Глава 47 Нужно что-то предпринять, чтобы заткнуть ему рот...

В конец

Его чрезмерно сильная реакция привлекла внимание Шэнь Цы, тот с недоумением обернулся:

— Говорить что?

Цинь И бросил на Вэнь Яо предупреждающий взгляд, но Вэнь Яо сделал вид, что не замечает, улыбка на его губах стала ещё шире:

— А знаешь, как твой Цинь И-гэ-гэ обнаружил, что может шевелиться?

Шэнь Цы хлопнул ресницами:

— Как обнаружил?

Цинь И сжал пальцы, лежащие на подлокотнике коляски, лицо его стало ещё мрачнее, он чуть ли не заскрежетал зубами:

— Вэнь Яо!

Но Вэнь Яо и бровью не повёл, ничуть не испугавшись угроз Циня, и невозмутимо продолжил:

— Сегодня днём тебя не было дома, случилось событие, повергшее Циня в глубокий шок.

Сказав это, Цинь И вдруг развернул коляску и немедленно покинул место действия.

Шэнь Цы, глядя на его странную реакцию, почувствовал, как его, поначалу не очень сильное любопытство, вдруг разгорелось, и подумал: «Что же такое могло случиться, чтобы Цинь так перепугался?»

Кроме того раза, когда Цинь Цянь его похитил, что ещё?

Шэнь Цы недоумевал, как вдруг в его голове сверкнула мысль, и он выдвинул смелую гипотезу:

— Неужели... твой паук сбежал из клетки?

— Паук не сбегал, — сказал Вэнь Яо с улыбкой. — Если бы паук сбежал, он бы не просто «смог пошевелиться» — он бы сразу встал и побежал.

Шэнь Цы с недоумением:

— Тогда что же?

— Сегодня, когда он открыл окно для проветривания, случайно залетел паук и прыгнул ему на колени,, — Вэнь Яо, вспоминая ту сцену, был в восторге. — Он даже сам не осмелился его прибить и позвал меня поймать паука. Но знаешь, он оказался довольно милым, я решил оставить его себе.

— Что за паук? — заинтересовался Шэнь Цы. — Неужели тот самый большой, с длинными лапами... как его...

Он никак не мог вспомнить название паука, подумав про себя, что напугать Цинь могло только существо, которое выглядит таким ужасным.

Кто бы мог подумать — Вэнь Яо покачал головой:

— Идём за мной.

Шэнь Цы пошёл за ним на второй этаж, в комнату Вэнь Яо, и увидел, как он рядом со стеклянным террариумом, где жил его паук, взял маленькую коробочку, которая раньше, должно быть, использовалась для транспортировки.

Он открыл пластиковую коробочку, где, вопреки ожиданиям Шэнь Цы, не было никакого длинноногого паука, а был паучок размером всего с ноготь... паук-скакунчик[1].

[1] вот вики про них https://inlnk.ru/PmV0EL

Шэнь Цы: «...»

Да ладно.

Его Цинь даже такого маленького паука боится?

В представлении Шэнь Цы образ Цинь И снова перевернулся. Он протянул руку и взял коробочку, увидев, как маленький паучок в коробке поднял голову, словно глядя на него своими большими глазами.

Это чувство зрительного контакта с пауком было довольно странным, он не удержался и спросил:

— Я слышал, что пауки-скакунчики очень хорошо видят и могут смотреть на человека — это правда?

Вэнь Яо:

— Разве он не смотрит на тебя в упор прямо сейчас?

Не успели эти слова сорваться с его губ, как тень паучка мелькнула, и тот прямо из коробки прыгнул Шэнь Ци на руку.

Шэнь Цы вздрогнул, подумав про себя: «Этот малыш совсем не боится людей», — он не удержался и протянул палец, осторожно приблизившись к пауку. Паук тоже не убежал, а обошёл его палец и поднял две передние лапки, коснувшись его кончика пальца.

— Похоже, ты нравишься не только моему питомцу, но и этому пауку тоже, — сказал Вэнь Яо, доставая из коробки, предназначенной для кормления большого паука, маленького мучного червя и бросая его в пластиковую коробку. — Но, кажется, он проголодался. Давай вернем его поесть. Мы его с трудом поймали, так что ты уж, пожалуйста, не потеряй его.

Шэнь Цы легонько потрогал паука, тот своими острыми восемью глазами явно заметил извивающуюся добычу, немного поколебался, но всё же решил покинуть его руку и прыгнуть обратно в коробку, чтобы поесть.

Вэнь Яо закрыл крышку:

— Пусть управляющий снова пригласит дезинсекторов. Вон того плюща на внешней стене особняка уже много. Он обязательно привлечёт насекомых. Будут насекомые — будут и пауки. Твой Цинь И-гэ-гэ, похоже, не переживет второго такого испуга.

Шэнь Цы:

— Хорошо.

Вообще-то управляющий всегда организовывал дезинсекцию, по крайней мере, когда Шэнь Цы только приехал в дом Цинь, был самый разгар лета, плюща было ещё больше, чем сейчас, но и тогда не было видно, чтобы какие-то букашки залетали в дом.

Возможно, после недавней обрезки плюща и с похолоданием частота обработок снизилась. Одна-две заблудшие мошки случайно привлекли маленького паучка, который как раз залетел к открывшему окно Циню.

Вот уж действительно невезение.

Шэнь Цы больше не стал смотреть на паука, спустился вниз успокаивать неудачливого Циня. Как только он вошёл в комнату, то увидел, что его коляска стоит у кровати, повёрнута спиной к двери, и его вид говорит о том, что он злится.

Шэнь Цы осторожно приблизился к нему и тихо позвал:

— Гэ-гэ.

Цинь И не ответил и не обернулся.

Похоже, действительно рассердился.

Шэнь Цы обошёл его, встал перед ним и, видя его недовольное лицо, поспешил успокоить:

— Рассердился?

Цинь И отвел взгляд в сторону:

— Нет.

Шэнь Ци присел перед ним на корточки, глядя снизу вверх с жалобным видом, словно покинутый щенок, которого игнорирует хозяин:

— Ну не сердись. Бояться пауков — это не стыдно, многие пауков боятся.

— Дело не в боязни пауков, — наконец Цинь И как-то отреагировал, но брови всё ещё были сильно нахмурены. — А в том, что...

Он начал говорить, но, похоже, не мог вымолвить, сжал губы и замолчал.

— Это ты не боишься пауков, а я боюсь? Боишься показаться передо мной трусливым? — Шэнь Цы с удивительной точностью угадал мысли Цинь. — Гэ-гэ, это называется взаимной компенсацией. У тебя есть слабости, и у меня они есть.

Цинь И обернулся, его голос наконец смягчился:

— Чего боишься ты?

— Ну...

Шэнь Цы сходу не мог сказать, чего он боится, сконфуженно почесал щёку и жалобно сказал:

— Боюсь, что ты меня не...

Цинь И замолчал.

Наконец он вздохнул:

— Ладно.

Ему не следовало тогда активно приглашать Вэнь Яо пожить у них дома. Они с ним, кажется, с рождения не ладят, и ничем хорошим их близость не заканчивается.

— Ты больше не сердишься? — снова спросил Шэнь Цы. — Тогда пошевели ногой еще раз, покажи мне, хорошо?

Перед лицом этой странной просьбы Цинь И не стал её удовлетворять и сказал:

— Показывать нечего. Просто немного восстановилось.

Но Шэнь Ци не сдался. Внезапно схватив его за лодыжку, он с вредной ухмылкой пощекотал подошву.

Раньше он и сам такое не раз делал, когда Цинь И засыпал, он щекотал ему подошву, чтобы проверить, вернулась ли к ней чувствительность. Он уже делал это много раз, но тогда, даже если он щекотал подошву, у того не было реакции. Не то что сейчас.

С момента его приезда в дом Цинь прошло уже три месяца, чувствительность ног Цинь И почти полностью восстановилась. Теперь, когда Шэнь Ци по ночам украдкой просовывал ногу под одеяло и несколько раз терся о его икры, Цинь это чувствовал. А подошвы, начавшие восстанавливаться первыми, по чувствительности уже почти не уступали обычным людям. Так что щекотка наверняка подействует.

И действительно, Цинь И изменился в лице:

— Шэнь Цы!

Он не мог пошевелить коляской, боясь поранить друг друга, и ему было нестерпимо щекотно, поэтому он инстинктивно заборолся и, не удержавшись, пошевелил только что начавшими двигаться пальцами ног.

Шэнь Цы остановился, с восторгом глядя на него:

— Гэ-гэ, ты вот-вот поправишься.

— Уйди, — рассердился Цинь И, нагнувшись и отбив его руку. — Если ещё раз так расшалишься, будешь спать в своей комнате.

— Ах, — эта угроза была для Шэнь Цы действительно убийственной, он сразу же перестал его трогать и встал. — Прости, я больше не буду.

