Глава 81. «Продолжил держать его в объятиях, досматривая утренние сны»

В конец

За ужином присутствовали все, даже Лин Бо вышел из своей комнаты поесть.

Лин Хуа всё ещё злился из-за истории с Су Пэйвань. Все эти годы он не следил за каждым её шагом и всегда считал Су Пэйвань осторожной и послушной женщиной. Не ожидал, что втайне она совершила столько противозаконных поступков. Теперь, когда всё это всплыло, Лин Хуа почувствовал, что потерял «лицо», и перенёс свой гнев на Лин Бо.

Но Лин Бо всё же был его родным сыном, которого он лелеял столько лет. Невозможно было совсем не испытывать к нему чувств.

Теперь, когда в семье Лин случилась беда, было необходимо, чтобы Фэн Чу протянул руку помощи. Час назад он говорил с Фэн Чу, и тот поставил условие: передать в будущем компанию и всё имущество в наследство Лин И. Лин Хуа с трудом мог это принять.

Он взглянул на Лин Бо. У того были красные, заплаканные глаза. С детства он не знал никаких невзгод, а теперь его мать попала в тюрьму. Тот негодяй Чжоу Чжиюань бросил его на произвол судьбы — вероятно, для него это было самым тяжёлым временем.

После ужина Лин Хуа сказал Лин И:

— Сяо-И, пройдёмся со мной в кабинет. Я хочу кое о чём с тобой поговорить.

Фэн Чу похлопал Лин И по плечу, позволив ему уйти с Лин Хуа.

Все видели, что происходило за ужином и Лин Хуа заметил, что Фэн Чу испытывает большую симпатию к Лин И.

Такого человека, как Фэн Чу, везде носили на руках. Где бы он ни был - сидел на самом почётном месте, за столом никогда никому не прислуживал. Но только что он лично подкладывал Лин И еду, мягко спрашивая, что тот хочет попробовать. По сравнению с ним Лин Хуа чувствовал, что Фэн Чу больше похож на отца Лин И.

Лин Хуа сел в кожаное кресло в кабинете:

— Сяо-И, я очень рад за тебя, видя, что вы с Фэн Чу относитесь друг к другу с уважением и любовью.

Лин И кивнул:

— Спасибо за твои благословения, папа.

Лин Хуа какое-то время смотрел на Лин И.

На самом деле он тоже понимал, что все эти годы пренебрегал Лин И и не заботился о нём как следует. То, что Лин И сейчас ослеп, во многом было связано с его, отцовским, пренебрежением.

Однако Лин И всегда сохранял спокойствие и уверенность, как в трудные времена, так и в моменты успеха. Перепады в его настроении были невелики.

Лин Хуа помедлил, но всё же высказал то, что хотел:

— Сяо-И, твой брат за эти годы многое пережил. С детства он не был таким умным, как ты. Ты везде занимал первые места в школе, а он тогда даже в старшую школу[1] не смог поступить. К тому же он любит ссориться с людьми. Если в будущем некому будет присмотреть за твоим братом, ему наверняка придётся очень плохо.

Лин И был несколько удивлён.

Он пришёл в кабинет Лин Хуа не для того, чтобы обсуждать это.

Лин Хуа не мог ничего понять по настроению Лин И и продолжал:

— Не мог бы ты в будущем отдать своему брату треть семейного состояния? Ему хватит и трети. Прошлое — вина его матери перед тобой, но Лин Бо никогда не делал ничего плохого по отношению к тебе. Вы связаны кровными узами...

Лин И мягко улыбнулся:

— Папа, по-твоему, я человек широкой души?

Лин Хуа запнулся:

— Сяо-И, ты с детства был хорошим мальчиком. Почему же ты не хочешь оставить твоему брату путь к отступлению?

— Невозможно, — ответил Лин И. — Это то, чего добился для меня господин Фэн. Я не собираюсь это так просто отдавать. Папа, ты и вправду думаешь, что он никогда не делал ничего плохого по отношению ко мне? В средней школе он часто подмешивал снотворное в мои ежедневные витамины, подливал белые чернила в молоко, которое я пил, портил моё пианино и скрипку. Ты что, правда не знал об этом?

