Глава 70: Вам придётся отнести его на руках

В конец

Янь Шу посмотрел на Чжун Ли и с уверенностью кивнул:

— Серьёзно.

— Дажень... — у Чжун Ли перехватило горло, глаза постепенно покраснели. — Ваша милость ко мне столь велика, как горы и моря. Я не смогу отплатить вам и за всю жизнь.

— Ты преувеличиваешь, — ответил Янь Шу. — Когда это дело завершится, я планирую надолго поселиться в Шофане, чтобы посвятить себя изучению воинского искусства и стратегии. Мой дом в столице будет пустовать, ты можешь занять его. Нынешний император мудр и постепенно восстанавливает систему государственных экзаменов[1]. С твоими талантами ты непременно сможешь добиться успеха.

[1] 科举制度 вот про нее в вики https://inlnk.ru/LAXkLL

Однако Чжун Ли тихо покачал головой, его взгляд был прикован к земле, голос звучал едва слышно:

— Янь-дажень, к сожалению, у меня нет больших амбиций, боюсь, я не оправдаю ваших добрых намерений. Дажень, я хочу остаться в городе Байди, в доме «Узорной цитры». Хотя это и обитель ветра и луны, для меня это место, где я обрёл покой. Если вы всё же считаете это место грязным и хотите отрезвить меня бранью, я приму это.

Хотя Янь Шу и был несколько удивлён, он тут же ответил:

— Я так не думаю. Найти место, где можно жить в покое, — это счастье.

Глаза Чжун Ли покраснели, и он с чувством произнёс:

— Благородное сердце Янь-даженя вмещает сотни рек. Таким заурядным людям, как я, дано видеть лишь малую толику[2]. Дажень, причина, по которой я остановил вас...

[2] в оригинале идиома 管中窥豹 guǎn zhōng kuī bào - «смотреть на леопарда через трубку» , т. е. видеть только одно пятно на его шкуре.

— Я хочу выкупить себя.

Янь Шу опешил.

Чжун Ли достал шкатулку из красного дерева с резной птицей и передал Янь Шу.

Янь Шу открыл её и увидел внутри увесистые серебряные ляны.

— Надеюсь, дажень позволит мне выкупить себя обратно, — глядя на Янь Шу, произнёс Чжун Ли.

— Хорошо, — Янь Шу с серьёзным видом кивнул и убрал деревянную шкатулку.

— Благодарю вас, дажень, не смею вас более задерживать, — Чжун Ли поклонился, выпрямился, попрощался с Янь Шу и повернул обратно к дому «Узорной цитры».

Глядя на Чжун Ли, Янь Шу испытывал волнение.

Тогда он во что бы то ни стало решил выкупить Чжун Ли из Двора Полной Весны не только потому, что не мог видеть страдания невинных, но и отчасти потому, что Янь Шу чувствовал некоторое сходство между ними.

Отец в одночасье попал в тюрьму, и в вихре интриг они низверглись в бездну.

Но Янь Шу в конце концов повезло больше, чем Чжун Ли, — у него была защита Цинь Цзюэмина.

Теперь же Чжун Ли, пролив все слёзы и кровь, величественно стоял между небом и землёй и, наконец, жил свободно, только ради себя.

Одна фраза «место, где я обрёл покой» вызвала у Янь Шу некоторую зависть.

Убрав деревянную шкатулку, Янь Шу слегка оттолкнулся ногой и прыгнул в направлении постоялого двора, мгновенно скрывшись из виду.

Изначально он хотел догнать Ли Чантяня, но, даже добравшись до подворья, так и не увидел его по пути.

Неужели Ли Чантянь так быстро ходит?

Приближался рассвет, брезжил утренний свет.

Войдя на постоялый двор, Янь Шу увидел хозяина, стоящего за стойкой с чётками в одной руке и счётной книгой в другой, который, щурясь, подсчитывал счета.

Янь Шу подошёл к хозяину и спросил:

— Скажите, хозяин, Ли Чантянь сейчас на кухне?

— А? — хозяин поднял голову с озадаченным видом. — Гунцзы, кто такой этот Ли Чантянь, о котором вы спрашиваете?

— Это человек в тёмной одежде, который сказал, что поможет вам починить очаг, — ответил Янь Шу.

— Гунцзы, должно быть, обознался, — хозяин был в полном недоумении. — Я никогда никого не просил чинить очаг.

«...» — Янь Шу нахмурился, вспомнив смертельно бледное лицо Ли Чантяня, внезапно что-то осознал и, развернувшись, выбежал с посотялого двора.

***

Петухи возвестили рассвет. Свернувшийся калачиком в переулке Ли Чантянь поднял голову и увидел над серыми кирпичными стенами лазурное небо, которое постепенно становилось всё светлее.

