7 минут рая | Глава 3. Алая книга (2 часть)
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Джей! Да скажи ты что-нибудь! — Джастин нетерпеливо потряс его за плечо.
— В общем... Джастин, ты же знаешь Стивена?
— Стивена? Твоего бывшего отчима?
— Ага. — Чонин чувствовал себя совсем обессиленным. — Стивен сказал, что ищет инвесторов, и взял меня с собой на одну вечеринку.
— На вечеринку? — глаза Джастина округлились.
Для таких ботанов, как они, само слово «вечеринка» звучало как нечто из параллельной вселенной, такое же далекое, как полет в космос.
— Ну, это была скорее не вечеринка, — поправил себя Чонин, подбирая слова. — Что-то вроде благотворительного вечера. И проходил он в доме Прескоттов.
— Прескоттов? Так значит, Джей, ты был в доме у Чейза Прескотта?
— Рассказывай все, ничего не упускай! — взгляд Джастина загорелся от любопытства.
Чонин сделал глубокий вдох и начал свой рассказ, старательно обходя самую главную деталь — историю о потерянном рюкзаке. Он подробно пересказал все: от того, как он неловко попал на вечеринку, до того, как встреченный там Чейз Прескотт его не узнал.
— Знаешь, у Чейза Прескотта светлые волосы и цвет глаз как у отца, но внешне он больше похож на мать. Я сначала подумал, что она какая-нибудь актриса лет тридцати, не больше. Серьезно, было такое ощущение, будто смотришь на Джин Тирни в ее лучшие годы.
— Ух ты, не может быть! — Джастин слушал, затаив дыхание. — А ты знал там кого-нибудь еще? Может, знаменитости какие-нибудь были?
— Ну... один знакомый человек там был.
Стоило Джастину спросить, как перед мысленным взором Чонина тут же возник образ Вивиан Синклер. Воспоминание о том, как она увлекла на балкон светловолосого парня, снова неприятным осадком легло на душу.
— Ну да, куда же без нее на таком великосветском мероприятии, — фыркнул Джастин.
— Я вышел на балкон подышать воздухом, а она там с Чейзом Прескоттом. И они, даже не потрудившись проверить, есть ли кто-то рядом, начали обжиматься.
— Животные! — праведно возмутился Джастин. — Надо все записать в «Тетрадь позора»!
От этих слов у Чонина все сжалось внутри. «Тетрадь позора».
— Ага... — с привкусом горечи на языке выдавил он. — Пытаясь от них спрятаться, я запаниковал, попятился назад и... свалился спиной прямо в кусты.
Джастин тихонько захихикал, словно в его голове уже прокрутилась немая комедия с Чонином в главной роли. А потом его взгляд сместился, и он кивком указал на сумку Чонина.
В этот момент сердце Чонина ушло куда-то в пол. Он заставил себя неловко улыбнуться и ответил первое, что смогло пробиться сквозь пелену паники:
— Да так... просто захотелось каких-то перемен.
— Бывает, — с понимающей улыбкой ответил Джастин и ободряюще похлопал его по спине.
От этого простого дружеского жеста Чонина накрыла волна вины. Тяжелый камень лжи лег на грудь. Впервые за все годы дружбы между ним и Джастином появился секрет.
После уроков они, как обычно, встретились у входа в столовую. Джастин втянул носом воздух и тут же просиял. Он обладал сверхъестественной способностью по одному только запаху, витавшему в коридоре, определять сегодняшнее меню.
Большую часть учебной недели в школьной столовой подавали унылые засохшие сэндвичи, жесткие, как подошва, гамбургеры или разваренные макароны. Но иногда случались благословенные дни, когда повара готовили любимые всеми учениками тако и буррито.
В такие дни в столовой почему-то появлялись даже представители школьной элиты. Обычно они заказывали еду с доставкой и обедали за столиками на улице или вообще уезжали за пределы школы. Привилегия есть на улице или покидать территорию кампуса была только у учеников третьего года и старше.
Но Джастин и Чонин никогда этой привилегией не пользовались. Они, как всегда, заняли свой столик в самом дальнем незаметном углу, рядом с мусорными баками. Едва они поставили подносы и собрались сесть, как двери распахнулись, и в столовую вошла компания «крутых».
Вместе с друзьями-футболистами вошел Чейз. Он лениво окинул взглядом гудящее помещение, его взгляд на секунду задержался на их столе, и он едва заметно кивнул в знак приветствия. Взволнованный Джастин тут же ткнул Чонина локтем в бок, едва не опрокинув его поднос.
— Перестань, Джастин, — прошептал Чонин, стараясь выглядеть как можно равнодушнее, но сердце забилось чуть быстрее.
Чейз и его компания прошли к раздаче, взяли подносы и, ко всеобщему удивлению, направились к столику в самом центре зала. К тому самому месту, за которое все остальные боялись садиться. Они заняли этот всегда пустующий стол с таким естественным видом, будто он был их троном.
Брайан Коул первым плюхнулся на стул, который находился прямо в поле зрения Чонина. Подошедший следом Чейз что-то тихо сказал ему, тот без вопросов кивнул и пересел на противоположную сторону. Таким образом, в результате этой короткой рокировки прямо напротив Чонина, через весь зал, оказался Чейз Прескотт.
— Кстати, Джей, почему ты не выложил решение в WhatsApp? Мы же договаривались поделиться задачами, — спросил Джастин, с аппетитом откусывая тако, щедро политый гуакамоле.
Но Чонин, казалось, даже не слышал его. Весь шум столовой слился в один монотонный гул. Он был полностью погружен в свои мысли, сверля взглядом фигуру в центре зала. «Может, Чейз и правда специально сел так, чтобы видеть меня?» Рациональная часть его сознания тут же усмехнулась абсурдности этой мысли. Зачем бы Чейзу Прескотту это было нужно?
— Джей. Джей? Ты меня слышишь?
— А, ага? — Чонин вздрогнул, вынырнув из своих мыслей.
— О чем ты так задумался? Смотришь, как вкопанный.
— Ни о чем, — он поспешно замотал головой, пытаясь избавиться от наваждения.
Но в этот самый момент его взгляд снова, словно магнитом, притянуло к центральному столу, и он встретился с глазами Чейза. Сначала Чонин подумал, что ему показалось, что это просто случайность. Но нет. Чейз смотрел прямо на него, не отрываясь. В руке он держал телефон и едва заметно им помахивал.
«Не может быть», — пронеслось в голове Чонина, когда его собственный телефон в кармане тихо завибрировал. Он достал его дрожащими руками. На экране светилось уведомление о новом сообщении.
Чейз Прескотт:
Привет
Сердце пропустило удар. Он ответил теми же словами человеку, который был записан у него полным именем.
Я:
Привет
В строке ввода Чейза тут же появились три точки, которые то появлялись, то исчезали. Он печатал. Чонин невольно поднял голову и увидел, что Чейз, слегка склонившись, что-то быстро набирает на экране. Вскоре его телефон снова коротко завибрировал в руке.
Чейз Прескотт:
Хотел бы кое-что сказать заранее
Чонин оторвал взгляд от этого незаконченного предложения и снова посмотрел через зал. Чейз ждал, он тоже смотрел прямо на него, с намеком на улыбку в уголках губ. Чонин вопросительно поднял брови. В ответ Чейз снова что-то напечатал. Телефон завибрировал, и экран загорелся новым сообщением.
Чейз Прескотт:
У меня нет венерических заболеваний 😢
Пальцы Чонина дрогнули и телефон упал на пол. Он поспешно нырнул под стол, чтобы поднять его. Тот, как назло, проскользил по гладкому полу до самого центра под столом. Чонину пришлось на четвереньках ползти за ним и хватать, пока никто не заметил. К счастью, экран не треснул.
Сглотнув комок в горле, Чонин на мгновение замер под столом, в темноте и запахе пыли. «Может, просто остаться здесь? Построить себе домик из грязи и огрызков. Если бы только это было возможно».
Через несколько долгих секунд он осторожно высунул из-под стола одни глаза и снова наткнулся на взгляд Чейза. Тот прикрывал рот рукой, но его плечи мелко подрагивали, а глаза смеялись.
Почувствовав, как кровь приливает к щекам, Чонин быстро вернулся на свое место. И, несмотря на дрожащие руки, торопливо набрал сообщение.
Я:
прости пжлста верни
Только нажав «отправить», он заметил опечатку. Слишком поздно.
Чонин тут же поднял глаза на Чейза. Тот бросил взгляд на экран своего телефона, затем, скривив губы, сунул его в карман пиджака.
В голове у Чонина потемнело. Словно кто-то выключил свет и звук.
Он читал «Тетрадь позора». Он действительно ее читал. Худший из всех возможных кошмаров стал реальностью.
— Вкусно. Джей, ты чего не ешь?
Он услышал голос Джастина, как будто издалека, но уже потерял и голод, и аппетит, и связь с реальностью. Пока он механически опускал вилку со словами «Аппетита нет», Джастин с жалостью покосился на его полную тарелку.
— Эм... Джей, тогда можно я твой гуакамоле?..
— А то у меня немного пресно, может, и чипсов немного...
Не говоря ни слова, Чонин молча пододвинул весь свой поднос к Джастину.
От одного воспоминания о содержании «Тетради позора» его лицо горело от стыда. Она была под завязку набита оскорблениями и злыми насмешками, которые было трудно даже произнести вслух.
Внезапно в памяти всплыла одна фраза. Та, где говорилось, что у Чейза Прескотта два мозга, и тот, что пониже, куда активнее и в нем определенно больше извилин.
Конечно, большую часть написанного придумал не он, а Джастин, но откуда об этом знать Чейзу Прескотту?
Скоро должен был начаться последний урок дня «А», углубленное письменное мастерство, на который он, по несчастью, ходил вместе с ним. Чонин не решался войти в класс и бесцельно слонялся по коридору, как приговоренный, ожидающий исполнения приговора. В этот момент проходивший мимо завуч сделал ему замечание.
— Эй, второй звонок уже был. Заходи в класс.
Чонин слабо ответил и, как на ватных ногах, повернулся к двери.
Едва он открыл ее и шагнул внутрь, как взгляд тут же встретился с глазами Чейза, сидевшего в середине кабинета. Чонин тут же отвел глаза, делая вид, что просто ищет свободное место, и направился на самую заднюю парту. Когда он проходил мимо ряда Чейза, до его ушей донесся тихий смешок.
Урок, который вела миссис Дэвис, продолжал тему прошлого занятия — риторические приемы в литературе.
Ближе к концу занятия учительница объявила тему итогового доклада, который нужно было сдать в конце семестра.
— Итак, как и было обещано, я даю вам задание для итогового доклада. Он пишется в парах и, напоминаю, составляет 20% вашей оценки за семестр.
По классу пронесся взбудораженный гул.
— Можете свободно разбиваться на пары. Те, кто останется без партнера, после урока подойдите ко мне, я вас распределю.
Не успела миссис Дэвис закончить, как в классе началось броуновское движение. Ученики вскакивали со своих мест, сновали туда-сюда, торопливо договариваясь друг с другом.
Чонин тут же вжал голову в плечи, стараясь быть как можно незаметнее, превратиться в часть парты. Краем глаза он увидел, как к Чейзу подошла одна девушка. Она теребила концы волос и застенчиво улыбалась.
«Ну конечно, они будут в паре», — с подумал Чонин.
Он решил, что, когда основная волна схлынет, он найдет такого же неприкаянного одиночку, как он, и предложит работать вместе. Но ситуация пошла совершенно не по его сценарию.
Чейз, одарив девушку вежливой улыбкой, что-то сказал ей, а затем повернулся в сторону Чонина. Он без малейших колебаний пересек класс и с шумом плюхнулся на пустой стул рядом с ним.
— Мистер Прескотт, вы определились с партнером? — уточнила миссис Дэвис.
— Да, — невозмутимо ответил Чейз и, к ужасу Чонина, демонстративно обнял его за плечи.
Рука Чейза показалась невероятно тяжелой. Чонин застыл, чувствуя, как кровь сначала отхлынула от его лица, а затем снова бросилась в щеки, заставляя их пылать.
— Хорошо, тогда я объявляю темы. Посовещавшись с партнером, выберите одну из книг: «Скотный двор» Джорджа Оруэлла, «Приключения Гекльберри Финна» Марка Твена или «Гордость и предубеждение» Джейн Остин.
Заданием было написать эссе о силе иронии и сатиры в литературе. Нужно было проанализировать, как эти приемы помогают автору донести основную мысль и установить особую связь с читателем.
— Ваша итоговая оценка за семестр будет состоять из суммы баллов за промежуточный экзамен, ваши мини-эссе и этот групповой доклад, — подытожила миссис Дэвис.
Чонин уже примерно догадывался, каковы истинные намерения Чейза Прескотта. С ним такое случалось не раз, хоть и в меньших масштабах.
«Этот доклад, скорее всего, придется писать мне одному, грешнику. А в конце я должен буду вписать оба наших имени. Может, он вернет рюкзак в обмен на это. Что ж, это даже хорошо. Если все закончится этим, я легко отделался».
Услышав указание учительницы немедленно выбрать тему, Чонин, желая поскорее заключить эту сделку, заговорил первым:
— Я хорошо знаю «Скотный двор», так что можем взять его. Можешь не беспокоиться, я хорошо пишу доклады...
— «Скотный двор»? — перебил Чейз. — А почему это ты решаешь?
От вопроса Чейза Чонин слегка нахмурился. «То есть мне не только писать доклад одному, но еще и на тему, которую выберет он?»
— Я просто выберу то, что мне будет легче написать. За оценку можешь не переживать. Я сделаю так, чтобы мы получили «отлично».
Говоря это, Чонин вдруг с холодной ясностью все осознал. «Возможно, именно так и зарабатывались безупречные оценки Чейза Прескотта, открывающие ему дорогу в Гарвард. Он просто находил таких ботанов, как я, и выжимал из них все соки».
— Ты о чем вообще? — переспросил Чейз с явным удивлением.
Чонин посмотрел на него взглядом, который говорил: «Давай не будем тратить время на этот спектакль, мы оба все понимаем».
— Все равно ведь заставишь меня все делать в одиночку, так?
— Ха, — Чейз коротко недоверчиво усмехнулся. Затем задумчиво провел рукой по своим светлым волосам и скривил губы. — Знаешь, пожалуй, нам стоит взять не «Скотный двор», а «Гордость и предубеждение». Раз уж ты настолько полон предубеждений на мой счет.
Чонин с недоумением посмотрел на него, пытаясь понять, что это — очередная издевка или что-то еще.
— Ты... ты правда собираешься участвовать? — осторожно спросил он.
— Теперь я понял, что ты обо мне думаешь. В очередной раз.
В этом его «в очередной раз» было столько смысла, что у Чонина похолодело внутри. Он без сомнения имел в виду те ядовитые насмешки и оскорбления, что были записаны в «Тетради позора».
Подумав мгновение, Чонин опустил глаза и, запинаясь, тихо пробормотал:
— Берем «Гордость и предубеждение». Возражений нет? — твердо заключил Чейз, и Чонин молча кивнул.
После урока Чейз неторопливо собрал вещи и закинул рюкзак на плечо. Чонин, дождавшись, пока тот останется один, осторожно подошел к нему.
— Эм... насчет... моего рюкзака... можно я сейчас за ним зайду?
Чейз смерил его долгим, изучающим взглядом сверху вниз. Выражение его лица было таким, словно он раздумывал, не слишком ли легко этот проситель отделывается.
— У меня сейчас тренировка. Сможешь подождать?
Тренировка, не тренировка — ему было абсолютно все равно. Он был готов ждать вечность, лишь бы вернуть «Тетрадь позора» и закончить эту пытку. Чонин решительно кивнул.
Выйдя из класса, Чонин покорно поплелся бок о бок с Чейзом к раздевалке футбольной команды. За эти несколько минут он на себе ощутил, каково это — быть Чейзом Прескоттом. Это было похоже на прогулку рядом с солнцем.
Проходившие мимо девушки, независимо от класса, радостно приветствовали его. Они инстинктивно поправляли волосы, одергивали одежду и отчаянно пытались поймать его ответный взгляд.
— Эй, Золотой мальчик! Сборная сегодня начинает тренировки?
— В этом году мы тоже на тебя рассчитываем. Передавай привет родителям.
Даже учителя первыми подходили, чтобы похлопать его по спине и подбодрить. «Каково это — жить такой жизнью? Когда одно твое появление вызывает всеобщее внимание и благосклонность?» — с тоской подумал Чонин.
Они вышли из здания, миновали баскетбольную площадку и подошли к приземистому строению раздевалки футбольной команды.
— М-можно? — на всякий случай уточнил Чонин.
Чейз лишь безразлично кивнул, и Чонин, помедлив, вошел вслед за ним. Как только он переступил порог, в нос ударил густой запах пота, смешанный с характерным металлическим запахом железных шкафчиков.