Цинь И приказал:

— Иди мой руки и ешь.

— ... Ладно.

Поскольку Цинь И не ел за одним столом с Вэнь Яо, управляющий уже доставил ужин в комнату.

За последнее время его отсутствие аппетита немного улучшилось. Хотя еду он по-прежнему не жаловал, но уже не так сильно от нее отказывался, что можно было считать нормальным показателем.

Шэнь Цы сел рядом с ним и спросил:

— Ты говорил с доктором Лу?

— Говорил.

— Что он сказал?

— Сказал продолжать принимать лекарство и ждать, пока нервы восстанавливаются. Когда ноги смогут двигаться, можно будет осторожно начинать реабилитацию.

Шэнь Цы кивнул:

— Если лодыжки уже чувствуются, значит, скоро можно будет, да?

На самом деле всё это время его помощь Цинь И в массаже, разминании суставов — это и была реабилитация, но только пассивная, требовавшая посторонней помощи. Если же двигательные нервы тоже начнут восстанавливаться, то придётся прилагать собственные усилия.

Неужели комната реабилитации, полная тренажеров, наконец перестанет пылиться и начнет использоваться по назначению?

Шэнь Цы даже немного взволновался, глаза его тоже загорелись, словно он уже перемотал от «Цинь И начал восстанавливаться» к «Цинь И снова встал на ноги». Он не удержался и подложил ему еды:

— Ешь побольше.»

Цинь И остановился на мгновение, ничего не сказал, выражение лица было сложным.

Он опустил глаза на рис в миске, в глубине взгляда читались непонятные эмоции.

Честно говоря, он никогда и не думал, что когда-нибудь действительно сможет восстановиться. Даже когда чувствительность вернулась, он не осмеливался питать больших надежд. Но когда Шэнь Цы похитил Цинь Цянь, он страстно желал, чтобы смочь снова встать на ноги и самому защитить его.

Эти два противоречивых чувства, после того как вчера он, напуганный пауком, совершенно неожиданно обнаружил, что может шевелиться, незаметно превратились во что-то более сложное. Ему сейчас всё ещё казалось это невероятным, словно во сне.

Казалось, Шэнь Ци принес в его жизнь множество чудес.

Его жизнь, прежде похожая на безжизненную гладь, постепенно начала оживать. Словно то окно в его комнате, годами скрытое плющом, которое наконец кто-то открыл, впустив теплый солнечный свет и свежий ветер. Лишь тогда он понял, что все это ему так нужно.

Оказывается, он тоже может жить, как нормальный человек, и тоже способен найти себе место, где будет по-настоящему дома.

Шэнь Цы заметил его внезапную задумчивость, тот протянул руку и помахал у него перед лицом:

— Что случилось? Почему вдруг перестал есть?

— Ничего, — Цинь И мгновенно очнулся, взял ложку и черпнул супу. — Просто подавился немного.

— Ты ведь не так уж быстро ешь, с чего бы тебе подавиться, — пробормотал Шэнь Цы, не очень веря. — Сделай ещё пару глотков.

Цинь И сделал несколько глотков супа подряд, только тогда он опустил ложку, но головы так и не поднял, и очень тихо сказал:

— Спасибо.

— А? — голос его был тихим, слова быстрыми, Шэнь Цы совершенно не расслышал, и озадаченно уставился на него. — Что ты сказал?

— Говорю, ничего, — Цинь И не стал повторять. — Ешь скорее, хватит обращать на меня столько внимания.

— Это кто же вечно не хочет нормально есть — вот на тебя и надо обращать внимание, — сказал Шэнь Цы. — Кстати, когда сегодня вечером буду делать тебе массаж, я ещё побольше поработаю с твоими лодыжками. Ты ведь сказал, что уже немного чувствуешь?

— Угу, — выражение лица Цинь И не изменилось. — Как хочешь.

Шэнь Цы, кажется, был очень взволнован и продолжил:

— Гэ-гэ, а может, ты с завтрашнего дня начнёшь тренироваться? Можно сначала тренировать верхнюю часть тела — чтобы потом тренировать ноги, нужна сила верхней части тела, так ты увеличишь нагрузку и есть сможешь побольше.

— И ещё...

Перед лицом этой болтовни Шэнь Цы Цинь И наконец потерял терпение и нахмурился.

Как же надоело.

Нужно что-то предпринять, чтобы заткнуть ему рот.

Он внезапно опустил палочки, резко подался вперёд и крепко поцеловал его в губы.

Озабоченный словарик

⋘ Предыдущая глава