Ли Чантянь понимал, что оставаться так нельзя. Его сознание расплывалось, тело бил озноб, он чувствовал сильную усталость и сонливость, всё это были признаки большой потери крови.

Ему срочно нужно обработать рану, иначе, если он так потеряет сознание, то может уже и не очнуться.

Зажимая рану на животе, Ли Чантянь сделал долгий выдох и вдруг беспомощно усмехнулся.

Он вспомнил одну миссию из прошлой жизни, когда в ходе вооружённого конфликта он тоже получил ранение в живот, но, боясь задержать выполнение задания, скрывал это, пока после успешного завершения миссии не рухнул без сознания прямо на глазах у товарищей.

Когда Ли Чантянь очнулся, перепуганные до полусмерти друзья отругали его последними словами. Его корили за то, что он не дорожит жизнью, и говорили, что если так продолжится, он и сам не заметит, как умрёт.

Ли Чантянь, чувствуя свою вину, почёсывал затылок под их ругань и непрерывно обещал, что такого больше не повторится.

Но теперь, проживая вторую жизнь, он всё так же безрассуден и не бережёт себя.

— Эх... — Ли Чантянь покачал головой и, опираясь левой рукой о стену, понемногу поднялся и, шатаясь, сделал два шага к выходу из переулка.

Внезапно от входа в переулок раздался крик, полный неудержимого гнева.

— Ли! Чан! Тянь!

Ли Чантянь вздрогнул от испуга и, подняв голову, действительно увидел стоящего впереди Янь Шу. Тот стоял впереди, пылая гневом, а глаза его были готовы выскочить из орбит.

Янь Шу быстрыми шагами направился к Ли Чантяню, будто желая проглотить его живьём, отчего Ли Чантянь в страхе отступил назад, споткнулся и чуть не упал.

Зрачки Янь Шу резко сузились, он протянул руку, чтобы поддержать его.

— Ты сначала перестань хмуриться и сверкать на меня глазами, а то когда ты так смотришь, я пугаюсь, — выдавил кривую усмешку Ли Чантянь, цепляясь за плечо Янь Шу, чтобы удержаться на ногах.

— Куда ты ранен?! — процедил сквозь зубы Янь Шу.

— В живот. Эх... придётся тебе отвезти меня в лечебницу... — протяжно вздохнул Ли Чантянь.

Терпел так долго, а в итоге всё равно попался.

Ли Чантянь чувствовал досаду.

Янь Шу не стал больше ничего говорить. Он взял Ли Чантяня за левую руку, перекинул её себе через плечо, обхватил за талию и повёл к лечебнице.

***

В лечебнице старый, убелённый сединами лекарь, перевязывая и останавливая кровь на ране Ли Чантяня, причитал:

— Ай-я-я, ну и злой же этот волк, ай-я-я, ну и глубокая же эта рана. Ай-я-я, сяо-сюнди, тебе повезло, будь эти следы от когтей ещё на три фэня(~1 см) глубже, ты бы уже расстался с жизнью!!

Стоявший рядом Янь Шу внезапно резко ударил кулаком по деревянному столу, заставив и старого лекаря, и Ли Чантяня вздрогнуть всем телом.

— Прошу прощения, — Янь Шу извинился, опустив голову, встал и вышел из лечебницы.

Старый лекарь похлопал себя по груди:

— С виду этот гунцзы такой утончённый, мягкий, истинный благородный муж, а оказывается, у него ещё и характер имеется.

Ли Чантянь лишь смущённо усмехнулся.

Старый лекарь перевязал рану Ли Чантяня, позвал обратно стоящего снаружи Янь Шу. Тот уже снова обрёл спокойный вид, словно его недавняя вспышка гнева была лишь плодом чужого воображения.

Старый лекарь передал Янь Шу целую кучу склянок и пузырьков с лекарствами, объяснил, как их применять, и широким жестом махнул рукой:

— Всё, можете идти. Не помрёт, будьте уверены.

Янь Шу кивнул, убрал лекарства и подошёл к Ли Чантяню.

Ли Чантянь, сидя на кушетке, совершенно не смел взглянуть Янь Шу прямо в глаза и запинаясь произнёс:

— Янь... Янь Шу...

Янь Шу спокойно сказал:

— Я понесу тебя на спине отдыхать на постоялый двор.

Стоявший рядом старый лекарь, услышав это, поспешно закричал:

— Нельзя на спине! На спине нельзя! При ранении в животе нельзя класть его на спину! Отнесите на руках! Отнесите человека на руках!!!

⋘ Предыдущая глава