Глава 42 Сердце сжалось
В конец
Как только эти слова сорвались с губ, весь класс разразился хохотом.
Лю Чао тут же пришел в ярость от обиды, ему показалось, что его унизили:
— Шэнь Цы, ты нарочно, да?! Опередить меня на 200 баллов, ты что, можешь набрать 750?
— Семьсот пятьдесят я, может, и не наберу, но ты ведь должен набрать хотя бы 450?
Рядом кто-то из парней начал подначивать:
— 450? Ты уж слишком много от него требуешь. Наш Чао-гэ даже не удосужится набрать больше трёхсот пятидесяти, ясно?
Шэнь Цы взглянул на Лю Чао и с отсутствием интереса отвел взгляд.
Он изначально и не ожидал, что троечник с 100 баллами по комплексному экзамену действительно из-за одной фразы начнет стараться изо всех сил. Сказав, что оторвется от него на 200 баллов, он просто хотел его подколоть, как и тот тип, который сказал, что он «продает задницу».
Ущерб минимальный, но степень оскорбления — запредельная.
Какой-то парень обнял Лю Чао за плечи:
— Струсил, Чао-гэ? Такое простое пари боишься принять? Может быть, у Шэнь Цы тоже только на словах, а на деле он может набрать всего 450? Тогда тебе нужно будет набрать всего 250, а 250 — это для тебя более чем нормально, правда?
— Да идите вы, — Лю Чао раздраженно оттолкнул его и снова сел. — Не доставай меня.
— Скучно, — ответственная по учебе закатила глаза. — Ребята, вы можете хоть немного повзрослеть? Не превращайте шестую параллель третьего года старшей школы в параллель третьего года младшей школы, стыдно-то как.
Несколько парней больше не сказали ни слова, в классе снова стало тихо. Половина урока самоподготовки уже прошла, времени до конца уроков оставалось немного.
Шэнь Ци не хотелось больше обращать внимание на чьи-то детские соревнования. Он быстро закончил писать домашнее задание и, как только прозвенел звонок с урока, положил ручку, собрал вещи и пошел домой.
По сравнению с пребыванием в компании этих психологически незрелых одноклассников, ему больше нравится боящийся пауков Цинь-шао.
Вэнь Яо уже ждал у школьных ворот. Как будто боясь, что Шэнь Цы потеряется, он специально встал рядом с караулкой, совершенно не обращая внимания на странные взгляды дядьки-охранника.
Высокий рост, возможно, также является одной из отличительных черт семьи Цинь. Вэнь Яо, будучи телохранителем, конечно, не просто носит звание телохранителя — он, стоя среди группы старшеклассников, выглядел особенно как журавль среди кур, и не заметить его было невозможно.
Возможно, из-за того, что они единокровные, он внешне не был похож ни на Цинь И, ни на Цинь Цяня, но все же унаследовал хорошую внешность семьи Цинь. Особенно выделялись его лисьи глаза[1] с чуть приподнятыми уголками: когда он был доброжелателен, взгляд казался мягким и приветливым, но стоило проявить хоть каплю враждебности, как лицо становилось пугающе опасным.
[1] Лисьи глаза (狐狸眼, húli yǎn) https://dzen.ru/a/aBtVnTsYgWF3VZJq#3_lisi_glaza__hli_yn
Поэтому дежурный охранник не осмелился просто взять и выгнать его, а только лишь наблюдал за его передвижениями со стороны.
Шэнь Цы издалека заметил его и в тот же миг , все мысли о «школе» мгновенно испарились из головы. Увидеть Вэнь Яо означало скоро оказаться дома, а это означало увидеть Цинь И. Всё дурное настроение как рукой сняло, и шаги сами собой стали легче и быстрее.
Он направился прямо к нему и, как в детстве, бросился в его объятия:
— Ага, уроки закончились, — Вэнь Яо погладил его по волосам. — На улице меня можно обнимать, только ни в коем случае не делай этого на глазах у Цинь И.
— Обнимать тебя и обнимать его — это разные вещи. Неужели он даже из-за этого будет ревновать? — Шэнь Цы отпустил его. — Ты, наверное, уже давно меня ждешь? В следующий раз не приезжай так рано.
— Ничего, садись в машину скорее. Ты не поехал домой на обед, и кое-кто уже полдня тебя дожидается.
Не видевшись с Цинь И целый день, Шэнь Цы действительно немного по нему соскучился. Их отвезли в особняк семьи Цинь. Как только он вошел в дом, действительно, Цинь И в инвалидном кресле ждал его у входа.
Вэнь Яо, обладая чутьем, сразу поднялся наверх, чтобы не быт здесь лишней «лампочкой»[2].
[2] 电灯泡 diàndēngpào - третий лишний (человек, который мешает паре остаться наедине)
Шэнь Цы только переоделся, как обнаружил, что взгляд Цинь И приклеился к нему, оглядывая его с ног до головы, словно пытаясь определить, не потерял ли он какой-нибудь волосок, и лишь спустя некоторое время строго спросил:
— Почему в полдень не пошел домой?
