Розы и шампанское (Новелла) | Экстра «Розы и поцелуй» (5 часть)
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Подозрительное шевеление, говоришь?
Бывших мафиози не бывает. Даже отойдя от дел, они часто подвергаются смертельной опасности или внезапно погибают в результате покушений. В конце концов, даже покинув Синдикат, невозможно разорвать все связи, не так ли? Михаил внутренне напрягся от неприятного предчувствия.
Если уж так хотелось порвать с преступным миром, следовало бы, подобно Саше, навсегда покинуть страну. Но тому нечего было терять. Он не был так привязан к своему ребёнку, как Михаил к Ивону.
«Поэтому он и может позволить себе жить только ради себя», — подумал Ломоносов.
У него нет ничего дорогого сердцу, ничего, что он должен был бы защищать. Он получил свободу в обмен на одиночество, но счастлив ли он?
«...Возможно, он тоже меня жалеет».
Отогнав эти мысли, Михаил вернулся к реальности и приготовился выслушать доклад. Лев продолжал:
— Мы получили информацию, что люди Сергеева забронировали все номера в этом отеле. Исключением является только этот пентхаус, поскольку вы, Михаил Петрович, сняли его заранее. Иными словами, все этажи под нами заняты людьми Цезаря.
От неожиданности Михаил удивлённо моргнул. Вспомнились слова, услышанные в баре, и всё мгновенно встало на свои места. Значит, когда говорили, что все номера заняты, это была работа людей Сергеевых? Но зачем?
— Другого объяснения я не вижу, — с напряжённым лицом ответил Лев. — Скорее всего, Царь ещё не отказался от своих планов на ваш счёт.
Лицо Михаила посуровело. Пытаться убить мафиози, вернувшегося к мирной жизни — это всё равно что стрелять в спину солдату, покинувшему поле боя. Он не ожидал от Царя такой низости. Впрочем, раздражённо цокнув языком, старик тут же понял:
«Действительно, ради выгоды этот щенок не задумываясь пустил бы пулю в лоб даже собственному отцу, Саше».
С этим было трудно поспорить, но один вопрос всё же оставался без ответа.
«Какая ему выгода от моей смерти?»
Михаил глубоко задумался. Но сколько бы он ни ломал голову, ответа не было. У него больше нет ни власти, ни влияния в Синдикате. Тогда зачем? Неужели Царю нужен лишь символический жест? Ведь, несмотря на отставку, Ломоносов был бывшим главой клана.
Безопасность сына была превыше всего. Решив обдумать ситуацию позже, Михаил отдал приказ в своей прежней, властной манере.
— Молодой босс лично отправился за ним, — ответил Лев.
Услышав это, Михаил удивлённо спросил:
— Владимир сам пошёл? Он тоже здесь?
— Да. Если вам будет угрожать опасность, он, вероятно, пойдёт хоть на край света.
Михаил коротко вздохнул. Если в дело вмешался сам Владимир, ситуация может выйти из-под контроля. Но остановить его было некому. Единственным человеком, способным сдерживать этого парня, был сам Михаил, но теперь, когда он отошёл от дел, его слова вряд ли возымеют действие.
Этот парень был подобен сорвавшейся с привязи лошади или вырвавшемуся на свободу тигру.
«Хорошо бы, если бы это было простым совпадением».
Появление людей Сергеева именно в этот момент вызывало тревогу, и Михаил никак не мог понять истинных причин. У Царя больше не должно быть повода охотиться за ним, так почему же?
С дурным предчувствием Ломоносов-старший подумал:
«Неужели он хочет втянуть в это Владимира...?»
Ивон открыл рот, но звук не шёл. С трудом сглотнув вязкую слюну, он наконец задал вопрос:
Мужчина с ледяным лицом молча сверлил его взглядом. Глядя в его гетерохромные глаза, Ивон лихорадочно перебирал в голове возможные варианты.
«Кто этот человек? Шпион Цезаря? Для слежки он ведёт себя слишком дерзко. Попался и даже не думает бежать... Может, это как-то связано с делами отца? Не может же он быть простым сотрудником отеля? Уж больно уверенно он на меня пялится. Неужели человек Дмитрия? Но если бы его прислал Дмитрий, он бы не стоял тут столбом. Давно бы уже набросился. Да кто он, чёрт возьми, такой?!»
