30 января мы с Аней зашли в магазин, чтобы приготовить что-нибудь на ужин. После «Магнолии» мы двинулись к дому в Басманном тупике, пройдя мимо нарядно-украшенного (против зимней тьмы) дома Стахеева, вглубь Московского двора, откуда через решетку забора виднелся каток сада имени Баумана. Вошли в дом, постройки 1930-го по ярко-коричневому – под оригинал покрашенному, хоть уже довольно грязному, полу подъезда вместе с объемной женщиной. Не зная нас, чуя чужаков, она пропустила нас идти впереди, оставшись отпирать новые прозрачные почтовые ящики. Кажется, прозрачные почтовые ящики нарушают право на тайну переписки.