Обесчести меня, если сможешь | Глава 58
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм t.me/wsllover
— Что? — Блисс растерянно моргнул, ошарашенный столь внезапным предложением.
Пенелопа, однако, продолжила всё тем же непререкаемым тоном:
— Для начала нам всем не помешает хорошенько отдохнуть. Время уже позднее, а завтра предстоит ранний подъём. Нужно немного остудить головы.
В её глазах блеснул хитрый огонёк, когда она добавила:
— Завтра утром, когда граф соберётся выходить, мы снова попадёмся ему на глаза. И вот тогда-то внимательно проследим за его реакцией.
— Х-хорошо… — неуверенно протянул юноша.
«Да не может быть, чтобы он и впрямь обрушил всю эту отборную брань именно на меня», — с замиранием сердца подумал Блисс.
— Нет, точно нет. Уж поверь мне.
Пенелопа ответила так уверенно, словно без труда прочла его мысли по лицу. В знак поддержки она ободряюще похлопала его по спине.
— Ложись спать и ни о чём не тревожься. Я беру всё под свою ответственность. Всё будет просто отлично.
«Если бы это было правдой, то стало бы огромным облегчением, но…»
Последствия этого невообразимого инцидента оказались на удивление тяжёлыми. Блисс чувствовал себя так, словно его долго и старательно избивали, тело ломило, а на плечи навалилась усталость. Он выдохнул, пытаясь сбросить напряжение. Заметив это, Пенелопа тепло улыбнулась:
— Ну, и каковы впечатления от личной встречи с графом, которым ты так искренне восхищался?
Блисс смог выдавить из себя лишь дёрганый смешок.
Женщина понимающе кивнула, будто именно такого ответа и ожидала.
— Вижу, ты совсем вымотался. Иди отдыхай. Тебе завтра вставать к девяти. Граф завтракает в восемь, а ровно в девять планирует уехать по делам. Ночью в темноте ты вряд ли смог его как следует разглядеть, так что завтра мы устроим вам официальное приветствие при ярком солнечном свете.
У неё в голове уже явно зрел новый, безупречный план действий. Какая-то там странная реакция хозяина дома совершенно её не смущала. Подумаешь, крошечное недоразумение!
— Что ж… Спасибо вам за сегодня, Пенелопа.
Распрощавшись с экономкой, Блисс побрёл в свою новую комнату. В столь крошечном и тесном пространстве ему ещё никогда в жизни не доводилось жить — здесь с трудом умещались лишь узкая односпальная кровать, скромный шкаф для вещей да письменный стол. Сделав всего пару шагов от порога, он рухнул на матрас и уставился в белый потолок.
Оставшись в долгожданном одиночестве, Блисс наконец-то позволил себе расслабиться. Глубокий вздох сорвался с губ. Но стоило только отпустить натянутые до предела нервы, как внутри вновь заворочалось то странное, щемящее чувство.
Сколько бы он ни ломал голову, логичного объяснения не находилось. Пенелопа права — Кассиан вряд ли узнал его в темноте. Но тогда к чему была вся эта сцена?
«Он стал совершенно другим… Не таким, как раньше».
Память услужливо подкинула низкий голос, произносящий его имя, и где-то в глубине груди снова неприятно заныло. Блисс медленно прижал ладонь к сердцу.
«Ах…» — до него вдруг дошло. — «Тогда, на балконе… То бешеное сердцебиение… Наверное, это было предвкушение».
Возможно, сказалась бессонная ночь, полная тревожных мыслей, но утром Блисс едва смог продрать глаза вовремя. Дважды не глядя отмахнувшись от звенящего будильника, он в итоге был вынужден в панике натягивать одежду и пулей нестись вниз по коридорам.
— Бли… Блэр! А вот и ты! — Пенелопа, уже расхаживающая у парадного входа, радостно замахала рукой, завидев взъерошенного парня.
— П-простите, что опоздал, — задыхаясь от бега, пробормотал он, силясь восстановить сбившееся дыхание.
Экономка лишь беззаботно мотнула головой.
— Успел впритык. Граф уже собрался, но передал, что спустится минут через десять.
Только после этих слов Блисс смог облегчённо выдохнуть.
— Фух… — он приложил руку к груди, пытаясь унять колотящееся сердце.
И именно в этот момент спину обожгло странным чувством чужого присутствия. Блисс инстинктивно вздрогнул, а Пенелопа тут же понизила голос до едва слышного шёпота:
Это явно был предупреждающий сигнал «держи язык за зубами и веди себя тихо». Блисс на секунду замер, борясь с накатившей робостью, а затем медленно, с замиранием сердца обернулся.
Как и сказала экономка, Кассиан плавно спускался по широкой лестнице.
В залитых ярким утренним солнцем интерьерах он выглядел совершенно иначе, чем прошлой ночью. Вчерашний мрак скрывал детали, рисуя образ сломленного и опустошённого человека. Сейчас же перед Блиссом предстало надменное, бесконечно уверенное в себе создание — хищник, который прекрасно осознаёт свою власть и статус.
Его движения завораживали. Размеренный, неторопливый шаг, идеально выверенная осанка, ни малейшего лишнего колебания тела. Даже то, как его длинные, изящные пальцы плавно застегивали пуговицы на пиджаке, казалось частью какого-то холодного, безупречного расчета. Ни единой оплошности.
Блисс был просто не в силах оторвать взгляд от спускающегося по лестнице мужчины.
Гладко зачесанные назад волосы, а под ними, за стеклами очков — пронзительные серебристо-серые глаза. Вчера в полумраке Блисс не смог разглядеть их цвет, и сейчас это открытие вызвало странное чувство отторжения. Ему казалось, что Кассиан неуловимо похож на кого-то из его родственников, но теперь понял, что ошибался. Сходство заключалось лишь в высоком росте, но ни у кого из семьи Миллер не было такого ледяного и отталкивающего выражения лица.
«Еще бы», — подумал Блисс. — «В нашей семье все добрые и заботятся друг о друге. Это только невежды всякие болтают чепуху про демонов, извращенцев, отбросов и бешеных псов».
«Да, это я о тебе, Кассиан Стрикленд».
— Доброе утро, Ваше сиятельство, — Пенелопа почтительно склонила голову.
Кассиан прошел мимо, даже не взглянув в ее сторону.
«Ну конечно. Куда уж мне тягаться с этим ублюдком», — Блисс почувствовал, как внутри закипает боевой дух. — «Ничего, недолго тебе осталось задирать нос».
…Блисс прекрасно понимал, что сейчас показывать свои клыки слишком рано. Стоя чуть позади Пенелопы, он вздрогнул всем телом, когда низкий, пробирающий до костей голос Кассиана раздался всего в паре шагов от него. Граф остановился. Блисс замялся, сглотнул комок в горле и робко поднял глаза. Как и ожидалось, он тут же наткнулся на тяжелый, давящий взгляд Кассиана, смотрящего на него сверху вниз.
Блисс едва не вскрикнул. Кассиан хмурился, и его пронизывающий взгляд словно говорил: «Ляпнешь какую-нибудь глупость — сверну шею». Конечно, до такого не дойдет.
— Бли… Блэр Карлтон! Я дальний родственник тетушки Пенелопы…!
Блисс поспешно склонил голову и выпалил заранее заготовленную легенду. Неужели Кассиан забыл, что они виделись вчера? Или он просто проверяет его?
Блисс, дрожа от внутреннего напряжения, не смел поднять головы. Он лишь осторожно скосил глаза вверх. Кассиан всё так же смотрел на него, брезгливо сведя брови.
«Может, он думает, что в доме стало слишком много чужаков? Какого черта он так себя ведет?»
На душе скребли кошки от бессилия, но ему ничего не оставалось, кроме как выдавить из себя улыбку. Блисс заставил непослушные губы растянуться и, стараясь звучать как можно дружелюбнее, произнес:
— Мы вчера с вами уже здоровались. Может быть, вы помните…
Он поспешно откликнулся на первое же слово, брошенное в его адрес. И тут, на глазах у затаившей дыхание Пенелопы, Кассиан угрожающе процедил сквозь стиснутые зубы:
— Если по возвращении я снова увижу твою физиономию — сотру в порошок.
Блисс и Пенелопа одновременно и совершенно беззвучно заорали в своих мыслях. Но Кассиану было глубоко плевать на произведенный эффект. Он резко развернулся и, не оглядываясь, сел в ожидающий его автомобиль.
Водитель захлопнул дверцу и поспешил на свое место. Пенелопа и Блисс так и остались стоять на месте, провожая взглядом отъезжающий автомобиль. Только когда машина скрылась из виду, Блисс наконец-то обрел дар речи:
— Ч-что это было? Что только что произошло?
Он с надеждой посмотрел на Пенелопу — единственного человека, который мог хоть что-то объяснить. Но экономка лишь в растерянности покачала головой.
Они схватились за головы, мучительно пытаясь осмыслить произошедшее, но пришли лишь к одному выводу: что-то пошло не так.
— Может, я что-то не то сказал, когда представлялся? — спросил Блисс.
Пенелопа задумчиво потерла подбородок.
— Скорее всего. Ведь он разозлился именно после этого.
Но на этом их догадки иссякли. Она не впервые представляла графу новую прислугу, и такая бурная реакция была, мягко говоря, необычной. А если вспомнить еще и утренний инцидент…
Граф, который обычно вообще не обращал внимания на прислугу, вдруг сорвался. Что на него нашло?
— Пенелопа… — осторожно позвал Блисс, глядя на глубоко задумавшуюся экономку. — Может, мне лучше… уйти? Раз граф так со мной…
Голос его дрогнул, в носу защипало, а на глаза навернулись слезы.
«Вот же гад! С чего вдруг материть человека и выгонять его?»
Не выдержав захлестнувшей его обиды, Блисс тихо шмыгнул носом и торопливо растер слезы рукавом. Пенелопа тут же бросилась его утешать, мягко поглаживая по плечу.
— Не бери в голову. Наверное, граф просто встал не с той ноги. К вечеру он успокоится, и мы посмотрим по ситуации. Хорошо? Все будет хорошо, вот увидишь.