Перебрав за несколько секунд десятки версий, Ивон холодно произнёс:
— Не знаю, что вам нужно, но я гость этого отеля. Если у вас есть какие-то претензии, обратитесь к персоналу...
— Значит, ты... — мужчина впервые подал голос. От его низкого голоса по спине почему-то пробежали мурашки. — ...сын Михаила Петровича?
Услышав знакомое имя, Ивон кивнул.
— Тот самый своевольный адвокатишка, значит.
Вместо ответа незнакомец пробормотал ругательство, что сильно задело Ивона.
«Что он там бормочет, этот ублюдок?»
Потеряв всякое желание продолжать этот абсурдный диалог, он резко поднялся. Когда из воды показалось обнажённое тело, мужчина впервые дрогнул. Увидев, как тот с каменным лицом отступает на шаг, Ивон почувствовал мстительное удовлетворение.
— ...Прикрывать низ — правило хорошего тона, — невольно бросил мужчина.
Ивон вышел из воды и намеренно встал прямо перед ним. Абсолютно голый. Со стекающими по телу каплями воды.
— Мы с вами раньше встречались? — грубо спросил Ивон, отвечая хамством на хамство.
Незнакомец, к его удивлению, отвёл взгляд. Ивон встал, широко расставив ноги, и с вызовом бросил:
— В таком случае, это вам следует поучиться хорошим манерам. Не знаю, какие у вас отношения с моим отцом, но я не считаю ваше поведение по отношению к незнакомому человеку нормальным. К тому же, вы-то меня знаете, почему бы не представиться в ответ? Сначала хамите человеку, которого видите впервые, а потом читаете нотации о приличиях? Думаете, если я прикрою яйца, всё будет в порядке? Какая наглая бесцеремонность.
Закончив свою тираду, он взял с лавки банный халат и накинул его на плечи. Только тогда мужчина соизволил повернуть голову. Ивон заметил, что, несмотря на то что они оба мужчины, этот тип довольно остро реагирует на чужую наготу.
Впрочем, и сам Ивон не горел желанием разглядывать чужое хозяйство. Наверное, это была нормальная реакция, просто он настолько привык иметь дело с одним бесстыдным ублюдком, что у него, похоже, притупилось чувство стыда. И это при том, что сам Ивон отнюдь не был человеком такого сорта.
Считая себя абсолютно правым, Чон Ивон всё же решил дать незнакомцу шанс. Только когда он задал этот вопрос, мужчина повернул голову и посмотрел ему в глаза.
— Я Владимир Михайлович... Человек, который принял руководство Синдикатом после Михаила Петровича.
Представление мужчины застало Ивона врасплох.
Он знал о нём лишь по редким упоминаниям отца. Они впервые встретились лицом к лицу. Ивон вообще не думал, что когда-нибудь его увидит.
Надо признать, его рост и крупное телосложение внушали определённый трепет. Казалось, он был всего на 3-4 сантиметра выше, но мощная, мускулистая фигура делала его визуально ещё больше. Ивон, как всегда, выпрямил спину и посмотрел на него.
Внешне он вполне походил на босса мафии, но эти гетерохромные глаза... Любой, кто заглянет в них, невольно оцепенеет. Босс мафии с таким редким цветом глаз — если его объявят в розыск, придётся туго.
«А, ну да,» — вдруг осенило Ивона. — «Цветные линзы.»
Тут же сообразив, что к чему, Ивон затянул пояс халата и спросил:
— И что случилось? Зачем вы так внезапно появились?
При его невольном вопросе Владимир нахмурился. На мгновение в голове пронеслись самые мрачные сценарии, но реакция мужчины была на удивление сухой.
Ивон, ошарашенный и с тяжёлым сердцем, последовал за широкой спиной удаляющегося мужчины.
Войдя в номер, он увидел Михаила и Льва, сидящих друг напротив друга.
Когда Ивон в замешательстве окликнул его, Михаил тут же встал и пошёл навстречу.
— Проходи, Ивон. Надеюсь, у тебя всё в порядке?
— Я был на горячих источниках, — объяснил тот. — Вы выглядели уставшим, поэтому я решил вас не будить. Простите, если заставил волноваться.
Михаил отрицательно покачал головой.
— Нет, что ты. Ты ведь за этим сюда и приехал. Просто... возникла небольшая, непредвиденная проблема...
— Что случилось? Почему вдруг такой экстренный сбор?
Ивон поочерёдно переводил взгляд со Льва на Владимира. Михаил удивлённо переспросил:
Взгляд Ломоносова, полный немого вопроса «в чём дело?», обратился к Владимиру, но тот отвернулся, делая вид, что это его не касается.
Михаил нахмурился, но затем, словно смирившись, снова обратился к сыну.
— Дело в том... Когда я поручил секретарю забронировать это место, ничего подобного не было.
Его странная заминка показалась Ивону подозрительной. Он небрежно спросил:
В присутствии бывшего и нынешнего боссов мафии, а также второго лица Синдиката, этот вопрос напрашивался сам собой. Или уклонение от уплаты налогов? Убийство?
Но Михаил тут же отверг его криминальные фантазии.
— Что ты! Нет... И даже если бы что-то подобное произошло, меня это уже не касается. Я мирный житель.
Он ответил серьёзно, чётко обозначая границы, но в его тоне прозвучала странная нотка, заставившая Ивона насторожиться, хоть он и кивнул.
— Понял. Так что же всё-таки стряслось? Зачем было устраивать эту внезапную встречу?
Едва он язвительно упомянул бесцеремонного Владимира, как в разговор вмешался Лев:
— Прости, этот парень не отличается красноречием... Но он должен был ввести тебя в курс дела.
То, как он отчитывал босса, словно строгий отец нерадивого сына, показалось Ивону непривычным. Впрочем, он слышал, что преемник рано потерял родителей, бродяжничал, и Синдикат Ломоносовых взял его под своё крыло. Должно быть, Лев опекал Владимира с самого детства.
«В таком случае, подобная реакция вполне объяснима», — подумал Ивон.
Как и ожидалось, Владимир не выказал ни малейшего недовольства, пропуская нравоучения мимо ушей, точь-в-точь как бунтующий подросток, слушающий родительские нотации.
Наблюдая за мужчиной, чьё поведение разительно отличалось от привычных мафиози, Ивон некоторое время молча разглядывал его, а затем неожиданно спросил:
Михаил и Лев одновременно обернулись к Ивону. Тот, не отрывая взгляда от Владимира, пояснил:
— Сколько вам лет? Просто интересно.
Владимир вспылил и уже открыл было рот, чтобы огрызнуться, но Лев проигнорировал его выпад и сразу дал ответ. Ивон протянул задумчивое «хм-м», а Владимир в ответ одарил его демонстративно свирепым взглядом, словно говоря: «Ну давай, скажи ещё что-нибудь».
Владимир осекся. На комментарий Ивона, брошенный в пустоту, Михаил кивнул:
— Верно. Совсем ещё юнец. В его годы я всё ещё был на побегушках и набирался опыта, а он взвалил на себя руководство Синдикатом ради меня...
В это мгновение Владимир преобразился.
— Ну что вы, Михаил Петрович. Для меня огромная честь, что вы доверили управление Синдикатом такому неопытному юнцу, как я.
Куда только делась вся его надменность? Глядя на то, как он, подобно кроткому агнцу, рассыпается в благодарностях, Ивон не выдержал абсурдности ситуации и усмехнулся. Это было ошибкой. Стоило уголкам его губ едва заметно дрогнуть в усмешке, как Владимир, обладающий сверхъестественным чутьём, мгновенно уловил это и уставился на него с пугающе свирепым выражением лица.
При виде этого взгляда Ивон вспомнил их инцидент на горячих источниках. А затем до него вдруг дошло, что он так и не услышал причину, по которой его сюда вызвали.
— Так что стряслось-то? В конце концов.
Когда после долгих блужданий вокруг да около вопрос наконец вернулся к сути, все присутствующие, казалось, только сейчас опомнились.
«На этот раз нужно постараться не портить атмосферу», — подумал Ивон, ожидая ответа.
— Люди Сергеева забронировали этот отель.
Он твёрдо решил, что отреагирует спокойно, что бы ему ни сказали, но не тут-то было. Из груди непроизвольно вырвался удивлённый возглас, и Михаил, словно ожидая такой реакции, продолжил:
— Не знаю, что вдруг произошло. Когда мой секретарь наводил справки, в отеле было полно свободных номеров. Поэтому я снял только этот этаж целиком. А сегодня внезапно выясняется, что все остальные этажи забронировали люди Сергеева.
Ивон ошарашенно моргнул. Михаил продолжил:
— Ума не приложу, почему они выбрали именно этот отель, да ещё и выкупили все этажи. Вот Лев и примчался срочно сообщить мне об этом. И Владимир тоже.
— Разумеется, я должен был приехать. Безопасность Михаила Петровича превыше всего, — с серьёзным лицом заявил Владимир, и Лев кивнул в знак согласия.
Отец горько усмехнулся, а вот Ивон оказался в затруднительном положении, не зная, как объяснить эту ситуацию. Он говорил ему, что поедет на горячие источники, но конкретного места не называл.
Однако тот заявился сюда с точностью самонаводящейся ракеты. Разве могло это быть простым совпадением?
Первой мыслью Ивона была слежка. Очевидно, человек, который за ним шпионил, подслушал его разговор в кафе и доложил боссу. Но даже зная, куда он направляется, зачем было тащиться за ним сюда? Что он, чёрт возьми, задумал?
— Поэтому мы рассмотрели возможные варианты действий, — напряжённым голосом продолжил Владимир.
— Мы планируем выкупить отель целиком. Сейчас мы ведём переговоры с владельцем, но если он продолжит упрямиться, нам придётся применить силу.
Пока поражённый Ивон переваривал услышанное, до него донёсся голос Льва, поддержавшего эту безумную идею:
— Они говорят, что не могут отменить бронь Сергеевых, потому что боятся их. Значит, нужно показать им, что Ломоносовых стоит бояться не меньше. Это открытая провокация. Совершенно очевидно, что Сергеевы нацелились на Михаила Петровича. Царь не из тех, кто отступает. Мы должны купить отель и пресечь их действия на корню. В сложившейся ситуации у нас нет другого способа защитить вас. Иначе весь отель будет кишмя кишеть людьми Сергеева.
Владимир в ярости скрипнул зубами и добавил:
— Для начала мы забронировали все номера в отеле напротив. В случае чего наши люди будут здесь через десять минут. Но всё же лучше вырвать проблему с корнем.
Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Наблюдая за тем, как трое мужчин с предельно серьёзными лицами обсуждают план действий, Ивон, знавший истинную подоплёку, не понимал, то ли ему смеяться, то ли пытаться их отговорить.
Не в силах больше оставаться в стороне, Ивон вмешался в разговор. Взгляды мужчин тут же скрестились на нём, и он, тщательно подбирая слова, продолжил:
— Разве обязательно заходить так далеко? Вполне возможно, что они просто приехали отдохнуть на горячих источниках.
— И из множества отелей в округе выбрали именно этот? — резко парировал Владимир, и Лев тут же поддакнул ему:
— Выкупить все этажи — это равносильно открытому вызову. Как это вообще можно трактовать иначе?
— Но отец ведь отошёл от дел...
— Бывших мафиози не бывает, — с непроницаемым лицом произнёс Михаил.
Ивон почувствовал, как нарастает тревога — даже отец, на чьё благоразумие он так рассчитывал, поддался паранойе. Зная кое-что из истории их конфликтов, Ивон понимал, что у их подозрений есть веские основания. Но и пустить всё на самотёк он не мог.
«Нужно остановить это безумие, пока не поздно».
Когда разговор зашёл о том, что необходимо вооружиться и привести людей в боевую готовность, Ивон не выдержал и снова вмешался:
— Вместо того чтобы бросаться в крайности, не лучше ли просто понаблюдать за ситуацией?
Мужчины снова уставились на него. По их лицам было ясно, что предложение им не по душе. Ивон постарался звучать максимально хладнокровно, пытаясь достучаться до их разума:
— «Бывших мафиози не бывает» — это становится правдой именно из-за таких вот реакций. Разве так поступают обычные, мирные люди?
Никто не произнёс ни слова, но и признаков того, что его аргументы возымели действие, тоже не наблюдалось. Ивон продолжил:
— Бурно реагировать, не зная истинных намерений противника — это всё равно что пить яд. Вы же сами сказали, что подкрепление из отеля напротив прибудет за десять минут. Одной этой угрозы должно быть вполне достаточно.
— В крайнем случае, можно просто взять отель в кольцо. Тогда противник сам окажется в ловушке, как крыса. Если вы боитесь, что отца могут взять в заложники — просто усильте охрану на этом этаже. Люди Сергеева тоже не идиоты. Вряд ли они станут устраивать полномасштабную бойню ради устранения босса, отошедшего от дел.
Владимир дёрнул бровью, услышав это намеренно брошенное замечание. Лев с сомнением посмотрел на Михаила, а тот, потирая подбородок, погрузился в раздумья.
— Ты прав, — наконец произнёс отец. — Видимо, я так и не смог стать обычным человеком. Первая мысль, которая пришла мне в голову — ответить ударом на удар в лучших традициях Синдиката. Не зря говорят, что человеческую натуру не изменить.
— Неправда, — Ивон возразил на его горькие слова. — Новости действительно тревожные. К тому же, если босс и его правая рука лично приехали с докладом, даже я бы занервничал. У вас были все основания для беспокойства. Я лишь предлагаю не пороть горячку и немного подождать.
Когда Ивон немного смягчил тон, Лев вопросительно посмотрел на Владимира, безмолвно спрашивая его мнения. Тот, глядя на Ивона, процедил:
— Легко рассуждать так беспечно, когда ты не принадлежишь к нашему миру. Интересно, запоёшь ли ты ту же песню, когда в твоём теле проделают пару лишних дырок?
Михаил недовольно поморщился, услышав этот язвительный выпад. Заметив реакцию наставника, Владимир тут же сбавил обороты:
— Но если Михаил Петрович считает, что так будет лучше — я не смею возражать. Мы будем ждать в отеле напротив. Если что-то случится, немедленно свяжитесь с нами.
Он уже собирался откланяться, когда Михаил неожиданно предложил:
— Зачем вам куда-то идти? Оставайтесь здесь.
От неожиданности Владимир, уже собравшийся уходить, замер на месте. Ивон тоже посмотрел на отца с немым вопросом: «Вы серьёзно?». А Михаил невозмутимо продолжил:
— Сергеевы выкупили весь отель, но не этот этаж. Он полностью в моём распоряжении, так что можете занять любую свободную комнату. Места здесь предостаточно.
Это предложение явно застало Владимира врасплох. То, как он растерянно моргал, делало его похожим на огромного пса. На питбуля, если уж на то пошло. Несмотря на отсутствие откровенно бандитской внешности, его аура и грубая манера речи выдавали именно эту породу. Казалось, в драке он, подобно питбулю, вцепится в противника мёртвой хваткой и не отпустит, пока не прикончит. Перейдешь такому дорогу — и пиши пропало.
«Нужно быть с ним поосторожнее».
Хотя, вспоминая его злобные взгляды, возможно, уже слишком поздно. Ивон отвернулся, делая вид, что ему всё равно. Владимир бросил на него короткий взгляд, а затем обратился к Михаилу:
— Если вы позволите… Так мне тоже будет спокойнее.
— Разумеется. Лев, ты тоже останешься?
На предложение Михаила Лев отрицательно покачал головой.
— Нет. Кто-то должен следить за ситуацией из отеля напротив. Спасибо за приглашение, но...
Михаил благосклонно кивнул и они обменялись рукопожатиями. Ивон тоже попрощался со Львом. Напоследок Владимир пожал ему руку, что-то шепнул на ухо и выпроводил за дверь.
— Что ж, пора навёрстывать упущенный сон, — Михаил расправил плечи и обернулся. — Комната Ивона там, так что занимай любую другую, какая приглянется.
— Благодарю вас, Михаил Петрович.
После вежливого поклона Михаил скрылся в своей спальне. Щёлкнул замок, и Ивон остался с Владимиром один на один.
Повисла неловкая тишина. Только сейчас Ивон осознал, что стоит перед ним в одном банном халате, даже без нижнего белья. От этой мысли стало не по себе. Он откашлялся и бросил:
Владимир промолчал. Он лишь сверлил Ивона тем же пугающим взглядом, что и при их первой встрече на горячих источниках.
«Да почему он меня так ненавидит? Мы же только познакомились».
Ивону было не по себе, но у него не было ни малейшего желания тратить энергию на выяснение отношений посреди ночи. Игнорируя молчание Владимира, он развернулся и пошёл к себе.
Закрыв за собой дверь, Ивон мгновенно изменился в лице и раздражённо вскинул голову.
«О чём он вообще думает? Этот ублюдок».