Шэнь Цы знал, что он обязательно спросит об этом, и уже заранее подготовил слова:
— Сегодня было много домашнего задания, я боялся, что не успею сделать его вечером до упражнений на фортепиано. Вот и поделала в обеденный перерыв.
— Если ты уверен в своих знаниях по гуманитарным предметам, можешь не делать то, что считаешь ненужным. Я же говорил тебе, я уже договорился с твоим учителем: даже если ты не сдашь домашнее задание, это не отразится на твоей успеваемости.
— Я знаю, — Шэнь Цы обхватил его сзади за талию. — Но всё же нужно по возможности делать, чтобы оставить у учителя хорошее впечатление».
Цинь И не стал продолжать разбираться с этим вопросом и снова спросил:
— В полдень ел в школьной столовой?
— Нормально, но с мастерством нашей тетушки-кухарки не сравнится.
— Нужно, чтобы я заменил подрядчика школьной столовой?
Он опустил голову и взглянул на профиль собеседника, пытаясь понять, серьезен ли этот тон, и с недоверием сказал:
— Гэ-гэ, если я пожалуюсь тебе на плохого учителя, ты тоже попросишь школу заменить учителя?
Цинь И уверенно и не задумываясь:
— А если я скажу, что мне не нравится директор, ты тоже его заменишь?
— Немного сложновато, но и это вполне осуществимо.
Шэнь Цы не знал, что и ответить.
Он понял, что школьная форма — это мелочи. Даже если сейчас он скажет, что хочет луну, Цинь-шао, наверное, приложит усилия и луну ему купит.
Это что, способ семьи Цинь выражать свою любовь?
В нём смешались лёгкая растерянность и глубокая трогательность. Не в силах сдержаться, он наклонился к щеке собеседника и нежно поцеловал его в ухо:
— Спасибо за историю со школьной формой.
Увлёкшись поцелуем, он не заметил, как нечаянно перенёс весь свой вес на него. Цинь И, вынужденный наклониться, словно почувствовал боль и тихо, с лёгким шипением, втянул воздух.
Шэнь Цы услышал вздох, мгновенно очнулся, быстро выпрямился и взволнованно спросил:
— Что случилось? Я сделал тебе больно?
— Ничего, — нахмуренные брови Цинь И снова разгладились, он медленно выпрямил спину. — В пояснице стоят металлические пластины, они не выдерживают слишком большой нагрузки.
— ..Прости! — Шэнь Цы испугался, поспешно обогнул его, заглядывая в лицо. — Всё в порядке? Нужно вызвать доктора Лу?
— Не надо так волноваться, просто кольнуло на мгновение, — успокоил его Цинь И. — Прошло уже полгода, ничего не случится, не волнуйся.
Шэнь Цы всё равно не мог полностью успокоиться, но, увидев, что цвет лица у Цинь И нормальный, вероятно, он не обманывал. Он с упреком опустил глаза:
— Не извиняйся, ты же не нарочно, — Цинь И протянул руку и легонько коснулся его щеки. Температура его кончиков пальцев была низкой, и можно было особенно четко почувствовать жар на лице Шэнь Цы от волнения.
Шэнь Цы тоже протянул руку, прижал ее к тыльной стороне ладони Цинь И, снова поднял голову и осторожно спросил:
— Кроме поясницы... есть еще где-нибудь? Ты скажи мне, я в следующий раз обязательно буду осторожнее.
— Ах, — Шэнь Цы слегка расширил глаза. — Тогда я, когда массировал тебя раньше, получается...
— Нет, это внутрикостные штифты, ты на ощупь не почувствуешь, — Цинь И вздохнул. — Если тебе действительно интересно, потом попроси управляющего найти снимки и показать тебе. Я не знаю, куда он их убрал. Главное, чтобы ты не испугался.
Шэнь Цы услышал эти слова и сразу почувствовал, что всё еще серьезнее, он весь напрягся:
Сколько же пластин и штифтов пришлось вставить, чтобы снимки могли напугать человека?
— Еще ребра и вот, — Цинь И поднял руку, показывая ему рубец на внутренней стороне правого предплечья. — Сколько именно — я тоже уже не помню, помню только, что Лу Хэн тогда сказал мне, что он думал, я весь насквозь проткнут, и то, что я выжил, — это просто чудо медицины.
— ...Гэ-гэ, — Шэнь Цы закусил губу, как только подумал о том, сколько боли пришлось вынести этому худому, измождённому телу, как в сердце сжалось от острой, щемящей боли, словно резали тупым ножом, он не удержался и обнял его. — Больно было?
— Уже столько времени прошло, давно не больно, — Цинь И похлопал его по спине. — Зачем об этом думать? Иди быстро мой руки, будем ужинать, послушайся.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel