Дай мне клевер | Глава 112
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
— А-а... Здравствуйте! Я опекун пациента, Ли Ённок.
Ённок вежливо поклонился, на что врач ответил добродушной улыбкой.
— Давненько не виделись, — невозмутимо бросил он Мун Гону и, заглянув в медицинскую карту, с искренним удивлением пробормотал: — Надо же, и правда язва желудка?..
В его голосе не скользнуло ни капли беспокойства. Для старых знакомых их общение выглядело суховатым, но Ённок, прекрасно изучивший скверный характер Мун Гону, лишь мысленно пожал плечами — вполне в его духе. Вскоре оба с головой ушли в обсуждение, перебрасываясь сложными, совершенно непонятными для простого смертного медицинскими терминами.
— Тогда жду в течение десяти минут, — бросил Гону напоследок, и врач-сонбэ тут же скрылся за дверью.
— Попросил вколоть обезболивающее посильнее. — Гону слабо усмехнулся, хотя уголки его губ дрогнули от дискомфорта. — Всё-таки чертовски больно.
Слегка поморщившись, Гону с трудом пошарил свободной рукой в кармане и вытащил горстку конфет.
— Наверное, проголодался? Будешь карамель?
— Откуда у тебя карамель? — удивился Ённок.
А ведь и правда, они сорвались в больницу, так и не притронувшись к ужину. Стоило об этом вспомнить, как желудок тут же скрутило от накатившего голода. Ённок развернул фантик и закинул конфету в рот. Потянуло кофейным ароматом. На вкус карамель отдавала легкой терпкой горчинкой, но оказалась поразительно вкусной — похоже, ручной работы. Мун Гону и раньше то и дело подкидывал ему разные вкусности, поэтому Ённок, не чуя подвоха, бездумно жевал одну за другой. Горстка сладостей исчезла в мгновение ока.
Мун Гону, не отрываясь, пристально наблюдал за жующим Ённоком из-под полуопущенных ресниц.
Внезапно на Ённока навалилась невыносимая тяжесть. Он клюнул носом, сладко зевнул и потер слипающиеся веки. Как бы он ни старался таращить глаза, сознание упорно заволакивало вязким туманом. Может, дело в том, что время уже перевалило за три часа ночи?
— Что-то меня совсем рубит... — пробормотал он, с трудом ворочая языком.
— Должно быть, напряжение спало после такого сильного испуга. Ложись вот здесь, на край кровати, и поспи немного.
Слова Гону звучали более чем логично. Ённок снова протяжно зевнул и неловко привалился к больничной койке, уложив голову на скрещенные руки.
«Как-то неправильно вот так засыпать прямо перед больным...» — вяло подумал он. Но тут пальцы Мун Гону ласково, убаюкивающе заскользили по его спине, и от этих мерных поглаживаний тело Ённока окончательно обмякло.
— Ённок-а, хочешь, я покажу тебе кое-что интересное? — прозвучал над самым ухом вкрадчивый голос Гону.
Ённок, уже балансирующий на грани сна и яви, с огромным трудом приподнял свинцовые веки. Мун Гону поймал его мутный взгляд и медленно приоткрыл рот. Во рта влажно блеснул чистый розовый язык.
Ённок тупо моргнул. «С чего бы хёну вдруг показывать мне язык?» — вяло удивился он. А в следующее мгновение его словно обдало ледяной водой.
Ённок не поверил собственным глазам.
Язык, отяжелевший от дурманящего сна, напрочь отказывался слушаться, и фраза оборвалась на полуслове. Неестественная тяжелая дремота безжалостно вдавливала его в матрас.
«Но ведь... характерное тепло от отката... и ощущения при прикосновении... всё было точно таким же, как обычно...» — последняя связная мысль вспыхнула и тут же угасла.
Мун Гону спрятал язык и торжествующе усмехнулся. Эта улыбка стала последним, что увидел Ённок, прежде чем его сознание окончательно кануло в непроглядную тьму.
Тем временем в пустой столовой особняка Чхве Хван дико нервничал. Он сидел, подперев подбородок рукой, и безостановочно тряс ногой. Вдруг экран его телефона мигнул. Пришло сообщение от Ённока. Хван торопливо разблокировал экран и пробежался глазами по тексту:
[У хёна сильная язва.т. Так чтто пока сенодня скаазали понаблюдать за ним в приёмном поеое.]
В последнее время Мун Гону бесил его до скрипа в зубах, но, чисто по-человечески, зрелище того, как он блюёт кровью на пол, радости не принесло. Хорошо, конечно, что его жизни ничего не угрожало, однако мысль о том, что Ённок проведёт рядом с этим ублюдком всю ночь напролёт, вызывала раздражение.
— А, да к чёрту. Пойду спать, — вслух проворчал он, отбрасывая телефон.
От одной только мысли, что Гону будет в открытую тискать Ённока и подпитываться его теплом под предлогом слабости, у Хвана самого заныло под ложечкой. Из-за актёрской профессии, вечных жёстких диет и ненормированного расписания его собственный желудок тоже был далеко не в идеальном состоянии. Хван до дрожи завидовал Мун Гону, о котором сейчас заботился Ённок.
[Когда ты примерно приедешь домой???]
Он отправил это сообщение уже после душа, раскинувшись на своей огромной кровати, но ответа так и не дождался. Видимо, в суматохе приёмного покоя Ённоку было не до телефона. Чхве Хван тяжело вздохнул, да так, что матрас под ним недовольно скрипнул, зарылся лицом в подушки и попытался уснуть.
Он уже глубоко погрузился в сладкий безмятежный сон, когда его грубо вырвали из небытия. Кто-то настойчиво тряс его за плечо. Это был его менеджер, Чо Джунхо.
— Чхве Хван! Хван-а, эй, проснись сейчас же! — голос менеджера звенел от неприкрытой паники.
— М-м... Чего тебе?.. — сонно простонал Хван, отмахиваясь. — Дай поспать...
Он уже было зарылся в одеяло с головой, но тут же на него обрушился панический попль.
— У тебя скандал! Статья об отношениях!
— Чего?! — Хван хрипло застонал, с трудом разлепляя глаза. — Что за бред ты несёшь? Какие ещё отношения?!
Он резко подскочил на постели. Чо Джунхо, его менеджер, ничего не отвечая, просто сунул ему под нос экран смартфона. Бешено колотящимся сердцем, всё ещё отчаянно протирая слипающиеся от сна веки, Хван лихорадочно пробежался взглядом по статье.
«Известный актёр Чхве Хван: слухи о романе... Подозрения в измене?»
Измена?! От одного только заголовка уже хотелось лезть на стену. Вытаращив глаза, Хван вчитался в текст и вдруг заметил до боли знакомое фото. Это был тот самый снимок, который прислал безумный сталкер Мун Гону! Вот только Ённок на нём был аккуратно обрезан, а лицо Мун Гону — замазано густыми пикселями. Иными словами, жёлтая пресса мастерски раздула любовный скандал между двумя заклятыми врагами — Чхве Хваном и Мун Гону.
— А-а-ак! Какая мерзость! — истошно завопил Хван, брезгливо скривив губы.
Скандал с Мун Гону! Из всех людей на чёртовом свете! По спине Хвана пробежал озноб, и он нервно растёр предплечья, мгновенно покрывшиеся мурашками. Но во всём этом абсурде был и свой плюс.
«Слава богу, хоть оправдаться будет легко, нужно просто показать оригинал», — с облегчением подумал он, спуская ноги с кровати.
Однако, пробежав статью до конца, Хван просто не поверил своим глазам. Челюсть сама собой поползла вниз.
«Тайный возлюбленный Чхве Хвана, некий господин А., в ходе интервью с горечью признался: "Я знаю, что у него есть Истинный, но это вовсе не значит, что он не способен на настоящую любовь"…»
Этот ублюдок Гону что, окончательно рехнулся?! Какая ещё, к чёрту, настоящая любовь? Что за чушь он несёт?! Он ещё и интервью дал?! Вот так хладнокровно подложил ему свинью!
Задыхаясь от бешенства, Хван издал сдавленный рык, готовясь разнести комнату, но тут его вдруг осенило. Он резко повернул голову к Чо Джунхо.
— У этого фото есть оригинал! Там с нами был Ли Ённок!
— Правда? И где он? Нам нужно просто слить в сеть нетронутый кадр, и всё само решится! — лицо Джунхо мгновенно просветлело при новости о том, что на снимке их было трое.
Хван начал лихорадочно копаться в памяти. Точно! Тогда ведь Мун Гону забрал все распечатанные фотографии с собой.
Он тут же сорвался с места и босиком помчался по коридору к комнату Гону. Как и ожидалось, тяжёлая дверь была заперта наглухо. Хван без конца набирал его номер, кусая губы от злости, но в ответ слышал лишь издевательски монотонный голос автоответчика. В отчаянии схватившись за волосы, он вдруг чудом вспомнил — Ённок! Ённок тогда тоже выбрал одно фото и забрал себе!
Дверь в комнату Ли Ённока оказалась открыта. И всё же Хван не осмелился переступить порог и рыться в чужих вещах без спроса. В гневе Ённок был на редкость пугающим, поэтому оставалось лишь нервно мерить шагами коридор перед его спальней, то и дело поглядывая внутрь. Он попытался дозвониться, чтобы получить разрешение на обыск, но, сколько бы он ни звонил, трубку никто не брал.
— Странно... — нахмурился Хван, глядя на тёмный экран.
Ённок мог изредка игнорировать текстовые сообщения, но на звонки отвечал всегда. Может, в отделении неотложной помощи сейчас слишком суматошно, вот он и не слышит?
Тогда Хван набрал номер Ким Чонсона. Личный секретарь ответил не сразу, а лишь после второго или третьего гудка. Это было вдвойне подозрительно.
— Почему так долго не берёте трубку? — спросил Хван из чистого любопытства, без малейшего намерения придираться.
Секретарь Ким тоже принадлежал к числу тех людей, кто всегда отвечал молниеносно. На том конце провода раздался странно напряжённый и торопливый голос:
— А... прошу прощения, господин Чхве Хван. В компании возникла непредвиденная срочная проблема. Что-то случилось?
— Что сейчас делает Ённок? Мун Гону всё ещё в приёмном покое? — Хван мельком взглянул на настенные часы. Время неумолимо близилось к шести утра.
— Да, они, должно быть, ещё там. В семь утра, после последнего обследования, планируется перевод в больницу «Хвамён». Ах да, и что касается внезапно вспыхнувших слухов об отношениях...
— Я как раз из-за этого и звоню! — не выдержав, взорвался Хван. — Оригинал фото у Мун Гону, но этот гад не берёт трубку! Он точно специально хочет меня потопить, я уверен! Вы видели, что он даже интервью дал?!
— Боже... Приношу свои глубочайшие извинения. Я немедленно всё выясню и перезвоню вам.
Пока разъярённый Хван метал гром и молнии, Ким Чонсон вежливо извинился от лица компании и повесил трубку. Поскольку во время прошлого скандала и судов с токсичной семейкой Хвана Ём Чхонхо оказал им колоссальную поддержку, лицо менеджера Чо заметно расслабилось — он верил, что генеральный директор всё уладит.
— Раз уж мы всё равно проснулись, может, позавтракаешь и разомнёшься? Ты проверял свой ИМТ?
— Обязательно измерять его каждый божий день?.. — недовольно проворчал Хван, отводя взгляд, так как чувствовал за собой лёгкий грешок в виде съеденных недавно вкусностей.
Однако под настойчивым давлением менеджера он послушно взвесился, сделал фото в зеркале для контроля формы и без всякого аппетита впихнул в себя суровый завтрак, состоящий исключительно из пресного салата, куриной грудки и горстки орехов. Но даже когда с едой было покончено, секретарь Ким так и не перезвонил.
Чо Джунхо, безжалостно загнав Хвана на беговую дорожку, листал свежие новости в телефоне и вдруг тяжело вздохнул.
— Хван-а... Похоже, господину Ёму сейчас явно не до нас.
— Хах... Почему? Хах... Из-за... чего? — тяжело дыша и утирая пот, спросил Хван. Пользуясь тем, что менеджер отвлёкся, он украдкой потянулся к панели и тайком снизил скорость на тренажёре.
— HM Capital Corp. Это ведь компания господина Ёма? Сегодня они внезапно стали объектом масштабной налоговой проверки. На фондовом рынке уже вовсю гуляют инсайдерские сливы.