"Мы вытащили пять подбитых машин". Эвакуация техники в зоне СВО
Соболь после «стодвадцаток», Буханка с двумя ФПВ в корму, спекшаяся в монолит Газель и УАЗ, который высекал двухметровый сноп искр. Рассказ Бурьяна о том, как под жужжание дронов и с одной лишь решимостью они возвращали технику с линии огня. Тросы, блоки, яблоня в качестве якоря и ни одной лишней секунды.
«Горячий чай, сухие носки и тишина — вот что я научился ценить на войне». Интервью офицера спецназа. Часть 2
Четыре месяца на Купянском направлении изменили его отношение к жизни. Он понял, что в окопах всё решает не техника, а люди и выдержка. Что хороший командир — половина успеха. Что война — это не подвиги, а грязь, холод, рутина и редкие вспышки страха. А ещё — что умение спасать жизни должно стать обязательным навыком для каждого. В интервью — честные ответы о боевом пути, переходе в СОБР, работе с «Кобра Тактикл» и надежде на возвращение всех, кто ещё там.
«Развелся с женой и уехал на СВО — это была лучшая перезагрузка». Офицер спецназа о мотивации, подготовке и войне. Часть 1
Срочка в 247-й ДШП, контракт в разведроте, работа барменом и телохранителем, спорт, развод — и добровольный уход на фронт, несмотря на бронь. Офицер спецподразделения (тогда ещё просто боец 604-го ЦСН) рассказывает, почему не поехал на Донбасс в 2014-м, как встретил начало СВО и почему решение пойти воевать стало для него перезагрузкой. О службе в ВДВ, 25 прыжках, встрече с легендарным Анатолием Лебедем и о том, что война — это не геройство из фильмов, а 90% рутины и страха.
«Никто из проходящих мимо даже зажигалку не дал». Интервью с штурмовиком «Квашня». Часть 2
Война научила Квашню трём вещам. Первое: чем ниже под землю, тем целее. Второе: далеко не все товарищи — братья. Когда он полз 12 часов со сломанной ногой, «проектанты» шли мимо и молчали. Третье: рассчитывать можно только на себя. Он не осуждает всех, но знает — семья не без урода. И теперь, когда его спрашивают про советы новичкам, отвечает жёстко: «Сидите дома». Честный, циничный, но очень человечный рассказ о войне без романтики.
«Командир отделения зассал — я связал его и повёл людей вперёд». Интервью штурмовика «Квашня». Часть 1
Квашня не мечтал о войне. Он хотел просто решить финансовые проблемы: долги, беременная невеста, отсутствие работы. И осенью 2022 года он оказался в Молькино. Из 127 человек его потока до конца учебки дойдут немногие. А через месяц он уже штурмовал деревню под Кременной. После того как командир отделения струсил в первом бою — принял командование на себя. Жёсткое, без прикрас интервью о цене выживания.
"Артемовск в каждом из нас что-то сломал": военный фельдшер "Пазуха" о своей службе
Бывший медик ЧВК «Вагнер», прошедший Бахмут, теперь служит фельдшером в полку ПВО-ПРО Министерства обороны. В интервью он честно сравнивает две системы: там всё работало «как часы», здесь — масштаб огромный, но «человеческий фактор» решает всё. Он рассказывает, почему после дембеля не смог найти себя в мирной жизни, как выбирал новое подразделение «с чистого листа», и почему на передовой теперь приходится воевать не только с дронами, но и с военной полицией. А также — о портрете Пригожина в Бессмертном полку, усталости от происходящего и главном совете тем, кто собирается подписывать контракт в 2026-м.
Броня, каска, 5 коробов медикаментов и верный пес. «Рыж» не надеется на армейских снабженцев и рассказывает, как готовится к командировке
Броня, каска, 5 коробов медикаментов и верный пес. «Рыж» не надеется на армейских снабженцев и рассказывает, как готовится к командировке.
«От политических медиа до окопов Донбасса: История «Рыжа». Часть 1
Бывший журналист, дочь учителя и хирурга. Она поехала на войну, потому что у нее «обостренное чувство справедливости». Сначала ее не хотели брать, а потом она стала тем самым медиком, который спасал жизни под обстрелами. Откровенный рассказ о том, как принципы превращаются в действия.
«Не получилось в РЕДУТ — пошёл в БАРС-21. И снова на войну». Новая командировка артиллериста "Грейв"
Он прошёл Бахмут, вернулся домой, сдавал кровь, помогал волонтёрам — и понял: этого мало. Грейв хотел обратно, но уже не в ЧВК, а в регулярные подразделения. Выбирал по советам товарищей, чтобы командиры были не «дуроломы», но в последний момент всё переиграли — попал в БАРС-21 на Херсонское направление. «Расстроился, но заднюю не включил». В интервью — о том, как за две недели учебки на полигоне прокачал ноги и дыхалку, встретил земляка по «Компании», отвечал на провокационные вопросы про «Марш справедливости» и работал на самодельном орудии «Партизан» под прилётами 120-го миномёта. А ещё — почему кубинцы оказались отличными бойцами, а водитель, бросивший снаряды под страхом дронов, продолжал спокойно служить.
"Полз к своим через минное поле": как "Скиф" искал упавший дрон. Часть 7
Он искал упавший дрон, разминировал по дороге несколько FPV-шек, но в пути ошибся — посмотрел в небо, а не под ноги. Щелчок, взрыв...Сам себе накладывал жгуты и ИПП, а потом полз и звал на помощь.