Сбеги, если сможешь| 36 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Генеральный прокурор тоже в замешательстве.
От этих слов меня словно холодом обдало. Я осекся на полуслове и уставился на нее. Помощница, будто подтверждая мои самые мрачные опасения, едва заметно кивнула и продолжила тем же напористым тоном:
— Поймите же, остальные прокуроры тоже всей душой рады были бы довести это дело до открытого процесса и вывернуть наизнанку все грязное белье обвиняемых. Но бюджет трещит по швам, горы нерассмотренных дел подпирают потолок, и система требует скорости. Сделка о признании вины — это давно уже не вынужденная мера, а поставленная на поток рутина. И тут появляетесь вы… В глазах коллег вы выглядите эгоистом, который тянет дело в суд исключительно ради саморекламы. Тем более, с вашей внешностью… вы же такой эффектный. Публика, разумеется, будет в восторге.
Помощница снова с силой обрушила ладонь на столешницу. Звук получился хлестким и оглушающим. Я невольно вздрогнул, а она, впившись в меня жестким взглядом, отчеканила:
— Так что соберите волю в кулак и поезжайте на эту встречу. И не нужно искать жалкие оправдания в том, что вы не созданы для светских раутов. Вы даже не попытались.
Не дав мне и шанса возразить, она перешла в наступление:
— И сейчас происходит то же самое! Процесс на носу, а дело опять пытаются слить через сделку. Неужели вам самому не противно? Это ваш шанс не только поддержать генерального прокурора сейчас, но и, когда вы подниметесь на самый верх, раз и навсегда сломать эту систему.
Ее слова попали в цель. Заметив тень сомнения, впервые промелькнувшую на моем лице, помощница уверенно кивнула, закрепляя успех.
— Именно так. Вы сможете прекратить эти закулисные игры, эти циничные торги правосудием, из-за которых страдают жертвы и их семьи.
Разумеется, кресло генерального прокурора не дарует абсолютной власти. Приходится лавировать, учитывать общественное мнение, интересы коллег и тысячи других ограничений. А главное — всегда есть риск проиграть выборы, и тогда все усилия обратятся в прах. Возможно, сейчас, будучи рядовым прокурором, я обладаю куда большей свободой. Не нужно оглядываться на рейтинги, да и груз ответственности не так давит.
…Но вся эта свобода возможна лишь потому, что генеральный прокурор в какой-то степени служит моим щитом. Он был человеком удивительным — справедливым прагматиком и одновременно неисправимым идеалистом. Без его молчаливой поддержки я бы не продвинулся так далеко. В конце концов, он мог бы просто сменить обвинителя по делу и продавить эту сделку без моего участия.
Если взглянуть на ситуацию под этим углом, доводы помощницы обретали смысл.
Чтобы обрести подлинную свободу вести честные процессы, нужно, по горькой иронии судьбы, отказаться от привилегий рядового прокурора… Какая изощренная ловушка. Впрочем, разве хоть раз в жизни мне доставалось что-то стоящее, не заплатив за это сполна?
Не успел я договорить, как она сложила руки в молитвенном жесте и с шумом выдохнула от облегчения. Ее бурная реакция вызвала у меня приступ неловкости. Я постарался этого не заметить, сухо откашлялся и уточнил:
— Я сказал, что подумаю об этом. Если у вас больше нет ко мне вопросов…
Мои слова заставили ее замереть. Она разочарованно опустила плечи, но тут же вновь воспрянула духом.
— Разумеется. Чтобы освободить выходные, нужно усердно потрудиться. Я все понимаю.
Я хотел было возразить, что еще ничего не решено, но она опередила меня:
— Поверьте моему слову, вы об этом не пожалеете.
С этой уверенной фразой она развернулась и вышла, не желая больше слушать моих отговорок. Наконец оставшись в тишине кабинета, я на несколько минут погрузился в размышления. Затем отхлебнул давно остывший кофе, который она принесла, отодвинул в сторону гору документов и, достав сигарету, зажал ее в губах.
Мысли путались, превращаясь в густой табачный дым, и работа совершенно не клеилась. В итоге я ушел из офиса на полчаса раньше положенного.
Купив по дороге пару книг, чтобы занять себя на выходных, я вернулся домой. Едва успел закрыть за собой входную дверь, как в кармане ожил мобильный. Увидев имя на экране, я замер на месте, а затем с тяжелым чувством принял вызов.
— Да, мама. У вас все в порядке?
Голос прозвучал на удивление ровно, без единой фальшивой ноты. Я небрежно бросил сумку на стул в прихожей.
— О, Крисси, милый. Да, у нас все замечательно. Ты как? Много работы? Я так волнуюсь, не слишком ли ты себя загоняешь.
Ее голос, как и всегда, источал тепло и нежность.
— Я справляюсь, не переживайте. Что-то срочное? — спокойно уточнил я.
— А разве нужен повод, чтобы позвонить сыну? — упрекнула она с ноткой обиды.
— Нет, конечно, — поспешил я сгладить углы. — Я просто уточнил. Если все хорошо, то я очень рад.
— Да, ничего плохого не случилось, — успокоила она и тут же перешла к делу. — Мы тут с отцом собираемся к вам в город на этих выходных по делам. Подумала, может, наконец-то увидимся? Поужинали бы все вместе, как раньше.
Мои пальцы, извлекавшие книги из сумки, застыли в воздухе.
После короткой паузы я услышал ее беззаботный ответ:
— Ну конечно. Пастор порекомендовал ему одного надежного поставщика. Цены на материалы сейчас взлетели до небес, а там, представляешь, на целых пять процентов дешевле! Твой отец хочет сам все осмотреть, проверить качество, ну а я решила составить ему компанию. Хотя что я в этом понимаю…
Я слушал ее щебетание вполуха и, как только она сделала паузу, чтобы перевести дух, быстро вклинился:
— То есть, пока отец будет занят делами, мы сможем встретиться вдвоем?
Пожалуйста, пожалуйста, пусть будет так. Я нервно закусил ноготь большого пальца, впиваясь в него до боли.
— Нет, что ты такое говоришь. Я пройдусь по магазинам, а когда он освободится, мы вместе к тебе заедем. Твой отец так по тебе соскучился.
Этой фразы ей лучше было не произносить. К горлу мгновенно подкатила волна тошноты. Желудок свело судорогой, скрутив в болезненный узел. Я резко зажал рот ладонью, пытаясь подавить рвотный спазм.
— Крисси? Крисси, ты меня слышишь? — доносился из трубки встревоженный голос матери.
Я сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять спазм.
— Простите, мама, на этих выходных никак не выйдет. У меня уже есть планы.
Ее удивление быстро сменилось другим, более острым чувством. Она уже собиралась высказать предположение, но я ее опередил:
— Меня пригласили на одно важное мероприятие. Не то чтобы его устраивал лично генеральный прокурор, но… я уже пообещал, что буду.
В ее голосе прозвучало явное разочарование — новость о «подружке» была бы куда более интригующей. Но она быстро взяла себя в руки и заговорила с привычным укором:
— Какой кошмар, вызывать подчиненных в их законный выходной! Ты и так выматываешься на этой работе, а теперь еще и в выходной должен развлекать начальство. Крисси, нужно уметь говорить «нет». Начальник не имеет права вторгаться в твою личную жизнь.
Хотелось сказать: «Конечно, мама. Я все понимаю. Вот только твои советы опоздали лет на двадцать». Скривив губы в горькой усмешке, я заставил себя ответить как можно более ласковым и убедительным тоном:
— Не волнуйтесь. Генеральный прокурор предложил это ради моего же блага. Там соберутся влиятельные люди, и он хочет, чтобы я заранее обзавелся полезными связями.
— О, вот как?
Глава 37→