Какой прекрасный акт самолюбии подсказывает мне вселенная. Летом я взяла книжку у друга без спроса. Так как к другу я устремляла самые нежные чувства, то как-то читая книгу на улице, я сорвала цветок кашки, пышный лилового цвета. Мне было радостно от того, что, когда книга возвратиться, засушенный цветок сохранит букет своих шикарных соцветий. Этот нежный символ любви мог бы передать мою теплоту и оставить ее ему в качестве напоминания.
Первый раз, как положено, все было так внове. В квартире царил вопиющий бардак и очевидное сеющее его безразличие к материальным вещам кроме сладкой еды. Он оставлял ошмётки от упаковок с презервативами там, где они упали, не сразу выкидывал сами презервативы и даже оставлял женские прокладки не донесёнными до мусорки. Так я нашла одну использованную, видимо, дамой заходившей до меня. Не вытирал капли крови, которые я на свой четвёртый день все ещё проливала на ходу. Должна ли была я их вытереть?? Если была бы местной женщиной, то да. Но так как во второй раз, я чувствовала себя проходимкой и очередной гостей в веренице сексуальных связей, то и заботу свою проявлять не стала.
За сегодня во мне возникла сексуальная энергия. Мне предложили делать креативную работу вместе в сфере искусства, потенциально интересно. И сегодня я выявила некоторые причины, по которым не пошла моя прошлая работа. Индустрия та же - культурные медиа.
30 января мы с Аней зашли в магазин, чтобы приготовить что-нибудь на ужин. После «Магнолии» мы двинулись к дому в Басманном тупике, пройдя мимо нарядно-украшенного (против зимней тьмы) дома Стахеева, вглубь Московского двора, откуда через решетку забора виднелся каток сада имени Баумана. Вошли в дом, постройки 1930-го по ярко-коричневому – под оригинал покрашенному, хоть уже довольно грязному, полу подъезда вместе с объемной женщиной. Не зная нас, чуя чужаков, она пропустила нас идти впереди, оставшись отпирать новые прозрачные почтовые ящики. Кажется, прозрачные почтовые ящики нарушают право на тайну переписки.