— Он тогда был несмышлёным. Это всего лишь детские шалости. К тому же методы были неумелыми, ты же никогда не попадался на его удочку...

Лин И сидел в маленьком кресле рядом, изящно улыбаясь:

— Да? А недавние события? Он подкупил редактора сайта, чтобы очернить меня и мою маму. Из-за чего тысячи людей оскорбляли мою мать. Это тоже детская шутка?

— Эта история потом получила обратный ход. Его самого сильно ругали, и сейчас в интернете многие его поносят.

— У папы всегда много оправданий, — Лин И покачал головой. — Извини, я не могу согласиться с твоим предложением.

Лин Хуа сжал пресс-папье на столе так сильно, что его пальцы побелели. Он сказал:

— Сяо-И, ты не можешь простить брата только потому, что я уделял ему больше внимания? Если это из-за ревности к нему, то я буду любить тебя больше, восполню все твои прошлые обиды...

Лин И улыбнулся:

— Разве любовь папы — это что-то ценное?

Лин Хуа действительно не знал, как общаться с Лин И. Он сказал:

— Сяо-И, раньше я всегда упускал тебя из виду, в этом я не прав, мне очень жаль...

— Не стоит извиняться. Даже если папа будет любить меня, я бы не был особенно счастлив, потому что мне это не нужно. Я принимаю заботу и внимание только от тех, кто мне нравится, — изящное, белоснежное лицо Лин И постепенно холодело, в его узких, светлых глазах, казалось, тоже появилась холодность. — Папа, сейчас всё, что ты скажешь, бесполезно. Если хочешь найти выход из ситуации, возможно, тебе стоит обратиться к господину Фэну. Его легче убедить, чем меня. Я готов прислушаться к его советам.

Лин Хуа закрыл глаза.

Лин И встал и вышел из кабинета.

Фэн Чу курил на балконе, окно было открыто, снаружи задувал холодный ветер.

Лин Бо смотрел на спину Фэн Чу, в сердце его копилась досада. Он не ожидал, что Лин И, даже будучи слепым, мог вызвать любовь у такого выдающегося человека, как Фэн Чу. С точки зрения Лин Бо, внешность и рост Фэн Чу были даже лучше, чем у Чжоу Чжиюаня. Последние пару дней из-за того, что его мать попала в тюрьму, Лин Бо в полной мере испытал насмешки семьи Чжоу. Лин И стал калекой, но Фэн Чу совершенно не смотрел на него свысока.

Лин Бо не мог примириться с тем, что Лин И теперь поднялся.

Он налил стакан воды и подошёл:

— Старший брат Фэн[2], не хочешь ли воды?

Фэн Чу был несколько удивлён. Увидев, что перед ним стоит Лин Бо, он почувствовал лёгкое неудобство.

Лин Бо сказал:

— Характер у моего брата всегда был высокомерным и холодным. Хотя он кажется мягким и доступным, внутри он холоден и никогда не стремится угодить другим. Старший брат Фэн, не правда ли, ухаживая за моим братом, ты много натерпелся?

Су Пэйвань была хороша собой, а Лин Хуа и вовсе был редким красавцем в их кругу. Хотя внешность Лин Бо не могла сравниться с божественной красотой Лин И, его можно было назвать выдающимся красавцем. Если Су Пэйвань сумела разрушить отношения такой красавицы как Аннет, Лин Бо не верил, что не сможет разрушить связь Лин И. Он сделал несколько шагов вперёд:

— Я добавил в воду немного мёда, полезно для сна.

Фэн Чу не стал бы пить напитки, поданные таким подозрительным человеком, как Лин Бо. Он ко всем относился настороженно, особенно к тому, что попадало в рот.

Он, конечно, видел намерения Лин Бо. В их кругах отношения между мужчинами и женщинами были довольно запутанными. Все эти годы многие пытались заигрывать с Фэн Чу, но у него не было к ним никакого интереса.

Фэн Чу отступил на два шага, не желая тратить слова на Лин Бо:

— Арест Су Пэйвань — это моя работа.

Лицо Лин Бо мгновенно исказилось.

Он всё думал, что это сделал Лин И. Потому что у Лин И и Су Пэйвань накопилось много старых и новых обид. Плюс Лин И хорошо знал об их делах и имел друзей в их кругу.

Хотя у Фэн Чу была богатая семья, ходили слухи, что их влияние в основном сосредоточено в провинции А. Он не ожидал, что они могут влиять на дела в городе С.

Лин Бо с досадой стиснул зубы:

— Он уже стал калекой, сколько бы ты для него ни делал, он не сможет тебя отблагодарить. Ты думаешь, он с тобой из-за любви? Не строй иллюзий, такие, как мой брат, не могут искренне кого-то полюбить. Он просто использует тебя, потому что ты богат и влиятелен.

Фэн Чу язвительно усмехнулся:

— Для меня честь, что он может мной пользоваться. В конце концов, некоторые настолько тупы, что не имеют ценности даже для использования.

Фэн Чу так долго вращался в деловых кругах, естественно он умел разбираться в людях. Конечно он мог разглядеть была ли любовь Лин И искренней. К тому же Фэн Чу не скупился делиться тем, что имел, с самым любимым человеком.

Лин Бо, конечно, понимал, что Фэн Чу насмехается над ним. Он был и зол, и раздосадован, но не смел поднимать руку на Фэн Чу. Телосложение Фэн Чу выглядело очень крепким, даже будь у Лин Бо три головы и шесть рук[3], он не смог бы одолеть такого соперника.

В гневе он пошёл в свою комнату. Из соседней комнаты за происходящим наблюдала разряженная Чжэн Фэйфэй. Увидев, что Лин Бо вернулся несолоно хлебавши, она сама не решилась подойти, поэтому лишь посмеялась над ним:

— Что, пытался соблазнить зятя[4]? Лин И и Фэн Чу уже поженились, хочешь, как твоя мать, стать «третьим лишним»?

Для Лин Бо насмешки Фэн Чу или Лин И не были особенно обидными, потому что он и Лин И никогда не ладили. Они не нравились друг другу.

Но выслушивать насмешки от Чжэн Фэйфэй и Лин Цзин было для Лин Бо невыносимо. Ведь раньше они его превозносили, всё время хвалили, а теперь их лица вдруг переменились, и ненависть Лин Бо к ним поползла вверх:

— Это мой дом, чего это ты тут задаёшься? Завтра же я велю папе выгнать вас, дармоедок.

Чжэн Фэйфэй не верила, что Лин Хуа действительно так поступит. Она презрительно скривила губу:

— Ты до сих пор думаешь, что дядя относится к тебе, как раньше? Сейчас дядя тебя ненавидит. Ты только посмотри, что твоя мать натворила, опозорила всю нашу семью Лин. Неизвестно, сколько денег потеряет компания дяди на этот раз. Я даже не смогу покупать сумки и одежду в этом году. Моя мама — родная сестра дяди, куда ближе ему, чем ты.

Сказав это, Чжэн Фэйфэй, чтобы продемонстрировать своё пренебрежение, с грохотом захлопнула дверь.

Лин Бо в бешенстве сжимал зубы так сильно, что они скрипели, но он не знал, что может сделать в отместку.

Выйдя из кабинета, Лин И вернулся в свою спальню.

Когда Фэн Чу вернулся, он увидел, что Лин И спокойно сидит в маленьком кресле у кровати и о чём-то размышляет. Неизвестно, о чём он думал, казалось, он был в задумчивости и даже не заметил, как тот подошёл.

Фэн Чу наклонился и погладил Лин И по голове:

— Договорился с отцом? Он согласился в будущем отдать тебе компанию?

Лин И медленно пришёл в себя. Он уловил лёгкий запах табака от рукава Фэн Чу, тёплый, сухой аромат вызывал некоторое опьянение.

Лин И кивнул.

— Через несколько дней я привезу юриста, — Фэн Чу не боялся, что Лин Хуа в будущем передумает и нарушит обещание. Если Лин Хуа не боится, что его разорят в пух и прах, то пусть попробует отказаться. С его эгоистичным характером, он определённо не станет ради Лин Бо идти против собственной выгоды. — Ты сонный? Давай сегодня ляжем пораньше.

Лин И сказал:

— Господин Фэн, скажи, если бы у тебя было двое детей. Ты тоже стал бы выделять того, кто нуждается в большей поддержке?

Фэн Чу рассмеялся. Он поднял Лин И на руки, прижал ладонь к его животу:

— А ты родишь их мне? Если родишь двоих, того, кто будет больше похож на тебя, того я и буду выделять.

Лин И, конечно, не мог.

Лин И стало стыдно, он подвинул руку Фэн Чу повыше:

— Если господин Фэн любит детей, мы можем потом взять малыша из приюта.

— Не надо, — Фэн Чу считал, что Лин И ему вполне достаточно. Тот мог быть и любимым, и ребёнком, о котором нужно заботиться. К тому же Лин И был намного младше, в его глазах он и правда был представителем младшего поколения. — Я не люблю детей, предпочитаю, чтобы дома было потише.

Лин И был очень тихим. Конечно, если бы Лин И был более оживлённым, было бы ещё лучше, Фэн Чу нравился звук его голоса.

— В некоторых вещах виноваты твои родители, а не ты, — Фэн Чу знал, что отец Лин И выделяет Лин Бо. Возможно, в процессе взросления Лин И остались некоторые сожаления. — Лин И, ты во всём хорош.

Он был сильным и нежным. С первого взгляда Фэн Чу был очарован его уникальным темпераментом.

Сейчас было уже не рано, подошло время отдыха для Лин И. Фэн Чу погладил его по лицу:

— А теперь иди прими душ и ложись спать, во время лечения нужно соблюдать режим.

Лин И быстро помылся, надел пижаму и вышел, обнял Фэн Чу за талию и проспал так до следующего утра.

На следующее утро Лин И разбудил пронзительный крик. Снаружи, казалось, что-то случилось, ругань Лин Хуа и взвинченный голос Лин Цзин смешались воедино.

Фэн Чу взглянул на время:

— Я выйду, посмотрю, что происходит, а ты продолжай отдыхать.

Лин И в полудрёме перевернулся на другой бок и снова заснул.

Между Чжэн Фэйфэй и Лин Бо вчера вечером возник конфликт. Лин Бо так разозлился, что не мог уснуть всю ночь. Сегодня утром Чжэн Фэйфэй вышла перекусить, а Лин Бо как раз вышел попить воды, и между ними снова вспыхнула перепалка.

Лин Бо и так не выспался, голова была мутная, плюс он всегда любил подраться. В приступе гнева он совсем забыл, что Чжэн Фэйфэй его двоюродная сестра. Схватил со стола фруктовый нож и попытался порезать ей лицо. Чжэн Фэйфэй увернулась, и он задел артерию на её шее.

Теперь Лин Хуа дал пощёчину Лин Бо. Лин Цзин велела тёте Сюй перевязать рану и вызвать скорую. Поскольку Чжэн Жун видел, что рана его сестры серьёзная и может угрожать жизни. Он воспользовался случаем и запросил с Лин Хуа двадцать миллионов[5] в качестве компенсации, угрожая в противном случае посадить Лин Бо в тюрьму. Как же Лин Хуа мог отдать ему такие деньги? Чжэн Жун, не унимаясь, вызвал полицию.

Фэн Чу не стал вмешиваться в эти дела. Лин Бо был избалован Лин Хуа, а двое детей семьи Чжэн и Лин Цзин тоже были его же творениями. Теперь, когда между ними возник конфликт, пусть разбираются сами, как хотят, любому исходу Фэн Чу будет только рад.

Лин И всё ещё крепко спал. Фэн Чу поправил на нём одеяло и продолжил держать его в объятиях, досматривая утренние сны.

⋘ Предыдущая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

(･ω<)☆

Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу

☆(>ᴗ•)

Телеграмм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы