Глава 73 Люблю, каким бы ты ни стал
В конец
Кажется, благодаря этому рожку, по дороге домой Цинь И больше не проявлял чрезмерного страха перед «поездкой в машине». Шэнь Цы прильнул к нему, обнял его за талию, почти всем телом прижавшись к нему.
В середине июня уже стояла жара, а последние несколько дней палило солнце, и температура неуклонно росла. Однако в машине работал кондиционер, да и температура тела у Цинь И была пониженной, так что Шэнь Цы, тесно прижавшись к нему, вовсе не чувствовал духоты.
Вэнь Яо, сидевший на переднем пассажирском сиденье, старался не обращать внимания на двух «сиамских близнецов» сзади. Не отрывая взгляда от дороги, он даже не смотрел в зеркало заднего вида.
В самом деле, что такого хорошего в этом типе Цинь И? Ну, симпатичный, при деньгах, талантливый, верный — а кроме этого, других достоинств и нет.
И ведь заставил Шэнь Цы так увлечься.
На душе у Вэнь Яо было неспокойно. Видя, как Шэнь Цы всей душой привязан к Цинь И, он испытывал неприятное чувство, будто «младшего брата, которого он с таким трудом вырастил, увел другой младший брат».
Сидящие на заднем сиденье совершенно не замечали недовольства Вэнь Яо. Только водитель почувствовал странную атмосферу, бросил взгляд в зеркало заднего вида и молча повёл машину ещё плавнее, чтобы не потревожить их.
Провозившись в больнице всё утро, наконец они вернулись домой обедать. Неизвестно, из-за влияния ли лекарства, Цинь И всё ещё был без сил и весь день проспал.
Хотя время приёма лекарства уже перенесли на вечер, перед сном, действие его сохранялось долго, и днём его всё равно клонило в сон. Вставать утром практически не получалось, привычка просыпаться в девять часов была полностью нарушена. Сон до полудня стал обычным делом, а после обеда снова тянуло в сон, и приходилось ещё спать днём.
Хотя врач сказал, что это нормально, в первое время приёма лекарства побочные эффекты неизбежны, и когда организм постепенно адаптируется, это пройдёт, Шэнь Цы всё равно сильно волновался, а что если он не сможет адаптироваться?
Среди этих тревог Шэнь Цы отправился на похороны матери Цинь И.
Он не присутствовал в день кремации, похоже, Цинь И не хотел, чтобы он ехал в крематорий. Только в день похорон позволил ему прийти, чтобы помочь нести урну с прахом Юй-нюйши.
В этот день моросил дождь, и в воздухе словно витал тяжёлый запах. Для Шэнь Цы это были не первые похороны. Когда умерла его собственная мать, он, наверное, так же держал её прах.
Но странно, что его воспоминания об этом были какими-то размытыми, он не мог в точности восстановить картину того дня. Не помнил, кто именно присутствовал на тех похоронах, где её похоронили. И впервые ощутил, что урна с прахом такая тяжёлая. Хотя путь был не таким уж долгим, она казалась пугающе тяжёлой. Руки сильно устали, он почти не мог её удержать.
Когда всё закончилось, они поклонились перед надгробием и постояли в молчании. Это странное чувство несоответствия усилилось. В голове почему-то всплывало смутное впечатление, что надгробие должно быть таким, чтобы можно было видеть золотые буквы на уровне глаз, а не как сейчас, когда приходится опускать голову.[1]
[1] В современном Китае урны с прахом после кремации часто хоронят в землю на кладбищах и устанавливают надгробия, так же, как при традиционном погребении гроба. Урна помещается в небольшую бетонную или каменную нишу в могиле, а сверху ставится надгробная плита с именем, датами и иногда фотографией. С точки зрения внешнего вида могилы это почти не отличается от захоронения тела в гробу, только глубина и размер ямы меньше.
На кладбище было очень тихо, надгробие уже намокло под дождём. Сопровождающий сотрудник держал над ним зонт, защищая от беспрестанно моросившего дождя.
Небо темнело на глазах, дождь, похоже, собирался усилиться, и после окончания церемонии Шэнь Цы не стал задерживаться на кладбище, а направился к машине, чтобы ехать домой.
Вэнь Яо, как телохранитель, естественно, приехал с ним, но из-за своего особого статуса не присутствовал на самой церемонии захоронения, а все это время ждал в машине.
Издалека он увидел, что Шэнь Цы идёт в его сторону. Сегодня Шэнь Цы был одет в чёрный костюм. Возможно, из-за траурной атмосферы, выражение его лица было серьёзным. Та юношеская порывистость, что была в нём обычно, вдруг исчезла, и он выглядел более взрослым и сдержанным.
Глядя на него, Вэнь Яо вдруг осознал, что девятнадцатилетний Шэнь Цы повзрослел и вырос.
Что он может стоять на ногах самостоятельно и больше не тот ребенок, которому везде и всюду нужен его присмотр.
Шэнь Цы забрался в машину, взяв с собой фотографию Юй-нюйши — таково было требование Цинь И. Он сказал, что хочет сохранить хоть что-то, связанное с ней, но за десять с лишним лет в реабилитационном центре у неё почти не осталось личных вещей. В итоге только эта фотография.
Сидя на сиденье, Шэнь Цы смотрел на женщину на снимке. Фотография была сделана больше десяти лет назад. Она выглядела ещё очень молодой, слегка улыбалась, кроткая и красивая. На фото казалось, что она жива и вот-вот заговорит.
Он так и не успел по-настоящему пообщаться с ней, и теперь у него остались лишь урна с прахом да этот портрет.
Шэнь Цы завернул фотографию и по возвращении домой передал её управляющему, чтобы тот убрал. Зайдя в комнату Цинь И, он обнаружил, что тот спит, и пошёл принять душ. Выйдя из ванной, он услышал, что дождь на улице усилился.
Он вытирал голову полотенцем, как вдруг почувствовал, как по комнате пронёсся холодный, влажный ветер. Подняв голову, он увидел, что Цинь И уже встал и сидит у окна, к тому же широко его распахнув.
Из-за ветра дождь уже заливал внутрь, намочив подоконник. Шэнь Цы поспешно подошёл и закрыл окно, сказав:
— Как так, дождь идёт, а ты окно не закрыл?
Цинь И сидел слишком близко к окну, и залетавшие струи дождя даже намочили ему одежду. Он будто совершенно этого не замечал, поднял голову и посмотрел на ещё мокрые кончики волос Шэнь Цы:
— А сам-то? — слегка рассердился Шэнь Цы. — Весь мокрый, сидишь на прохладном ветру, ещё и влажность, не боишься, что ночью начнётся невралгия?
— Последнее время вроде не болит, — сказал Цинь И. — Давай помогу вытереть?
— Не надо, — Шэнь Цы сел рядом с ним, ещё раз вытер воду с волос и тихо сказал. — Ну, прах тётушки уже захоронен, фотографию я привёз, управляющий убрал.
— Угу, — без особой реакции отозвался Цинь И. — Спасибо за труд.
Шэнь Цы высунулся из-под полотенца, чувствуя, что эта реакция слишком спокойна. Она совсем не походила на прежнее обострение болезни из-за стресса. В его тоне он почти не ощущал никаких эмоциональных колебаний.
Он посмотрел на Цинь И со сложным выражением. Он и сам не знал, хорошо это или плохо. Любой человек искусства должен обладать богатыми чувствами, чтобы вложить душу в произведение. А если как сейчас…
Оставалось только надеяться, что Цинь И скоро поправится, и дозу лекарства получится снизить до того, как его ноги полностью восстановятся.
— Что ты так на меня смотришь, — Цинь И протянул руку и кончиками пальцев легко потёр его щёку. — Я же сказал, что приём лекарства может сделать меня непохожим на себя.
— Конечно, знаю, — Цинь И опустил глаза, будто с некоторым бессилием. — Свое собственное тело я знаю лучше всех.
Шэнь Цы не знал, что и ответить. По сравнению с неизвестностью, ясное понимание того, что должно произойти и неизбежно ведёт к такому будущему, кажется, ещё печальнее.
Он перехватил руку, которую тот как раз собирался убрать от его щеки, мягко прижал ее, заставив его холодные пальцы вновь коснуться его лица, а затем наклонил голову и поцеловал его ладонь:
— Каким бы ты ни стал, я всё равно буду любить.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel