
Шэнь Цюнлинь, разумеется, не позволил ему уйти — он намертво стиснул Шэнь Юйшу рукой:

На самом деле, что именно произошло в тот день, когда папа Ли лежал в палате неотложной помощи, Ли Чантянь уже не помнил.

— Отпустите его!! Все отпустите его! — в ярости кричал Шэнь Юйшу, бросаясь вперёд, но несколько мужчин в чёрном преградили ему путь.

Хотя Янь Шу и оказался в опасности, он не растерялся. Хладнокровно и спокойно взмахами меча отбил атаки трёх мужчин в черном. Затем он увидел брешь в окружении, легонько оттолкнулся носком обуви и, взмыв в воздух, оказался в пустом дворе.

— Есть ли мне необходимость ехать в столицу?

Хозяин постоялого двора низко склонив голову, подсчитывал счета. Он быстро щёлкал на счётах-суаньпань[1], как вдруг услышал, что кто-то спрашивает, не нужен ли подёнщик.

Дыхание постепенно утихло. Янь Шу сидел в купальной бадье, полной холодной воды, и долго не вставал.

— Как раз рана у меня на пояснице уже покрылась корочкой, так что воды не боюсь, — Ли Чантянь говорил и одновременно раздевался. Вскоре верхняя половина тела юноши уже была обнажена. Его молодое тело было крепким и исполненным жизненной силы. Ключицы и лопатки отчётливо выступали, отчего так и хотелось протянуть руку и слегка провести по ним, ощутить тепло соприкосновения кожи, чтобы ощутить тепло соприкасающейся кожи, почувствовать, как плоть и кровь отзываются в ладони.