероном Чхонхо, мгновенно скривился.
— А вы почему прохлаждаетесь здесь, вместо того чтобы работать? — язвительно бросил он.
Замечание про «прохлаждаетесь» Чхонхо проигнорировал. Он лишь снисходительно усмехнулся, продолжая мерно и мощно подтягиваться на турнике. Хван еще немного побурчал себе под нос, но вскоре и сам приступил к тренировке, явно не желая уступать.
Встав на беговую дорожку и задав легкий темп, Ённок принялся наблюдать за ними. Подходы к тренировкам у этих двоих кардинально различались. Чхонхо, видимо, стремился развить выносливость, необходимую для его сумасшедшего рабочего графика: он бегал так долго и интенсивно, что дыхание стало частым, а по лицу градом катился пот. Закончив с кардио, он переключился на базу — ноги и пресс. Хван же, напротив, яростно истязал верхнюю часть тела. Сразу было видно актера, чья главная цель — вылепить эстетичный, привлекательный рельеф для камеры.
Обычно энтузиазма Ённока хватало лишь на легкую пробежку да пару неуверенных подходов к турнику и отжиманиям. Но сейчас, глядя на этих двоих, истекающих потом и напрягающих каждую мышцу, он внезапно заразился их рвением.
«Хван сегодня вообще рвет и мечет, выкладывается как проклятый. Я тоже хочу такие охрененные мышцы...» — с тоской подумал Ённок, неуверенно бродя между рядами блестящих металлических тренажеров.
Заметив его метания, Чхонхо, который как раз сделал перерыв на глоток воды, подошел ближе. От него исходил жар разогретого тела.
— Хотите попробовать что-то новое? Позволите мне дать пару рекомендаций?
Выбор директора пал на жим ногами. Ённок послушно устроился на сиденье, уперся ногами в платформу и начал движение. Чхонхо навис над ним сбоку, внимательно следя за каждым сгибанием и тихо корректируя технику:
— Колени должны смотреть наружу, не сводите их, — его крупная рука мягко легла на ногу Ённока, направляя. — Таз плотно прижат к спинке. Толкайте вес всей стопой, а не только мысками… Да. Вот так. Отлично.
Но уже после первого повторения бедра Ённока задрожали. До него дошло — да тут же вес просто конский!
— Эм, господин Ём, мне кажется, тут тяже…
— О, вес сейчас установлен просто идеально, — невозмутимо перебил его Чхонхо, с легкой садистской искоркой в глазах наблюдая за его усилиями. — Вы прекрасно справляетесь, продолжайте.
Возразить было сложно, поэтому Ённоку пришлось стиснуть зубы и толкать платформу. Он рассчитывал сделать вид, что старается, и быстренько закончить, но Чхонхо с невозмутимым видом начал считать повторения вслух.
Сдавленно кряхтя и задыхаясь, Ённок осилил тридцать повторений, после чего пулей вылетел из-за тренажера. Чхонхо проводил его подозрительно разочарованным взглядом, но тут, словно хищник, почуявший слабость, вмешался Чхве Хван.
— А как насчет этого? Попробуй!
Если честно, Ённок мечтал упасть и умереть еще на десятом жиме ногами. Но когда он повернулся к Хвану, у того так ярко и радостно блестели глаза, что отказать ему было просто физически невозможно.
Обреченно вздохнув, Ённок сел за тренажер «Бабочка», на который указал Хван. Как только он неуверенно потянул рукоятки на себя, Хван тут же подошёл вплотную. Горячие ладони без стеснения легли на плечи и грудь Ённока, бесцеремонно выправляя осанку.
— Руки держи на одном уровне с грудью, вот так. А запястья чуть ниже линии плеч, — скомандовал Хван, похлопав его по напряженной мышце. — Отлично. В таком положении и продолжай.
Собрав в кулак последние силы, Ённок свел рукоятки вместе, и мышцы его груди жалобно взвыли. В голове пронеслась та же паническая мысль, что и пару минут назад:
«Да вы издеваетесь, это же адски тяжело!»
— Хван, слушай, этот вес... — сдавленно прохрипел Ённок, чувствуя, как мелко дрожат напряженные руки.
— Да нет, в самый раз, просто идеально, — мурлыкнул Хван, нависая над ним и безжалостно продолжая счет. — Два... Три... Чуть медленнее. Сосредоточься на грудных мышцах, вот здесь, — его пальцы обжигающе скользнули по коже Ённока, проверяя напряжение. — Четыре... А ты молодец, базовая подготовка дает о себе знать.
Кряхтя и проклиная всё на свете, Ённок из последних сил добил тридцатое повторение. Мышцы горели огнем. Решив, что раз он сделал по одному подходу на низ и на верх, то с него точно хватит, он пулей соскочил с тренажера. Но путь к отступлению преградил Ём Чхонхо. Протянув ему пушистое полотенце, старший поинтересовался с обманчивой мягкостью:
— Каковы вообще ваши цели в тренировках, Ённок-сси?
— Я... ну, просто... — Ённок вытер блестящий от пота лоб, пытаясь унять сбившееся дыхание. — Хочу подтянуть выносливость, чтобы, если опять появятся какие-нибудь психи, у меня хватило сил унести ноги... Ну и, раз уж на то пошло, было бы неплохо немного нарастить мышцы.
Он ответил максимально честно. Но в ответ Ём Чхонхо расплылся в такой ласковой улыбке, что по спине Ённока пробежал неприятный холодок.
— В таком случае, нам определенно стоит сделать упор на нижнюю часть тела. Бег требует сильных ног.
— Что?.. — жалобно пискнул Ённок.
Он слишком поздно осознал, что совершил фатальную ошибку.
— Раз уж вы сами этого хотите, грех останавливаться на достигнутом. Давайте сделаем еще кое-что. Буквально пару простых приседаний.
Ём Чхонхо все еще оставался для него человеком, которому почти невозможно было сказать «нет». Поэтому Ённоку пришлось обреченно поплестись следом. Однако «пара простых приседаний» на деле обернулась тренажером Смита — массивной конструкцией для приседов с отягощением, которая даже со стороны выглядела как орудие пыток. Мысленно вопя о пощаде, Ённок кое-как пережил этот ад. Но стоило ему выдохнуть, как в дело снова решительно вступил Чхве Хван.
— Нет-нет, чтобы фигура смотрелась эффектно, нужно как следует качать верхнюю часть!
С этими словами он усадил Ённока за очередной агрегат, подозрительно напоминающий дыбу. Кажется, это называлось «Чест-пресс»… Впрочем, названия уже не имели никакого значения. Мышцы сводило судорогой, и Ённок всерьез чувствовал себя пленником на допросе с пристрастием. Под таким давлением он был готов выдать врагам несуществующую секретную базу и пин-код от своего сейфа. Точнее, он так и сделал:
— Пароль от моего сейфа — 123123! — взвыл Ённок, роняя голову на грудь. — Только пощадите! Помогите!
Решив, что это такая забавная шутка, оба Истинных лишь рассмеялись. А ведь Ённоку было совершенно не до смеха — он молил о пощаде абсолютно искренне.
Эти двое, словно соревнуясь друг с другом, поочередно уничтожали то его верхнюю, то нижнюю половину тела. В воздухе явно искрило их негласное соперничество. В конце концов, не выдержав этого безумия, Ённок позорно сбежал. Расплата настигла его на следующее же утро: он слег с жесточайшей болью в каждой мышце своего тела. После этого он несколько дней обходил тренажерный зал за километр.
Оказавшись меж двух огней и едва пережив ту «тренировку», Ённок начал потихоньку избегать всех троих. Ему и раньше-то было нелегко справляться с напором Мун Гону и Чхве Хвана, но теперь, когда в их игры активно включился еще и Ём Чхонхо, Ённок всерьез начал опасаться за свою физическую и ментальную безопасность.
Единственным спасением было то, что в последнее время Мун Гону, беря пример с директора, пропадал на работе. Он стабильно брал ночные смены, превратив переработки в привычку, и возвращался домой лишь под утро. И всё же…
— Гону-хён, ты в порядке? По-моему, ты слишком изводишь себя, — с тревогой спросил Ённок.
Спустившись на первый этаж, он нос к носу столкнулся с Гону. Лицо того было пугающе бледным, и Ённок инстинктивно схватил его за руку. Но, как ни странно, вопреки изможденному телу, настроение у Гону казалось приподнятым.
— Я в порядке. Скоро этот завал с ночными сменами закончится, — ответил он, сжимая в руке стаканчик свежесваренного кофе.
— Очень на это надеюсь. Отдохни какое-то время. И, пожалуйста, поменьше налегай на кофе.
Экономка особняка, госпожа Пак, была настоящим экспертом — она досконально изучила пищевые привычки и диеты всех четверых. И совсем недавно она вполголоса жаловалась Ённоку, что Мун Гону пьет непростительно много кофеина. Гону, который во время разговора бессознательно потирал ноющее солнечное сплетение, вдруг послушно кивнул.
— Хорошо. Я сокращу кофе, — уголки его губ дрогнули. — Спасибо, что беспокоишься.
Одарив его удивительно ясной, лишенной привычного напряжения улыбкой, он бесшумно растворился за дверью комнаты.
«Как бы он не свалился в обморок от истощения», — с тяжелым сердцем подумал Ённок, глядя ему вслед.
— Ладно, а чем мне-то сегодня заняться?
Обойдя дом, Ённок убедился, что помимо уехавшего на работу Чхонхо, Чхве Хван тоже куда-то умчался.
— Может, впервые за долгое время посмотреть кино?
Хоть Ённок по натуре и тянулся к людям, после недавней осады ему жизненно требовалась передышка и тишина. Устроившись в просторном кинозале, он включил сериал, который давно приметил.
В полумраке под боком стало как-то пусто. Он на мгновение задумался, не сбегать ли за Ёнду? Его любимая плюшевая игрушка уже целую вечность безвылазно сидела в изголовье кровати. Но перспектива тащиться на второй этаж показалась слишком утомительной, поэтому Ённок просто подтянул к себе пухлую диванную подушку и комфортно откинулся на спинку.
Он проглотил все восемь серий залпом. Незаметно пролетело время. И хотя заботливая госпожа Пак периодически приносила ему то гамбургеры, то попкорн, чтобы было веселее смотреть, желудок все равно требовательно заурчал. Сделав глоток выдохшейся колы, Ённок облизнулся и резво потопал на кухню.
На пороге его окатило стойким чувством дежавю.
В приглушенном свете кухни кто-то в одиночестве глушил алкоголь. Обычно именно Мун Гону устраивал здесь такие меланхоличные посиделки, нагоняя тоску каждый раз, когда страдал от сердечных переживаний.
— Гону-хён? — тихонько позвал Ённок.
Но когда фигура обернулась, оказалось, что это вовсе не ученый. За стойкой сидел Чхве Хван. Перед ним сиротливо стояла тарелка с зеленым салатом, который тот использовал в качестве скромной закуски, молча потягивая спиртное.